Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 

 

 

загадка событий 1216 года


История и археология Новгорода

Новгородский государственный объединенный музей-заповедник

Выпуск 21/2007 

 

 

 

РАЗДЕЛ II. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И АРХЕОЛОГИИ НОВГОРОДА И НОВГОРОДСКОЙ ЗЕМЛИ

 

 

ДРЕВНЕБАЛТИЙСКАЯ ТОПОНИМИЯ В РЕГИОНЕ НОВГОРОДСКОЙ ЗЕМЛИ

 

  

В.Л.Васильев

 

Основная задача данной статьи — отметить и охарактеризовать в общих чертах древнебалтийское топонимическое наследие в центральных районах Новгородской земли. С этой целью ниже приведены списки топонимических балтизмов (вероятных, надежных и бесспорных), распределенных по бассейнам крупных водоемов (иначе - по субрегионам). После списков следуют краткие описания суммы балтизмов в том или ином субрегионе. В описаниях в сжатом виде оценивается плотность балтийского топонимического слоя по субрегионам и удельный вес этого слоя по отношению прежде всего к прибалтийско-финским названиям, отмечаются существенные моменты ареальной дистрибуции новгородских балтизмов, указываются некоторые особенности их связи с топообъектами разных классов и пр.

В поисках балтийского элемента исследователи сравнительно редко обращались к территории Русского Северо-Запада, который традиционно относят к финно-угорскому этноязыковому пространству. Топонимические балтизмы на Русском Северо-Западе исследовались в некоторых работах М. Фасмера, К. Буги, X. Краэ, М. Букша, Р. А. Агеевой, В.Н. Топорова, а также автора этих строк1. В основном такие названия искали и находили на территории южной и центральной Псковщины (бассейн р. Великой), сопредельной с латышскими землями. Действительно, на Псковской земле обнаружено большое количество хронологически различных топонимических балтизмов, включая и сравнительно поздние названия латгальского типа, рассеянные от границы с Латвией далеко на восток до Ловати и с севера на юг от Пскова до Полоцка и далее (как минимум две-три сотни латгализмов, согласно подсчетам В.Н. Топорова2). Однако топонимические балтизмы, очевидно, в массе своей более древние, чем латгализмы, обнаруживаются далеко к востоку, северо-востоку и северу от бассейна Великой - почти по всей области средневековых пятин Великого Новгорода. Поэтому основное внимание целесообразно обратить именно на малоизученный слой топонимических балтизмов Новгородской земли, определяющих северо-восточный фланг проникновения древне-балтийского этноязыкового элемента.

Перечисленные ниже новгородские гидронимические и ойкони-мические названия, атрибутированные какдревнебалтийские, отчасти позаимствованы из работ различных авторов, но в значительном большинстве обнаружены впервые при специальном изучении топонимического ландшафта Новгородской земли. Новгородский региональный топонимический ландшафт преимущественно включает названия: 1) славянские, 2) прибалтийско-финские (и шире - финно-угорские), 3) балтийские, 4) неясные. Финно-угорские названия Новгородской земли характеризуются отличительным набором основ и формантов, повторяющихся на разных, близких и отдаленных, территориях, как правило, к северу, северо-востоку и востоку от Ильменя Нужно подчеркнуть, что списки финнизмов в данной статье имеют скорее иллюстративный характер, т.е. далеко не полны. Для атрибуции балтийской топонимии, перечисленной со значительно большей тщательностью (но, безусловно, не исчерпывающе), использовались различные критерии, среди которых наиболее существенны два: 1) наличие параллелей и эквивалентов в литовской, латышской, прусской топонимии, дополняемых гидронимическими соответствиями на древнем этноязыковом пространстве проживания балтов, ныне заселенном славянами; 2) отсутствие убедительных параллелей и эквивалентов в неславянской топонимии финно-угорского этноязыкового пространства, в тех отдаленных северных, северо-восточных областях, где балтов априори ожидать не стоит. Многие из перечисленных в списках топонимов имеют повторения в верхнем Поднепровье, Поочье, Повисленье, и при этом соответственные топонимы более южных регионов уже издавна традиционно атрибутированы в качестве балтизмов, но их северные новгородские «родственники» до сих пор не были учтены. Встречаются и такие новгородские названия, для которых находятся неединичные соответствия (либо истинные, либо мнимые, омонимичные) одновременно и в балтийском, и в финно-угорском ареалах. Такого рода топонимические факты неопределенной этноязыковой принадлежности в приведенные ниже списки не внесены (за некоторыми исключениями), как и те факты, которые показывают только узконовгородские соответствия либо вообще пока не имеют ни надежно трактуемых связей, ни этимологии.

Славянские и тем более русские названия в подавляющем большинстве либо совершенно прозрачны, либо атрибутируются вполне надежно, поскольку часто повторяются в разных регионах Славии и объясняются на славянском апеллятивном материале. Тем не менее обнаруживаются случаи, когда трудно или невозможно отделить балтийские названия от славянских, в первую очередь от ранних, архаических, непродуктивных. Эта ситуация обусловлена значительной близостью славянского и балтийского языков в I тыс. н.э. Наиболее ярки и выразительны те топонимические балтизмы, которые в полной мере передают сепаратные черты балтийских языков, дифференцирующие их от славянских. Обычно это названия с собственно балтийскими корнями и основами, неизвестными или почти неизвестными в славянских языках {Воролянка, Стабенка, Шлино и т.п.). Значительно хуже диагностируются в качестве возможных балтизмов гидронимы и ойконимы с общими балто-славянскими корнями, которые, как правило, характеризуются формантами, тоже общими для обеих групп языков. В таких случаях опорой служат различные дополнительные признаки, вскрываемые при более основательном анализе: частотность / раритетность отдельных морфем или цельнолексемных параллелей в топонимии и апеллятивной лексике балтов и славян, типичность / нетипичность номинативных моделей топонимов в балтийских и славянских языках, закономерная / незакономерная славянская адаптация названий, наличие / отсутствие топонимических вариантов, территориальное соседство плохо дифференцируемых названий с надежными, «маячковыми» балтизмами и др. Вообще говоря, всесторонний анализ плохо дифференцируемых («балто-славянских») названий, которые вполне допускают балтийские трактовки, часто открывает новые возможности более убедительного объяснения их как раннесла-вянских топонимических архаизмов. Именно поэтому такие новгородские гидронимы, как Березай и Березайка, Бологое, Велья, Велъё, Вилейка/Велейка, Веребья, Веть, Витка, Водоса, Волма, Витебске, Выдерка, Дубна, Желонка, Колодея, Колпинка, Круппа, Линенка, Лопан-ка, Лоша, Лютейка, Меглинка, Орлинское, Песно, Плюсса, Радча, Север-ка/Сиверка, Туренка, Тушемля, Уча, Череменецкое, Черенка, Чечора и нек. др., неоднократно повторяющиеся на Северо-Западе и в других регионах и ранее объясненные или предварительно помеченные как балтизмы, не включены в приведенные ниже перечни. В этих перечнях все же содержится определенная доля плохо дифференцируемых, «балто-славянских» топонимов, но больше насчитывается тех названий с балтийскими связями, неславянский характер которых очевиден. Разумеется, нельзя игнорировать фактор наличия в региональном топонимическом ландшафте некоторого количества и т.наз. «невидимых» балтизмов (как, впрочем, и «невидимых» финнизмов) ввиду того, что многие усвоенные от дославянского населения водные имена были фонетически преобразованы или переосмыслены под влиянием славянского суперстрата настолько, что отличить их от распространенных славянских названий сегодня практически невозможно.

Древнебалтийские топонимы (в подавляющем большинстве названия рек и озер, изредка - названия селений) в регионе Новгородской земли удобно локализовать по субрегионам, подразделенным с учетом местной гидрографической сети. Новгородская гидрография характеризуется определенной спецификой, существенной с точки зрения процессов заселения этой территории. Если Новгород выступает культурно-политическим центром региона, то оз. Ильмень является его естественно-географическим центром - водоемом, к которому сходятся крупные реки и широтного, и мериодионального направлений (Пола, Ловать, Шелонь, Мета, Волхов). В древности эти реки служили главными нитями коммуникаций и летом, и зимой. Ситуация, при которой реки служили нитями или ориентирами коммуникации, значима и для аспекта топонимической номинации хотя бы потому, что речные притоки, крупные и мелкие, должны были получать свои имена чаще всего в низовьях или в местах слияния притоков с главными реками. Напротив, реки и речки, вытекающие из сравнительно крупных озер (разумеется, в масштабах микротерриторий), чаще получали имена в верховьях - в местах выхода из озер и, следовательно, нередко именовались по озерам. Это, в частности, проявляется в распространенном в регионе Новгородской земли феномене совпадения названий крупных озер и рек, из них вытекающих (оз. Полиапо и р. Полистпъ, оз. Перетпно и р. Перетпна и т.п.).

В центральных районах Новгородской земли с учетом крупнейших водоемов выделяются следующие субрегионы: 1) прибрежная зона оз. Ильмень; 2) Полавский бассейн; 3) бассейн Ловати; 4) бассейн Шелони; 5) бассейны Луги и Плюссы; 6) Поволховье; 7) Помостье; 8) верховья Сяси, Чагодощи и Колпи; 9) верховья Мологи. Основу предлагаемых «балтийских» списков составляют извлеченные из современных и исторических письменных и картографических материалов первичные названия; рядом с ними в отдельных случаях указаны (в скобках) названия, закрепленные скорее всего путем переноса первичных (правда, сказать, какое из парных названий первично, какое - вторично, порой затруднительно).

Прибрежная зона Ильменя. В этом субрегионе локализуются названия небольших речек и ручьев - притоков Ильменя, проток и пойменных озер в дельтах крупных рек, впадающих в Ильмень, а также селений близ ильменских берегов. Среди прибрежной топонимии на балтийском языковом материале трактуются с большей или меньшей надежностью названия водотоков Вдова, Верготь/Вергопгка, Витолъ-ка, Воложа/Волочанка (с оз. Волосько),Догжа/Дегжа,Дупля, Иглица/ Иголя/Игола/Иголка (с оз. Игольско), Кормяная/Кормина/Кармена, Льзна (и дер. Лъзень, Лзенка), Льнинский (и оз. Олнино), Лялин, Моя-та/Маята, Неденка/Недейка (с дер. Недно), Ниша, Половка/Полова, Понедельна, Постенский, Русская (с дер. Русско), Сон/Сонской, Тисва (с оз. Тисовское/Тисва), Тулебля/Тулебель/Тулеба, Чежа, Шеленский, озер Благи, Жавро/Жеберо, Индюк, Лино, Менцо, Молги, Синец (и Си-нецкий залив оз. Ильмень), Стяг/Стягово. Если брать средневековые и современные названия деревень Недно, Лъзень, Лзенка, Русско, Тисва, Тулебля, то они скорее всего появились вторично, по смежным гидронимам, но есть и безусловно первичные (неотгидронимные) ойкони-мы. Один из них - 1даль/1дал/0гдаль/Вдаль (связанный с дер. в бывшем Влажинском погосте), весьма достоверный, находящий множество параллелей в Балтии, другой -Дупле (тоже дер. Влажинского погоста), который, однако, не менее вероятен как славизм. Существенно подчеркнуть, что балтийские топонимы имеют показательное аре-альное распределение вдоль ильменского побережья. Они почти все (!) группируются на юго-восточном и восточном побережье Ильменя: здесь обнаружено скопление балтийских топонимов, среди которых немало весьма надежных (оз. Стяг, Жеберо, Догжа и др.). «Гнездо» балтизмов на юго-восточном берегу Ильменя (бывшие Взвадский, Сытинский, но особенно Влажинский погосты), пожалуй, самое выразительное на новгородской территории. Вероятных прибалтийско-финских названий во всей прибрежной зоне насчитывается пока в пределах десятка (pp. Веренда/Веронда, Работка, пр. Ниши, оз. Хома-шукса в дельте Меты, возможно, рч. Нудыша/Нурдыша, рч. Пенза/Пе-репензя, Рапля/Ряпля, оз. Чагодовское, р. Веркасья/Велкасья/ Веркашенка, последний гидроним может оказаться и балтизмом, и балтийской переделкой финского), тем не менее важнейший лимно-ним Ильменъ/Илмер наиболее предпочтительно объясняется на почве финно-угорских языков3.

Полавский бассейн охватывает небольшой треугольник пространства между озерами Ильмень на северо-западе, Валдайским на востоке и системой Верхневолжских озер (Селигер, Стерж и на юге - Витьби-но), площадь водосбора - 7450 км1. Здесь наблюдается крупное сосредоточение гидронимических балтизмов: реки и ручьи Бетецшй, Бурея/ Бурая, Воролянка, 1абья,Дегованка,Демянка,Деренка, Дерновка (вар. Руденка), Дупелька (с оз. Дупельское), Еглинка, Ждыня/Жиденя/Жи-донья, Ильган (с ур. Ильган), Клевичанка/Клевичинка (с дер. Клевичи/ Клевечи), Кудра (с оз. Кудро), Кунянка (с бывшим с. Кунско, XV в.), Ларинка/Ролинка, Лоненка/Лонна, Лонница, Морея/Марёвка, Мелеча, Мотыренка, Обша (с дер. Бол. Обша, Ср. Обша, Мал. Обша), Пола, Полометь/Поломедь/Поломода, Преслянка, Ртица, Рудынка, Руна и Руна Старая (и дер. Руница), Сежа, Сельня, Соменка, Сомшинский, Сосненка, Сорженка, Спилка, Стабёнка (с ур. Стобня), Чересица, Шелон, Цыновля, Явонь, озера Беречеты, Демонцо, Долосенское, Еглино, Мезгитно/Мизгутня, Олътечко/Олътинское, Полонец, Полоней, Русское, Саминец, Сомино, Страмилово, Цырево, Шаневское, порог Табола/ Тобольский (и дер. Тоболка Буховского погоста XVI в.) на средней Поле. К югу от бассейна Полы как продолжение данного ареала известны: реки Жукопа, Сонка и др., озера Верхит, Индено, Клеветцо, Пено, Сере-мо, Стергут, Стерж, Волкото, быть может, оз. Волго с р. Волга и др.

Перечисленные гидронимы густо и равномерно покрывают все пространство Полавского «треугольника». Они связаны как с самыми крупными реками (см. такие надежные факты, как Пола, Полометь/ Поломедь/Поломода), так и с незначительными ручьями, озерами, порогами на реках. Кроме того, здесь отмечены ойконимы-балтизмы, не производные от гидронимов: Цемена, дер. на средней Поле, и, вероятно, Кривско, Клевечи/Клевичи, Кривкино (характерно, что эти три пункта соседят друг с другом севернее Демянска), Кневицы, пос. на р. Березне, пр. пр. Поломети, лев. пр. Полы, Ловосицы/Ловасицы, дер. на нижней Поле, Яжелбицы, древнее село на р. Полометь к северо-западу от Валдая, и нек. др. На фоне многих десятков балтийских названий совсем нет гидронимов с характерными финскими чертами, к примеру, с исходами на -кша, -кса, -ма, -уя, -ега, -дро, -ус и др., обусловленными преобразованием типовых прибалтийско-финских детерминантов и флексий. Даже те единичные гидронимы в бассейне Полы, которые объяснялись чаще как финские, скорее допускают иные трактовки: р. Руна (не исключено приб.-фин. происхождение4, но значительно больше имеется балтийских связей5), р. Меглинка (к приб.-фин., или слав.6, или балт.7 языковому источнику, а в целом неясно); Невиймох, болото (хотя есть фин. neva 'болото', это название, очевидно, из славянского апеллятива, заимствованного ранее у финнов, ср. новг. диал. невья 'моховое болото'8). Многочисленные славянские гидронимы относятся к самым маленьким водным объектам (исключение - крупное оз. Белье) и часто вторичны - названы по прилегающим деревням. Водные имена неясной языковой принадлежности редки.

Бассейн Ловати, площадью 21900 км1, протяженной конфигурации, вытянут с юга на север более чем на 500 км от Витебской области елоруссии до озера Ильмень. Верховья реки - от истока примерно до

Великих Лук традиционно относят к ареалу балтийской гидронимии, но данный гидронимический слой продолжается с неменьшей плотностью и ниже по течению реки. Если взять широтный участок водосбора от Великих Лук до Холма (площадь - не менее 8000 км1), то здесь по далеко не полным подсчетам насчитывается более полутни вероятных и бесспорных балтийских названий рек и озер: pp. Болдониха/ Балдыниха, Вейна, Вятица, Гредица, Губенка, Губень (второе название р. Большой Туд,ер),Дёгжа,Допша/Добизня (с оз. Допша), Каместика, Куль, Кунья, Леботень, Локня, Лусня, Лживка/'Лживица, Лижанка, Майленка, Моржевка, Морзевка, Мереть, Насва, Ноша, Обира, Обша, Ока, Поланейка, Полистка, Пузна/Пузка, Пылка (с оз. Пылец), Свере-тица, Сережа, Сертика (и дер. Сертия/Серетея Холмского погоста, XVI в.), СмотаБол. и СмотаМал., Смерделя, Стеронская/'Странская, Черпеска (с с. Черпеса), Шаполка, озёра Але, Волкото, Говье,Демоница, Демянь, Жеберо, Илиго, Лобзы, Одское, Сокото, Стабно (с дер. Бол. Стобня), Цевло (с р. Цевла), порог Легод/Легда/Логоть (и дер. Легод/ Бол. Легда, Легод/Мал. Легда) и др. На востоке Холмского р-на локализуется ойконим Крева, средневековая деревня, а сегодня — урочище в верховьях Большого Тудра. Плотность балтийского гидронимичес-кого слоя в этой части Половатья приблизительно такая же, как в бассейне Полы. Западнее левобережья Ловати продолжается не менее многочисленная и достоверная балтийская гидронимия верхнего и среднего течения р. Великой. Финские названия на Ловати выше Холма редки или сомнительны. Так, А.И.Попов считает финскими гидронимы Сергачма, Сережа, Насва, Удрай, Удрая, Вейно9, но только первое, V похоже, является финнизмом, второе - двусмысленно по языковой принадлежности (имеет многочисленные соответствия и в балтийских, и в финских языках), третье и четвертое надежно трактуются как балтизмы, пятое, по-видимому, славянское. Балтийскую этимологию имеет в том числе имя главной реки — Ловать (наряду с менее предпочтительными прибалтийско-финской и славянской этимологнями). Совсем иную картину представляет широтный участок водосбора Ловати от Холма до Ильменя (Поддорский и Старорусский р-ны Новгородской обл.). Гидронимические балтизмы на этом участке (приблизительно равном по площади более южному Половатью - до Великих Лук) встречаются сравнительно редко: pp. Анутка, Бутень/ Бытец, Кортенья/Корытенка/Закорытенка, Полисть с оз. Полисто, Руса/Порусъя (> г. Старая Русса) с оз. Русское, Редья/Рдея с оз. Рдей-ское, Снежа/Снежия, Соминка, Стожинка, оз. Жотор/Жетор/Жатор, Сосно, порог Желвым/Желвин на Ловати ниже Холма. Некоторые из перечисленных названий прикреплены к относительно крупным притокам Ловати меридионального направления на южноприильменской низменности (кроме слав. Робъя). Гидронимы-финнизмы здесь единичны (наиболее ярким выглядит Войе, соленый ручей в Старой Руссе).

Бассейн Шелони, площадь 9850 км1. Слой предположительно или явно трактуемых гидронимических балтизмов в Пошелонье столь же разрежен, как в нижнем течении Ловати: реки Деменка (с оз. Демон), Ильзна, Колотня, Кунейка, Леменка, Лоненка, Милиц, Полонка, Ровка, Струпенка, Удоха, Уза, озера Дегжо,Должино/Должинское,Жедрицкое (с дер. Жедрицы/Жадрицы, в средневековье - центр погоста), Локно; к вероятным балтизмам следует отнести и название главной реки - Ше-лонь (славянская трактовка его не убедительна). Есть балтизмы-ойко-нимы, не соотносимые с известными гидронимами: Грузомедь (ср. близлежащие дер. Никандрова Грузомедь и Королева Грузомедь немного выше райцентра Сольцы), Мусцы, средневековый погост в низовьях Шелони, Свея (< *Освея), дер. к югу от Порхова. Из десяти крупных притоков Шелони достоверным финнизмом является лишь Колошка/ Колокша, предположительным - Судома (хотя и в данном случае не исключен балтизм, поскольку основа Суд- и суф. -ом- тоже находят отражение в Балтии). В целом же, несмотря на редкость балтизмов, финские водные имена в Пошелонье не менее, а скорее еще более редки. Почти все топонимы славянские, среди них немало древнерусских архаизмов.

Бассейны Луги и Плюссы. Эти две реки протекают поблизости и параллельно друг другу в Чудско-Ильменском межозерье (на юго-западе Ленинградской и на севере Псковской областей). Балтийскими можно считать здесь следующие гидронимы: реки Берест, Верешня/ Вересня, Верца (с оз. Верецкое), Вруда с притоком Врудица, Выра, Губенка, Желовянка, Желтая, Жолыжена, Золвик, Керина, Крупелка, Ку-рея и рядом Курейка, Либа, Ловодец, Лонка, Лонья, Лубеть, Лубонь, Меленка, Наска, Нотика (и дер. Нотея), Обнова/Овнова, Омуга, Песта, Пята (с оз. Пятское), Скородна, Скородня, Совья, Солка, Стожина, Стреженка, Тесова (с с. Тесово), Угорня/Угорка, Удрайка/Удрайна (с дер. Удрая Водской пятины), Черемоловой, Череска, Чересученка, озера Беб-ро, Бетино, Врево, Ильжонское/Ильжо/Илжо, Камошъе, Самро и др. Как явствует из перечня, балтийская гидронимия в данном субрегионе сравнительно многочисленна, особенно среди притоков Плюссы (она продолжается и к западу от Плюссы, включая притоки Чудского оз.: 1дов-ка, Черьма и др.) и в среднем и верхнем Полужье (без бассейна Ореде-жа). Любопытно, что балтизмы локализуются и севернее нижнего течения Луги; ср. такие убедительные факты, как Велькота/Велькот-ка, пр. пр. Систы, впадающей в Финский залив (находит много параллелей среди балтийских «волчьих» названий рек), Удосолка, пр. Вельготки (с оз. Удосольское и с. Удосол), возможно, Индыш, речка в нескольких километрах от Велькотки и в 25 км севернее г. Кингисепп. Вероятные и очевидные финские названия (эстонские, водские, ижор-ские) тоже фиксируются повсеместно в бассейнах Луги и Плюссы, особенно в правобережном Полужье и среди притоков Оредежа: Ази-ка, Воя, Вангус, Кихтолка, Кемка, Косколовка, Кукса, Курза, Кушела/ Кушолка (с оз. Кушела), Лемовжа, Пеледа, Пелега, Рапотка, Реполка, Саба с притоком Сабица и оз. Сяберо, Суйда, Сумка, Ухта, Яня с оз. Яно (но Яня может считаться и балтийским), Ярвинский, оз. и дер. Шима и др., сюда же названия крупных рек Луга, Оредеж. Но количественно финнизмы, скорее всего, не преобладают над балтизмами и в этом северо-западном субрегионе Новгородской земли.

Поволховье. В бассейне р. Волхов древнебалтийское происхождение допустимо считать у названий рек и ручьев Беберка, Волхов, Вишера, Вы6ра/Выбро,Дереша,Дыменка/Дымна, Дупна, Елимна, Иг-лино/Еглинка, Ингорь, Кересть, Кунесть/Кунестка, Оломна, Орлец, Оскуя, Осьма, Пожупенка, Полисть, Сола, Сосница, Шалонь, Шарья, у озер Овсыня, Соминское. Любопытно то, что почти все перечисленные названия группируются в выразительный анклав южнее г. Кириши (главным образом на территории Чудовского р-на Новгородской обл.). В целом в бассейне Волхова вероятных или достоверных финских гидронимов, разумеется, много и они количественно преобладают над балтийскими (pp. Влоя, Выя/Выйка, Еревша/Ерёша/Ерша/Ережь, Киба, Кириша, Коломовка, Ладожка, Лынна, Менекша, Обуйка, Питьба, Пчев-жа, Раптица, Раванъ, Рапля, Ревдушка, Сергеш, Сестра/Сестрица, Ситаль, Слиговка, Таща, Тигода, Тянегожское/Тяжегонское оз., Чагода и др.). Вместе с тем названия некоторых крупных притоков Волхова (Вишера, Кересть, Оскуя, быть может, сам гидроним Волхов) и даже названия южных притоков Невы ( Тосна, а также Лустповка, имя верхнего притока Тосны) могут трактоваться в качестве древнебалтийско-го языкового наследия.

Помостье. В бассейне Меты, значительном по площади - 23060 км1, к балтизмам можно отнести следующие гидронимы: pp. Бурга, Верегжа, Волжанка, Деготинца/Деготпница, Демица (с оз. Демецкоё), Дора, Едерка (с оз. Едрово), Желомля, Каширка, Кисса, Клевицкий, Ко-тырь, Либья/Лабъя, Лона, Лотовка (с оз. Лотово), Перца (с оз. Перец-кое), Оловенка (с оз. Оловенец/Ловенец), Оловенка/Ловянка, Омитща (с оз. Омичко), Сивелъба/Сиволюбля, Скирлевка, Сница, Солпа (ручей и порог), Струбский, Торбытна (с оз. Торбино), Черигиенка, Шлинка (с ур.Шлино), Удина, Цна, Черкаса, оз. Дубелье, Дупля,Долосье/Долосцо, Жден, Картино, Кимариц, Короцко, Кретно, Лебинец, Лименъ (оз. и пустошь), Лунка, Нерачино, Пелена, Соминское, Сомино/Осьмино, Стрег-лино/Стригольно, Шлино (оз. и р.). Наиболее многочисленная и надежная часть перечисленных имен прикреплена к южным, верхним притокам Мстинского водосбора примерно до широты г. Боровичи (восточнее Валдая, южнее Боровичей). В очень разреженном виде предполагаемые балтизмы отмечены и ниже Боровичей, в среднем Помостье: на этом участке Мстинского бассейна практически нет названий, относимых к рассматриваемому слою более-менее надежно, зато немало неясных, спорных случаев. Во всем субрегионе Помостья рассеяны десятки бесспорных или вероятных прибалтийско-финских названий (Валдайка с оз. Валдайское, Вельгия/Велъгея, Ганица/Гоница, Кемка, Кодица, Ливица, Логонка, Матка, Мда/Мдичка, Мологжа, Ниви-ца, Нижица, Прикша, Пукша, Рабежка/Редежка, Серегижа, Хондрица, Яймля., оз. Пирос, Тубосс, Шабодро, Шакша, Шерегодро, дважды Шиль-да и др., сюда же и само название главной р. Мета), которые в среднем и нижнем течении более заметны, чем балтизмы. Показательно, что среди названий десяти самых крупных притоков Меты нет ни одного правдоподобного балтизма, зато есть несколько финских.

Верховья Сяси, Чагодощи и Колпи. На этой северо-восточной периферии как вероятные или достаточно убедительные балтизмы обращают на себя внимание названия рек Болочейка/Болочемля, Во-ложба,Димовка, Мезга, Меленка, Мережка, Полона, Ситомля, Смердом-ка, Совенка (с оз. Совенское), Соминка, Тулея, озер Вилея, Демень/ Задеменское, Демячка, Крупеня, Крупенец/Крупеница, Нерочино/На-рочино, Ретомля. Но и севернее этих рек, в верховьях Паши (к северо-востоку от Тихвина), обнаруживается такой любопытный гидроним, как Тутока/'Тутовa/Tutukjogi (с оз. Тутока/Туток/Тутокское/ Tutukja.ro), пр. пр. Явосьмы; ср. p. Tutaka в Литве, как и лит. p. Tut-upis, лтш. Tutap, Tutup, Tutes, Tutas и др. (связывают с лтш. tute 'сила, мощь, энергия' или с лит. tittuoti 'петь; кричать; дудеть')10. Рядом с Тутокой в Явосьму впадает речка под названием Ретеша/Ретоша, основа которого (Рет-) тоже многократно повторяется среди балтийских названий вод (впрочем, к данному факту легко привлечь и вепс, redu, ижор., карел, retu 'грязь; слякоть'). Создается впечатление, что перечисленные гидронимы, отнесенные к балтизмам, в некоторой степени даже более выразительны и надежны в этом отдаленном северо-восточном субрегионе, чем в среднем Помостье. Разумеется, прибалтийско-финские названия на данной территории решительно преобладают.

Верховья Мологи. Этот субрегион характеризуется двумя скоплениями гидронимических балтизмов. Одно из них, примыкающее с востока к верховьям Меты, находится в Удомельском р-не Тверской обл.: здесь в небольшом озерной местности сконцентрировано немало ярких балтизмов, среди которых pp. Мажица, Судеревка, оз. Деменец, Илъстимо, Кжемле/Гжемле, Маги, Масцо (< *Мажцо), Молдино, Пе-ство, Семынец, Удомля и др. Второй, менее выразительный, анклав балтизмов обнаружен к северу от Бежецка, на территории бывшего Бежецкого ряда: рр.Мелеча/Милеча, Могоча, Осень, Репгомля, оз. Вере-стово и нек. др. Но в основном по течению Мологи топонимический субстрат представлен финскими названиями.

Приведенные списки показывают некий средний уровень эксцер-пции новгородской гидронимии и ойконимии, явно или предположительно отнесенной к древнебалтийскому слою. Они не исчерпывают всего этого слоя в регионе и предварительны в том смысле, что включают определенную долю названий, требующих более глубокой проверки на финно-угорском, балтийском и славянском материале. Но в первом приближении данные перечни все же отражают действительную картину ареальной дистрибуции балтийской топонимии в регионе Новгородской земли. Плотность гидронимических балтизмов на разных участках этой большой территории неравномерна. Наиболее концентрированно они покрывают бассейн Полы, восточное и юго-восточное побережье оз. Ильмень, среднее (выше г. Холм) течение Лова-ти, значительно меньше их в Половатье ниже Холма, еще меньше на западном побережье Ильменя и среди притоков Шелони. Восточнее Ильменя, в бассейне Меты, балтизмов немало на широтном участке от истока из оз. Мстино приблизительно до г. Боровичи Новгородской обл., изредка они встречаются ниже по течению реки и далее к северу от Помостья, в верховьях Сяси, Чагодощи, Колпи, а возможно, и Паши. В разреженном виде такие названия обнаруживаются в бассейне Волхова, но они не заходят севернее г. Кириши. К северу от широты Ильменя общий гидронимический фон приобретает все более ощутимую прибалтийско-финскую окраску. Таким образом, новгородская гидронимия балтийского происхождения убывает от бассейна Полы и оз. Ильмень при продвижении на север и северо-восток, а от Полы также на запад - в сторону Ловати и Шелони. Обращает на себя внимание, что к северо-западу от оз. Ильмень выявляется сравнительно много ярких балтизмов среди верхних и средних притоков Луги и особенно Плюссы: здесь соответствующая гидронимия безусловно более заметна, чем в Поволховье (восточнее) и в бассейне Шелони. Последнее обстоятельство выглядит несколько неожиданным, поскольку водосбор Шелони расположен южнее, чем бассейны Луги и Плюссы. Балтийская гидронимия столь же разреженна и западнее водосбора Шелони - среди нижних правобережных притоков Великой (но к югу от г. Остров Псковской обл. количество балтизмов резко возрастает). В разных частях Новгородской земли намечаются места относительного сгущения и разрежения данного гидронимического слоя, который связан как с крупнейшими реками региона (Ловать, Пола, Полисть, Полометь, возможно, Шелонь, Волхов), так и с маленькими речками и ручьями длиной до десятка километров и озерами площадью несколько гектаров. Более тщательное изучение региональной микрогидрони-мии и ойконимии открывает все новые вероятные балтизмы, не оставляя никаких сомнений в бывшем присутствии балтов на рассматриваемой территории.

Вопрос о количественном соотношении (удельном весе) новгородских названий прибалтийско-финского (шире - финно-угорского) и балтийского происхождения требует более основательного изучения. Процент одних субстратных этимологии не стоит увеличивать за счет других, ориентируясь лишь на предвзятое мнение о «своей» или «чужой» этимологии ввиду исконности того или иного этноязыкового ареала. Несомненно, финно-угорские гидронимы встречаются по всему региону Новгородской земли, но более очевидным становится другое: на значительной его части, а именно — во всей юго-западной половине Новгородской земли (южнее условной линии г. Нарва - г. Луга - Новгород - Боровичи - Удомля - Бежецк, см. рис.) топонимические балтизмы по количеству и по надежности трактовок обыкновенно преобладают (иногда - в несколько раз) над топонимическими финнизмами. Говоря более конкретно, в бассейнах Полы, Ловати, Шелони, Плюссы и во всей прибрежной зоне оз. Ильмень водные названия с однозначно финскими соответствиями настолько редки, что по количеству не идут ни в какое сравнение с балтизмами. В Полужье, по верхнему и среднему (до Киришей) течению Волхова, в верхнем (до Боровичей) течении Меты балтизмы и финнизмы количественно сопоставимы, хотя и здесь балтизмов вроде бы оказывается больше (более точная оценка возможна при тщательной инвентаризации топонимических финнизмов на этих территориях). Лишь в среднем течении Меты, в среднем и нижнем Поволховье, среди притоков Сяси, Чагодощи, Мологи финские названия, трактуемые достаточно надежно, безусловно преобладают по количеству над балтийскими. Для многих новгородских балтизмов характерно «анклавное» сосредоточение (см. рис.).

«Балтийскость» новгородской территории требует глубокого этноисторического объяснения, в т.ч. с привлечением археологических данных. Безусловно этот слой хронологически разнороден и не обусловлен волной какого-либо одного нового населения. Пока ограничусь лишь следующим замечанием. Мощное скопление балтийской топонимии на юго-восточном ильменском побережье, примыкающее к насыщенному балтизмами Полавскому бассейну отчетливо указывает на преимущественные пути проникновения древних балтов в район будущего Новгорода. Сегодня можно с уверенностью сказать, что эти пути проходили между двумя крупнейшими озерами региона: от Селигера по р. Поле и ее притокам (а не по Ловати) на Ильмень, далее вдоль восточного побережья Ильменя к Волхову.

 

 

1 M.Vasmer. Beitrage zur historischen Volkerkunde Osteuropas. I. Die Ostgrenze der baltischen Stamme // Sitzungsberichte der Preussischen Akademie der Wissenschaften  (philos.-hist. Klasse). Berlin, 1932; Idem. BeitrSge zur historischen Volkerkunde Osteuropas.  II. Die ehemalige Ausbreitung der Westfirmen in den heutigen slawischen Lundern // Sitzungsberichte der Preussischen Akademie der Wissenschaften (philos.-bist. Klasse). Berlin, 1934; Idem. Balten und Finnen im Gebiet von Pskov /Studi baltici.vol. 3, 1933; K.Buga. Uphi vardii. studijos ir aisura bei slavenu senove // Tauta ir zodis. Kaunas, 1923. Kn. 1 P. 1-44; Idem. Rinktiniai raStai. T. 3. Vilnius, 1961; MЈukss. Latgalische Orts- und Familiennamen im Raum um Polock, Novgorod und Pliskov // The Problem of Latgalian Language and Its Expansion. Miinchen, 1961. S. 56-123; PA. Агеева. Гидронимия балтекого происхождения на территориях псковских и новгородских земель // Этнографические и лингвистические аспекты этнической истории балгеких народов. Рига, 1980; Она же. Славянские, балтийские и финно-угорские элементы в топонимии Русского Северо-Запада // Перспективы развития славянской ономастики. М., 1980; Она же. Проблемы межрегионального исследования топонимии балтийского происхождения на восточнославянской территории // Балто-славянские исследования 1980. М., 1981; Она же. Происхождение имен рек и озер. М., 1985. С. 90-101; Она же. Гидронимия Русского Северо-Запада как источник культурно-исторической информации. М., 1989. С. 185-208; В.Н.Топоров. О северо-западнорусском локусе балтийской гидронимии (из цикла «По окраинам древней Балтии») // Res Balticae. Pisa, 1995; Он же. Балтийский элемент в Новгородско-Псковском ареале (общий взгляд) // Великий Новгород в истории средневековой Европы. К 70-летию В.Л. Янина. М., 1999; Он же. К вопросу о «новгородско-литовском» пространстве и его языковой характеристике (по материалам X.III-XV веков) // Res Balticae 7. Pisa, 2001; ВЛ. Васильев. Метонимическое калькирование архаических гидронимов в Приильменье // Топонимия и диалектная лексика Новгородской земли. Великий Новгород, 2001; Он же. Древнеевропейская гидронимия и Приильменье // Вестник Новгородского гос. ун-та. Сер. «Гуманитарные науки». Великий Новгород, 2002. № 21; Онже. К вопросу о балтеком топонимическом наследии в Новгородском регионе // Прошлое Новгорода и Новгородской земли. Материалы науч. конф. 2001-2002 IT. Ч. 1. Великий Новгород, 2002; Онже. К проблеме этноязыкового субстрата в Приильменье и Поволховье // Русская диалектная этимология: Материалы IV Междунар. науч. конф. (Екатеринбург, 22-24 октября 2002 года). Екатеринбург, 2002; Он же. Очерки новгородской субстратной топонимии (др.-балт. Должино, Цеме-на) // Проблемы изучения живого русского слова на рубеже тысячелетий: Материалы II Всероссийской науч.-практ. конф. Ч. II. Воронеж, 2003; Он же. Древнеевропейская гидронимия новгородско-псковских земель // Вестник Российского университета дружбы народов. М., 2004. № 2; В.Л. Васильев, Н.Н. Вихрова. Архаические гидронимы с фаунистической семантикой на побережье озера Ильмень // Прошлое Новгорода и Новгородской земли. Великий Новгород, 2006.

2          См.: В.Н. Топоров. О балтийском слое русской истории // Florilegium: К 60-летию

Б.Н. Флори. М., 2000. С. 397.

3          Есть попытки объяснения лимнонима Ильмень также наиндоевропейской почве.

Во-первых, не исключали контаминации финской и индоевропейской форм {РА. Агеева.

Гидронимия Русского Северо-Запада... С. 216), во-вторых, объясняли из славянского

(Ю.В. Откупщиков. Из истории индоевропейского словообразования. СПб.; М., 2005.

С. 243-261); второе не убедительно.

4          См.: М. Vasmer. Beitrage zur historischen Volkerkunde Osteuropas. Die ehemalige

Ausbreitung der Westflnnen inden heutigea slawischen LSndern / Sitzungsberichte der

Preussischen Akademie der Wissenschaften (philos.-hist. Klasse). Berlin, 1934. S. 370.

5          См.: В.Н. Топоров. «Baltica» Подмосковья // Балто-славянский сборник. М., 1972.

С. 219-230.

6          См.: РА. Агеева. Гидронимия Русского Северо-Запада...С. 220; АЛ. Шилов. Заметки

по исторической топонимике Русского Севера. М., 1999. С. 46-47.

7          См.: В.Н. Топоров. Балтийский элемент в Новгородско-Псковском ареале... С.

280.

8          Новгородский областной словарь / Отв. ред. В.П. Строгова. Вып. 6. Новгород,

1994. С. 35.

9          См.: А.И. Попов. Следы времен минувших. Из истории географических названий

Ленинградской, Псковской и Новгородской областей. Л., 1981. С. 42.

10        См.: A.Vanagas. Uetuviu.hidronirmi etimologinis 2odynas. Vilnius, 1981 P. 350

 

«Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции

НОВГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБЪЕДИНЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК

ЦЕНТР ПО ОРГАНИЗАЦИИ И ОБЕСПЕЧЕНИЮ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

NOVGOROD STATE MUSEUM ARHAEOLOGICAL RESEARCH CENTRE

NOVGOROD AND NOVGOROD REGION HISTORY AND ARHAEOLOGY

НОВГОРОД И НОВГОРОДСКАЯ ЗЕМЛЯ ИСТОРИЯ И АРХЕОЛОГИЯ

 (Materials of the scientifical conference: Novgorod,  2007)

 (Материалы научной конференции) Новгород, 2007

Issue 21

Выпуск 21

Veliky Novgorod 2007

Великий Новгород 2007 

Ответственный редактор - академик В.Л. Янин

Редколлегия: член-корреспондент РАН Е.Н. Носов, доктор исторических наук А.С. Хорошев

Составитель: Е.А. Рыбина

 

Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 





Rambler's Top100