Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 


 

Реставрация


История и археология

 

11/97

 

Реставрация живописи 14 века церкви Успения на Волотовом Поле

(РАБОТЫ 1993 -1996 ГОДОВ)

 

 

Т. И. Анисимова, А. Н. Трифонова

 

Церковь Успения на Волотовом поле 1352 года была разрушена в период второй мировой войны. Осыпавшиеся со стен фрески составлявшие выдающиеся по своему качеству и полноте ансамбль монументальной живописи XIV века, оказались погребенными под руинами храма. Через 10 лет после окончания войны, в 1955 году, Новгородская специальная научно-реставрационная мастерская провела консервацию руин памятника (автор консервации и исследования Леонид Егорович Красноречьев).1 Церковь снаружи была полностью освобождена от завалов грунта и строительного мусора. Северный придел, где живопись отсутствовала, был расчищен и внутри.

При раскопках, которыми руководил Н. А. Чернышев, велась выборка фрагментов фресок. В фондах Новгородского музея-заповедника хранятся найденные тогда 3033 фрагмента волотов-ской живописи. Внутри основного объема и в западном притворе раскопки не велись.

Уцелевшие остатки стен храма высотой от одного до четырех метров были достроены до одного уровня. Лучше других сохранилась северная стена. Надкладки на центральном объеме подняли выше, чем на апсиде и притворе. Под кровлей в стенах оставили небольшие вентиляционные продухи. Объемы здания были перекрыты вальмовыми крышами с верхом из оцинкованного железа. По окончании археологических и строительных работ памятник был поставлен на баланс Отдела охраны памятников истории и культуры Новгородской области.

Счастье, что консервацию руин волотовского храма провели сорок лет назад, что спасло завал с фрагментами фресок от разорения. Церковь удалена от города всего на четыре километра и находится в центре деревни Волотово, стоящей на московской трассе. Храм окружен действующим кладбищем, причем могилы почти вплотную подходят к его стенам. Место это оживленное, и несмотря на то, что все дверные и оконные проемы храма были замурованы, за четыре десятилетия внутрь здания многократно проникали через проломы. Последний пролом был обнаружен в стене апсиды в августе 1992 года. Тогда же - в которой раз - все повреждения кладки были устранены.

В результате проникновений и несанкционированных "раскопок" изменился рельеф завала Успенской церкви. На фотографиях 1955 года завал центрального объема имел примерно одну высоту три - четыре метра, с незначительным понижением уровня в центре. Общая высота завала сохранилась. Но в восточной части был явно потревожен рельеф. В жертвеннике мы обнаружили яму глубиной около одного метра. В диакоинике была устроена землянка - яма, перекрытая досками. Велись работы у северной стены, где была откопана верхняя часть дверного проема и углублен лаз в придел.

В процессе реставрационных работ внутри здания выяснилась еще одна серьезная причина гибели фрагментов. В местах протечек кровли верхние пласты завала насыщались влагой, отчего содержащиеся в них фрагменты превратились буквально в прах. Мы обнаружили несколько таких участков в алтаре, центральном и северо-западном объеме памятника.

Все это противоречило распространенному представлению о том, что руинированная живопись, "законсервированная" в завале, может находиться там неопределенно длительный срок. Наоборот, было очевидно, что чем дольше лежат фрагменты волотовских фресок в завале, тем меньше надежды на относительно полное восстановление росписи Успенской церкви в будущем.

Ясно было и то, что комплексная реставрация волотовского храма - задача вполне реальная. Ее решению способствует счастливое сочетание целого ряда факторов. Первый - большой опыт работы с руинированной монументальной живописью, накопленный в послевоенные десятилетия в отечественной и, в частности, новгородской реставрации.2 Второй - существование обмеров и проекта архитектурной реставрации Успенской церкви, сделанных Л. Д. Красцоречьевым. Третий - хорошая сохранность живописного ансамбля в предвоенное время, которая отмечалась всеми исследователями, видевшими ее до разрушения. Четвертый фактор - наличие многочисленных источников, дающих объективную информацию о в.рлотовских фресках, - фотоснимков, чертежей, копий, калек, карандашных зарисовок, акварелей и живописных этюдов, а также словесных описаний живописи, выполненных в конце XIX - первых десятилетиях XX века. Эти источники, являющиеся ценнейшим материалом для реставраторов, были частично опубликованы в работах по Болотову В. В. Суслова, Л. А. Мацулевича, М. В. Алпатова,1 но с максимальной полнотой выявлены Г. И. Вздорновым и представлены в его своде "Фрески церкви Успения на Волотовом поле близ Новгорода" (М. 1989).

Немаловажно и то, что в Новгороде есть собственная мастерская по реставрации монументальной живописи (до 1992 года она была подразделением Новгородского научно-реставрационного управления, затем вошла в состав научно-реставрационного предприятия "Дар"). Она оснащена современным реставрационным оборудованием и ее сотрудники работают на памятниках круглый год - в полевых и лабораторных условиях. Еще до того, как был поднят вопрос о восстановлении волотовской росписи, новгородские реставраторы имели опыт работы с руинироваи-ной живописью Знаменского и Николо-Дворищенского соборов, церкви Спаса Преображения на Ильине улице. Он свидетельствовал, что наиболее длительный и трудоемкий процесс в этом деле, который может растянуться не на годы, а на десятилетия, -подборка разрозненных фрагментов фресок в композиции.

В последнее время совместно со специалистами других исследовательских организаций, мы занимались разработкой реставрационных методик и технологий, основанных на применении компьютерной техники, что значительно облегчает и ускоряет некоторые процессы проектирования и реставрации.4 Пять лет назад мы стали думать о разработке новой методики подборки фрагментов фресок и делать первые шаги в этом направлении: искали специалистов-компьютерщиков, которые были бы способны вникнуть в специфику реставрационных проблем и впервые в мировой реставрационной практике создать соответствующую программу, готовили технико-экономическое обоснование этой программы.

Когда в сентябре 1992 года Отдел охраны культурного наследия Министерства культуры России дал разрешение на подготовку предварительной документации по церкви Успения на Волотовом поле, мы были готовы начать работы. Научное руководство работами взял на себя Александр Петрович Греков - инициатор реставрвции волотовских фресок. Вскоре появились программа исследовательских и реставрационных работ в памятнике и методика реставрации живописи. Они обсуждались и утверждались несколько месяцев, и потому к разборке завалов волотовской церкви мы приступили только Г августа 1993 года.

Мы предполагали, что в церкви Успения, как и в Спасо-Преображенском храме на Ковалеве, штукатурка с живописью осыпалась от сотрясения здания при разрывах снарядов прежде, чем рухнули своды и стены. Следовательно, основная масса фрагментов лежит в нижних слоях завала и его разборку надо было вести по методике А. П. Грекова, то есть разбив площадь храма на участки в соответствии с архитектурным членением здания, расположением живописных композиций и с учетом мест возможного падения основной массы фрагментов одной или нескольких композиций.5

Выемка фрагментов началась в западном притворе церкви, что было сделано по двум причинам. Во-первых, разобрав небольшой по объему завал притвора, мы получали возможность откорректировать и при необходимости дополнить методику работ прежде, чем приступить к завалу центрального объема. Во-вторых, - для удобства работы, так как эта часть завала оказалась наиболее доступной.

В августе - сентябре 1993 года мы разобрали большую часть завала притвора и на следующий год смогли войти в центральный объем Успенской церкви. По истечении четвертого сезона, к концу сентября 1996 года, высота завала в основном объеме храма составляет в среднем 1 м с понижением уровня в восточной части и небольшим повышением в северо-западном углу.

На начальном этапе работ в том или ином объеме храма по всей площади этого объема срезался верхний слой завала толщиной около метра, почти не содержащий фрагментов. Грунт выбирался реставратором на поддон флейцем, а затем просеивался на "грохоте" с целью выявления случайно попавших фрагментов. ("Грохот" - большое решето, подвешенное на столбах). Заметим, что в этом слое завала находилось большое число кладочных камней ракушечника и кирпичей, которые мы старались сохранить, имея в виду будущую реконструкцию здания. Особое внимание требовалось при извлечении из завала кирпичей, так как на некоторых из них уцелела тонкая обмазка с живописью.

После срезки массив завала разбирался по участкам. Разборка велась мягкими кистями и флейцами или просто руками. Вся масса завала просматривалась на планшетах, а затем просеивалась через небольшие сита для выявления случайно пропущенных мелких фрагментов. Извлекаемые разрозненные фрагменты укладывались на фанерные планшеты размером 30x40 см с бортиками. В этикетках, наклеенных на бортики, обязательно указывались номер участка и дата выемки. Разбившиеся крупные фрагменты переносились по возможности целиком на замаркированные планшеты с полным сохранением взаимного расположения частей. На эти же планшеты переносились и все найденные рядом кусочки и сколы, вплоть до мельчайших. Подчеркнем, что непременным условием успешной подборки фрагментов в композиции является, на наш взгляд, сохранение связи каждого отдельного фрагмента с его планшетом, то есть с теми фрагментами, которые были найдены с ним одновременно и в одном месте.

Если обнаруженный в завале фрагмент был очень раздавлен, утратил механическую прочность и не переносился на планшет без потерь, то после просыхания и возможной очистки его поверхности он покрывался профилактической пленкой 20 процентного полибутилметакрилата (ПБМА) на ацетоне. После подсыхания пленки фрагмент осторожно перемещался на планшет.6

Планшеты с вынутыми из завала фрагментами помещались в северный придел церкви для постепенной просушки. Здесь выполнялась очистка и склейка фрагментов, состыкованных прямо на месте. Основная же масса фрагментов после просушки перевозилась в мастерскую в Новгород, так как мы не имели возможности проводить первичную обработку всего найденного материала в полевых условиях.

На склейке фрагментов, которая выполняется на протяжении всей работы от выемки фрагментов из завала и до их монтировки в композиции, остановимся более подробно. За основу нами была взята методика, разработанная в Государственном Эрмитаже7 и хорошо зарекомендовавшая себя во время реставрации живописи церкви Спаса на Ковалево. По этой методике в качестве клеющего материала используется ПБМА. Предварительная пропитка очищенных фрагментов проводится 5-8 процентным раствором ПБМА в ацетоне, склейка-10-15 процентным раствором. При склейке влажных фрагментов применяются растворы более низких концентраций.

Еще в притворе мы убедились, что значительную часть материала, извлекаемого из завала, составляют мелкие фрагменты. Это объясняется, во-первых, тем, что слой левкаса волотовской росписи очень тонкий и хрупкий, гораздо тоньше, чем в других стенописях XIV века, например, из церкви Спаса Преображения на Ильине улице или из Ковалевского храма. Во-вторых, сильным разрушением самого здания. Так, в притворе деструктирова-ны большие участки северной стены: камни сдвинуты, кладка местами превратилась в месиво. Перевернутые плиты с пола притвора были обнаружены на полуторометровой высоте завала. В центральном объеме сильно разрушены столбы, особенно западные. Северо-западный столб просто рассыпался и превратился в груду обломков.

Не случайно, извлечение из этого хаоса более или менее крупных фрагментов хорошей сохранности воспринималось нами как чудо. Таким "чудесными явлениями" стали фрагменты со словом "храм" из свитка Соломона в композиции "Премудрость созда себе храм" (притвор, южный склон свода) и с изображением Захарии, выглядывающего из окна (композиция "Встреча Марии и Елизаветы" в люнете западной стены притвора), рука Иоанна Златоуста из "Службы святых отцов" в алтаре.

По ходу раскопок открывалась живопись на стенах церкви: фрагменты одежд святителей алтарной композиции, часть фигуры диакона Филиппа на южной пилястре в алтаре, медальоны со святыми по сторонам северной двери, "Зосима, причащающий Марию Египетскую" в северо-западном углу, фрагменты живописи на столбах. По мере освобождения этих фрагментов из завала проводилось их бортовое укрепление.

Как мы уже отмечали, основная работа с полученным в результате раскопок материалом проводится в Новгороде, в условиях мастерской. Первичная обработка фрагментов заключается в удалении загрязнений кистями: щетинными-с оборота, беличьими - с лицевой стороны фрагмента. При подозрении на меление красочного слоя удаление загрязнений не проводится до полной просушки фрагмента.

По нашим наблюдениям, после извлечения фрагментов из завала их красочный слой достаточно слаб. По прошествии же двух  месяцев  его  состояние  стабилизируется.   Мелятся  только отдельные точечные участки на красных охрах в местах механических повреждений, но и они, как правило, успокаиваются после полного просыхания фрагментов, то есть примерно через полгода. Полагая, что при оптимальных условиях хранения состояние фрагментов будет оставаться удовлетворительным, мы не проводим укрепление красочного слоя.

Вопросы извлечения фрагментов, хранения и первичной обработки материала решаются нами исходя из основной задачи -подборки фрагментов в живописные композиции. Подборка фрагментов ведется с самого начала параллельно другим реставрационным процессам. Однако до 1996 года она допускалась в основном только в пределах одного планшета, куда попадали близлежащие фрагменты, обнаруженные одновременно (это дает возможность подобрать максимальное число мелких фрагментов). В последний год мы перешли на подборку фрагментов в рамках композиций, чтобы показать, что работа дает результаты. Так была собрана фигура Христа в образе нищего из "Слова о некоем игумене" (юго-западный угол основного объема храма), появились значительные участки сцен, украшавших притвор: "Премудрость созда себе храм", "Воскресение" (тимпан восточной стены), "Архангел Михаил" (восточная стена) и "Лествица Иакова" (южная стена).

Мы убедились, что процесс подборки существенно облегчается при наличии схем живописных композиций в их натуральную величину. К сожалению, кальки-схемы фресок волотовской церкви, хранящиеся в фондах Русского музея и научно-исследовательского музея Института имени И. Е. Репина, недоступны для копирования из-за плохого состояния сохранности. Поэтому при изготовлении схем мы можем использовать исходный материал только в том виде, в каком он представлен в своде Г. И. Вздорнова. Простейший способ изготовления схем при данных условиях заключается в увеличении опубликованного изображения на ксероксе с масштабированием, причем в качестве модулей берутся отдельные детали композиции, обнаруженные на подлинных фрагментах.

Однако существует гораздо более совершенный метод работы с графическими материалами, который был опробирован нами при создании проекта реставрации иконостаса Николо-Дворищенского собора." Этот метод, построенный на использовании компьютерной техники, внедряется в процесс изготовления волотовских схем в данный момент. Его преимущество заключается не только в удобстве работы и точности ее результатов. Он позволяет использовать все имеющиеся графические материалы, включая фотографии, копии и эскизы фресок, что очень важно в тех случаях, когда отсутствуют их кальки-схемы.

Реставрация фресок церкви Успения на Волотовом поле продолжается. Сейчас она идет в рамках текущей работы по консервации и подборке фрагментов. Однако уже в недалеком будущем встанет вопрос о монтировке фресок на основу. Пути решения этого вопроса зависят от того, каким образом определится окончательная судьба волотовских фресок: будут они предназначены для экспонирования и хранения в музейных условиях, или состоится решение о реконструкции церкви Успения и воссоздании ее живописного ансамбля.

 

 

1  Отчет об исследовании и консервации руин Волотовской церкви (1352 т.) иод Новгородом в 1955 году. Автор Л. Е. Красноречьев. Новгород. 1955-1963. (ГАНО. Ф. 4137. Оп. 1. Д. 111); Т. В. Гладей ко, Л. Е. Красноречьев, Г. М. Штендер, Л. М. Шуляк. Архитектура Новгорода в свете последних исследований //Новгород. К 1100-летию города. Сб. статей. М. 1964. С. 224, 225. Обмеры, материалы исследования и проектные чертежи Л. Е. Красноречьева хранятся в архиве НФИ "Спецпроектреставрация".

2 См.: Реставрация, исследование и хранение музейных художественных ценностей. М. 1979. Вып. 3. С. 6-25. Вып. 4. С. 1-30. М. 1981. Выи. 2. С. й; А. П. Греков. Фрески церкви Спаса Преображения на Ковалеве. М. 1987, и др.

3  В. В. Суслов. Церковь Успения пресвятой Богородицы в селе Волотове, близ Новгорода, построенная в 1352 г. М. 1911; Л. Мацулевич. Церковь Успения пресвятой Богородицы в Волотове //Памятники древнерусского искусства. Вып. IV. СПб. Изд. имп. Академии художеств. 1912. С. 1-34. Илл. 1-46; М. В. Алпатов. Фрески церкви Успения на Волотовом поле. М.  1977.

4          Т.   И.   А н и с и м о в а,   А.   Н.  Трифонова.   Реконструкция   резных иконостасов с использованием компьютерной техники //Доклад на симпозиуме 'Актуальные проблемы изучения, популяризации и реставрации  музейных памятников".  Государственный историко-культурный музей-заповедник "Московский Кремль". (В печати).

5          А. П. Греков. Фрески церкви Спаса Преображения на Ковалеве. С. 66 - 67,

6   См. там же. С. 67.

7  Е. Г. Шейнина. Применение синтетических смол в реставрации монументальной живописи и некоторых других музейных экспонатов //Сообщения ВЦНИЛКР. Вып. 1. М.  1960   С. 62-74.

8  См. примечание 4.

 

 

«Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции

 

 

Следующая статья >>> 

 

 

 

Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 





Rambler's Top100