СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО НА РУСИ В ПЕРИОД ОБРАЗОВАНИЯ РУССКОГО ЦЕНТРАЛИЗОВАННОГО ГОСУДАРСТВА Конец XIII—начало XVI веков

 

Н. П. Павлов-Сильванский о феодализме на Руси. Историк М. Н. Покровский

 

 

Для буржуазной историографии конца XIX—начала XX в. остаются характерными взгляды, развитые С. М. Соловьевым, хотя следует отметить, что когда прямо ставился вопрос об истории деревни и сельского хозяйства, то далеко не все исследователи повторяли точку зрения С. М. Соловьева. Важным событием в буржуазной историографии следует считать появление в конце 90-х—начале 900-х годов работ Н. П. Павлова-Сильванского о феодализме на Руси.

 

До него отдельные историки находили лишь некоторые черты сходства, сближавшие общественные порядки древней Руси с западноевропейским феодализмом. Павлов-Сильваиский признал феодализм особым периодом в истории России, отметив, что он не отличался от феодализма западного. Но Павлов-Сильванский расценивал феодализм не как общественную формацию, покоящуюся на определенной основе производительных сил и производственных отношений, а лишь как систему юридических, правовых институтов н политических отношений. Такое сходство он искал и сравнивая социальные отношения в древней Руси с тем, что было в Западной Европе. Все же это не пометало ему верно подметить характерные черты этих отношений, признать крупное землевладение и сепьериальную власть землевладельца над населением вотчины-боярщины на Руси.

 

Отмечая сельскую волостную общнну п боярщину как два важных учреждения средневекового строя, Павлов-Сильванский отмечал стремление феодалов к захвату общинных земель, к подчинению себе всего волостного мира, указывал на борьбу общины с боярщиной. На ряде ярких примо- ров, подкрепленных документами XII—XVI вв., он нарисовал1 жизнь крестьянских волостей-общин, при этом он решительно расходился с теми представителями буржуазной историографии, которые говорили о бродяжничестве крестьян.  Собранный и живо поданый материал о жизни волости-общины делает работы Павлова-Сильванского весьма важными при разработке нашей темы!

 

В борьбе с буржуазной историографией, с ее классово враждеб-х ной позицией при оценке деятельности и исторической роли трудящихся масс особая заслуга принадлежит историку-большевику М. Н. Покровскому. Значение ее особенно возрастет, если учесть сложные условия и обстановку, в какой приходилось Покровскому вести эту борьбу. Его четырехтомный труд (в первом издании он вышел в пяти томах) «История России с древнейших времен»  был написан в эмиграции. М. Н. Покровский попытался в нем с марксистских позиций изложить исторический процесс, противопоставив свою работу «Курсу русской истории» В. О. Ключевского; он стремился показать общественное развитие России с точки зрения взаимоотношений общественных классов и борьбы между ними, выступив против трудов Соловьева и его последователей, в основе которых была задача — показать формирование и эволюцию самодержавия в России. Принимая то, что было высказано Н. П. Павловым-Сильванским о феодализме, М. Н. Покровский внес ряд важных исправлении и дополнений в характеристику фео- х дализма, раздвинув хронологические рамки его. Еще в этой работе М. Н. Покровский внес важные уточнения в понятие феодализма: «... последний (т. е. феодализм, — Г. #.), — пишет он, — гораздо более есть известная система хозяйства, чем система права».  Он обратил внимание на раннее появление крупного феодального землевладения на Руси, указав, что крупные феодальные боярские вотчины существовали в Киевской Руси уже в X—XT вв., что, по мнению М. Н. Покровского, отмечено еще в Правде Русской. Он выступил с решительной критикой дворянской и буржуазной историографии по поводу «теории о бродяжничество крестьян» и изображения их «странствующими земледельцами, смотревшими на свою избу как на что-то вроде гостиницы». «Ни один спор о земле, — писал М. Н. Покровский, — не решался в то время без участия старожильцев, иные из которых „помнили" за тридцать, другие за сорок, а иные даже за семьдесят и девяносто лет. Эти старожильцы обнаруживали нередко удивительную топографическую память относительно данной местности... Чтобы так его (спорное мнение, — Г. К.) знать, в нем нужно было родиться и вырасти, — бродячий арендатор, случайный гость в вотчипе, даже за десяток лет не изучил бы всех этих деталей.. .».  И далее: «Словом, представление о древнерусском земледельце как о перехожем арендаторе барской земли и об оброке как особой форме арендной платы приходится сильно ограничивать, и не только потому, что странно было бы найти современную (периода капитализма, — Г. К.) юридическую категорию в кругу отношений, так мало похожих на наши, но и потому, что они прямо противоположны фактам».

 

К Великой Октябрьской социалистической революции М. Н. Покровский пришел как известный историк-марксист, имевший заслуги в критике буржуазной историографии.  После победы Октябрьской революции борьба с буржуазной историографией за перестройку исторической науки стала особенно острой. М. Н. Покровский выступает с докладами, лекциями и статьями как передовой боец и руководитель в этом важном деле.  Возникла острая необходимость в популярной книге, которая давала бы связный марксистский курс русской истории. Эту важную, ответственную работу взял на себя М. Н. Покровский. Вышедшая в 1920 г. «Русская история в самом сжатом очерке» сыграла огромную роль в переоценке старой историографии, в выработке новой точки зрения па прошлое. «Сжатый очерк» был встречен с одобрением. В. И. Ленин расценил выполненную М. Н. Покровским работу как большой успех и писал, что книга чрезвычайно понравилась ему: «Оригинальное строение и изложение. Читается с громадным интересом».  Но не все в этой книге было безупречным. Коренная перестройка исторической науки требовала предварительной подготовки многих фундаментальных марксистских трудов по отдельным разделам этой науки. М. Н. Покровский не смог показать закономерную смену исторических формаций, допустил ошибки в их характеристике. В дальнейшем он уточнял свои формулировки, пересматривал, равняясь по ленинским марксистским установкам.

 

М. II. Покровский шел первым.  Рядом с ним шла и училась советская молодежь.

То, к чему пришла буржуазная историография в разработке истории народного хозяйства, не могло удовлетворить советских историков; притом требовалась не доработка, а разработка заново, пересмотр всего сделанного как по истории народного хозяйства, так и по истории сельского хозяйства.

 

Достижения в изучении сельского хозяйства в Новгородской земле, о которых мы говорили выше, лишь умножали количество фактического материала о состоянии сельского хозяйства и раз- Личных его отраслей, но не раскрывали существа покоящихся на его основе производственных отношений. Каким путем перестраивалось сельское хозяйство, чьим трудом и усилиями когда-то примитивное подсечное земледелие за XII—XV вв. превратилось в организованное, ведущееся уже на уровне паровой трехпольной системы земледелия, — все это оставалось нераскрытым даже в отношении лучше изученной Новгородской земли. Марксистско- ленинская теория направила по новому пути работу историков народного хозяйства. Изучение материальной основы жизни человеческого общества, определяемых ею производственных отношений — вот та первоочередная задача, без правильного разрешения которой была невозможна верная оценка существовавших в изучаемое время социальных отношений.

 

30-е годы отмечены крупными успехами советской историографии. Ставится и успешно разрешается вопрос об общественном строе Киевской Руси, а это служит основой для столь же успешной разработки вопроса о социальном строе на Руси в период феодальной раздробленности. Правильное решение этой важнейшей проблемы, нашедшее общее признание советских историков, покоилось на признании засвидетельствованного документами господства сельского хозяйства в Киевской Руси.

 

За этим последовало решение вопроса о дальнейшем развитии феодального строя в древней Руси. Встал большой и сложный вопрос о причинах и условиях объединения политически разрозненных земель-княжеств Северо-Западной и Северо-Восточной Руси в единое Русское государство.

 

С решением этой задачи и была связана дискуссия по вопросу об исторических основах образования Русского централизованного государства, проведенная редакцией журнала «Вопросы истории» в 1946 г. В ходе дискуссии обозначилась с особой ясностью важность изучения народного хозяйства, земледелия и сельскохозяйственного производства Северо-Восточной и Северо-Западной Руси в период феодальной раздробленности. Дискуссия была полезна для более глубокого освещения основного ее вопроса, но она не внесла ничего существенно нового в изучение сельского хозяйства.

 

 

 

 Смотрите также:

 

ИСТОРИЯ РОССИИ. Древняя русская история. Лекции по русской...

Происхождение феодальных отношений на Руси. Закладничество и патронат.
Н. П. Павлов-Сильванский. Феодализм в древней Руси. СПб., 1907 г. ЛЕКЦИЯ ПЯТНАДЦАТАЯ.

 

О сотнях, тысячах и тьме Новгородской Земли В. А. Буров

Из историков, пожалуй, лишь один С. С. Гадзяцкий высказал сомнение, что «Устав» перечисляет областные сотни.
13. Павлов-Сильванский Н. П. Феодализм в России. М., 1988, с. 212. 14. Янин В. Л. Очерки... С. 111—116. 15. Янин В. Л. Актовые печати Древней Руси Т 2. М...

 

Феодальная и квазифеодальная империя. Модернизация во имя...

Ранний феодализм в Европе и Киевской Руси выглядел во многом сходно, но с перемещением центра российской государственности во
Рядом российских исследователей, в том числе H. П. Павловым-Сильванским, «зафиксирован квазифеодализм, при котором многие явления...

 

Общественные отношения Киевской Руси

6 Н. П. Павлов-Сильванский. Феодализм в удельной Руси, стр. 445. Неудивительно, что уже в той части договора, которая помещена в летописи под 907 г. (если это не особый договор), мы имеем указания на наличность классового общества и государства.

 

Землевладение и землевладельцы | Киевская Русь

6 Н. П. Павлов-Сильванский. Феодализм в удельной Руси, стр. 445. Неудивительно, что уже в той части договора, которая помещена в летописи под 907 г. (если это не особый договор), мы имеем указания на наличность классового общества и государства.