Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

ЭНЦИКЛОПЕДИЯ ЖИВОПИСИ

Смотрите также: Биографии и картины художников

 

картины

художники

иконы

ИСПАНО-ФЛАМАНДСКАЯ ШКОЛА Hispano-flamands, maitres

 

Этим термином определяют  испанских

художников XV - начала XVI в.,  ра-

ботавших  под  воздействием  нидер-

ландских мастеров XV столетия.  Из-

вестная и ценимая еще в XIV в. ара-

гонскими   королями,  нидерландская

живопись и в XV  в.  имела  большой

успех при испанском дворе.  Испанс-

кие короли приглашали нидерландских

мастеров и покупали их многочислен-

ные  картины,  а  также  отправляли

своих  художников  для  обучения  в

Брюгге или Турне.  Известно, что Ян

ван  Эйк в 1429 посетил Кастилию и,

возможно, Арагон, а также Валенсию;

он входил в посольство герцога Бур-

гундского, Филиппа Доброго, задачей

которого было просить руки Изабеллы

Португальской.  Хотя никаких следов

деятельности  ван Эйка в Испании не

сохранилось,  но в описи Альфонса V

Арагонского  упомянуты  две его не-

сохранившиеся картины,  приобретен-

ные в 1444 - <Св.  Георгий> и трип-

тих <Благовещение>.

В 1431 художник  из  Валенсии  Луис

Дальмау  был послан во Фландрию для

учебы.  Позже, в 1439, Луис Аллемб-

рот,  художник из Брюге,  работал в

Валенсии.  В период правления Като-

лических  королей  отношения  между

двумя странами становятся еще более

интенсивными:  на службе у Изабеллы

Кастильской состояло несколько  ни-

дерландских художников, в частности

Хуан Фландрский (в 1496-1519) и Ми-

хель Зиттов (в 1492-1502).  Для ко-

ролевского  оратория  они   создали

большую алтарную картину, состоящую

из 47 сцен из жизни Марии.  В  этот

период королевское собрание включа-

ло в себя более 400 полотен  нидер-

ландских художников,  большая часть

которых,  несмотря на  значительные

потери, находится ныне в мадридском

Прадо, Гранадской капелле и Эскори-

але.  Дворяне и церковные сановники

следовали   королевскому   примеру;

купцы  привозили  произведения  ис-

кусства в те же гавани,  откуда они

экспортировали шерсть <Места>. Сог-

ласно документу 1529,  в  Барселоне

была  устроена публичная распродажа

произведений нидерландской  живопи-

си.

Появление этих   новаторских  работ

стало для испанских художников пло-

дотворным  стимулом  к  обновлению,

истолкованному  каждым  мастером  в

соответствии  со своим художествен-

ным темпераментом. Испанские худож-

ники  открыли для себя новые приемы

освещения,  которое, благодаря гра-

дации света и тени,  позволяло соз-

давать более деликатные  и  естест-

венные образы.  Они познакомились и

с новой трактовкой перспективы,  не

только геометрической,  но и атмос-

ферной,  благодаря чему достигается

полная иллюзия трехмерности, а так-

же с пейзажем, который окончательно

заменит средневековый золотой фон.

В Валенсии  Луис  Дальмау,  в  1436

вернувшийся из Нидерландов,  являет

собой первый пример художника,  на-

полненного впечатлениями от искусс-

тва Яна ван Эйка. В своей картине с

изображением Богоматери (Барселона,

Музей  изящных  искусств Каталонии)

он использует  композицию  <Мадонны

каноника  ван  дер  Пале>  ван Эйка

(1436,  Брюгге,  Гор. музей изящных

искусств) и группы музицирующих ан-

гелов   из    <Гентского    алтаря>

(1426-1432 Гент, собор св. Бавона).

В отличие от его предшествующих ра-

бот  здесь появляется новое чувство

объема и стремление  к  точности  в

трактовке  деталей скульптурных ук-

рашений.  Вслед за  Дальмау,  Хайме

Басо, прозванный Хакомартом, а так-

же работавший  вместе  с  ним  Хуан

Рейксач, располагали своих персона-

жей в трехмерном пространстве, сох-

раняя,  однако, и чисто итальянский

графизм.  Действительно,  почти   у

всех  художников  Валенсии северные

элементы сочетаются с  итальянскими

приемами,   существовавшими  еще  с

конца XIV в. Так, картина <Голгофа>

Родриго де Озоны (Валенсия,  ц. св.

Николая) является прекрасным приме-

ром   подобного  синтеза  искусства

Мантеньи и Гуго ван дер Гуса.

В Каталонии новшества Дальмау  ока-

зали  влияние  на  творчество Хайме

Уге;  в <Ретабло  из  Вальмоля>  он

смягчает  рельефность лиц и придает

значимость деталям. Во время своего

пребывания  в  Барселоне  андалусец

Бартоломе Бермехо исполнил для  ка-

ноника  Деспла  <Пьету> (Барселона,

собор),  наполненную художественным

пафосом Рогира ван дер Вейдена. По-

этому  исследователи   неоднократно

выдвигали гипотезу о том,  что Бер-

мехо,  самый крупный  представитель

испано-фламандской школы, учился во

Фландрии. Большая картина Педро Ни-

сарта  <Битва св.  Георгия с драко-

ном> (Пальма де  Мальорка,  Епархи-

альный  музей) является,  возможно,

парафразой работы Яна ван  Эйка  на

тот  же сюжет,  принадлежавшей Аль-

фонсу Великодушному.

Влияние нидерландской  живописи,  в

большей степени, нежели в средизем-

номорских регионах Испании,  сказа-

лось  в  конце XV столетия в Касти-

лии.  В Бургосе,  Паленсии,  Авиле,

Толедо  работали многочисленные не-

известные художники,  названные се-

годня  Мастером из Сислы,  Мастером

из Авилы, Мастером из Паленсии (Па-

ленкинос). Из нидерландской живопи-

си они заимствовали скульптурность,

подчеркнутую   болезненность   лиц,

преувеличенную объемность  драпиро-

вок  и многочисленность архитектур-

ных мотивов.  В 1455 в доме маркиза

де  Сантильяны  работает Хорхе Инг-

лес,  иностранец,  автор смелого  и

утонченного  <Алтаря из госпиталя в

Буитраго> (Мадрид, собрание герцога

Инфантадо),  в котором портреты до-

наторов занимают в композиции  нео-

бычно важное для испанской живописи

место. Его преемник в доме маркиза,

Мастер из Сопеграна,  в своих четы-

рех картинах с изображением Богома-

тери (Мадрид, Прадо) стремится уси-

лить впечатление трехмерности.

Если говорить о  главе  испано-фла-

мандской  школы,  то  им может счи-

таться только один художник  -  это

Фернандо Гальегос.  Глубокое знание

работ Дирка Боутса он  соединяет  с

необыкновенным  композиционным мас-

терством в расположении персонажей,

одетых  в тяжелые одежды с изломан-

ными склацками;  его героям присуща

выразительная патетика. Диего де ла

Крус, автор многочисленных картин с

изображением  <Страстей Христовых>,

вдохновленных Рогиром ван дер  Вей-

деном,  участвовал  и  в работе над

<Алтарем Католических королей> (за-

кончен в 1497).  В Толедо,  крупном

религиозном центре,  работали такие

художники,  как  Хуан  из Сеговии и

Санчо из Саморы, предполагаемые ав-

торы   портрета  <Семьи  коннетабля

Альваро> из Луна.  Наконец, в деко-

рации  студиолы  герцога Урбинского

принимал участие  Педро  Берругете,

произведения  которого  здесь очень

близки работам нидерландского  мас-

тера Йоса ван Гента.  В Андалусии в

конце XV в.  такие  художники,  как

Педро  Санчес  и  Педро из Кордовы,

создали изящный и смягченный  вари-

ант  кастильской испано-фламандской

манеры.

Как иностранные художники, работав-

шие в Испании, так и испанские мас-

тера,  покоренные нидерландской жи-

вописью,  после  недолгого  периода

подражания великим мастерам, посте-

пенно начинают <испанизировать> об-

разы.  Это возвращение к националь-

ным истокам выражается,  в частнос-

ти, в драматизации сюжетов, в отка-

зе  от идеального,  в большей чувс-

твенной экспрессии.

 

СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ: «Энциклопедия живописи»