Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

  


Тур Золотые Рогаоединок со Змеем

  (славянские мифы)

 

Мария Васильевна Семёнова


 

Тур Золотые Рога

 

     Прежний могучий сын Неба, на которого так надеялись Люди, не смог  бы

теперь не то что за них заступиться - даже оборонить себя  самого.  Кий  с

кузнечихой пробовали лечить раны, но раны не заживали. И  от  цепей  веяло

таким морозом, что холодно было в избе  -  топи,  не  топи.  Кий  с  сыном

пытались их разрубить, но только перепортили острые стальные зубила.

     - Туда, где я был, камень падал бы двенадцать дней и ночей, -  сказал

Кию Перун. - Не минуешь ты  горя  из-за  меня,  побратим,  когда  нагрянут

искать. Жаль, не вижу! Небось, постарел за тридцать три года?

     - Да и ты не помолодел, хоть и Бог, - ответил кузнец. Он  вспомнил  о

самородке, что когда-то давно принесла в его кузницу злая Морана. Он тогда

уже понял, что это было  железо  с  Железных  Гор,  неподатливое  и  злое.

Недаром надеялась ведьма выковать гвоздь!

     - Может, сгодится разок для доброго дела, - рассудил Кий. Встали  они

со Светозором на лыжи, отправились в  лес  разыскивать  вмерзший  в  Землю

валун, под которым спал заклятый клад.  По  дороге  их  догнал  на  санках

сосед, спросил любопытно:

     - А правду ли бают, у тебя домочадец новый завелся?  Работника  взял,

али жених к дочери зачастил?

     Кузнецы не отважились много болтать о Боге Грозы. Мало ли каких  ушей

достигнет молва, еще бедой отзовется.

     - Это друг мой давний, Тархом Тараховичем прозывают, - ответил Кий. -

Зашел в гости да приболел.

     - А ты  его  перекуй  в  здорового,  -  засмеялся  сосед.  -  Ты  же,

сказывают, умеешь.

     - Попробую, - пообещал Кий.

     Им было по пути, и сосед подвез их в санях. А пока ехали,  рассказал,

какая напасть приключилась за болотами, у дальней родни. Там поднялись  из

берлог разом три шатуна, прожорливые и свирепые. Диво,  вместе  охотились.

Видели их на Глядень-горе, что-то они там искали, но, знать,  не  нашли  и

повадились заходить во дворы - рвать собак, вытаскивать скотину из хлевов.

Бабы,  дети  уже  за  порог  боялись  ступить,  да  и  мужики  с  оглядкой

высовывались. И старейшина приговорил:

     - Откупимся  девкой!  Отдадим  медведюшкам  невесту-красавицу,  авось

подобреют...

     Так и сделали. Выбрали девку: глаза  родниковые,  коса  по  колено  -

чистое золото. Обрядили в свадебную рубаху, велели отцу-матери кланяться и

расчесали волосы надвое:

     - Не осуди, Светленушка! Уважишь  медведюшек,  самого  Скотьего  Бога

уважишь. Пускай нас помилует!

     Ибо Волосу, мохнатому Змею, медведь был от века первый товарищ. Такой

же прожорливый, свирепый и сильный, да и ленивый. И на девичью красу такой

же несытый.

     Что ж! Свели плачущую невесту  глубоко  в  чащу  лесную,  в  заросший

ельником лог, откуда всего чаще выникали медведи. И оставили привязанной к

дереву на поляне:

     - Заступись, кормилица! Ублажи Волосовых зверей! Не дай лютой смертью

изгибнуть!

     С тем ушли  старики.  Но  не  увидели  старыми  глазами,  что  вблизи

схоронился Светленин бедовый меньший братишка. Решил  малец  выследить,  в

какую сторону поведут ее женихи, чтобы потом навестить в  берлоге,  привет

домой передать. А утихомирятся, залягут снова в спячку  медведи  -  может,

назад в деревню забрать...

     И вот захрустел мерзлый снег под двенадцатью когтистыми лапами. Вышли

на поляну три шатуна. Светленин братец не помнил,  как  высоко  на  дереве

оказался. Только видел, как начали медведи обнюхивать обмершую  невесту  и

свадебное угощение, сложенное у ее ног...

     Но не  довелось  им  потешиться.  Совсем  рядом  послышался  рев,  от

которого с ветвей осыпался снег, а  храбрый  малец  еле  усидел  на  суку.

Затрещало в подлеске, и из чащи, вспахивая сугробы, вылетел тур.

     Грознее зверя не водилось в лесу. Рослый мужчина не смог бы взглянуть

поверх его черной спины, разделенной белым ремнем.  Быстроногий  олень  не

умел его обогнать, превзойти в стремительном беге. А рога длиной  в  руку,

выгнутые вперед, играючи расшвыривали волков, метали  с  дороги  охотников

вкупе с конями...

     Вот что за чудище вырвалось на  поляну  и  встало  между  невестой  и

женихами, и пар струями бил  из  ноздрей  на  морозе.  Мальчонка  с  ветки

увидел, что на рогах быка горело жаркое золото. Не простые  были  медведи,

не прост был и тур. И кто страшнее, неведомо.

     А рев тура уже смешался с медвежьим. Оторопевшие  поначалу,  косматые

женихи втроем бросились на быка. Один разорвал ему когтями  плечо,  другой

успел укусить, но третьего тур вмял в снег и  там  оставил  лежать.  Новая

сшибка, и еще одна бурая туша взлетела, перевернулась и грянула  о  сосну,

так что белая шапка обвалилась с вершины. Последний шатун встал  на  дыбы,

но тур пригвоздил его золотыми рогами к необъятной березе и  держал,  пока

тот не замолк и не свесил когтистые  лапы,  оставив  полосовать  ему  шею.

Тогда тур швырнул его прочь, еще раз коротко проревел и пошел к дереву,  у

которого без памяти висела на веревках невеста. С его плеча и  шеи  капала

кровь. Вот бык наклонил голову, осторожно дохнул Светлене в лицо. Кончиком

рога поддел лыковые путы и разорвал, как гнилую нитку. И  тормошил  теплой

мордой  упавшую  девушку,  пока  она  не   очнулась.   Светлена   отчаянно

вскрикнула, заслонилась локтями... тур ничем ее не обидел.  Губами  поднял

из снега какой-то мешочек, затянутый длинным оборванным ремешком.  Положил

ей на колени, подставил могучую изодранную шею. Светлена неверными  руками

кое-как обхватила  ее,  крепко  завязала  концы  ремешка.  Погодя  стащила

платок, взялась унимать, заговаривать кровь:

     - Ты, руда, стань, боле не кань...

     Тур слушал смирно, опустив  грозную  голову.  Только  все  заглядывал

Светлене в глаза, будто силясь что-то  сказать.  А  потом  непоседа-братец

увидел, как тур припал на колени, и сестрица неловко,  несмело  взобралась

ему на загривок. И пошагал тур, чуть  заметно  прихрамывая,  по  глубокому

снегу прочь, как будто поплыл...

     - Вот дела-то, - скончал свою повесть говорливый сосед.  -  Хотели  с

собаками его обложить, да больно уж лют. Только лучше бы девка  досталась,

кому назначали. Боятся теперь, разгневается Скотий Бог, хуже не было бы!

 

Следующая страница >>> 

 

 

 

 

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 

 


При перепубликации гиперссылка на Библиотекарь.Ру обязательна 









Rambler's Top100