Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

Скворцова Марина Владимировна

Рефераты по истории


Связанные разделы: Русская история и культура

Искусство Древнего Египта

Культура индейцев майя

Римляне и греки

Рефераты

 

Тема 5. Роль экстраординарных магистратур в Древнем Риме

 

 

Содержание

 

Введение

1. Исследование источников знаний по истории Древнего Рима

1.1. Тит Ливий

1.2. Дионисий

1.3. Полибий

2. Экстраординарные магистратуры в раннереспубликанском Риме

2.1. Краткая характеристика раннереспубликанского Рима (509−265 гг. до н.э.)

2.2. Категории магистратуры и ее основные черты

2.3. Интеррекс

2.4. Диктаторы

2.5. Начальник конницы

2.6. Децемвиры

2.7. Военные трибуны с консульской властью

2.8. Народные трибуны

3. Эдикты магистратов

Заключение

Список использованных источников

 

 

 

Введение

 

Изучение государственного устройства Римской республики включает в себя широкий круг политико-правовых проблем, к числу которых относятся, в первую очередь, вопросы функционирования органов управления гражданской об-щиной. Политическая система Древнего Рима имела три основополагающих звена: народные собрания (комиции), сенат и магистратуры. Первое из них было свя-зано с осуществлением законодательных и избирательных функций, второе – распорядительных и контролирующих. Третий же элемент – совокупность ма-гистратур – представлял исполнительную власть. Формирование, деятельность и структура органов исполнительной власти республиканского Рима имели свою специфику. Римские высшие магистраты являлись носителями делегиро-ванного государственного суверенитета, предоставлявшегося им от имени гра-ждан и «отцов». Специфика организации исполнительной власти у римлян про-явилась еще и в том, что наряду с обычными, ординарными магистратурами, их конституция предполагала введение в критической ситуации экстраординарных должностей. Структуры чрезвычайной власти Римской республики заслужива-ют особого исследовательского внимания и специального анализа.

Реферат «Роль экстраординарных магистратур в раннереспубликанском Риме» состоит из трех глав, введения, заключения и списка литературных источников.

В первой главе «Исследование источников знаний по истории Древнего Рима» рассматриваются источники истории Древнего Рима – это Тит Ливий, Дионисий и Полибий.

Во второй главе «Экстраординарные магистратуры в раннереспубликан-ском Риме» дается краткая характеристика раннереспубликанского Рима, показы-вается роль экстраординарных магистратур в раннереспубликанском Риме.

В третьей главе «Эдикты магистратов» дается краткая характеристика Эдик-тов магистратов.

 

 

 

1. Исследование источников знаний по истории Древнего Рима

 

1.1. Тит Ливий

 

Тит Ливий из города Патавия (теперь Падуя) в северной Италии (59 г. до н. э. − 17 г. н.э.) получил прекрасное образование и был разносторонним и пло-довитым писателем. Но из его сочинений сохранилась только часть монумен-тального исторического произведения, которое обычно называют «Ab urbe con-dita libri». («Книги от основания Рима»). Оно состояло из 142 книг и охватыва-ло период от прибытия Энея в Италию до 9 г. до н.э. Но сохранилось только 35 книг: первые десять (первая декада), доводящие изложение до 293 г., и с 21-й по 45-ю (то есть 3-я, 4-я и первая половина 5-й декад), охватывающие эпоху с 218 по 167 г. Кроме этого, уцелели отдельные фрагменты и краткие изложения содержания (периохи) почти всех книг (кроме 13б-й и 137-й). Для ранней исто-рии Рима имеет значение, следовательно, только 1-я декада.

Ливий жил в эпоху Августа, и это не могло не отразиться на его произве-дении. По своим политическим убеждениям он был сторонником аристократи-ческой республики, за что Август называл его «иомпеянцем». Но консерватив-но-патриотический характер его истории заставлял Августа мириться с этим «вольнодумством». Ливий ставит своей задачей прославить доблесть и величие римского народа. Он всюду подчеркивает добрые старые нравы, противопос-тавляя их испорченности своего времени. Ливий − историк-моралист.

«В этом-то и состоит нравственная польза и плодотворность изучения исто-рии, − пишет он в «Предисловии» к своему труду, − что примеры всякого рода событий созерцаешь, точно на блестящем памятнике: отсюда можно взять и для себя и для своего государства образцы, достойные подражания, тут же найдешь и позорное по началу и концу, чего следует избегать».

Ливии прекрасный стилист, хотя и не свободный от влияния риторики. Он любит вкладывать в уста действующих лиц выдуманные речи, построенные по всем правилам ораторского искусства.

Ливий − не исследователь, но скорее компилятор. Поэтому вопрос об его источниках приобретает особо важное значение. Не всегда эти источники мож-но установить. Бесспорно, во всяком случае, что для 4-й и 5-й декад он пользо-вался почти исключительно Полибием, великим греческим историком II в. Для 3-й декады − отчасти Полибием, отчасти анналистами. Что же касается 1-й де-кады, то для нее определить его источники почти невозможно. Вероятнее всего, это были младшие анналисты. Своими материалами Ливий пользовался почти без критики. Если главный источник был один, то он излагал его целиком (на-пример, списывал Полибия); если источников было несколько, то в каждом от-дельном случае он либо субъективно отдавал предпочтение какому-нибудь од-ному, либо сообщал несколько версий, иногда разноречивых. Только в редких случаях Ливии поднимается до исторической критики.

Например, разбирая в 1-й книге, в 18-й главе мнение о том, что учителем Нумы Помпилия был Пифагор, он указывает, что Пифагор жил 100 лет спустя после Сервия Туллия и, следовательно, учителем Нумы быть никак не мог. Да-же если бы они были современниками, то как Пифагор мог попасть к сабинам, на каком языке учитель и ученик разговаривали друг с другом.

Тенденциозность Ливия заставляет его односторонне подбирать факты. Например, излагая Полибия, он выбрасывает из него все то, что могло бы бро-сить тень на Рим. К тому же Ливии не был знатоком ни в области государст-венных, ни в области военных вопросов, а ему постоянно приходилось говорить и о римской конституции и о войнах. Это обстоятельство не могло не повлиять в отрицательном смысле на содержание его труда.

Главное значение Ливия для ранних эпох римской истории состоит в том, что только у него мы находим связную традицию о первых двух периодах. Од-нако это же обстоятельство сыграло и свою отрицательную роль в дальнейшем развитии римской историографии. Литературный талант Ливия, искусная сис-тематизация легендарного материала, широкая популярность его труда сделали Ливия главным представителем традиции о возникновении Рима и его истории в раннюю эпоху. А эта традиция и по характеру материала, которым пользовал-ся Ливии, и благодаря его собственным недостаткам в значительной части не-достоверна. Поэтому утверждения Ливия в этой части нуждаются в тщательной проверке и сличении с параллельными источниками.

 

1.2. Дионисий

 

Современником Ливия был грек Дионисий Галикарнасский, профессор риторики и литературный критик. В 30 г. до н. э. он приехал в Рим, где и напи-сал на греческом языке свой главный труд, над которым работал около 22 лет, выпустив его в 7 г. до н.э. Сочинение Дионисия − «Римская древняя история» − состояло из 20 книг, из которых первые 10 дошли полностью, 11-я − частично, а от остальных сохранились только фрагменты. В первоначальном виде «Древ-няя история» была доведена до начала I пунийской войны (264 г.). В своем те-перешнем состоянии она обрывается на 443 г. Дионисий стоит на сенаторско-аристократических позициях. Он тенденциозен, стараясь доказать родство рим-лян с греками, доблесть римского народа и мудрость римских государственных людей. Риторический стиль Дионисия до известной степени сглаживается его приверженностью к аттическому классицизму (подражание Фукидиду).

Свои источники Дионисий сам указывает в 1-й книге, в 6-й и 7-й главах. Это − греческие историки, старшие анналисты, Катон и младшие анналисты. По-видимому, Дионисий знает и Ливия: он явно полемизирует с ним, хотя ни разу не называет его по имени.

Историческая критика у Дионисия также почти отсутствует. Он любит проводить некритические сравнения между римской и греческой историями. Так, например, он сравнивает патрициев с фессалийской знатью, консулов − со спартанскими царями и так далее. Часто Дионисий дает неверную хронологию. Однако некоторые варианты традиции у него лучше, чем у Ливия, поэтому он служит главным коррективом Ливия.

 

 

1.3. Полибий

 

Полибий (около 200 – после 118 до н.э.), греческий историк. Родился в городе Мегалополь в Аркадии, его отец Ликорт был одним из вождей Ахейско-го союза, а сам Полибий в 170–169 до н.э. служил гиппархом при римском пол-ководце Луции Эмилии Павле, который стоял во главе союзных римско-греческих войск, ведших войну с македонским царем Персеем. После пораже-ния Персея при Пидне в 168 до н.э. Полибий в числе 1000 знатных ахейцев был отправлен в Италию по обвинению в недостаточно активной поддержке рим-лян. В то время как других заложников распределили по разным городам, По-либия оставили в Риме – по просьбе Эмилия Павла, сделавшего его наставни-ком своих сыновей. Так будущий историк получил возможность завязать дру-жеские отношения со многими знатными римлянами, в особенности с младшим сыном Эмилия, Публием Сципионом Эмилианом (будущим Сципионом Афри-канским Младшим). В 151 до н.э. Полибию удалось использовать свое влияние на Сципиона, чтобы добиться освобождения тех ахейцев, которые были еще живы. Полибий вернулся в Грецию, однако через несколько лет, в 147 до н.э., во время осады Карфегена Сципион вызвал его к себе как советника. Полибий исследовал атлантическое побережье Африки и стал свидетелем пожара и раз-рушения Карфагена в 146 до н.э., после чего в том же году возвратился в Гре-цию. Здесь он пытался способствовать достижению компромисса между вос-ставшими ахейцами и римлянами и, хотя не сумел предотвратить разрушение Коринфа Луцием Муммием, все же смог спасти некоторые художественные ценности. После ухода римлян на Полибия была возложена задача наладить управление уцелевшими городами. Сограждане-греки видели в Полибии своего благодетеля и возвели в его честь много статуй. Умер Полибий от ран, полу-ченных в результате падения с лошади.

Выдающийся труд Полибия – его История, которую он задумал, вероят-но, еще в Италии, желая объяснить, «каким образом весь цивилизованный мир менее чем за 53 года (с 220 до н.э. до поражения Персея в 168 до н.э.) оказался во власти римлян». Впоследствии Полибий расширил временные рамки своего сочинения, доведя его до разрушения Карфагена в 146 до н.э. К сожалению, из первоначальных 40 книг Истории полностью сохранились только первые 5, ос-тальные дошли в более или менее подробных изложениях. Прочие труды По-либия погибли.

 

2. Экстраординарные магистратуры в раннереспубликанском Риме

 

2.1. Краткая характеристика раннереспубликанского Рима (509−265 гг. до н.э.)

 

Основным содержанием истории раннереспубликанского Рима была борьба плебеев за равноправие с патрициями, которые в качестве полноценных граждан монополизировали право заседать в сенате, занимать высшие магист-ратуры и получать землю из «общественного поля»; плебеи требовали также отмены долговой кабалы и ограничения долгового процента. Рост военной роли плебеев (к началу V в. до н.э. они уже составляли основную часть римской ар-мии) позволил им оказывать эффективное давление на патрицианский сенат. В 494 до н.э. после очередного отказа сената удовлетворить их требования они удалились из Рима на Священную гору (первая сецессия), и патрициям при-шлось пойти на уступки: была учреждена новая магистратура – народные три-буны, избиравшиеся исключительно из плебеев (первоначально два) и обла-давшие священной неприкосновенностью; они имели право вмешиваться в дея-тельность остальных магистратов (интерцессия), налагать запрет на любые их решения (вето) и привлекать их к судебной ответственности.

В 486 до н.э. консул Спурий Кассий предложил раздать половину захва-ченной у герников земли и часть расхищенного патрициями «общественного поля» плебеям и союзным латинским общинам; сенаторы не допустили приня-тия этого закона; Кассий был обвинен в государственной измене и казнен. В 473 до н.э. народного трибуна Гнея Генуция убили накануне назначенного им суда над обеими консулами. В 471 до н.э. плебеям удалось добиться принятия закона об избрании народных трибунов трибутными комициями (собраниями плебеев по трибам): таким образом патриции лишились возможности влиять на выборы через своих вольноотпущенников. В 457 до н.э. число народных трибу-нов возросло до десяти. В 456 до н.э. народный трибун Луций Ицилий провел закон о предоставлении плебеям и переселенцам права застройки и возделыва-ния земли на Авентинском холме. В 452 до н.э. плебеи вынудили сенат создать комиссию из десяти членов (децемвиров) с консульской властью для записи за-конов, прежде всего ради фиксации (т.е. ограничения) полномочий патрициан-ских магистратов; деятельность консулов и народных трибунов на время рабо-ты комиссии была приостановлена. В 451–450 до н.э. децемвиры составили за-коны, которые были выгравированы на медных досках и выставлены на Фору-ме (законы Двенадцати таблиц): они защищали частную собственность; утвер-ждали суровое долговое право (должника могли продать в рабство и даже каз-нить), установив при этом предел ростовщического процента (8,33% годовых); определяли юридический статус основных социальных категорий римского общества (патрициев, плебеев, патронов, клиентов, свободных, рабов); запре-щали браки плебеев с патрициями. Эти законы не удовлетворили ни плебеев, ни патрициев; злоупотребления децемвиров и их попытка продлить свои пол-номочия спровоцировали в 449 до н.э. вторую сецессию плебеев (на Священ-ную гору). Децемвирам пришлось отказаться от власти; консулат и трибунат были восстановлены. В том же году консулы Луций Валерий и Марк Гораций провели закон об обязательности для всех граждан, в том числе и для патрици-ев, решений трибутных комиций (плебисцитов), если они получат одобрение сената. В 447 до н.э. к трибутным комициям перешло право избирать квесторов.

В 445 до н.э. по инициативе народного трибуна Гая Канулея был отменен запрет на браки плебеев и патрициев. Рост влияния плебеев выразился и в уч-реждении должности военных трибунов с консульской властью, которую они имели право занимать. В 444, 433–432, 426–424, 422, 420–414, 408–394, 391–390 и 388–367 до н.э. военные трибуны с консульской властью (от трех до восьми) исполняли вместо консулов обязанности высших должностных лиц Республи-ки; правда до начала IV в. до н.э. на этот пост избирались исключительно пат-риции, и только в 400 до н.э. его занял плебей Лициний Кальв. В 443 до н.э. консулы лишились права распределять граждан по центуриям, которое было передано новым магистратам – двум цензорам, избиравшимся из числа патри-циев раз в пять лет центуриатными комициями сроком на 18 месяцев; посте-пенно в их ведение перешли составление списка сенаторов, контроль за сбором налогов и надзор за нравами. В 421 до н.э. плебеи получили право занимать должность квестора, хотя реализовали его лишь в 409 до н.э. После десятилет-ней ожесточенной борьбы с патрициями народные трибуны Лициний Столон и Секстий Латеран одержали в 367 до н.э. решающую победу: был установлен предел выделяемой из «общественного поля» земли (500 югеров = 125 га) и значительно облегчено долговое бремя; реставрировался институт консулов при условии, что один из них обязательно будет плебеем; однако сенат добился передачи судебной власти от консулов преторам, избираемым из патрициев. Первым консулом-плебеем стал Лициний Столон (366 до н.э.), первым дикта-тором-плебеем – Марций Рутул (356 до н.э.). С 354 до н.э. плебеи получили возможность влиять на состав сената: теперь он комлектовался из бывших высших магистратов, часть которых уже не принадлежала к патрициям; только они обладали правом вносить предложения и участвовать в их обсуждении. В 350 до н.э. был избран первый цензор из плебеев. В 339 до н.э. закон Публилия закрепил одно из цензорских мест за плебейским сословием. В 337 до н.э. пле-беям стала доступна и должность претора. Активизация во второй половине IV в. до н.э. политики выведения колоний малоземельных граждан в разные облас-ти Италии позволила частично снять остроту аграрного вопроса. В 326 до н.э. народный трибун Петелий провел закон об упразднении долговой кабалы для римских граждан – отныне они отвечали за долг лишь своим имуществом, но не своим телом.

В 312 до н.э. цензор Аппий Клавдий разрешил гражданам, не имевшим земельной собственности (торговцам и ремесленникам), приписываться не только к городским, но и к сельским трибам, что усилило их влияние в комици-ях; он также попытался включить в число сенаторов некоторых сыновей воль-ноотпущенников. В 300 до н.э. по закону братьев Огульниев плебеи получили доступ в жреческие коллегии понтификов и авгуров, состав которых ради этого увеличили вдвое. Таким образом, все магистратуры оказались открытыми для плебеев. Их борьба с патрициями завершилась в 287 до н.э., когда после их очередной сецессии (на Яникульский холм) диктатор Квинт Гортензий провел закон, согласно которому решения трибутных комиций получали законную си-лу и без санкции сената.

Победа плебеев привела к изменению социальной структуры римского общества: добившись политического равноправия, они перестали быть сосло-вием, отличным от сословия патрициев; знатные плебейские роды составили вместе со старыми патрицианскими родами новую элиту – нобилитет. Это спо-собствовало ослаблению внутриполитической борьбы в Риме и консолидации римского общества, что позволило ему мобилизовать все свои силы для прове-дения активной внешнеполитической экспансии.

 

2.2. Категории магистратуры и ее основные черты

 

Магистратура (новолат. magistratura, от лат. magistratus (единственное число) − сановник, начальник) − государственные должности в Древнем Риме. Возникновение магистратуры относится к периоду установления республики (конец 6 века до н. э.). Первоначально все магистратуры, кроме народных три-бунов, замещались патрициями, к началу 3 века до н.э. стали доступны и плебе-ям. Магистратуры исполнялись безвозмездно, были краткосрочными (как пра-вило, 1 год) и коллегиальными (за исключением должности диктатора).

Все магистратуры делились на несколько категорий:

1. Экстраординарные (чрезвычайные) и ординарные (обыкновенные). К первым принадлежали: интеррексы, диктаторы, начальники конницы, децемви-ры, военные трибуны с консулярной властью, триумвиры для устройства госу-дарства и члены различных чрезвычайных комиссий; ко вторым: консулы, пре-торы, цензоры, народные трибуны, квесторы, плебейские и курульные эдилы и члены постоянных комиссий. Одинарные магистратуры были выборными, а экстраординарные − назначаемыми.

2. Курульные и некурульные (простые).

К числу первых относились: консулы, диктаторы, децемвиры, военные трибуны с консулярной властью, триумвиры, преторы, цензоры и курульные эдилы. Все остальные были некурульные.

3. С империей (cum imperio) и без империя (sine imperio).

С империей: консулы, преторы, диктаторы, децемвиры, военные трибуны с консулярной властью и триумвиры; без империя: все остальные.

4. Высшие и низшие.

К первым принадлежали: все магистраты cum imperio, цензоры и (позд-нее) народные трибуны; ко вторым: все остальные.

Все магистратуры имели некоторые общие черты:

1) выборность − все республиканские должностные лица, кроме интер-рекса, диктатора и начальника конницы, выбирались народом;

2) безвозмездность занятие государственных должностей считалось по-четным (они даже так и назывались «honores» (почести)) и было несовместимо с получением жалования;

3) временность − все республиканские ординарные должности занима-лись на определенный срок, как правило, они были годичными, за исключением цензуры, срок которой определялся в 18 месяцев;

4) коллегиальность − большинство магистратур имело строго коллеги-альный характер; решения на них должны были приниматься единогласно, и протест хотя бы одного члена коллегии останавливал дело (ius intercessions (право протеста));

5) ответственность − все должностные лица, за исключением диктаторов, цензоров и народных трибунов, подлежали ответственности за свои должност-ные поступки: высшие магистраты − после отправления магистратуры, низшие − даже во время ее;

6) магистраты в сфере их непосредственных полномочий имели некото-рые общие права: право издавать обязательные постановления (эдикты), созы-вать собрания, налагать штрафы, подвергать аресту, вопрошать волю богов по-средством гаданий и некоторые другие.

Консулы (в Риме избирались два консула) были высшими магистратами и возглавляли всю систему магистратур. Особенно существенными были воен-ные полномочия консулов: набор в армию и командование ею, назначение вое-начальников, право заключать перемирие и распоряжаться военной добычей. Преторы появились в середине IV в. до н.э. в качестве помощников консулов. В силу того, что последние, командуя армиями, часто отсутствовали в Риме, к преторам перешло управление городом и, что особенно важно, руководство су-допроизводством, позволявшее в силу имевшегося у них империума издавать общеобязательные постановления и тем самым создавать новые нормы права.

Вначале избирался один претор, затем два, один из которых рассматривал дела римских граждан (городской претор), а другой − дела с участием ино-странцев (претор перегринов). Постепенно число преторов увеличилось до восьми.

Два цензора избирались раз в пять лет для составления списков римских граждан, распределения их по трибам и разрядам и для составления списка се-наторов. Кроме того, к их компетенции относилось наблюдение за нравствен-ностью и издание соответствующих эдиктов.

Квесторы, бывшие сначала помощниками консулов без специальной ком-петенции, со временем стали ведать (под контролем сената) финансовыми рас-ходами и расследованием некоторых уголовных дел. Число их, соответственно, росло и к концу республики достигло двадцати.

Эдилы (их было два) наблюдали за общественным порядком в городе, торговлей на рынке, организовывали празднества и зрелища. Коллегии «два-дцати шести мужей» состояли из двадцати шести человек, входивших в пять коллегий, ведавших надзором за тюрьмами, чеканкой монеты, очисткой дорог и некоторыми судебными делами. Особое место среди магистров занимали пле-бейские трибуны. Их право veto играло большую роль в период завершения борьбы плебеев за равноправие. Затем, по мере увеличения роли сената, актив-ность плебейских трибунов пошла на убыль, а попытка Гая Гракха во II в. до н.э. усилить ее окончилась крахом.

Экстраординарные магистратуры создавались только в чрезвычайных, грозящих особой опасностью Римскому государству обстоятельствах − тяжелая война, большое восстание рабов, серьезные внутренние беспорядки. Диктатор назначался по предложению сената одним из консулов. Он обладал неограни-ченной властью, которой подчинялись все магистраты. Право veto плебейского трибуна на него не действовало, распоряжения диктатора не подлежали обжа-лованию, и за свои действия он не нес ответственности. Правда, в первые века существования республики диктатуры вводились не только в чрезвычайных об-стоятельствах, а для решения конкретных задач и полномочия диктатора огра-ничивались рамками этой задачи. За ее пределами действовали ординарные ма-гистратуры. В период расцвета республики к диктатуре почти не прибегали. Срок диктатуры не должен был превышать шести месяцев. Вместе с тем в пе-риод кризиса республики это правило было нарушено и появились даже пожиз-ненные диктатуры (диктатура Суллы «для издания законов и устройства госу-дарства»).

 

2.3. Интеррекс

 

Первый интеррекс был избран после смерти Ромула, и затем это повторя-лось после смерти каждого из царей. Интеррекс избирался жребием из десяти старших сенаторов, на 5 дней. Он должен был в этот срок созвать комиции с целью выбора нового царя. Если он не успевал этого сделать, он по истечении срока слагал с себя власть, и на новые 5 дней жребием выбирался новый интер-рекс. Так продолжалось, пока старшие сенаторы не останавливали своего выбо-ра на одном лице. Тогда тот из них, кто исправлял должность интеррекса, док-ладывал о выборе всему сенату, и если последний был согласен, интеррекс со-зывал комиции.

Этот институт сохранялся в течение всего времени республики, с той лишь разницей, что интеррекс назначались патрицианскими чинами сената без жребия. К избранию интеррекса прибегали, когда по каким-нибудь обстоятельствам не было консулов, например, если оба они умерли, или пали в битве, или сложили с себя должность. Иногда, впрочем, вместо интеррекса, с целью избрания но-вых консулов назначали диктатора. Бывали случаи, что число интеррексов, по-очередно сменявших друг друга, доходило до 14: тогда в дело выбора новых консулов вмешивались народные трибуны и воспрещали дальнейшее назначе-ние интеррексов.

 

2.4. Диктаторы

 

В Древнем Риме процедура назначения диктатора заключалась в следую-щем: сенат выносил так называемый «чрезвычайный сенатусконсульт (поста-новление)», выражавшийся в формуле: «Пусть консулы примут меры, чтобы государство не претерпело ущерба». После этого консулы называли имя дикта-тора и тотчас распускали своих ликторов, которые все переходили к диктатору (диктатору полагалось 24 ликтора, тогда как консулам − по 12); таким образом они оказывались перед диктатором рядовыми гражданами, и он имел над ними право жизни и смерти, как и над всеми гражданами, кроме народных трибунов. По назначении, диктатор выбирал себе помощника − «начальника конницы».

В отличие от большинства высших магистратур, которые римский граж-данин мог занимать лишь в определенной последовательности − вначале кве-стор, затем эдил, претор и, наконец, консул, диктатором мог быть назначен лю-бой римский гражданин вне зависимости от прохождения или непрохождения им указанных должностей.

Диктатор обладал всей полнотой государственной власти. При назначе-нии диктатора к его титулу всегда прибавлялась причина его избрания (напри-мер, диктатор, избиравшийся на случай военной опасности).

На приговор диктатора до IV века до н.э. нельзя было подать апелляцию народному собранию (комиции).

Обычно диктатору повиновались все должностные лица, включая консулов.

Первоначально на должность диктатора могли назначаться только патриции, но с 356 до н. э. − также плебеи.

Иногда диктатора избирали для выполнения какого-нибудь разового по-ручения, часто религиозного характера, которое мог осуществить только выс-ший магистрат, по каким-либо причинам отсутствовавший в городе, или по причине его отсутствия в данный момент вообще. К этой группе можно отнести следующие случаи назначения диктаторов: для церемонии вбивания гвоздя в храме Юпитера во время эпидемий или смут в государстве; для проведения общественных игр, которыми должны были руководить высшие магистраты, или для учреждения празднеств или игр в связи с появлением определенных знамений; для проведения важных уголовных судебных процессов, которые должны проводиться высшими магистратами; для проведения очередных или назначения внеочередных или досрочных выборов магистратов.

 

2.5. Начальник конницы

 

Одновременно с диктатором обычно назначался и его помощник, назы-ваемый начальником конницы, а в Риме его называли магистр конницы. Чаще всего его кандидатуру подбирал себе сам диктатор при занятии должности, но в некоторых случаях имя начальника конницы называл сенат в своем постанов-лении.

Этот магистрат действительно командовал конницей и исполнял функции заместителя диктатора, например, во время его отсутствия. Начальник конни-цы, в принципе, выполнял те же самые функции, что и диктатор или консулы, но за одним исключением – он был в полном подчинении у диктатора и нес пе-ред ним личную ответственность за свои действия. Но это была дисциплинар-ная ответственность, так как диктатор, назначив себе начальника конницы, уже не имел права сместить его. Сам выбрал – сам и мучайся!

Если диктатор досрочно слагал свои полномочия, то он мог только поре-комендовать начальнику конницы сделать то же самое, но не известно ни одно-го случая, когда бы магистр конницы не прислушался к такому совету.

При вступлении в должность начальник конницы получал шесть ликто-ров, в фасцы которых были постоянно воткнуты топоры. Ему также полагались курульное кресло, тога-претекста и меч офицера.

Когда диктатор командовал войсками, то начальник конницы выполнял при нем функции адъютанта. Когда же диктатор находился в городе, начальник конницы должен был оставаться в лагере и командовать войсками. Часто на-чальник конницы должен был набирать новые легионы для ведения войны.

Диктатор не мог осуществлять свои функции без наличия начальника конницы, поэтому если тот умирал во время исполнения своих обязанностей, то диктатору следовало немедленно назначить нового начальника конницы.

Даже в тех случаях, когда диктатора назначали для выполнения второсте-пенных функций, в качестве его помощника всегда назначался магистрат, назы-вавшийся начальником конницы.

Первоначально начальником конницы могли назначить человека, кото-рый еще не занимал никакой государственной должности. Позднее начальника конницы стали обычно избирать из числа консуларов, то есть бывших консу-лов.

Свои полномочия начальник конницы должен был сложить не позднее, чем через 6 месяцев после занятия должности, и обычно он это делал одновре-менно с диктатором.

 

 

 

2.6. Децемвиры

 

Децемвиры в Древнем Риме − совет из десяти человек (почти все – быв-шие консулы), избранный в 451 до н.э. для составления и опубликования свода законов. Полное название этой комиссии, созданной после длительных волне-ний среди плебеев, − «десять мужей с консульскими полномочиями для напи-сания законов».

Древнейшими из децемвиров были децемвиры для судебных разбира-тельств по гражданским делам. Существовала также коллегия для раздела зем-ли в римских колониях. Самой важной в римской истории являлась коллегия, избранная для подготовки законов.

Децемвиры подготовили и опубликовали 10 таблиц законов, а в 450 до н.э. вновь избранная комиссия, в состав которой вошли и плебеи, издала еще 2 таблицы. Эти децемвиры отказывались сложить с себя полномочия или допус-тить выборы преемников, но были свергнуты, а власть трибунов и других должностных лиц (449 до н.э.) была восстановлена. Однако XII таблиц сохра-нились как основа римского публичного и частного права.

 

2.7. Военные трибуны с консульской властью

 

В 445 г. до н.э. трибун Г. Канулей внес предложение о том, чтобы кон-сульство не принадлежало только одному сословию, однако патриции уклони-лись от этого предложения, изменив конституцию: полномочия, до сих пор объединенные в руках консулов, теперь были разделены между двумя новыми магистратурами, а именно − военными трибунами с консульской властью и цензорами. Вследствие этого в 444 г. до н.э. было назначено три военных три-буна с консульской властью, и плебеи имели такое же право занимать эту должность, как и патриции. Однако в последующие годы народ, по предложе-нию сената, волен был решать, избирать ли консулов, согласно старому обы-чаю, или консулярных трибунов. Таким образом, в течение многих лет назна-чались иногда консулы, а иногда консулярные трибуны, и число этих послед-них изменялось от трех до четырех до тех пор, пока в 405 г. до н.э. оно не было увеличено до шести, − а поскольку цензоры считались их коллегами, иногда мы встречаем упоминание о восьми трибунах. Наконец в 367 г. до н.э. закон Лици-ния отменил должность консулярных трибунов и восстановил консульство. Консулярные трибуны избирались в центуриатных комициях и, несомненно, при менее торжественных ауспициях, чем консулы.

 

2.8. Народные трибуны

 

Народные трибуны имели право созывать собрания и сохранять привиле-гии, дарованные им царем Сервием и впоследствии Валериевыми законами. Но от ненасытного честолюбия и узурпаций патрициев такой защиты было совер-шенно недостаточно. Когда плебеи, доведенные до обнищания длительными войнами и жестоко подавляемые патрициями, удалились в 494 г. до н.э. на Священную гору, патриции вынуждены были дать плебеям право назначать трибунов с более действенными полномочиями по защите своего сословия, чем те, которыми обладали ранее. Цель их назначения состояла только в обеспече-нии защиты от злоупотреблений со стороны патрицианских магистратов; и для того, чтобы трибуны могли осуществлять эту защиту, их личности были объяв-лены священными и неприкосновенными, и решено было, что любой наруши-тель этой неприкосновенности будет объявлен вне закона, а его имущество пе-редано в храм Цереры. Это постановление свидетельствует о том, что, пытаясь защитить членов своего сословия, главы трибун сами подвергались оскорбле-ниям и дурному обращению; такие вещи случались и после того, как священ-ность трибуната была установлена договором − судя по тому, что через некото-рое время после учреждения трибуната были еще раз определены суровые на-казания тем, кто осмелится препятствовать трибуну при внесении предложения в собрание. Закон, устанавливающий эти наказания, предписывал, чтобы никто не мешал и не прерывал трибуна, обращающегося к народу, а нарушитель дан-ного постановления должен был представить за себя поручителя перед трибу-нами в том, что он выплатит любой штраф, который они потребуют за нанесен-ную обиду перед судом общины: в случае отказа представить поручителя он лишался имущества и жизни. Дата принятия этого закона − 461 г. до н.э. Таким образом, трибуны получили возможность оказывать помощь любому, кто апел-лировал к народному собранию или нуждался в ином содействии. По существу, они являлись представителями и учреждениями плебейского сословия, а их сферой действия были трибутные комиции. К патрициям и их комициям трибу-ны не имели никакого отношения. Сами трибуны, однако, не были судьями и не могли назначать наказания, но могли внести перед общиной предложение о на-значении штрафа. Следовательно, первоначально трибуны были лишь должно-стными лицами, защищающими плебс, но со временем их власть возросла до такой степени, что возобладала над властью всех прочих магистратов, и тогда трибуны, стали магистратурой всего римского народа в противоположность се-нату и олигархическим элементам вообще, хотя и не имели никакого отноше-ния к правительственному управлению. В конце республики трибуны стали на-стоящими тиранами. Но несмотря на серьезные и многочисленные злоупотреб-ления трибунской властью, допущенные отдельными лицами, величайшие ис-торики и государственные деятели признают, что величие Рима и его долговеч-ность в значительной степени являются результатом учреждения этой должно-сти.

Что касается количества народных трибунов, то все античные авторы со-гласны в том, что сначала их было только двое, хотя сообщения об именах пер-вых трибунов именах разнятся. Однако вскоре после этого число трибунов бы-ло увеличено до пяти − по одному от каждого из пяти классов. Когда это про-изошло − довольно неясно. Согласно Дионисию, три новых трибуна были до-бавлены сразу после назначения первых двух. Цицерон утверждает, что через год после учреждения трибунов их число было увеличено до десяти; согласно Ливию, два первых трибуна немедленно после своего назначения избрали себе трех новых коллег; согласно Пизону, (до принятия Публилиевых законов суще-ствовало только два трибуна. Было бы бесполезно пытаться установить, что происходило в действительности, но, по крайней мере, ясно одно: количество трибунов не было увеличено до десяти до 457 г. до н.э., а с этого момента от каждого из пяти классов избиралось по два трибуна.

Согласно Дионисию, датой трибунских выборов всегда было 10 декабря, хотя из Цицерона очевидно, что по крайней мере в его время выборы происхо-дили 17 июля. Никто, кроме плебеев, не имел права занимать должность трибу-на; поэтому, когда в конце республики патриции желали получить эту долж-ность, они должны были сначала выйти из своего сословия и стать плебеями; также поэтому во времена империи считалось, что принцепс не должен быть трибуном, ибо он был патрицием. Но влияние, которым обладала эта долж-ность, было слишком велико, чтобы императоры его не добивались. Поэтому Август получил пожизненную трибунскую власть. Во времена республики, од-нако, старое правило оставалось в силе даже после того, как трибуны перестали быть исключительно защитниками плебса. Единственный пример избрания патрициев на трибунскую должность упомянут Ливием, и, вероятно, являлся результатом попытки поделить трибунат между двумя сословиями. Казалось бы, нет ничего более естественного, чем избрание трибунов тем сословием римских граждан, которое они представляли, − однако с этим вопросом связаны значительные неясности. Цицерон утверждает, что они избирались куриатными комициями; то же самое подразумевается в сообщениях Дионисия и Ливия со-гласно которым трибутные комиции не имели этого права до принятия закона Публилия (472 г. до н.э.). Нибур считает, что до Публилиева закона трибунов избирали центурии, классы которых они представляли своей численностью, а курии, как сам Дионисий пишет в другом месте, не имели к выборам никакого отношения, за исключением того, что санкционировали их. Выборы в собрании центурий, однако, не устраняют трудностей, в связи с чем Гётлинг склонен счи-тать, что трибуны еще до истечения срока своей должности назначали преем-ников после предварительной консультации с плебеями. Необходимость санк-ции курий не вызывает сомнений, однако, по-видимому, эта практика прекра-тилась даже за некоторое время до Публилиевого закона. С этих пор о ней ни-чего не сообщается, а избрание трибунов было полностью передано трибутным комициям, которые для этого созывались и проводились прежними трибунами до истечения срока их должности. Один из прежних трибунов по жребию на-значался для руководства выборами. Поскольку собрание не могло продол-жаться после заката и процедуру необходимо было окончить за один день, ино-гда приходилось прерывать выборы прежде, чем они были завершены, − и в этом случае избранные трибуны пополняли коллегию до законной численности путем кооптации. Но чтобы предотвратить этот непорядок, трибун Л. Требоний в 448 году провел постановление, согласно которому коллегия трибунов нико-гда не должна была пополняться путем кооптации, но, если выборы не заканчи-вались в первый день, они должны были продолжаться на следующий день, до тех пор, пока число десять не будет достигнуто. Местом проведения выборов первоначально и по закону был форум, однако впоследствии также Марсово поле и иногда территория Капитолия.

Первоначально трибунская власть заключалась только в помощи против патрицианских магистратов. Однако скоро плебеи стали рассматривать трибу-нов также как посредников или арбитров в своих внутренних делах. Вся власть, принадлежащая коллегии трибунов, обозначалась термином трибунская власть, и никогда не распространялась далее, чем на одну милю за ворота города; на большем расстоянии трибуны, подобно любому другому гражданину, станови-лись подвластны империю магистратов. Поскольку трибуны являлись общест-венными защитниками, необходимо было, чтобы каждый человек во всякое время имел к ним доступ, поэтому двери их домов были открыты днем и ночью для всех нуждающихся в помощи и защите, которую трибуны были уполномо-чены оказывать против любого, даже против высших магистратов. По этой же причине трибунам было запрещено покидать город на целый день, за исключе-нием Латинских празднеств, когда весь народ собирался на Альбанской горе.

В 456 г. до н.э. трибуны, в борьбе с консулами, взяли на себя право созы-вать сенат, чтобы представить ему ротацию и обсудить ее, ибо ранее только консулы имели право представлять результаты плебисцита на одобрение сена-ту. Через несколько лет, в 452 г. до н.э., трибун потребовал, чтобы консул за-просил у сената постановление о назначении лиц для разработки нового зако-нодательства; и при обсуждении этого вопроса сами трибуны присутствовали в сенате.Письменное законодательство, которого тогда желали трибуны, должно было относиться только к их сословию; однако такое законодательство только расширило бы пропасть между двумя сословиями, и поэтому впоследствии трибуны уступили возражениям патрициев и новое законодательство должно было охватывать оба сословия. Начиная со второго децемвирата трибунат был временно приостановлен, но возобновился, когда составление законодательства было закончено, и приобрел теперь иной характер из-за изменений, произо-шедших с трибами. Трибуны теперь имели право присутствовать во время пре-ний в сенате, но они сидели не среди сенаторов, а на скамьях напротив откры-тых дверей здания сената. Неприкосновенность трибунов, ранее основанная только на соглашении между двумя сословиями, отныне была санкционировала и подтверждена законом М. Горация. Поскольку трибы теперь включали также патрициев и их клиентов, то, естественно, к трибунам можно было обратиться с просьбой о вмешательстве в пользу любого гражданина, будь то патриций или пле-бей. Примерно в это же время трибуны получили право совершать ауспиции в соб-раниях триб. Из нескольких примеров ясно, что трибуны вновь приобрели при-надлежавшее им до правления децемвирата право привлекать к суду трибутных комиций патрициев, нарушивших права плебеев. О праве трибунов предлагать плебисциты в трибутных комициях, которое было им предоставлено законом Валерия. В то время, как внешне коллегия с каждым днем приобретала все но-вую силу, в ее внутренней организации произошла перемена, до некоторой сте-пени парализовавшая ее власть.

До 394 г. до н.э. все вопросы в коллегии решались большинством, но око-ло этого времени был принят новый порядок, по которому возражения одного трибуна было достаточно, чтобы лишить силы постановление его коллег. До 394 и 393 гг. до н.э. это новое правило, по-видимому, не применялось; прежнее правило еще действовало в 421 и 415 гг. до н.э. Исходя из своего права присут-ствовать в сенате и участвовать в его дискуссиях, а также из своего положения представителей всего народа, трибуны постепенно приобрели право интерцес-сии − даже без объяснения причин − против любого действия, предпринимае-мого магистратом, находящимся в должности. Так, трибун запрещает консулу созывать сенат, препятствует внесению новых законов и проведению выборов в комициях. Также трибуны осуществляют интерцессию против официальных функций цензоров и даже против приказания, изданного претором. Точно так же трибун мог наложить вето на постановление сената и таким образом либо вынудить сенат подвергнуть обсуждаемый вопрос новому рассмотрению, либо назначить новое заседание. Для внесения предложения на рассмотрение сената трибуны могли либо сами созвать заседание, либо внести предложение на засе-дании, созванном консулом, − даже вопреки противодействию консула; такого права в присутствии консула не имел более ни один магистрат. С другой сторо-ны, сам сенат в некоторых случаях прибегал к помощи трибунов. Так, в 431 г. до н.э. он ходатайствовал о том, чтобы трибуны заставили консулов назначить диктатора в соответствии с постановлением сената, − и трибуны, угрожая кон-сулам тюремным заключением, вынудили их назначить диктатором А. Посту-мия Туберта.

Относительно взаимоотношений трибунов с другими магистратами мож-но отметить, что право интерцессии не сводилось только к праву остановить действия магистрата, но трибуны могли даже приказать своим посыльным аре-стовать консула или цензора, отправить его в тюрьму или сбросить с Тарпей-ской скалы. Лабеон и Варрон упоминают о том, что трибуны, выдвигая против кого-либо обвинение перед народом, имели право могли приказать своим по-сыльным привести обвиняемого в комиции, но не могли вызвать его. Геллий предпринял попытку объяснить эту странность. Трибуны, как и прежде, могли предложить, чтобы обвиняемый был присужден к штрафу, но в некоторых слу-чаях они отказывались от этого и рассматривали дело как уголовное. Коллегия трибунов также имела право издавать эдикты, о чем упоминает Цицерон. В случаях, когда один из членов коллегии возражал против решения коллег, ни-чего поделать было нельзя и от решения приходилось отказываться; но это по-лезное ограничение устранил своим примером Г. Тиберий Гракх, который соз-дал прецедент внесения перед народом предложения об отрешении от должно-сти трибуна, упорно настаивавшего на своем вето.

Со времени принятия закона Гортензия власть трибунов постепенно воз-росла до такой степени, что равной ей не было в государстве, в связи с чем Веллей даже говорит об империи трибунов. Они получили право вносить в трибутные комиции или сенат предложения по практически всем важным госу-дарственным делам, и можно до бесконечности перечислять примеры, в кото-рых обнаруживалась их власть. Обычно их предложения действительно прини-мались, обсуждались и одобрялись сенатом, но дела, напрямую затрагивающие интересы народа, − такие как общее законодательное предписание, предостав-ление избирательных прав, изменение атрибутов магистрата и так далее − мог-ли представляться народу без предварительного обсуждения в сенате, хотя есть также и примеры противоположного Вопросы, относящиеся к управлению, не могли быть вынесены на рассмотрение триб, если трибуны предварительно не получали через консулов одобрение сената. Однако это происходило очень час-то, и поэтому имеются упоминания о целом ряде плебисцитов по вопросам управления. Иногда случалось даже, что трибуны ставили перед трибами во-прос о заключении мира и затем вынуждали сенат ратифицировать это решение как выражающее волю всего народа. Сулла, реформируя конституцию в духе древних аристократических принципов, оставил трибунам только право помо-щи, но лишил их права вносить в сенат или комиции законодательные или иные предложения без предварительной санкции сената. Но такое положение дел продлилось недолго, ибо Помпей вернул трибунам их прежние права.

 

 

 

 

3. Эдикты магистратов

 

Все римские магистраты, имевшие высшую публичную и военную власть, обладали правом устанавливать общие правила поведения для более эффективного исполнения своей должности их в общезначимой форме − эдик-те. Однако именно городской претор, ответственный за управление городом, сконцентрировал в своих руках отправление правосудия. Опираясь на свое пра-во, претор предписывал судье, на каком основании выносить приговор по делу. Решение претора определялось наличием норм права, обслуживающих то или иное отношение, но на основе своего решения он мог предусмотреть и специ-фические средства защиты и в этом случае провести все разбирательство само-стоятельно. Такие экстраординарные процессы способствовали развитию пра-вовой системы, поскольку позволяли защитить и, значит, признать на офици-альном уровне отношения, не предусмотренные законом. Например, введение экстраординарной защиты фактического держания от насильственных посяга-тельств со стороны третьих лиц посредством интердиктов создавало особый ин-ститут вещного права − владение.

Устойчивая практика публикации процессуальных формул (начиная с III в. до н.э.) сказалась и на деятельности претора, который − в целях информиро-вания граждан и упорядочивания собственной судебной активности − выстав-лял на форуме на побеленных досках модельные формулы исков и экстраорди-нарных средств. Преторские эдикты были посвящены принципам и способам отправления правосудия. Наряду с преторами, обладавшими общей юрисдик-цией, специальная юрисдикция придавалась курульным эдилам − магистратам, ответственным за порядок в городе и особенно на рынках. В рамках своего эди-лы также обладали правом голоса и тоже издавали эдикты.

Правом издавать эдикты обладают магистраты римского народа; но наи-более важное право содержится в эдиктах двух преторов, городского и претора перегринов, в провинциях такой же юрисдикцией обладают их губернаторы.

Эдикты магистратов приобрели особое значение во второй половине II в. до н.э., когда был утвержден наряду с процедурой посредством новый вид про-цесса формулы. Отныне претор мог защищать отношения, не предусмотренные правом, не только экстраординарными (административными), но и обычными гражданско-правовыми средствами. Процедура формулы распространялась и на защиту отношений, предусмотренных в законах, так что в преторском эдикте наряду с исками, основанными на его юрисдикции, появились иски, основан-ные на законе. Поскольку последние оказались в зависимости от общих прин-ципов преторского правосудия, это отразилось и на цивильных правах граждан.

 

Заключение

 

История раннереспубликанского Рима показывает, что экстраординарные ма-гистратуры играли большую роль в данный период. Это связано с изменением политики самого государства, с изменениями условий.

В 509 году происходит переворот, в ходе которого заканчивается царский период Древнего Рима и начинается раннереспубликанский период. Раннерес-публиканский период характеризуется борьбой плебеев за равноправие с пат-рициями, которые в качестве полноценных граждан монополизировали право заседать в сенате, занимать высшие магистратуры и получать землю из «обще-ственного поля»; плебеи требовали также отмены долговой кабалы и ограниче-ния долгового процента.

Но это был долгий процесс, который характеризовался длительной борь-бой и частыми сменами правительства. Благодаря частым сменам правительст-ва возник такой вид магистратуры, как интеррекс, просуществовавший практи-чески до конца раннереспубликанского периода.

Тогда же были созданы народные трибуны, которые были призваны за-щищать простых римских граждан от произвола вышестоящих лиц.

К тому же магистратура способствовала развитию древнеримского права, именно этому институту мы обязаны римского частного права. Ведь именно магистраты имели право издавать указы и законы, а также исполнять их в зави-симости от своих полномочий.

 

СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ: «Рефераты по истории»





Rambler's Top100