Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 


 

новгородское войско


История и археология

 

7/93

 

К истории комплектования новгородского войска

 

 

В. Н. Варнаев

 

Одним из главных средств разрешения стоявших перед Новгородом задач была война, военные действия или их угроза. Следовательно, и вопрос организации вооруженных сил был важнейшим. Общепризнано, что существовала двухступенчатая военная система: княжеская дружина и ополчение-вой. Но еще в 40-х годах Строков А. А. отмечал, что воя-ми именовалось и все русское войско, когда ополчение и дружина действовали совместно1. Представляется не очень логичным и понятным, почему войско именовалось по низшей ступени военной системы. Именно термин «вой» был обычным наименованием вооруженных сил, то есть он входил в состав практического языка эпохи.

Очень мало в летописях указаний из кого собирали или копили воев. Львов А. С. в «Лексике Повести временных лет»2 отметил, что в ПВЛ это слово употреблялось в значении: те, кто призван воевать, «воевати» — сражаться в бою. Вой — временные войска, их после похода распускали. Сорокалетов Ф. П. в «Истории военной лексики русского языка» также отрицает значение термина «вой», как постоянное войско3. Львов А. С, Фасмер М. отмечают древность терминов «вой», «воевати» со значением «гонщики, гнать, преследовать»4. Для того, чтобы понять систему комплектования новгородского войска, необходимо, на мой взгляд, разобраться с употреблением термина «вой» в Новгородском летописании.

Термин «вой» упомянут в Новгородской первой летописи5 33 раза, из них только с Новгородом связаны 4 случая, с другими народами (татары, печенеги и т. д.) — 6 случаев, как княжеское войско — 23 случая. В подавляющем большинстве вой выступают именно как войско князя, и этот факт представляется очень важным.

Показательна скорость развертывания воев — нигде не говорится прямо, что это долгий процесс, скорее подразумевается обратное.

В летописях нет слов, обозначающих обучение воев, необходимое им как ополченцам. Для того, чтобы хотя бы противодействовать достаточно профессиональным войскам Польши (об этом очень характерно говорится в «Великой хронике Польши»6), немцев, шведов и т. д., войскам русских князей, новгородскому войску нужно было приближаться к ним по уровню профессиональной подготовки. На войне необученные, неподготовленные ратники — это просто толпа, обреченная на гибель.

Не очень последовательно выглядит и то, что воями с течением времени стали все более часто называть всякого военного человека. Это говорит о том, что военный профессионализм связывался именно с воями. А это не стыкуется с образом временного ополчения. Человека, профессионального обрабатывающего серебро, называют серебряником, людей воюющих называют воями. Именно с термином «вой» связана практически вся военная лексика русского языка. Мы ведь говорим «воинство», «войска», а не, например, дружинство или как-либо иначе. Дружина — очень узкое в военном смысле слово, обозначающее ближайших к князю людей, иногда этим термином показывают взаимоотношения людей других социальных слоев.

Сорокалетов отмечает и другое значение термина «вон»— обобщенно-распространительное: «воинство, силы, противостоящие кому-либо». Обычно это обозначение противоборствующих сил добра и зла, слово при этом приобретает эмоционально-экспрессивную окраску возвышенности и торжественности7. Все сказанное трудно связать с ополчением, которое собиралось по необходимости и часто на скорую руку.

Не совсем ясно происхождение слова «воевода». Воевода — специалист по вождению войска, воев. Возможно, это калька с немецкого Herzog, поскольку оно единственное в древнерусском языке, которое образовано с второй частью «водъ» и «вода». Его можно назвать заимствованным. Это утверждение и 6 случаев упоминания иностранных «воев», заставляют сразу не отвергать и сравнительную характеристику положения и статуса воев в других странах (или тех воинов, которых летопись та так называет) и русских воев. «И та-страна не покаряется вамъ (и) тогда аще просить вой оу насъ князь Руский да воюеть» (Лавр., 6453). Понятно, что передавать ополченцев явно невозможно.

Иностранных воев к ополчению отнести трудно. Греки и фряги — явные наемники, или профессиональные воины, приближающиеся к рыцарскому окружению. Вои-кочевники — достаточно вольны и могут переходить от одного военачальника к другому. Хорошо известны вои-кочевники на службе у русских князей. Это употребление летописцами термина «вой» представляется существенным.

По материалам Новгородской первой летописи составлена хронологическая таблица употребительности различных военных терминов. Частота упоминания терминов зависит от частоты и масштабов военных действий в данный конкретный период, но таблица показывает сравнительную частоту употребления терминов в различное время. Надо отметить, что новгородские вой упомянуты достаточно поздно.

Рассмотрим некоторые случаи употребления термина «вой» или характерное отсутствие его.

В 945 г. упоминаются дружина и отроки, а заканчивается сообщение так: «и пристрой вой на прокъ ихъ»8. Дружина приравнивается к воям, и трудно говорить о пристраивании ополчения.

980 г. — «побегни в Печенегы и приведении воя»9. Вой выступают как наемники.

1016 г. — «о собра вой 4000: Варягъ бяшеть тысяща, а новгородцовъ 3000» <. Варяги явно не ополчение, по они — вой.

1135 г. (НПЛ младшего извода) — «нь паче болше по-часта вой копити и Половци и вся Русь»11. Хорошо видно четкое разделение между воями и всей Русью, которую в данном случае можно понять как ополчение.

1137 г. — «и еще ж ищуще то, кто Всеволоду приятель бояръ, тъ имаша на нихъ не съ полуторы тысяце гривенъ, и даша купцемъ крутитися на воину; нъ сягоша и невинова-тыхъ. Попомъ же Святославъ Олговицъ съвъкупи всю землю Новгородскую, и брата своего приведе Глебъка, куряне съ Половьци, идоша на Пльсковъ прогонитъ Всеволода»12. Здесь явное ополчение, долгие сборы и никаких воев.

1146 г. — Изяслав Мстиславич пришел из Переяславля с воями, но назад не послал никого13, то есть вой могли уйти безболезненно и не вернуться.

1149 г. — «и учювъ Гюрги, оже въ мале шли, и посла князя Берладьскаго съ вой»14. Берладник по Фасмеру — авантюрист, грабитель из области Берладь, по Срезневскому — товарищ из вольницы, жившей в Берлади15. Берладники — не ополченцы, а бродяги, жившие войной". И в данном сообщении однозначно связываются с воями.

Если суммировать упоминания в летописях термина «ЁОИ», то можно сказать, что вой — войско или часть войска, участвующее в битве, готовое или подготавливающееся к битве, к походу. Это реально — самая мощная военная сила. Хочется отметить взаимоотношения термина «вой» с другими терминами. «И рече Болеславъ къ дружине своей, аще вы сего оукора не жаль, азъ единъ погыну. Вседъ' на конь, вбреде в рекоу и по немь вой его» (Лавр., 6526). Видно, что термины «дружина» и «вой» полностью взаимозаменяемы.

«Изяславъ же и король скупивше все своя воя и всю свою дружину» (Ипат., 6660). Здесь термины противопоставляются.

Видна некоторая размытость термина «вой» — он иногда употребляется в смысле «дужина», и в то же время вой традиционно считаются ополчением. Из всего вышесказанного можно предположить, что вой — это профессиональные воины, не ополченцы и не дружина, притом они входят в княжеское войско как одна из главных его частей. Их подготовка, а значит и боеготовность, была намного выше подготовки ополченцев. Дружина не всегда выполняла военные функции, она

—        скорее ближайшее окружение князя, его советники, помощники, выполнявшие, конечно же, и военные поручения вместе с воями.

Из таблицы видно, что наиболее частые упоминания воев приходятся на X век, затем опять упоминания с конца XI в., но вой упоминаются как войска противника или в не имеющих отношения к Новгороду событиях (это чаще всего). А с начала XII в. в военных действиях участвуют «новгородцы». Практически происходит отождествление понятии «новгородцы» и «войско». Но все жители города не могли, конечно же, быть воинами. Значит, под новгородцами понимается особая группа населения, которая и занята военным делом преимущественно. О том, что это только часть жителей, особая группа, говорят следующие летописные статьи.

1211 г. — новгородцы ушли в поход, князь Мстислав на Торжок. «Том же лете бесъ князя и без новъгородьць Новего-роде быстъ пожаръ великъ»16.

1273 г. — «яко быша новгородци на Торжку, и възмято-шася люди, и восхотеша Василья»17. Новгород без новгородцев как жителей — абсурд. Подобное же сообщение под 1329

—        1330 г.18.

1368 г. — пожар в Новгороде «и людии пеколико погоре. Того же лето приходиша Немци ратыо великою, самъ бис-купъ и местерь и кумендере под Изборескъ; и новгородци поидеша на них»19.

1446 г. — «начаша людие денге хулити серебряныя, даже и все новгородпн другъ на друга смотря, и бысть межи ими гол-ка и мятеж и нелюбовь»20,    Видно четкое разделение между «людьми» — жителями Новгорода и «новгородцами».

Социальный состав новгородцев можно проследить на следующих статьях:

1166 г. — «позва новгородьце на порядъ: огнищане, гридь, купьце вячьшее»21.

1195 г. — «и новгородьцп не отпърешася ему, идоша съ княземь Ярославъмъ огнищане и гридьба и купци»22. Подобные же сообщения под 1215 г., 1445 г.23.

Интересна статья под 1342 г. «Новгородци же, не умедля-' ще ни мала, поехаша вборзе..., а обьчины все попечатавъ»24. В словаре Срезневского читаем, что обьчина — общественное имущество25. То есть новгородцы связываются летописцем именно с общественным, а не личным имуществом. Для него это отличительная черта новгородцев. Ополчение связывалось бы, скорее, с личным имуществом.

Связь между терминами «новгородцы» и «вон» видна па примере событий 1016 г. «и собра вой славны тысящу, и, обольстивъ ихъ, исече, иже бяху Варяги ти исекле; а друзии бежаша изъ града...», дальше Ярославу приходит весть от сестры» «и се слышавъ, Ярослав заутра собра новгородцовъ избыток...». Заканчивается событие так: «нача вой свои делити... а новгородцомъ по 10 гривенъ»26. Под «новгородцами» понимаются воины—вой или, лучше сказать, люди, находящиеся на военной службе.

Новгородцы выполняют все военные дела, включая и строительство крепостей и их охрану. Новгородцы выступают как военные представители Новгорода, ведь когда во время боевых действий говорят «Немцы», «Угры» — подразумевается не народ, а войско этого народа, государства.

Употребления термина «новгородцы» представлены во второй таблице, разбитые по 7 группам. Если учесть употребления слова, кроме чисто военных ситуаций, еще и просто по смыслу связанные с войной (заключение мира, просьбы о пленных, обсуждение боевых действий, случаи в походе и т. д.) — то получается из 230—125 (97+28) имеют военную окраску (или более 54%). Такой большой процент очень показателен.

Часто упоминаются осады и взятия новгородцами городов, притом достаточно сильных — типа Юрьева (1133 г.)27. С такими штурмами ополчение справиться не могло. В 1173 г. князь с новгородцами идет в поход примерно на 2 месяца28— отрывать на такой срок ополченцев просто невозможно без ущерба для их хозяйства и всей экономики. А такие походы были очень часты. В 1229 г. новгородцы «гонишася» по Литве29 без всякой подготовки, сразу. Ополчение так оперативно реагировать на набеги не может.

Интересно сообщение под 1209 г.: «и позва е Всеволодъ на обедъ, и седоша 6 князь въ шатре, а Глебъ и Ольгъ у Всеволода въ шатре, и новгородци»30. Трудно представить такое, если воспринимать новгородцев как ополчение.

Еще несколько примеров.

1255    г. — «и поставиша новгородци полкъ за Рожествомь Христовомь в конци: а что пешца, а ти сташа от святого Ильи противу Городища»31. Противопоставление новгородцев и пешцев — видимо, по контексту, городского ополчения.

1256    г. — «и поиде съ своими полкы князь и с новгородци; и оысть золъ путь, акыже не видали ни дни, ни ночи; и многымъ шестникомъ бысть пагуба, а новгородцевъ богъ сблюде»32. Шестник — это пеший воин, у Срезневского еще — княжеский слуга33. Опять противопоставление пехоты и новгородцев.

1337 г. — «Корела, подведше Немець, побиша Русь новгородцовъ много и ладожакъ гостии и кто жилъ крестиянъ в Кореле»34. Обитатели Корельского городка разделяются на жителей, купцов-ладожан и новгородцев — возможно, гарнизон. Получается такая связь: город — крепость; новгородцы — защитники крепости, гарнизон; причем гарнизон, присланный из Новгорода.

Но кроме новгородцев, связанных с боевыми действиями, есть группы явно не военные. Управление Новгородом (взаимоотношения с князьями, владыками, внутренние дела, дипломатия) — 99 случаев. Кроме того, строительство церквей, торгово-финансовые дела — 6 случаев.

Кроме новгородцев упоминаются и другие: людии, крести-ане, вьсь Новъгород, народ, гражаны, человекъ, души и т. д. Наиболее массовые термины — «людии» и «всь Новъгород» — представлены в таблице № 2. Подавляющая часть этих терминов используется при пожарах, голоде, восстаниях, эпидемиях. Используются и при описаниях взаимоотношении с.князьями и владыками, но только в качестве реагирующей массы. Очень часто сообщается о событиях обезличено: почаша, концяша, идоша, заложена бысть, съевершена и т. д. Новгородцы же упоминаются в делах непосредственного управления, т. е. делах государственного уровня. В 1224 г. «новгороди же скопиша всю волость»35. По аналогии с фразой «князь скопиша волость» видно, что новгородцы выполняют властные функции. Подобное выполнение функции заметно в 1383 г.36-. Представляется показательным в этом смысле сообщение под 1348 г.: после победы под Ореховым «а братью свою новгородцовъ посадиша, Якова Хотова, Олександра Борисовича, въ Ореховомъ»37. Посадили новгородцев, т. е. управление городом взяли в свои руки. Здесь подчеркивается не принадлежность этих людей к жителям Новгорода (и так ясно по предыдущему тексту, что победа новгородцев), а, скорее, их принадлежность к определенной группе людей. Тем более, что удержать руководство городом 2 человекам невозможно — это явно управители. Текст летописи напоминает сообщение Старшей Ливонской рифмованной хроники об оставленных в захваченном Пскове всего двух братьях-рыцарях38.

В средние века военный аспект жизни земель и государств превалировал, по крайней мере, внешне. Самые важные дипломатические поручения давались князьями доверенным помощникам-сотоварищам (термин «дружина» — не зря). Вообще, этика средневековья дозволяла обращаться к конкретным лицам и лицам, занимающим определенное положение в государстве, а не вообще к государству или горожанам. В этом смысле, новгородцы — тоже люди, занимающие достаточно высокое положение в Новгороде. То есть взаимоотношения можно выразить подобными связями: князь — дружина и Новгород — новгородцы.

Термин «новгородцы», вероятно, подчеркивает не территориально-этническую принадлежность его носителей, а, скорее, государственную. Новгородцы — это те, кто служит Новгороду. В число новгородцев по НПЛ входят: профессиональное (или полупрофессиональное) войско Новгорода, посадники, тысяцкие и другой административно-управленческий аппарат.

Но кроме воинов-новгородцев существовало и ополчение. Это — «Русская земля», «словене», «волость Новгородская» (с XII века). Примеры — события 1198 г., 1348 г.39 и др. Ополчение собирают, когда требуется или очень большое войско для важного похода, или же когда новгородцы отсутствуют или после поражения. С XII века по середину XV века ополчение собиралось примерно 20 раз, что несравнимо меньше походов новгородцев. Можно говорить о том, что основную поенную нагрузку несли именно новгородцы, и не только в Новгороде, а и по всей новгородской земле (примеры — упоминавшиеся события в Кореле, постройка новгородцами дальних крепостей). Допустимо говорить о Новгороде как военном центре своих земель, откуда по мере надобности направлялись определенные отряды. Интересна в этом смысле берестяная грамота № 63540. В ней термину «засада» дается перевод — «гарнизон». В правильности перевода нет никакого сомнения. Но наличие гарнизона подразумевает не ополчение, а войско с высокой степенью боеготовности.

Вооруженные силы Новгорода имели не двухзвенную систему: княжеская дружина — ополчение, а трехзвенную: дружина (которая играла все меньшую роль) — новгородцы — ополчение. Соответственно, различным было и комплектование всех звеньев системы. Развитие войска шло по пути от общего ополчения словен к доминирующим профессионалам или полупрофессионалам — новгородцам.

Перспективным представляется сравнительный анализ военной организации в городах северной Европы, особенно расположенных на берегах Балтики в относительной близости от Новгорода, а также в Скандинавии. Кстати, западноевропейская воинская система тоже трехзвенна — гвардия или личная охрана, вассалы или наемники, и ополчение.

Не уточнив термины, трудно разобраться в комплектовании войска, его структуре, а значит, и во всей военной политике Новгорода. Кроме того, решение терминологической проблемы позволит уточнить некоторые аспекты политической и социальной истории Новгорода.

 

 

1          Строков  А.  А.  Возникновение    и  начальные  этапы  развития    русского поенного искусства. Дисс. на соиск. уч. ст. доктора ист. наук. М., 1047, с. 151.

2          Львов А. С. Лексика. Повести временных лет. М., 1975, с. 288.

3          Сорокалетов  Ф.  П. История военной лексики в русском языке     Л., 1970, с. 74.

4          Львов А.  С. Лексика... с.  272.  Фасмер    М.    Этимологический    словарь русского языка, М., 1964. Т. Т, с. 334—335.

5          — Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.— Л., 1950. (Дальше — НПЛ).

6          «Великая  хроника» о  Польше, Руси и их соседях XI — XIII вв. М., 1У87.

7          Сорокалетов Ф. П. История... с. 77.

8 НПЛ, с. 112.

9 НПЛ, с. 127. 1и НПЛ, с. 175. 11 НПЛ, с. 208.

12        НПЛ, ее. 24—25, 210.

13        НПЛ, ее. 27, 213.

14        НПЛ, ее. 28, 215.

15        Фасмер М.   Этимологический... с.   157, Срезневский И   И     Словарь древнерусского языка. М., 1989. Т. I, ч. 1, стлб. 71

16        НПЛ, ее. 52, 250.

17.      НПЛ, с. 322.

18        НПЛ, с. 99, 342.

19        НПЛ, с. 370.

20        НПЛ, с. 426.

21        НПЛ, с. 32, 219.

22        НПЛ, ее. 42, 234.

23        НПЛ, с. 53, 252; там же, с. 425.

24        НПЛ, с. 354.

25        Срезневский И. И. Словарь... Т. 2, ч. 1, стлб. 582—583

26        НПЛ, ее. 174—175.

27        НПЛ, с. 23, 207.

28        НПЛ, ее. 34, 223.

29        НПЛ, се. 68, 275.

30        НПЛ, ее. 50, 247.

31        НПЛ, ее. 80, 307.

32        НПЛ, ее. 31, 309.

33        Срезневский И. И. Словарь... Т. 3, ч. 2, стлб  1605—1606

34        НПЛ, с. 348.

35        НПЛ, ее. 64, 268.

36        НПЛ, с. 379.

37        НПЛ, с. 361.

38        Ледовое побоище  1242 г.  Труды комплексной экспедиции по уточнению места Ледового побоища. — М.—Л , 1966 ее 208—209

39        НПЛ, се. 44, 238; там же, с. 360.

40        Грамота   №  635  экспонировалась   на   выставке   «Новгород,   открытый археологами» (Новгородский музей-заповедник).

 

 

 «Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции 7/93

 

 

Следующая статья >>> 

 

 

 

Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 





Rambler's Top100