Вся библиотека

Оглавление

  

Материалы X международной научной конференции 29 мая - 3 июня 2001 г.

Международные отношения

в бассейне Черного моря в древности и средние века

 


Издательство Ростовского педагогического университета

 

Митридат и эллины (к вопросу о позиции греческих полисов во время Первой Митридатовой войны)

 

К.В. Смыков (Саратов)

 

Митридатовы войны являются крупнейшим вооруженным конфликтом на Востоке со времени похода Александра Великого, а сам понтийский царь довольно часто изображается в литературе как защитник эллинства от гнета римлян, чей приход в Азию, а затем и появление его армий в материковой Греции, вызвали у местного греческого населения взрыв ликования и энтузиазма. Изменение этого настроения и появление недовольства понтийским царем приписывают обычно усилению гнета, связанному с военными действиями, а также тому, что римляне сумели одержать убедительные победы в битвах при Херонее и Орхомене.

Однако уже достаточно давно было высказано сомнение в достоверности этой картины. Еще X. Ормрод сделал принципиально важную оговорку: вполне вероятно, что сопротивление Митридату было значительнее, чем представляется на основании литературных источников. Некоторый скепсис в отношении рисуемой античной традицией картины <триумфального шествия> Митридата проявил и М.И. Ростовцев, подчеркнувший, что не следует переоценивать энтузиазм греков. В общем виде, подтверждение этому мнению можно найти в сочинении Мемнона, который сообщает о том, что одни города Азии сами перешли на сторону царя, а другие он захватил (Memn. 31.3). Данные других авторов и эпиграфики позволяют установить, хотя бы частично, список тех и других полисов.

Известно, что на сторону Митридата перешли Магнесия на Меандре, Эфес, Митилена, Канн, Адрамиттий, Пергам (App. Mithr. 23: в рассказе об избиениях), а также остров Кос (App. Mithr. 24f.; Tac. Ann. 4.14; Jos. Ant. Jud. 14.7.2). С другой стороны, сопротивление Митридату оказали магнеты (App. Mithr. 21; 61.) Под магнетами здесь имеются в виду жители Магнесии на Сипиле, следовательно, о том же сопротивлении упоминает и Павсаний (Paus. 1.20.5 - ранение Архелая в борьбе с магнетами, жившими по Сипилу), а также Ливий и Плутарх (Liv. Ep. 81; [109] Plut. Mor. 809с), ликийцы (App. Mithr. 21; Oros. 6.2.2; Eutr. 5.5). Сильное сопротивление оказали Табы (OGIS 442 = Sherk RDGE №17) и Стратоникея (App. Mithr. 21; OGIS 441 = Sherk RDGE №18); сопротивлялись Нагары в Ликии (App. Mithr. 27). Таким образом, очагов сопротивления было довольно много, тем более, что ряд городов проявлял нерешительность - так, например, первоначально сопротивление оказывали жители Лаодикеи на Лике, которую охранял Кв. Оппий; город сдался только после того, как Митридат обещал ему неприкосновенность в обмен на выдачу Оппия (App. Mithr. 20; Strab. 12.8.16; Liv. Ep. 78.). Среди островов Эгеиды успех был также не столь полным, как хотелось бы Митридату. Правда, Кос сдался без сопротивления, но зато стойкое сопротивление оказал Родос (App. Mithr. 24f.; Vell. 2.18.3); силой пришлось подчинять Эвбею (App. Mithr. 29f.; Plut. Sulla 11.5; Memn. 32.1) и Делос (App. Mithr. 28; Flor. 1.40.8; Strab. 10.5.4; Paus. 3.23.3); какие-то неприятности были у царя с Хиосом - во всяком случае, Аппиан упоминает об инциденте с хиосским кораблем, который заставил царя почувствовать к хиосцам недоверие (App. Mithr. 25), и о том, что хиосцы были награждены Суллой после победы (App. Mithr. 61).

Приведенного материала достаточно, чтобы признать тот факт, что триумфального шествия по Азии и островам Эгеиды у Митридата не получилось, и если он стал все-таки хозяином значительной части этого региона, то это потребовало от него довольно значительных военных усилий. X. Ормрод считал, что типичным поведением для городов Азии в это время было сохранение лояльности римлянам, предоставление им убежища после поражения и переход на сторону Митридата при приближении понтийской армии с показной демонстрацией преданности новому господину. Последующие более тщательные исследования, позволяют говорить не об одном, а о четырех типах поведения греческих городов провинции Азия перед лицом Митридата, начиная от полного и всецелого перехода на сторону Митридата (число таких городов было невелико), и до тех, которые любой ценой отстаивали интересы римского дела и не боялись вооруженной конфронтации с Митридатом (их тоже было относительно немного). Очевидно, что большая часть городов попадала между двумя крайностями и действовала в зависимости от местных условий: не имея силы сопротивляться Митридату, они, тем не менее, не проявляли самостоятельной антиримской инициативы.

К сожалению, состояние источников не позволяет тщательно проследить, какие социальные силы определяли поведение того или иного города. Во всяком случае, как отмечает Р. Бернард, полисы, безусловно вставшие на сторону Митридата, были по своему положению привилегированными - Пергам и Афины были civitatis foederate, а Митилена и [110] Самос - civitatis liberae, т.е. говорить об особой интенсивности эксплуатации их римлянами не приходится. В то же время, среди городов, оказавших Митридату сопротивление, были как привилегированные, так и непривилегированные. К числу последних (civitatis stipendiariae) Р. Кернард относит, например, Аполлонию, Магнесию на Сипиле, фокийскую Элатею. В целом можно согласиться с его мнением, что, если у Ликийского союза или Родоса шансы на успешное сопротивление были реальными и их связывали с Римом собственные интересы, то большинство небольших городов, оказывая сопротивление, подвергалось значительному риску. Возможно, этот факт объясняется позицией членов ведущих фамилий этих полисов, которые придерживались проримской ориентации и были связаны дружественными или семейными узами с италийцами, проживавшими в Азии.

Таким образом, анализ конкретною материала о событиях в эллинских полисах Малой Азии и материковой Греции в начале Первой митридатовой войны показывает, что картина полного и в значительной степени добровольного перехода эллинских полисов под власть Митридата является в значительной степени искажающей действительность. В реальности позиции каждою полиса были различны, и число тех полисов, которые добровольно приняли сторону понтийцев, было относительно невелико. Наиболее типичным был переход на сторону Митридата при приближении его войск и измена ему при первом удобном случае. Источниками зафиксирован только один случай, когда город продолжал сопротивление римлянам даже после завершения войны с Митридатом - Митилена, но митиленцам терять было нечего, поскольку за выдачу Мания Аквилия их ждало жестокое наказание. Возможно, что именно такое сдержанное отношение эллинов к его господству побудило Митридата к поискам более эффективного способа обеспечить их лояльность попытке повязать их общим преступлением в ходе беспрецедентной резни римлян и италиков в 88 г. до н.э.

Знаменательно, что возвращение под римский контроль территорий, в начале войны вставших на сторону Митридата, обошлось без особых эксцессов и осуществилось в краткие сроки. Все усилия, затраченные Митридатом на пропаганду, оказались бесплодными: эллины не пошли за "Новым Дионисом" и, пожалуй, можно сказать, что в политическом смысле свою борьбу, длившуюся еще более 20-ти лет, Митридат проиграл уже в 87-86 г.г. [111]

 

<<< Оглавление     Следующая статья >>>

 





Rambler's Top100