Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


Усадьба новгородского художника 12 века

 

Б.А. Колчин, А.С. Хорошев, В.Л. Янин

 

Художественные мастерские усадьбы А

 

Комплекс археологических находок, расположенных внутри и около сооружений IV-37 и 1У-45, насчитывает более 30 категорий, что позволяет достаточно определенно и подробно характеризовать его как остатки мастерской живописца.

В мощном культурном слое толщиной от 60 до 70 см находился развал двух горизонтов деревянных строений, погибших в пожарах 1194 и 1209 гг. Именно эти два пожара были причиной образования здесь необычайно толстого культурного слоя с повышенной сохранностью в нем древних вещей.

Все находки, связанные с работой живописца, сосредоточены в северовосточном углу усадьбы. Они наряду с бытовыми вещами и универсальными инструментами заполняют культурный слой срубов IV-37 и IV-38, а также .лежащие ниже слои внутри сруба IV-45 и столбовой постройки IV-49. Основная масса таких находок сосредоточена в срубах IV-37 и IV-38. Здесь найдено около 75% находок, составляющих комплекс. Остальные 25 % располагались в верхних горизонтах слоя внутри сруба IV-45 и около него. Описание находок дано сразу по двум горизонтам, так как в итоге они представляют единый производственный комплекс.

С деятельностью живописной мастерской связываются следующие археологические находки:

Берестяные грамоты Деревянные дощечки для иконок

Оклады иконок Деревянные дощечки с позолотой

Тигли круглые

Керамические  чашечки и другие сосуды

Тигли-льячки

Стеклянные сосуды малых форм    более 30

Керамические сосуды с янтарем

Скопление (кусочки) краски желтой

Скопление (кусочки) краски

красной

Скопление (кусочки) краски неопределенного Охра

Янтарь кусками разной

фракции

Ртуть

Сера

Фольга золотая

Фольга серебряная

Фольга бронзовая

Куски ткани, пропитанной

маслом

Янтарь,    вплавленный    в

ткань

Куски и пластины свинца

Пластины и полосы меди

Кусок минерала темно-зеленого цвета     1

Куски смальты зеленой       11

Шлаки керамические           8

Нить золотная           2

 Воск пчелиный        2

Стекло синее 6

Медная чашечка с ручкой      1

 

Описание этих находок удобнее начать с дощечек для иконок. Всего их найдено 15. Следует заметить, что пять дощечек (10-98, 10-101, 12-105, 14-111, 15-107) были найдены в южной части усадьбы, внутри дома П-19, где, вероятно, мог жить и работать мастер по обработке дерева, изготовлявший эти дощечки.

 

1.         Дощечка иконки (15-224) с прямыми нижними углами, полукруглым верхом и небольшими плечиками. Высота 8,4 см, ширина 5 см, толщина 0,7 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,2 см. Материал — сосна. Внутри ковчега в нескольких местах — остатки краски красного цвета (рис. 57).

2.         Дощечка иконки (15-254) с прямыми нижними углами, полукруглым верхом и небольшими плечиками. Высота 10,4 см, ширина 7,6 см, толщина 0,7 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,3 см. Материал — сосна. Дощечка была расколота на две части.

3.         Дощечка иконки (14-199) с прямыми нижними углами и полукруглым верхом. Высота 11,5 см, ширина около 8,5 см, толщина 0,6 см. Правая часть на 2 см сколота. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,2 см. Материал — сосна. Внутри ковчега в нескольких местах — остатки краски красного цвета

4.         Дощечка иконки (14-216 и 14-225) с прямыми нижними углами и полукруглым верхом. Сохранились два продольных скола дощечки, позволяющих полностью восстановить размеры иконки.  Ее высота 9,6 см, ширина 8,2 см, толщина 0,7 см. На лицевой стороне —'ковчег глубиной 0,2 см. Материал — ель. На полях и торцах иконки сохранились остатки краски красного цвета.

5.         Дощечка иконки (16-215) прямоугольной формы. Высота 8,3 см, ширина 7 см, толщина 0,8 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,3 см. Материал — сосна. Дощечка расколота вдоль волокон на две части.

6.         Дощечка иконки (12-3) абсолютно той же формы и размеров, что и предыдущая. Такой же ковчег. Материал — сосна.

7.         Дощечка иконки (10-98) прямоугольной формы, такой-же  высоты и толщины, что и две предыдущие. На лицевой стороне — ковчег с полями немного больше, чем у двух предыдущих. Материал — сосна. У дощечки сколота  часть  правой  стороны  (рис.  59).

8.         Дощечка иконки (15-224). Часть диптиха или триптиха. Низ — с прямыми углами, верх — половина полукруга с'плечиками.  Высота 13 см, ширина 5 см, толщина 0,8 см.'Правая сторона дощечки в сечении имеет округлую форму в виде ребра, на левой стороне дощечки — паз в четверть для соединения с другой частью. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,3 см. Материал — ель (рис. 59).

9.         Дощечка иконки (14-111) прямоугольной формы. Высота 8 см, ширина

6,6 см, толщина 1,7 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,5 см.

Отделка иконки по сравнению с предшествующей более грубая. Материал —

-сосна (рис. 59).

10. Дощечка иконки (15-215) прямоугольной формы. Высота 7,9 см, ширина 6,2 см, толщина 0,8 см. На лицевой стороне — ковчег с широкими полями. Материал — сосна.

11. Дощечка иконки (10-101) прямоугольной формы. Высота 5,7 см,, ширина 4,8 см, толщина 0,6 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,2 см. Дощечка сделана очень тщательно, с ровными прямыми углами и шлифованной поверхностью. Материал — ель (рис. 58).

12.       Дощечка иконки (14-206) прямоугольной формы. Сохранилась только часть ее левой стороны. Высота 13,6 см, толщина 1,2 см. Ковчег глубиной 0,5 см. Материал — сосна.

13.       Дощечка иконки (15-107) прямоугольной формы. Сохранилась только

часть ее левой стороны. Высота 19,5 см, толщина 1,2 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,3 см. Материал — сосна.

14.       Дощечка иконки (12-105) прямоугольной формы. Низ обломан. Ширина 9,3 см, толщина 1,4 см. На лицевой стороне — ковчег глубиной 0,7 см. Материал — сосна.

15.       Обломок дощечки (14-227) неправильной формы, без полей, размерами

8x4x0,3 см. На лицевой стороне — остатки золотой покраски.

 

Для приготовления красок и красителей в мастерской применялись керамические и стеклянные сосуды. Керамические сосуды подразделяются на несколько видов: обычные горшки, круглые малые тигли, тигли-льячки, керамические чашечки, разнообразные блюдечки и миски.

Горшки — обычные печные сосуды диаметром до 10—13 см, невысокие, с округлым, несколько раздутым туловом. В изломе эта керамика имеет серый и светло-серый цвет. Найдено несколько фрагментов, облитых расплавленным янтарем и маслом.

Круглые тигли найдены в количестве шести, три из них целые. Один тигель (16-200) серого цвета, облитый внутри стекловидной массой, а снаружи оплавившийся, имел следующие размеры: диаметр тулова 4,2 см, высота 6,4 см, наружный диаметр венчика 3,7 см, толщина стенок 0,5 см. Другой тигель (15-235) светло-серого цвета, более тонкостенный, имел диаметр тулова 4,8 см, высоту 5,8 см, наружный диаметр венчика 3,4 см, толщину стенок 0,3 см. Каких-либо видимых следов содержимого в тиглях не сохранилось (рис. 60).

Интересную группу сосудов, предназначенных для тепловой обработки красителей и лаков, представляют небольшие тигли-льячки. Они имеют форму ложковидных глубоких сосудов с закрытым верхом. Все их находки сосредоточены на небольшой площади внутри мастерской в развале печи и около нее (пласты 15—16, квадраты 254, 245, 253). Судя по ручкам этих сосудов, выделенным из массы керамических фрагментов, можно говорить примерно о 20 тиглях, из них четыре найдены целыми (рис. 60). Все они очень сильно обожжены, в изломе черепок имеет светло-серый цвет. Размеры таких тиглей колебались: длина — от 5 до 7 см, ширина — от 1,5 до 4 см, высота — от 3 до.4,5 см, толщина стенок — от 0,2 до 0,4 см.

Эти тигли были двух конструктивных форм, различаясь по устройству верхней части. Одни имели вверху достаточно большое отверстие, через которое можно было закладывать в тигель для нагрева то или иное вещество. Лишь иногда отверстие было маленьким. Тигли этого типа предназначались для длительного употребления. Загрузка и розлив содержимого могли производиться многократно.

Тигли другого типа были предназначены для одноразового употребления (рис. 60). Во время термической обработки верх тигля был закрыт, и после окончания процесса нужно было сделать небольшой скол в передней части сосуда (наподобие современных медицинских стеклянных ампул, содержимое которых можно извлечь, только разбив верх горлышка). Загрузку подобных тиглей производили в то время, когда глина самого тигля находилась в достаточно пластичном состоянии и верх тигля можно было сжать, а стенки слепить. После соответствующей сушки сосуд, уже заполненный и с закрытым верхом, можно было ставить на угли в печь или в горн.

Керамические чашечки для растирания красителей и разведения красок представлены восемью находками, в том числе двумя целыми сосудами. Найдены они в тех же квадратах и пласте, что и тигли-льячки (15/16-254). Их форма показана на рис. 61. Все они однотипны. Наружный диаметр одной чашечки равен 5 см, высота — 3,7 см, толщина стенок — 0,6 см. Другая чашечка имеет диаметр 6 см и высоту 3,8 см. Все они покрыты зеленой глухой поливой. На стенках одной чашечки сохранился тонкий слой красителя золотистого цвета. Эти предметы аналогичны некоторым сосудам из мастерской художника, раскопанной в Киеве1.

Разнообразные блюдечки и миски для хранения и разведения красителей сохранились в большинстве случаев в виде фрагментов. Часть подобных сосудов покрыта зеленой или светло-зеленой глухой поливой. Довольно много собрано небольших керамических мисочек диаметром 8—12 см, сделанных из обычной серой глины, с хорошим обжигом. Некоторые формы сосудов представлены на рис. 62.

Для нагревания лаков и варки масла применялась медная плоскодонная чаша с железной рукояткой (13-32). Диаметр чаши равен 8,5 см, высота — 6 см, ручка имела длину 17 см.

При нагревании тиглей и других сосудов на углях в печи применялось-приспособление типа жаровни (13-14). Это железный лист толщиной 5 мм, размерами 27 Х21 см. Жаровня имеет 15 сквозных отверстий диаметром около-1 см, расположенных в средней части листа. Расстояния между отверстиями равны 4—5 см. У жаровни, вероятно, была рукоятка, следы крепления которой сохранились. Эту жаровню ставили на развал раскаленных углей, а на нее можно было устанавливать сосуды любой формы.

Для захвата и установки тиглей в печи или в горне необходимы горновые клещи. Такие клещи найдены недалеко от мастерской, в юго-восточном углу усадьбы (10-51). Это типичные горновые железные клещи (рис. 62). Их длина равна 43 см. Губы клещей удлиненной формы размерами 9 см имели комбинированную конструкцию для захвата плоских и круглых предметов.

Из группы материалов для красителей, собранных в развале мастерской,, прежде всего необходимо упомянуть охру. Большое ее скопление было найдено в квадрате 213 внутри пристройки к срубу IV-45, где собрано около 10 ведер охры. Скопление представляло собой слежавшиеся комья разной фракции (от 10x10x5 см до размера грецкого ореха) легко рассыпающегося мелкого* песчаника красно-фиолетового и коричневого цвета. Кроме того, крупные куски охры были найдены в квадратах 232, 236, 223 и др.

В северо-восточной части усадьбы в слоях обоих горизонтов собрано большое количество янтаря (1151 кусок). Куски янтаря были разной величины — от больших (5x5x2,5 см) до мелких, не превышающих размера лесного ореха. Подавляющее большинство кусочков имеет в среднем размеры 2 X1,5 X: Х0,5 см.

Свинец был найден в виде пластин и стержней. Например, пластина свинца (13-32) имела размеры 15x3,5x0,6 см. Свинцовые стержни круглого или овального сечения имеют толщину 0,8—1,2 см и длину от 13 до 18 см (например, 12-53, 13-22, 15-227 и ряд других). Всего свинцовых пластин и стержней найдено 11. Довольно много (свыше'50) встречено обломков изделий, изготовленных из свинца и свинцово-оловянистых сплавов. Среди них имеется 14 пластинок чистого свинца

В помещении мастерской обнаружено много медных пластин и полос разных размеров. Некоторые полосы были остатками каких-то довольно крупных медных вещей, вероятно из числа церковной утвари.

Ртуть обнаружена внутри трех тиглей-льячек (15-254, 16-245, 16-254) уже в лаборатории во время их исследования. На дне этих тиглей находился серый слой, казавшийся высохшей землей. Очищая острием ланцета дно тигля, мы выявили под этим сухим слоем скопление ртути. Всего из трех тиглей вылилось около 40 капель, каждая размером примерно с большую булавочную головку.

Сера была найдена дважды, в квадратах 235 и 245. Один ее кусок имеет размеры 2x1x1 см, другой — крупнее: 3x3x2 см. Они представляют собой два целых кристалла желтого цвета с обкатанными гранями.

Для определения и характеристики ряда других находок, собранных на раскопе, 20 проб были отданы для комплексного аналитического исследования во Всесоюзную центральную научно-исследовательскую лабораторию по консервации и реставрации музейных предметов (ВЦНИЛКР). Описание и определение следующих находок сделано на основании «Отчета об исследовании материалов археологических раскопок в Новгороде» (руководитель работ кандидат искусствоведения Ю. М. Гренберг; в работе принимали участие кандидат физико-математических наук М. М. Наумова, кандидаты биологических наук В. Я. Бирштейн и В. П. Голиков, кандидат химических наук Л. Н. Дашевская и младший научный сотрудник Ю. М. Таскаева; всем им авторы публикации выражают глубокую благодарность).

Кусок]краски (15-234) золотисто-желтого цвета с вкраплениями красных кристаллов, размерами 2x1,2 X 0,8м. Он был подвергнут анализам микроскопическому, микрохимическому, люминесцентному, лазерному спектральному, эмиссионному спектральному и рентгеноструктурному (по отчету образец № 1012). На основе всех анализов сделано определение: указанный кусок является минералом аурипигмент. Этот минерал уже знали и упоминали в своих трудах Теофраст и Плиний; как краситель аурипигмент назван и Тео-филом 2. Месторождения аурипигмента известны в Закавказье, Греции, Румынии. Этот минерал имеет несколько оттенков — от лимонно-желтого-до оранжевого. Цвет красителей, полученных на основе аурипигмента, — разные оттенки желтого.

Другой кусок желтой золотистой краски (17-244) размерами 0,7хО,4х Х0,2 см оказался также аурипигментом (образец № 1017).

Монолитный кусок землистого скопления желтого цвета (14-199) размерами 1,8x0,5x0,3 см на раскопе был определен как смальта. Анализ (образец № 1013) показал, что находка является минералом реальгар с ярко-выраженной кристаллической структурой и с вкраплениями аурипигмента. В чистом виде реальгар имеет кристаллы яркого оранжево-красного цвета. Под действием солнечного света и кислорода воздуха реальгар переходит в желтый аурипигмент. Месторождения реальгара известны в Закавказье, Чехословакии, Румынии, Греции. Реальгар давал желтые цвета с оранжево-красными оттенками. Другой кусок ярко-желтого цвета (14-216) оказался также минералом реальгар (образец № 1015).

Землистое скопление с частицами дерева (16-254), бледно-желтое свярап-л-гнлязш серо-синего цвета (образец № 1026), представляло собой механическое соединение двух фракций — желтой охры (бледно-желтая земля) и минерала згзианпт (его иногда называют синей болотной рудой), имеющего синий rzer. Скопления вивианита в виде тонкодисперсной землистой массы встречается в низинных торфяниках центральных районов России.

Скопление разнообразных механических включений зеленоватого оттенка (14-227) состоит из частиц зеленого цвета, серо-коричневого цвета. Анализ частиц зеленого цвета (образец № 1018) показал, что это-шшерал глауконит (торговое название — «зеленая земля»). Глауконит широко распространен среди осадочных пород всех возрастов и известен по —гсьыенным'источникам с XVIII в. как сырье для изготовления зеленых красок. Отмученный глауконит был популярен под названием «празелень».

Анализ образцов охры (15-213) обнаружил, что это гематит (красный железняк) — широко распространенный минерал железа. Его залежи из-. Еестны на Украине, в районе Курской магнитной аномалии, на Урале и в других местах. Разновидность гематита в виде образования гематитового кварцита делает его очень удобным красителем, так как не требует дополнительного дробления исходного сырья. Этот пигмент имеет торговое название «красная земля» и дает краски красного оттенка. Гематитом оказался также кусок спекшейся порошкообразной массы (17-242) коричневого цвета (образец Д° 1025), а кроме того — кусок очень твердой спекшейся массы (14-236) фиолетово-коричневого цвета (образец № 1016).

Большой кусок механически смешанных с землей бледно-желтого порошка, отдельных частиц ярко-оранжевого цвета тонкой структуры и мелких фракций серо-синего цвета (15-254) был подвергнут анализу (образец № 1024), показавшему, что это смесь небольшого количества реальгара, лимонита (т. е. болотной железной руды) и вивианита. Смесь вивианита с лимонитом может иметь природный характер.

Пигмент лимонита в производственно-торговом обиходе принято обозначать понятием «желтая охра» или просто «охра», а в письменных памятниках XVI—XVII вв. он фигурирует как «вохра».

Среди находок внутри мастерской был встречен монолитный кусок темно-зеленого цвета размерами примерно 1,5x1x0,3 м — плотная, но расслаивающаяся после пребывания в пожаре глыба (16-251). Петрографический анализ взятого с нее образца (размерами 2,1x1,8x1,1 см, с двумя плоскими поверхностями) показал, что это искусственный сплав стеклообразующих материалов с содержащим железо зеленым минералом геденбергитом из группы пиро-ксенов. Непосредственно из этого минерала красящие пигменты не изготовляют, но важно отметить, что он встречается, как правило, в контактовых месторождениях с магнитными железняками и под влиянием процессов выветривания превращается в железные охры. В мастерскую этот минерал попал вместе с большими партиями гематита, привезенного из центральных районов России (возможно, из района Курской магнитной аномалии).

На раскопе были собраны скопления мелких кусочков бурого цвета — смесь земли с разрушенной древесиной, среди которой были видны золотые блестки. Два таких образца (14-227, 16-254) подвергнуты комплексному анализу. Оба они представляют собой разрушенные деревянные изделия, возможно иконы, позолоченные металлическим листовым золотом. Листовое золото положено по слою олифы, покрывающей дерево.

Кусок вещества бело-грязного цвета (17-244) дал при спектральном анализе типичный спектр чистого пчелиного воска (образец № 1020).

Чтобы выяснить происхождение янтаря, один его кусок (15-208) был подвергнут спектральному анализу, показавшему, что это балтийский янтарь (образец № 1019).

Комплексному анализу был подвергнут образец, представляющий собой сплав прозрачного желтого вещества с белым веществом и остатками льняной ткани (13-252). Это оказался высохший масляный лак, приготовленный из натурального льняного или конопляного масла и янтаря. Присутствие в скоплении ткани и белого пористого вещества (типа пены) говорит о том, что это остатки масляного лака, оставшегося в тряпке после его процеживания.

На двух фрагментах одной иконки (14-216, 14-225), на ее полях, верхних и нижних торцах сохранились остатки красной краски в виде слоя, лежащего на какой-то прослойке клеящего вещества. Все виды анализа, включая и инфракрасную спектроскопию (для клеящего вещества), показали, что боковые стороны (поля) и торцы иконки были сплошь покрыты слоем киновари на клеевом •связующем — вероятно, желатине. Слой киновари наносили без грунта (левкаса), возможно, на предварительно проклеенную основу.

Найденные в развале мастерской металлы, минералы, готовые красители и т. п. позволяют восстановить довольно широкую палитру красок, которыми работал здесь живописец. Напомним, что в мастерской найдены металлы — свинец, ртуть, медь, золото, серебро; минералы — аурипигмент, глауконит, вивианит, реальгар, лимонит, гематит, сера. Кроме того обнаружены янтарь, олифа, воск и желатин.

Одной из главных красок во все времена были белила. В рукописи XVII в. говорится: «Пригождается же белило в приклад на подкрас в чернило, в синь, празелень, в киноварь в багор и во все иные краски» 3. С античности и до конца XVIII в. единственным белым пигментом были свинцовые белила. Технология изготовления свинцовых белил, описанная еще Плинием, применялась до XX в. Сущность ее сводилась к следующему: свинец в виде тонких полос помещали в сосуд, на дно которого наливали уксус; неплотно закрытый •сосуд ставили в среду (навоз, дубильное корье и т. п.), способствующую реакции окисления свинца в уксусных парах, и там держали около месяца.

В универсальном техническом справочнике средневековья — трактате Теофила (книга I, глава 44: «О свинцовых белилах и сурике») говорится: «Если ты хочешь приготовить свинцовые белила, изготовь тонкие свинцовые пластинки, укрепи их в полом обрубке дерева. . . и, полив их теплым уксусом или уриной, закрой. Через месяц открой крышку и, удалив белый налет, продолжай это делать вновь» 4. В «Правилах епископа Нектария» (конец XVI в.) имеется глава «Указ, како белила делать». Наставление гласит: «Бнти свинец тонко на камени или на наковальне молотом и резати полосы широтою по три перста и верти свинец в трубки, чтоб ся вместе не смыкалось, и влить в кадь дрожжей и свинец кружки ставити в дрожжах на решетку стоймя и •докрыть гораздо и удушити, что духу не выпустить ни мало» 5.

Из свинцовых пластин и стержней, найденных в мастерской, могли-изготовлять свинцовые белила. Из свинцовых белил путем их обжига приготовляли сурике — широко распространенный в древней Руси красный пигмент. Теофил в той же главе о белилах пишет: «Если ты набрал уже достаточно белил и хочешь сделать из них сурик, то разотри эти свинцовые белила на камне без воды и, наполнив ими два или три новых сосуда, поставь их на горящие угли. Потом надо иметь тонкий, вделанный в дерево железный стержень, загнутый на одном конце, широкий сверху, которым время от времени надо размешивать свинцовые белила. Так продолжай до тех пор, пока сурик не станет совсем красным» 6. В «Правилах епископа Нектария» в «Указе, како сурик делать» описывается: «Возьми белил и положи в череп железной сосуд и поставь на жар, и как загорят белила, станут красны, то и сурик».

Другой красной краской, но более популярной в древней Руси, была киноварь — сернистый сульфит ртути. Киноварью были покрыты поля и торцы маленькой иконки, найденной в мастерской в квадратах 216 и 225. Киноварь применялась как природная, так и искусственная. Месторождения естественной киновари известны в нескольких местах Восточной Европы. Наиболее старым и крупным является Никитовское месторождение в Бахмутском районе на Днепре.

Широко употреблялась искусственная киноварь. Такой пигмент изготовляли и живописцы троицкой мастерской — из ртути и серы. Оба материала были найдены в мастерской, а ртуть обнаружена даже в тигле. Вот как описывает приготовление киновари Теофил: «Если ты хочешь приготовить киноварь,, возьми серы, которая имеется в трех видах: белая, черная и шафранно-жел-тая; разотри шафранно-желтую серу на сухом камне и прибавь к ней две части ртути по весу, взвесив все на весах. Когда все будет хорошо растерто, положи смесь в стеклянный сосуд, плотно закрой отверстие, чтобы не улетучивался дым, обмажь сосуд со всех сторон глиной и поставь на огонь высохнуть. Подвинь его на горящие угли и, когда он нагреется, ты услышишь внутри шум — это соединяется ртуть с горящей серой. Когда звук прекратится, сними сосуд с огня, открой его и вынь краску» 7. Очень интересное и подробное описание технологии производства киновари сохранилось в рукописи середины XV в.: «Указ, како творити киноварь. О киноваре. Возми ртутя литру едину, изигисай сунпора [серы] литры две, сотри же обое купно, потом обреть-сосуд стеклян дебел, якож викию имают мирожи продающие врачебная. И потом обряще, как от нагож творят златарие горнила, в них же растворяются злато и чесаница дробные, и расчеши их надробно и смеси их с пометами ос-лими и с калом; егда смесиши трое добре, возми стекло и помаж е от надвара все когда просохнет, то помажи до 6-ти крат, когда просохнет добре, вложи внутрь ртуть и сунпор, якож имаши сотренно, и шарие на огни да горит, дон-деже видеши исходящ дым черлен, и тогда творится киноварь» 8.

Керамические сосуды для описанной выше технологии приготовления киновари найдены в раскопанной мастерской. При нагреве ртути и серы в горне верх сосуда был плотно закрыт, после окончания процесса для извлечения киновари делали небольшой скол носика тигля-льячки.

В мировой практике производства искусственных пигментов со времен Плиния хорошо известна технология приготовления зеленой краски на основе свойств меди давать с различными кислотами зеленые соли. Эта краска в русских источниках называлась «ярь-медянка». Лаконичный рецепт производства яри-медянкж дает Теофил: «Если ты хочешь приготовить испанскую зелень, то возьми тонкие листы меди, очисти их хорошенько с обеих сторон, облей чистым и теплым уксусом, без меда и соли, помести их в маленьком выдолбленном куске дерева. . . Через две недели открой и соскобли. Продолжай это делать и дальше до тех пор, пока не получишь достаточно краски» 8. Довольно часто в русских рецептах XVI—XVIII вв. дефицитный уксус заменяли кислым молоком. Находки медных пластин и полос в мастерской позволяют говорить о приготовлении здесь зеленой краски яри-медянки.

Что касается изготовления красителей из минерального сырья, такого как аурипигмент, глауконит и др., то технология ограничивалась простейшими операциями дробления, отмучивания, растирания, иногда прокаливания и другими подобными процедурами.

Иконописцы древней Руси разводили краски всегда и исключительно яичным желтком. Закрепляли написанное олифой и лаками.

Олифа — вареное льняное или конопляное масло с добавлением ряда смол, в том числе и янтаря. Существовало множество рецептов варки олифы. Наиболее древний из них сохранился в рукописи XVII в. из новгородского Софийского собора. Наставление гласит: «На ведро (масла) гривенки четыре ентарю истолчи и просей ситом мелочь прочь, а крупень клади в сковородку и облей маслом, только б обняло, да варити много, как попенится, беречь от загару, и как разведепш и влей в масло, а масло бы ся отстояло в тепле ночи две. Слити сверху чистенько, да влити в железный сосуд и поставити на топчан, да клади огнь, дровца березовые, чтобы не было копоти, да вари чтоб не добре жарко, как бы ся не загорело. Дым пойдет из судна, то жарко. И так учнет поспевати, и ты кани на топор загуститись, смотри, сколь тебе густо на-добе. А от загара на доску войлок прибей, да тем заметывай» 10.

При нагревании с льняным маслом янтарь, как правило, в нем не растворяется, а лишь размягчается. Только расплавленный предварительно янтарь становится растворимым в масле. Это очень хорошо знает автор наставления и поэтому подробно пишет, как предварительно на сковороде расплавлять янтарь и вливать его в масло. Теперь нам становится понятным, почему на территории усадьбы повсюду встречены мелкие осколки янтаря (более 1150 кусков). Они были отходами производства при изготовлении олифы и масляного лака. Находит объяснение и находка промасленной ткани с вплавленным в нее комом скипевшегося янтаря: вероятно, это тоже отходы приготовления олифы. Наконец, вполне естественным оказывается и обилие на усадьбе амфорных обломков, поскольку амфоры были основной тарой для транспортировки в Новгород южных растительных масел.

Таким образом, можно говорить, что палитра новгородского живописца XII в. была довольно обширной. Широко применялись природные земляные краски (охра, зеленая земля и т. п.); краски, приготовленные из природных минералов (гематита, реальгара, аурипигмента и др.); неорганические краски, полученные искусственным путем (киноварь, белила, сурик, ярь-медянка). О применении пигментов животного происхождения данных нет.

С мастерской иконописца прямую связь имеют и такие атрибуты иконы, как оклад. На усадьбе найдены один почти целый оклад и два в виде фрагментов.

Оклад, сохранившийся почти целиком, обнаружен внутри мастерской U2-23, 14-215). Ширина одетой им иконы 11,5 |см, высота — около 13— 14 см. Оклад сделан из тонкого листа меди с небольшим добавлением оло-вянистой лигатуры для придания золотисто-желтого цвета. Оклад закрывал поля и фон иконы с поясным изображением святого Николая (рис. 63).

Поля оклада окаймляет рельефная полоса, сделанная из двух веревочек, внутри которых шли выпуклые сферы с шагом 0,5 5см. Фон оклада, занимающий небольшое пространство, заполнен рельефной надписью колонками: НИКОЛ.ЯО ЯГИСКгЪ с обратным расположением колонок (ЯГИОСгЪ — справа от изображения). Высота букв 5—6 мм. Пространство вне букв заполнено выпуклым точечным узором. Более интересен с художественной точки зрения нимб. Он состоит из трех выпуклых сфер диаметром по 8 мм, окаймленных тонкой веревочкой и четырьмя трилистными пальметтами с расходящимися ветками.

Оклад изготовлен техникой чеканки. Следует отметить высокий уровень мастерства и техники. Мастер, создавший этот оклад, владел широким набором инструментов, в том числе чеканов. Один такой чекан найден в нижних слоях дома IV—47, где в 50—70-х годах XII в. размещалась мастерская по производству медных бубенчиков и других изделий.

В той же мастерской живописца найден фрагмент оклада размерами 7x4 см (14-252). Оклад сделан из тонкого листа меди с добавлением оловя-нистой лигатуры. Это, вероятно, фрагмент нимба. Чеканный геометрический орнамент имеет рисунок пересекающихся кругов, которые образуют внутри каждого круга ромб со сферой в центре. Диаметр орнаментальных кругов около 1,7 см.

Третий оклад обнаружен в южной части усадьбы, рядом с домом II—17. Это фрагмент поля ризы большой иконы. Оклад сделан из тонкого листа мягкой бронзы (9-103). Сохранились очень хорошо два изобразительных элемента оклада, имеющих вид квадратных клейм. Размеры каждого квадрата 6,7 Хб,7 см. Внутри одного клейма расположена восьмилепестковая розетка диаметром 6,3 см, в другом квадрате изображены четыре трилистные пальметты, каждая из которых окаймлена кругом-веткой диаметром 3 см (рис. 64). Интересно отметить, что все пальметты разные, и каждая имеет собственный оригинальный рисунок отдельных атрибутов. Следует обратить внимание на высокую технику и чистоту чеканки этой ризы.

За все время работ археологической экспедиции в Новгороде раскопано более 25 мастерских, связанных с деятельностью ремесленников, занятых обработкой цветных и благородных металлов. Открыты производственные комплексы литейщиков, изготовлявших кресты, перстни, браслеты и, церковную утварь; мастерские медников и ряд других производств.

На Троицком раскопе в слоях 50—80-х годов XII в. в постройках IV—45, IV—49, II—19 встречено большое скопление готовых изделий, полуфабрикатов, отходов производства и инструментов ремесленника по производству медных бубенчиков, а возможно, и других изделий, связанных с технологией чеканки и тиснения. Конкретизировать местонахождение производственного помещения в одной из трех указанных выше построек затруднительно, так как разброс вещей довольно значителен (рис. 65), но можно достаточно определенно утверждать, что основная масса находок,, связанных с производством этого мастера, залегала ниже основной массы находок, происходящих из мастерской живописца.

В соответствующих пластах были обнаружены следующие находки:. 29 целых медных бубенчиков, 24 половинки бубенчиков в форме полусферы, более 100 обрезков листовой меди разных форм и размеров, 14 фрагментов листовой меди, остатки от заготовок шайб, 16 кусков медной и бронзовой проволоки, слиток мягкой бронзы и, наконец, разные инструменты,. связанные с работой чеканщика.

Рис. 63, Оклад иконки из тонкого листа меди

В новгородских древностях известно уже несколько сот бубенчиков.. Они делятся на четыре типа: ранние грушевидные с крестообразной про-резыо (X—начало XII в.), грушевидные с линейной прорезью (XIII — XIV вв.), шаровидные с грубой линейной прорезью и рельефным пояском: на тулове (конец XI—начало XIII в.) и шаровидные гладкие с линейной прорезью (XI—начало XIV в.). Бубенчики первых трех типов цельнолитые; литье производилось по восковой модели с сохранением формы.

Четвертый тип включает паяные шаровидные бубенчики, собранные из двух штампованных половинок.

На усадьбе А располагалась мастерская по изготовлению бубенчиков четвертого типа, т. е. штампованных из медных листов. Мастерская с такой сохранностью остатков производства в Новгороде встречена впервые.

Начнем с описания инструментария. Инструменты, основные в производстве бубенчиков данного типа, найдены вместе с бубенчиками, полуфабрикатами и отходами производства в пластах 15—16 в квадратах 225, 227, 234-236, 243-245, 252-254.

Наибольший интерес представляют пунсон-секач и чекан. В археологии Новгорода впервые встречены столь хорошо сохранившиеся подобные инструменты. Возможно, что при соответствующем поиске среди огромной Л1ассы железных предметов в виде всевозможных трудно определимых стержней в дальнейшем удастся выделить еще чеканы и пунсоны.

Пунсон-секач (15-254) предназначен для изготовления круглых шайб жз листового материала. Он представляет собой железный стержень длиной 14,4 см. Рабочий конец имеет форму круглого зубила диаметром 1,6 см. Лезвие сделано в технике свернутого в цилиндр пера, острый торец которого является режущей кромкой. Высота цилиндра пунсона 3 см. Стержень прямоугольный с округлыми краями размерами 1,4 X1,2 см (рис. 66).

Чекан (16-227) — железный стержень прямоугольного сечения 1,8X1,4 см, длиной 14,5 см. Рабочий край — бой — представляет собой немного сжатый по вертикальной оси полушар диаметром 1,2 см. Визуальное исследование макроструктуры поверхности бойка показало, что эта поверхность стальная, т. е. боек чекана цементирован. Следует заметить, что для работы чеканщика необходим набор чеканов в количестве нескольких десятков. При изготовлении из круглой шайбы полушара требуются три-четыре чекана с разными .конфигурациями шаровой поверхности — от предварительных широких до точного полушара, абсолютно идентичного готовому изделию.

Найденные тут же отходы производства — остатки листовой меди С круглыми отверстиями (например, 16-244, 16-254) — позволяют полностью восстановить технологию производства. Из медных листов пунсоном-секачом — вероятно, на деревянной (достаточно твердой — дубовой или еловой) наковальне — вырубали круглые шайбы. Следы работы найденного пунсона сохранились на наших находках: размер шайбы точно соответствует отверстию-лезвию, микроследы есть на краях отверстий. О том, что штамповка производилась на деревянной наковальне, говорят небольшие отбортовки на отверстиях в медных пластинах. Толщина листа меди колебалась от 0,3 до 0,1 мм. В нашей мастерской изготовляли медные шайбы диаметром 12 и 16 мм.

Полностью восстанавливается технология чеканки полушара бубенчика. Круглую шайбу клали на  специальную поверхность — «смолу»,   представлявшую собой залитую в сосуд массу, — смесь вара (одной части) и земляной пыли, тертой охры или тертого кирпича (две части). Вар расплавляли, хорошо смешивали с одним из указанных компонентов и вливали з сосуд. Сосуды делали разных размеров и из разных материалов. На раскопе подобных сосудов, заполненных «смолой», не найдено, но их находки встречались в Новгороде неоднократно в других местах (например, на Не-ревском и Ильинском раскопах).

Немного нагретую шайбу клали на гладкую поверхность «смолы». После остывания шайба прочно приставала к поверхности «смолы», которая в застывшем состоянии была достаточно упруга и в то же время эластична для выбивания в ней вместе с металлом любой формы и рисунка. После того как определенная партия полушаров была готова, начинали разрабатывать дополнительные детали. К половине партии полушаров припаивали проволочные ушки, складывали два полушара, клали вовнутрь металлический шарик, а затем техникой горнового паяния их соединяли. После лайки в нижней части бубенчика напильником делали прорезь (рис. 67),

На территории усадьбы в более верхних слоях конца XII—начала XIII в. было найдено еще несколько инструментов, связанных с работой сходного характера. Имели ли они отношение к мастерской по производству бубенчиков, сказать трудно, но их стоит описать.

Очень хорошо сохранились ножницы по металлу. Они найдены в слоях пласта 9 внутри постройки I—4 (9-37). Ножницы имели общую длину 20 см, длина режущих лезвий 4,5 см. Довольно редкой находкой является волочильная доска, обнаруженная около дома II—17 (9-95). Стальная пластина имеет длину 13,5 см, ширину 2,6 см, толщину 0,4 см; на доске размещено 27 отверстий разных диаметров — от 0,5 до 5 мм (рис. 66). Тут же встречено зубило по металлу (9-89). Зубило имеет длину 9 см, ширину лезвия 2,7 см.

Как уже отмечено, в целом мастерская по производству бубенчиков относительно старше иконописной мастерской. Можно полагать, что именно на ее основе возникло производство иконных окладов, сопутствующее работе иконописцев.

 

 

«Усадьба новгородского художника 12 века» Б.А. Колчин, А.С. Хорошев, В.Л. Янин

 

 

Следующая страница >>> 

 

 

 

Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 





Rambler's Top100