На главную

 


«Святые реликвии» - миф и действительность


С.А. Арутюнов, Н.Л. Жуковская

 

Глава 2: Коран Османа, борода Пророка и другие реликвии ислама

 

Широко почитается в мусульманском мире еще одна реликвия — Коран Османа, залитый кровью третьего «праведного» халифа Османа ибн аль-Аффана (644— 656 гг.). Мусульманские богословы называли его «обладателем двух светочей» за то, что он был женат на двух дочерях пророка — сначала на Рукайе, а после ее смерти на Умм-Кульсум. Доставшаяся ему в наследство от убитого Омара империя являлась таковой лишь номинально. Правители Сирии, Египта, Ирака, Киренаики, считавшиеся наместниками халифа, сохраняли достаточно мощную политическую и экономическую силу и были не очень склонны подчиняться главе мединско-мекканской общины, пусть даже он был зятем пророка. Попытки навести порядок в провинциях вызвали мятеж, и, как мы уже писали выше, Осман был убит в 656 г. в собственном доме повстанцами.

 

Одной из заслуг Османа перед исламом было создание унифицированного текста Корана. Собрав у учеников   и  сподвижников  Мухаммеда тексты записей его поучений, он с помощью' бывшего личного писца Мухаммеда Зейда ибн Сабита составил сводный единый текст, убрав то, что, с его точки зрения, противоречило идее единства мусульман и могло вызвать раздоры. Все прочие тексты и записи были уничтожены, а со сводного Корана было сделано, как утверждает мусульманская традиция, пять копий, которые были посланы в Мекку, Медину, Дамаск, Куфу и Басру. Подлинник Осман оставил себе. Именно его страницы оказались обагренными «священной кровью» халифа.

 

Этот экземпляр Корана исчез, но спустя некоторое время в мусульманском мире появились несколько (возможно, даже несколько десятков) списков Корана с окровавленными страницами, каждый из которых претендовал на то, чтобы считаться подлинным Кораном Османа. Возможно, что среди них действительно был подлинный экземпляр, принадлежавший Осману, залитый именно его кровью, но доказать это, увы, невозможно. Впрочем, такие доказательства в мусульманском мире никого и не интересовали. Сомневаться в подлинности реликвии считалось кощунством.

 

Один из экземпляров этой реликвии судьба забросила в Самарканд, где он хранился в мечети Ходжи Ахрара, шейха суфийского ордена, жившего в XV в. На его страницах, исписанных одним из самых красивых арабских шрифтов — куфическим письмом, отчетливо проступали бурые пятна, выдаваемые хранителями за кровь Османа. Мечеть активно посещали паломники, поклонялись Корану Османа, просили у него благословения. В дни больших праздников его выносили из мечети и показывали народу.

 

Есть несколько версий того, как мог попасть Коран Османа в Самарканд. Их приводят в своих работах исследователи, занимавшиеся изучением этого вопроса: А. Л. Кун, А. Ф. Шебунин, В. В. Лунин, Н. С. Садыкова, Т. А. Стецкевич. Версия первая: его привез из Багдада в X в. богослов Абу Бакр Каффал аш-Шаши. Версия вторая: ученик и последователь Ходжи Ахрара отправился в паломничество в Мекку, на обратном пути во время пребывания в Константинополе он излечил силой своей благодати от какой-то болезни халифа и выпросил в качестве дара за это Коран Османа. Третья версия, которую большинство исследователей считают наиболее вероятной, такова: Коран Османа был захвачен Тимуром во время его завоевательных походов где-то в Сирии или Ираке и потом хранился в библиотеке самого Тимура, откуда и попал в силу каких-то обстоятельств в мечеть Ходжи Ахрара.

 

В 1868 г. Самарканд был занят царскими войсками и включен в состав Туркестанского генерал-губернаторства Российской империи. Начальник Зеравшанского округа генерал-майор Абрамов, узнав о существовании уникальной рукописи Корана, «принял меры», в результате которых Коран за вознаграждение в сумме 500 коканов (что равно 100 руб.) поступил в его распоряжение и был им переправлен в Ташкент генерал-губернатору Туркестана Кауфману. 24 октября 1869 г. тот подарил его Императорской публичной библиотеке Петербурга, за что получил звание ее почетного члена. Кауфман полагал, что этот Коран ни для кого, кроме эмиров Бухары, интереса не представляет, что никто его не может прочесть и предметом культа он не является.

 

Известно, что Коран Османа был отдан не так уж «добровольно». Его прятали, пытались всеми средствами избежать выдачи его русской администрации, но не смогли это сделать. Попав в Рукописный отдел Публичной библиотеки Санкт-Петербурга, Коран стал объектом исследования востоковедов. Первым дал его палеографическое описание, датировал и сравнил с экземплярами; хранящимися в Париже, Берлине и Мекке, арабист А. Ф. Шебунин. Он установил, что рукопись относится к началу VIII в., что составлена она на территории Ирака и, вероятно, сделана с того списка Корана Османа, который был отправлен в Басру после составления унифицированного текста. Что же касается пятен крови на его страницах, то они, по мнению исследователя, нанесены искусственно и довольно грубо. Во-первых, кровь расплывается симметрично на каждом из испачканных листов. Очевидно, что они складывались, когда кровь была еще свежей. Во-вторых, кровавые пятна имеются почему-то не на каждом листе, а через лист. Это заключение А. Ф. Шебунина не было ни оспорено, ни опровергнуто мусульманскими богословами, защитниками подлинности Корана Османа, они просто не упоминают об этом факте.

 

Однако на этом история Корана Османа не закончилась. 1(14) декабря 1917 г. Краевой мусульманский съезд Петроградского национального округа обратился в Народный комиссариат по национальным делам с просьбой вернуть «священную реликвию» мусульманам. Ровно через пять дней 6 (19) декабря Совет Народных Комиссаров принял по этому поводу следующее решение: «Выдать немедленно» — и дал соответствующее распоряжение наркому просвещения А. В. Луначарскому, в ведении которого находилась Государственная публичная библиотека.

Коран был вручен Всероссийскому мусульманскому совету, находившемуся в то время в Уфе.

 

Оттуда он в 1924 г. был передан в Ташкент, затем в Самарканд, где некоторое время по-прежнему находился в мечети Ходжи Ахрара. С 1941 г. местом его постоянного хранения стал Музей истории народов Узбекистана в Ташкенте. И это закономерно, ибо, конечно, Коран Османа — это не только и не столько реликвия, сколько памятник истории ислама, а стало быть, и истории культуры ряда народов Переднего и Ближнего Востока, сложные этнические и исторические судьбы которых нашли отражение в весьма запутанной и во многом неясной судьбе рассмотренного нами экземпляра.

 

Остается добавить, что в 1905 г. с Корана Османа было отпечатано факсимильное издание тиражом в 50 экземпляров. Часть из них поступила в распоряжение арабистов. Один экземпляр хранится сейчас в Государственном музее истории религии и атеизма в Ленинграде и выставлен в экспозиции отдела ислама и свободомыслия народов Востока.

 

Мы остановились столь подробно на двух реликвиях ислама с целью показать, сколь условно само понятие реликвия по отношению к ним, сколь противоречивы исторические факты и свидетельства об их подлинности и как все это мало значит вообще, ибо мифологическая основа в культе любой реликвии важнее исторической истины,— об этом мы уже говорили выше.

 

Список реликвий ислама насчитывает тысячи предметов. Среди них самое почетное место занимают вещи пророка: сандалии, плащ, куски одежды, кубок, копье, посох, кусок его миски, шило и т. д. Эти предметы исчисляются десятками. Исследователь ислама И. Гольдциэр, уделивший внимание и культу реликвий в нем, в свое время не без иронии отметил, что именно в связи с реликвиями «проявилось много бессознательного самообмана и сознательного обмана». Действительно, по мере того как возрастал спрос на реликвии, росло и их количество. Экономическая формула «спрос рождает предложение» как нельзя более подходит к ситуации с реликвиями в любой религии.

 

Потребность в сандалиях пророка оказалась столь велика, что появились рисунки с их изображением и даже их литературные описания. Сандалии пророка народная мифология приписала особо чудодейственные свойства: считалось,- что она может защитить дом от пожара, караван — от вражеского нападения, корабль — от крушения, богача — от разорения. И если уж не удавалось раздобыть «настоящую» сандалию с приличной генеалогией (впрочем, последняя была необязательна), то довольствовались суррогатом в виде ее изображения или описания.

 


Оглавление  1  2


  

На главную

 









Аквариум - фото, статьи Рыбаловные приманки

Rambler's Top100