Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 

 

 

загадка событий 1216 года


История и археология Новгорода

Новгородский государственный объединенный музей-заповедник

Выпуск 21/2007 

 

 

 

РАЗДЕЛ II. ПРОБЛЕМЫ ИСТОРИИ И АРХЕОЛОГИИ НОВГОРОДА И НОВГОРОДСКОЙ ЗЕМЛИ

 

 

К ВОПРОСУ ОБ ОРГАНИЗАЦИИ ГОНЧАРНОГО ПРОИЗВОДСТВА НА ТЕРРИТОРИИ НОВГОРОДСКИХ ПЯТИН В ПОЗДНЕМ СРЕДНЕВЕКОВЬЕ

 

  

А.В. Плохов

 

Обломки глиняных сосудов - основной материал, встречаемый археологами при раскопках памятников Новгородской земли. Находки керамики свидетельствуют о широком повседневном использовании населением глиняной посуды, а также об уровне развития гончарного ремесла. При публикации результатов полевых работ, а также в обобщающих трудах, исследователи при рассмотрении керамического материала основное внимание уделяют описанию форм сосудов, орнаментации, составу теста изделий и, иногда, технике формовки и обжигу. Важными считаются также вопросы датировки выделенных типов посуды. В то же время различные аспекты организации средневекового керамического производства (характер производства, сбыт продукции) в Новгородской земле остаются почти не освещенными в археологической литературе. Это, прежде всего, связано с недостаточной изученностью древнерусских памятников, а также с отсутствием на исследованных поселениях явных остатков гончарных мастерских.

Письменные источники, относящиеся ко времени существования Новгородской республики, мало дают для изучения этой темы. Практически единственным имеющимся в летописях известием, относящимся к керамическому производству, является легендарный сюжет о гонча-ре-пидьблянине '. Это сообщение, включенное в рассказ о крещении Новгорода, в литературе часто считается древнейшим свидетельством ремесленного характера древнерусского гончарного производства2. Однако, изучение текстов привело В.Л. Янина к выводу, что легенда о пидьблянине проникла в летописный рассказ о крещении Новгорода только в первой половине XV в., и, следовательно, отражает не ситуацию конца X в., а более позднюю реальность3.

Существенно больше сведений о гончарном производстве в новгородской земле сохранилось в источниках московского периода. В семидесятых годах прошлого века К.Н. Сербиной в рамках работы над коллективным трудом по аграрной истории Северо-Запада России XV-XVI вв. были рассмотрены материалы по крестьянским промыслам, торговым и ремесленным поселениям Новгородской земли 4. По ее подсчетам, на территории новгородских пятин на рубеже XV-XVI вв. существовало около 30 различных крестьянских промыслов, среди которых был и гончарный5. Основное внимание Сербина уделила железоделательной и солеваренной промышленности, а также ткацкому промыслу, о которых дошло наибольшее количество сведений. Остальные ремесла рассмотрены на уровне таблиц.

Целью данной работы является сбор и анализ упоминаний о гончарном производстве на территории новгородских пятин в опубликованных к настоящему времени позднесредневековых письменных источниках6.

Основные известия о ремеслах в рассматриваемом регионе содержат новгородские писцовые книги. В них фиксировались объекты налогообложения в пределах административно-территориальных единиц, определялась их владельческая принадлежность, отмечались некоторые хозяйственные характеристики и выражался их оклад налогообложения в условных единицах7. В силу своего фискального характера, писцовые книги содержат отрывочную, зачастую косвенную информацию о керамическом промысле. Писцы, которых интересовали главным образом обжи и платежи с них, далеко не всегда отмечали не связанные с земледелием занятия обитателей описываемых ими дворов. В большинстве случаев об участии крестьян в промыслах мы узнаем только из их прозвищ. Затрудняет получение общей картины развития гончарного дела и плохая сохранность писцовых описаний, особенно по Бежецкой и Обонежской пятинам.

Судя по имеющимся источникам, гончарный промысел был представлен во всех новгородских пятинах. Гончары отмечены среди жителей населенных пунктов разного типа: в городах, деревнях и рядках.

В отличие от Новгорода, где в дошедших до нас далеко не полных писцовых и оброчных книгах 1580-х гг., среди ремесленников различных специальностей упомянуты имена около семидесяти гончаров и горшечников, живших и торговавших в городе8, жители, занимающиеся гончарным промыслом, присутствуют далеко не во всех сохранившихся описаниях городов новгородской земли. В опубликованных писцовых книгах конца XV - начала XVI в. гончары не отмечены среди посадского населения почти всех крупных городских центров, таких как Старая Руса, Ивангород, Ладога, Орешек, Корела9. Только в городе Яме в 1500 г. писцы фиксируют один двор (из 241 жилого двора, расположенного внутри города и на посаде), принадлежащий гончарам Дмитрию и Калисту Спировым 10. Писцовая книга Водской пятины 1568/69 г. отмечает наличие ремесленников, изготавливающих глиняную посуду, среди жителей городов Корела и Ладога и. В первом из них из 406 жилых тяглых дворов два принадлежали горшечникам п. Из 112 дворов ладожского посада гончары также являлись хозяевами двух13. О наличии мастера, производящего керамику в Холме, мы узнаем из обыскной книги 1575 г. Его пустой двор отмечен среди почти трех сотен дворов и дворовых мест этого города, сгоревших или опустевших в конце 1560-х — начале 1570-х гг. и. В 1582/83 г. гончар-бобыль имел двор на посаде Тихвинского Успенского монастыря, где находилось еще 146 дворов 15. В опубликованных описаниях Старой Русы рубежа XV—XVI вв. не содержится упоминаний об интересующих нас мастерах. Нет сомнений, что в таком крупном городе, где в середине 1540-х гг. было почти 1500 тяглых дворов 16, гончары жили. Об одном из них, пришедшем в Старую Русу с Иворовой улицы Новгорода, известно по описанию Торговой стороны, сделанному в 1586 г. князем Ф. Мещерским 17. О присутствии гончаров среди посадского населения Ивангорода к настоящему времени мы можем узнать только из описания жителей этого города, сделанного в 1640 г. шведами. Среди 295 упомянутых в документе лиц мужского пола один занимался изготовлением горшков18. Очевидно, что гончары таких значительных поселений, являлись ремесленниками, работающими на местный рынок. Они обеспечивали своими изделиями все население посадов и, возможно, крестьян ближайших деревень. Доходность промысла, видимо, была невелика, поскольку, судя по документам, гончары относились к самой бедной части посадских жителей, к «молодым людям», как в г. Яме, или к бобылям, как в Тихвине19. Очевидно, что огороды, наличие которых писцы отметили у одного из горшечников г. Карела и обоих мастеров ладожского посада, имели для них большое значение20.

На рубеже XV-XVI вв. среди жителей сельских поселений на территориях новгородских пятин, описания которых имеются в сохранившихся писцовых книгах, упомянуто шестнадцать гончаров21: восемь в Шелонской (Дремяцкий, Опоцкий, Широкий, Хмерский, Голинский, Березский, Никольский погосты и Порховское окологородье)22, три в Деревской (Вельевский, Городенский и Молвятицкий погосты)23, два в Обонежской (Готславский и Андомский погосты) и, два в Водской (Ястребинский и Толдожский погосты) 25 и один в Бежецкой (НиКольский в Шереховичах погост) 26. Еще один горшечник отмечен в 1563 г. в Остречинском погосте Обонежской пятины27, а в сохранившейся части писцовой книги Порховского уезда Шелонской пятины В. Безобразова 1576 г. упомянут гончар-бобыль, проживающий в Бол-чинском погосте28.

В отличие от ремесленников других профессий, гончары не встречаются в писцовых книгах больше чем по одному на погост. Они проживали в сельских поселениях разного размера: от таких, где было всего один-два двора (7 пунктов) 29, до крупных селений, таких как Голинский погост-селение, в котором находился великокняжеский двор, монастырь, а также дворы церковнослужителей, пашенных крестьян и рыбаков (всего более 50 тяглых дворов)30.

Из шестнадцати, упомянутых в писцовых книгах рубежа XV-XVI вв. гончаров, одиннадцать имели пашенную землю, облагаемую различными платежами, т.е. совмещали промысел с занятием сельским хозяйством. Пашенными были мастера Деревской, Водской и Бежецкой пятин, а также половина ремесленников Шелонской и Обонежской пятин. Размеры посевов и покосов у крестьян, промышляющих изготовление горшков, были не одинаковыми в разных частях Новгородской земли.

В поселениях Деревской пятины, где жили гончары, в среднем приходилось от 2 до 2,6 коробей высева и от 10 до 16 копен сена на двор. Подобный небольшой размер хозяйства был у большинства крестьян этого региона 31. Он, по мнению историков, не давал бедствовать, но не всегда позволял земледельцу прокормить собранным зерном своих едоков и скот. Дефицит бюджета, возможно, компенсировался широким распространением подсеки и различных промыслов32. Нельзя отнести к бедным и гончаров из деревень Шелонской пятины. В среднем здесь высев на двор составлял 4-5 коробей, а покосов от 20 до 40 копен, что соответствовало средним по пятине цифрам33. Такое хозяйство, по мнению исследователей, могло обеспечить нормальное существование крестьянской семье34. В деревне дворцовой волости Белой Бежецкой пятины, в которой упомянут гончар, на три двора засевалось 7 коробей, что было ниже среднего уровня высева по описанным территориям35. В сельце Березник Водской пятины, где проживал гончар, в среднем на двор приходилось больше 5 коробей яри и 10 копен сена, в то время как в д. Липоше - только 2 коробьи и 20 копен сена36. Если у жителей первого поселения площадь, занятая зерновыми выше средней по пятине, то размер хозяйства во втором относит его обитателей к самой беднейшей группе крестьян этого региона37. Еще меньшую величину пашни на двор (одну коробью), мы наблюдаем в деревне гончара из Обонежской пятины38. По подсчетам историков, посев менее одной коробьи на хозяйство отмечен для 37,7% дворов в той части пятины, где находилось это селениезэ. Прокормиться с таких маленьких участков, по мнению исследователей, крестьянская семья не могла, что свидетельствует о большом значении её подсечного земледелия40.

Повинности крестьяне деревень, в которых были дворы горшечников, выплачивали деньгами и продуктами сельского хозяйства41. В одном единственном случае, когда человек, занимающийся гончарным промыслом, жил в однодворной деревне имеется информация об уплате феодальной ренты только деньгами42.

Особую группу сельского населения Новгородской земли конца XV - начала XVI вв. составляли непашенные люди, среди которых отмечено пять мастеров, производивших глиняную посуду. Они жили в Шелонской и Обонежской пятинах43. Один из гончаров, проживавший в Голинском погосте, отнесен писцом к «рыболовам» 44. Очевидно, он совмещал ремесло с ловлей рыбы. Остальные мастера, по-видимому, зарабатывали на жизнь только гончарством45. Интересно, что такие профессионалы-ремесленники зафиксированы не только в таком крупном поселении как Опоцкий погост (Опочка), где было 13 дворов заселенных непашенными «людьми, промышляющими торгом и извозом», но и в деревне состоящей всего из двух дворов46.

В двух случаях, когда сохранилась информация о взимании платежей с непашенных жителей поселений, источники говорят об уплате деньгами за усадебный надел (поземе), а также о поземе и денежном оброке с промыслов47.

В писцовой книге 1576 г. упоминается непашенный бобыль-ремесленник, промышляющий гончарным промыслом. Источник указывает, что помимо денежного оброка он три дня в году отрабатывал барщину в помещичьем хозяйстве48.

Как мастера, занимавшиеся изготовлением горшков в свободное от сельскохозяйственных работ время, так и беспашенные гончары, очевидно, работали на заказ, обеспечивая продуктами своего труда хозяйства своих соседей, а также жителей ближайших селений. Выплата крестьянами-ремесленниками по крайней мере части оброка деньгами, свидетельствует о том, что их хозяйство в какой-то мере приобрело товарный характер. Естественно, что в первую очередь на местные (сельские) рынки шли изделия гончарного ремесла. В писцовой книге конца XVI в., при описании соседнего с Новгородской землей Микулинского уезда бывшего Тверского княжества, сообщается о еженедельной торговле в селе Лотошине разнообразными продуктами крестьянских промыслов, среди которых были и изделия окрестных гончаров, которые раскладывали свои горшки на «места порозжие меж лавок»49.

Еще в большей степени на рынок работали непашенные гончары, обеспечивающие своим мастерством не только выплату налогов, но и все потребности своей семьи.

Простая глиняная посуда была необходима в каждом крестьянском хозяйстве, в том числе и в деревнях, расположенных далеко от сельских торжков, а развозить эти громоздкие и хрупкие изделия при отсутствии нормальных дорог было затруднительно. Можно предположить, что, как и представители некоторых других профессий, упоминаемых в писцовых книгах, особенно, таких как швецы, сапожники, овчинники, плотники, скоморохи, гончары ходили по домам, обеспечивая крестьян продуктами своего труда. Бродячие неземледельцы-ремесленники, в том числе и горшечники, были хорошо известны в дореволюционных русских селениях. Они шли по деревням, нанимаясь к тому, кто нуждался в их услугах, причем у мастера был определенный маршрут или местность, в пределах которого он находил заработок50.

Информация о таком бродячем гончаре из Новгородской земли имеется в одном интересном документе второй половины XVII в. Это сообщение содержится в записной книги челобитных 1682 г.51 В ней говорится: «Того ж числа (7 января - А.П.) подал челобитную Федор Прокофьев сын Зиновьяв на Григорья Селиверстова сына Зиновьева. В прошлом во 189-м году у крестьян ево деревни Ворохоби-на у Июдки да у Оски Микифоровых припасено было летние меженные горшешныи глины к нынешнему 190-го году для горшечного промыслу, и мастер у тех крестьян ево к тому горшечному делу был нанят. И в нынешнем во 190-м году по зимнему первому пути он, Григорей, тое припасную глину свозил и крестьян ево бес промыслу поставили и в том учинили крестьяном ево убытков в беспромыслие и в работном найму великой ...» 52.

Из этого документа следует, что в последней четверти XVII в. в результате дальнейшего развития товарно-денежных отношений к занятию гончарным промыслом привлекаются новые люди. Два помещичьих крестьянина решили заработать изготовлением горшков на продажу и заготовили в середине лета (в летнюю межень) глину 53. Возможно, глинник находился на берегу водоема (реки или озера) в месте недоступном во время весенних и осенних паводков. Занимались они этим не первый год, судя по тому, что знали место добычи подходящего для промысла сырья. Основные этапы производства керамических изделий (формовка, обжиг) крестьяне, очевидно, еще не освоили. Поэтому они приглашают мастера, очевидно, бродячего ремесленника.

В письменных источниках XVI в. значительное количество людей, занимающихся гончарным промыслом на территории новгородских пятин, зафиксировано среди обитателей рядков, представляющих собой торгово-ремесленные, промысловые поселки. В них концентрировались дворы непашенных людей. Состав населения рядков был довольно разнообразен. Часть населения занималась торговлей, другие жили ремеслами или промыслами. Иногда в рядках упоминаются крестьяне с небольшим количеством пашенной земли 54. Рядки имелись в пятинах не в одинаковом количестве. Большинство их располагалось в Деревской и южной части Бежецкой пятины. Наибольшее количество рядков стояло на берегах Меты в ее верхнем течении, а также на ее притоке р. Березайке55. К сожалению, описание большинства рядков в рассматриваемых писцовых книгах утрачено.

Сохранились свидетельства о жителях двух рядков, основным занятием которых стало гончарство.

Первый - рядок Жбаны, известен по дозорной книге Белозерской половины Бежецкой пятины 1593/94 г. Он располагался на территории погоста Волок Держков на правом берегу Меты. В рядке было 14 дворов, из которых в одиннадцати жили гончары (11 человек), а в остальных трех дворах — беспашенные бобыли (3 человека). Кроме денежного оброка (гривна со двора), жители рядка отрабатывали у помещика барщину: пахали пашню, молотили хлеб, косили сено, заготавливали дрова56.

Второй - Потерпелицкий рядок, находился на 12 км выше по течению на левом берегу р. Меты. К сожалению, его описаний в писцовых книгах не сохранилось. В Разметном списке 1545 г. говорится, что на рядке из 18 тяглых домов осталось 13, а остальные «вода снесла»57. О занятиях обитателей поселения мы узнаем из двух сообщений писцовой книги Бежецкой пятины 1564 г. В них сообщается, что по берегу р. Сушанки на землях двух помещиков великого князя крестьяне из Потерпелицкого ряда Деревской пятины копают глину, из которой «варят» горшки и. В одном случае указаны впечатляющие масштабы глиняных разработок. Они охватывают площадь в половину версты на десятину. При этом за «наем» каждой сажени крестьяне-ремесленики платили помещику «по 6 алтын и по 2 гривны»59.

Эти сообщения явно говорят уже о развитом мелкотоварном производстве керамической посуды, для которого требовалось большое количество глины хорошего качества60. Интересно, что даже для конца XIX - первой половины XX в. информация о плате гончаров за глину на территории Новгородской области имеется только для двух центров кустарного керамического производства - Демянского и Боровичского 6\ где это ремесло было наиболее развито. По этнографическим материалам гончарный промысел в д. Потерпелицы существовал до конца 20-х годов XX в. (рис. 1) 62. Для изготовления посуды мастера этого поселения использовали не только красную глину, которую добывали рядом с деревней, но и серую, огнеупорную глину. Последнюю, как и почти за четыре века до этого покупали в деревнях Сушани и Коегоща на противоположном берегу Мсты63.

 

 

Глинобитный горн

 

Рис. 1. Глинобитный горн гончара И.Я. Царева в д. Потерпелицы (фото из Научного архива ИИМК РАН. Фото архив. Негатив II 11355).

 

Керамическая продукция, производимая на рядках в значительном объеме, явно предназначалась не только для окрестных селений. Она, несомненно, поступала и на более удаленные рынки. В новгородской таможенной книге 1610/11 г. записано пять явок боровичан, которые привезли на ладьях 21600 горшков и кувшинов м. У большей части торговцев глиняные изделия не были единственным товаром. Они также доставили на продажу кожу, пеньку, масло 65. С большой степенью вероятности можно утверждать, что этот документ свидетельствует о поступлении в Новгород через боровичских торговцев-скупщиков изделий потерпелицких гончаров66. Возможно, огромное количество обломков белоглиняных сосудов второй половины XVI -первой половины XVII вв., найденное при раскопках в Новгороде, в частности, на территории Воскресенского на Мячине монастыря, происходит именно из этого гончарного центра. Для данной посуды характерен хороший горновый обжиг.

В источниках отмечается также связь между Новгородом и Боро-вичами на уровне отдельных гончаров. Судя по описанию Торговой стороны Новгорода, сделанному в 1586 г. князем Ф. Мещерским, один из гончаров с Иворовой улицы ушел «на Мету реку в Боровичи»67. В том же описании говорится о предоставлении половины двора на Слав-ковой улице «горшечнику, боровитцкому приведенцу»68.

Краткость, отрывочность сведений письменных источников конца XV-XVI вв. о гончарном промысле не позволяет получить точных представлений о его развитии. Однако, нанесение всех имеющихся у нас свидетельств на карту позволяет сделать некоторые выводы о сравнительном распространении гончарного ремесла по территории Новгородской земли69 (рис.2).

В основном гончары упомянуты в районах с наиболее плотным населением, таких как Порховский уезд и южная часть Новгородского уезда Шелонской пятины, а также в центральных погостах Деревской пятины70. В то же время, не имеется свидетельств керамического производства в большей части Новгородского и в Старорусском уездах. Это, очевидно, объясняется наличием на данных территориях таких крупных городских ремесленных центров как Великий Новгород и Старая Руса. Бассейн средней и нижней Меты, видимо, обеспечивали своей продукцией мастера Новгорода и верхнемстинских рядков. Южные погосты Водской пятины также могли снабжать горшками новгородские мастера и гончары-пидьблянине п. Отсутствие упоминаний о гончарах на большей части Водской пятины может быть связано с тем, что здесь располагался центр железоделательного крестьянского промысла. Имеет значение и тот факт, что на значительных пространствах этой пятины обитало финское население72, возможно, предпочитающее керамической посуде металлические котлы. В связи с этим интересен факт кражи в 1569 г. из клети «торгового мужика» из Ижор-ского погоста Водской пятины среди других товаров и одиннадцати медных котлов73.

 

гончарное ремесло

 

Рис.2. Распространение гончарного ремесла по территории Новгородской земли по письменным источникам конца XV-XVI вв. Поселения, в которых проживали гончары (а - город, посад; б - рядок; в - погост, сельцо, деревня). Топонимы с основой «гончар» (г).

 

Итак, судя по имеющимся письменным источникам на территории Новгородской земли в конце XV-XVI в. существовали разные формы организации гончарного производства. Для значительной части гончаров изготовление посуды все еще оставалось дополнительным к сельскому хозяйству промыслом, помогающим улучшить их материальное положение, хотя частичный переход к денежному оброку позволяет говорить, что какая-то доля их продукции стала товаром.

Существование непашенных гончаров свидетельствует о начавшемся в конце XV - начале XVI в. процессе отрыва отдельных ремесленников, занимающихся гончарным промыслом, от земледелия, а также о развитии мелких местных рынков.

В XVI в. отмечается появление значительных поселений, население которых специализируется на гончарном производстве, что свидетельствует о росте товарности мелкого деревенского ремесла и расширении масштабов торговли.

 

 

1. Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. Полное собрание русских летописей. Т. III. М., 2000. С.160.

2 История культуры Древней Руси. Домонгольский период. Т. I. Материальная культура. М.; Л., 1951. С.102; Очерки истории СССР. Период феодализма IX-XV вв. 4.1. М. С.139; Бобринский АЛ. Гончары-пидьбляне // Советская археология. 1959. №1. С. 241, 242.

3ЯнинВ.Л. Средневековый Новгород: очерки археологии и истории. М., 2004. С. 134; В датировке 988 г. эпизода с пидьблянином сомневались Н.Н. Муравьев и Б.А. Рыбаков (Муравьев Н.Н. Исторические исследования о древностях Новгорода. Спб., 1828. С. 27; Рыбаков БА, Ремесло Древней Руси. М., 1948. С 439).

4 Аграрная история Северо-Запада России: вторая половина XV- начало XVI в. Л., 1971. С.298-320; Аграрная история Северо-Запада России XVI века: Север. Псков. Общие итоги развития Северо-Запада. Л., 1978. С.113-135, 155-171.

5Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.298, 299, 318, 319. Табл.169, 172, 173.

6 Были просмотрены: Новгородские писцовые книги, изданные археографическою комиссией. Т.1-6. Спб., 1859-1905; Временник императорского Московского общества истории и древностей российских. Кн. 6, 11, 12. М. 1850-1852; Писцовые книги Обонежской пятины 1496 и 1563 гг. Материалы по истории Карельской АССР. Вып.1. Л., 1930; Гневушев AM. Отрывок писцовой книги Вотской второй половины 1504-1505 г. содержащий в себе опись части дворцовых земель этой пятины. Киев. 1908.; Неволин К.А. 1853. О пятинах и погостах Новгородских в XVI веке, с приложением карты. Записки имп. Русского географического общества. Кн. VIII. СПб.; Самоквасов Д.Я. Архивный материал. Новооткрытые документы поместно-вотчинных учреждений Московского государства XV-XVII столетий. Т. I, II. М., 1905, 1909; Писцовые книги Новгородской земли (составитель К.В. Баранов). М. Т. 1-5. 1999-2004; Города России XVI века. Материалы писцовых описаний (подготовлено Е.Б. Французовой). М., 2002; История Карелии XVI-XVH вв. в документах. Т. I, III. Петрозаводск-Йоенсуу. 1987, 1993.

7          Писцовые книги Новгородской земли. Т. I. С.5.

8          Арциховский А.В. Новгородские ремесла // Новгородский исторический сбор

ник. Вып.6. Новгород. 1939. С.12; Пронштейн АЛ. Великий Новгород в XVI веке.

Харьков. 1957. С.246.

9          Новгородские писцовые книги. Т. 3. Стб. 957-960; Т. 4. Стб. 227-230; Т. 5.

Стб.193-214; Временник императорского Московского общества. Кн.11. С.11-

115; Кн.12. С. 1-6; Писцовые книги Новгородской земли. Т. 1. С. 106-137.

10        Новгородские писцовые книги. Т.З. Стб.8 79-885.

11В г. Орешке, как и в книге 1500 г., гончаров не зафиксировано (Города России XVI века. С.128-141).

12        История Карелии. Т. I. С. 55-72.

13        Кирпичников А.Н. Ладога в третьей четверти XVI в. (первопубликация писцо

вой книги 1568 г.) // Ладога и ее соседи в эпоху средневековья. СПб. 2002. С. 268-

277; Города России XVI века. С.142-153. Один из горшечников умер «после

государьского розгрому» Ладоги 1570 г., устроенного князем Петром Ивановичем

Борятинским, а другой «пошел в нищих ... после государьского правежу» 1571 г.

{Самоквасов ДЛ. Архивный материал. Т. П. Ч. 2. С. 304—306).

" Города России XVI века. С.154-161.

15        Города России XVI века. С.125-127; Бахрушин СВ. Научные труды. Т. I. M.

1952. С.122; в монографии К.Н. Сербиной почему-то сообщается о двух гончарах

на Тихвинском посаде {Сербина К.Н. Очерки из социально-экономической исто

рии Русского города. Тихвинский посад в XVI-XVII вв. М.; Л. 1951. С. 81. Таб. 5).

Следует отметить, что хотя Тихвинский посад не носил официально название «го

род», он по количеству дворов и по удельному весу торговых и ремесленных

людей был крупнее многих городов Новгородской земли (Там же. С.24).

16        Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи археографичес

кою экспедицией императорской академии наук. Т.1. 1294-1598. СПб. 1836. С. 186,

187.

"Греков БД. Опись торговой стороны в писцовой книге по Новгороду Великому XVI века. СПб. 1912. С.36.

шКют Э. Список жителей Ивангорода 1640 года // Linnas ja lmnuses uurimusi Narva ajaloost. Narva Museum toimetised 6. Narva. 2006. C.147-172.

19        Новгородские писцовые книги. Т.З. Стб.883; Города России XVI века. С.127.

20        История Карелии. T.I. C.61; Кирпичников А.Н. Ладога в третьей четверти

...С.272; Города России XVI века. С. 145.

21        К.Н. Сербина отметила в деревнях только шесть гончаров: одного в Водской и пять в Шелонской пятине (Аграрная история ... вторая половина XV - начало

XVI в. Табл.169, 173).

22        Новгородские писцовые книги. Т. 4. Стб. 130, 162; Новгородские писцовые

книги. Т. 5. Стб. ИЗ, 126, 264, 301, 309, 373

23        Новгородские писцовые книги. Т. 1. Стб. 246, 303, 679. По-видимому, еще

один гончар жил в волости Лопастицы. В писцовой книге в д. над озером над

Погореловым упоминается Гаврилко Горчяр (Там же. Т. 2. Стб. 787). Неслучайно

в обыскной книге Деревской пятины 1560/61-1561/62 гг. в этой волости отмечена

пустошь Горончарово (Писцовые книги Новгородской земли. Т. 5. С.381).

24        Писцовые книги Обонежской пятины. С.21, 197

25        Новгородские писцовые книги. Т.З, Стб.775; Гневушев A.M. Отрывок

писцовой книги. С.22.

26        Новгородские писцовые книги. Т.6. Стб.7.

"Писцовые книги Обонежской пятины. С. 107.

28        Новгородские писцовые книги. Т. 5. Стб. 608.

29        Деревни Березай (Городенский погост), Городенец (Молвятицкий погост) в

Деревской пятине, Деревенка (Дремяцкий погост), Голубско (Ширский погост),

Загорье (Хмерский погост) в Шелонской пятине, Гончарово (Никольский Готслав

волок погост) и починок Васка Трофимова в Обонежской пятине (Там же. Т.1.

Стб. 303, 679; Т. 4. Стб.130; Т. 5. Стб.ИЗ, 126; Писцовые книги Обонежской

пятины. С.21, 107).

30        Новгородские писцовые книги. Т. 5. Стб.300, 301; Андрияшев AM. Материалы

по исторической географии Новгородской земли. Шелонская пятина по писцовым

книгам 1498-1576 гг. I. Списки селений. М. 1914. С.17; В других поселения

Шелонской пятины было: в Опоцком погосте-селении - 13 тяглых дворов, в сельце

Вереска Порховского окологородья

-           15, д. Веретея (Березский погост)

-           8, д. Хилово (Никольского на Шелоне погоста)

-           5, д. Часовенская Тишонка (Болчинский погост) - 13 (Там же. Т. 4. Стб.162, 163. Т. 5. Стб. 264, 373, 607, 608). В д. Остров (Вельевский погост) Деревской пятины было 5 дворов (Там же. Т.1. Стб. 246). В сельце Березник (Толдожский погост) и д. Липоша (Ястребинский погост) Водской пятины - 18 и 4 двора соответственно (Гневушев А.М. Отрывок писцовой книги. С. 21, 22; Новгородские писцовые книги. Т. 3. Стб. 775), а в д. Пустая Мчна (Никольский в Шереховичах погост) Бежецкой пятины - 3 (Там же. Т. 6. Стб.7).

31        Там же. Т.1. Стб. 246, 303, 679. В одной деревне площадь посева и покоса на

двор была чуть выше, чем в других поселениях этой части Деревской пятины, в

двух других несколько меньше (Аграрная история ... вторая половина XV - начало

XVI в. С.94, 95. 107, 346. Табл. 27, 38). Самая незначительная площадь распашки

(2 коробьи) была у гончара из однодворной деревни.

32Тамже. С. 96, 109-112.

33 Новгородские писцовые книги. Т.5. Стб.ИЗ, 126, 264, 373. Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.128, 159, 346. Табл.72, 94, 95. ^Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.179-182.

35        Новгородские писцовые книги. Т.6. Стб.7; Аграрная история ... вторая

половина XV- начало XVI в. С. 248, 249. Табл.146.

36        Гневушев A.M. Отрывок писцовой книги. С.22; Новгородские писцовые книги.

Т. 3. Стб. 775.

37Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.207, 209, 210, 346. Табл.122, 123,134.

38        Писцовые книги Обонежской пятины. С. 21.

39        Вернадский В.Н. Новгород и Новгородская земля в XV веке. М.; Л. 1961.

С.80.

40Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С. 261, 270-272.

41        Новгородские писцовые книги. Т. 1. Стб. 303; Т. 3. Стб. 775. Т. 5. Стб. 264.

42        Небольшой налог в четыре деньги был, по-видимому, обусловлен недавним

основанием этого поселения. Гончар «сел ново». (Там же. Т. 1. Стб. 679).

43        Там же. Т. 4. Стб. 130, 162; Т. 5. Стб. 301, 309; Писцовые книги Обонежской

пятины. С. 197. Возможно, гончары были и среди большого количества непашенных

людей проживавших в сельских местностях Деревской пятины, но писцовые книги

почти не указывают, чем они занимались (Аграрная история ... вторая половина XV

- начало XVI в. С. 116. Табл. 16, 176).

44        Новгородские писцовые книги. Т. 5. Стб. 301.

45        Определение писцами гончаров «непашенными» может не означать их полной

оторванности от земледелия, а говорить лишь об отсутствии у них тягловой пашни

(Аграрная история Северо-Запада России XVI века: Новгородские пятины. Л. 1974. С.102, 117).

46        Там же. Т. 4. Стб. 130, 162.

"Там же. Т. 4. Стб. 162; Т. 5. Стб. 301. 48 Там же. Т. 4. Стб. 608.

49Калачов Н.В. Писцовые книги XVI века. Отделение II. Часть первая. СПб. 1877. С. 340.

50        Щепанская Т.Е. Мужская магия и статус специалиста (по материалам русской

деревни конца XIX-ХХвв.) // Мужской сборник. Вып.1. Мужчина в традиционной

культуре: Социальные и профессиональные статусы и роли. Сила и Власть. Мужская

атрибутика и формы поведения. Мужской фольклор. М. 2001. С. 9, 25; Щепанская

Т.Б. Сила (коммуникативные и репродуктивные аспекты мужской магии) // Там же. С. 73.

51        Благодарю И.Ю. Анкудинова, представившему мне этот документ.

52РГАДА, ф.1144, оп.1, д.50, л.10-10об.

53 Благодарю ТВ. Рождественскую за консультацию. См. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 2. М. 1998. С. 314; Словарь русского языка XI-XVII вв. Вып. 9. М. С.71; Срезневский ИМ. Словарь древнерусского языка. Т.2. 4.1. М. 1989. Стб.125.

"Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.116-119, 325; Аграрная история Северо-Запада России XVI века. С.163-166.

55 Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С.117, 118, 325; Аграрная история Северо-Запада России XVI века. С.158.

36 Там же. С.162, 164, 165. К.Н. Сербина ошибочно указывает, что рядок находится в Шелонской пятине. Благодарю А.А. Селина за помощь в его локализации.

57Акты, собранные в библиотеках и архивах. T.I. C.194; В Смутное время Потерпелицкий рядок был выжжен «литовскими людьми», а «рядовичи посадцкие стариные люди побиты» {Неволин К.А. О погостах ... С.374). В сметном списке Новгородского дворцового приказа 1619 г. жилых на рядке отмечено только пол двора (Гневушев AM. Новгородский дворцовый приказ в XVII веке: краткий очерк деятельности приказа и документы. М. 1911. С.114). В дозорной книге 1619/20 г. в Потерпелицах зафиксировано два двора новых жителей (Неволин К.А. О погостах ... С.374). В 1654 г. рядок был пожалован царем Алексеем Михайловичем Иверскому монастырю (Описание первоклассного Иверского Богородицкого монастыря, Новгородской епархии. Изд. Второе. СПб. 1850. С.52).

38 «Да у него-ж угодье по речке по Сушанке по берегу на его-ж помесной земле глина, варят в ней горшки царя и великого князя крестьяне из Деревские пятины с рядку с Потерпелца» (Новгородские писцовые книги. Т. 6. Стб. 929). «Да у того-ж помесья угодья по берегу по речке по Сушанке глина, а варят в ней горшки царевы и великого князя крестьяне из Деревские пятины с Потерпелца с рядку, а сажень наимуют по 6 алтын и по 2 гривны, а того берегу, в котором глину копают, на пол-версты, а поперег на десятину (Там же. Стб.945).

59        Там же. Стб.945.

60        Сведения о покупке гончарами глины имеются также в писцовой книге 1539/

40-1540/41 гг. соседнего с Деревской пятиной Торопецкого уезда. В поместье под

деревней Кремечно у озера Охват копали «глину на горшки, а явки емлют помещики

сь ямы по 2 алтына, а доходит того в год по 2 рубля и по 3 алтыны и по две

московки, а иногды болши, а иногды менши» (Писцовые книги Новгородской

земли. Т.4. С.672).

61        Хабрат Ю. Керамика и керамическое производство западных и центральных

уездов Новгородской губернии (конец XIX - первая треть XX века) // Украшське

гончарство. Кн.2. 1994 г. Отшне. 1995. С. 234, 235; Отчет историко-бытовой

экспедиции в Боровичский район с 21 ноября по 7 декабря 1977 г. // Архив

Новгородского государственного объединенного музея-заповедника. Д.1166. Л.

21; Паршина Л.В. Краткий отчет о научной командировке в бывший гончарный

центр Потерпелицы Хоромской волости Боровического уезда ст. н. сотрудника

музея 13-17.12.1982 // Архив Новгородского государственного объединенного

музея-заповедника. Д. 1457. Л. 2.

62        Хабрат Ю. Керамика и керамическое производство. С.233.

63        Паршина Л.В. Краткий отчет. Л.2.

64        Таможенные книги Великого Новгорода 1610/11 и 1613/14 годов. СПб.

1996. С.92, 94, 196, 198.

65        Там же. С.92, 196.

66        В писцовой книге 1564 г. среди жителей Боровичей не отмечено ни одного

гончара (Новгородские писцовые книги. Т. 6. Стб. 912-921); Аграрная история

Северо-Запада России XVI века. С.165.

67        Греков БД. Опись торговой стороны. С. 36.

68        Там же. С. 46.

69Для уточнения географии гончарного промысла на территории новгородских пятин важны упоминания в писцовых книгах населенных пунктиров с наименованием Гончарово (Горончарова, Горончарово, Горначарово, Горнъчарово, Горньчарово, Горньчярово, Горнъчярово, Горончаровская), образованным, очевидно, от прозвищ крестьян в них живших. Таких поселений оказалось двадцать одно: восемь в Деревской, пять в Бежецкой, четыре в Шелонской, три в Обонежской и одно в Водской пятинах (Новгородские писцовые книги. Т. 1. Стб. 91, 216, 621, 743; Т. 2. Стб. 511, 534, 562; Т. 3. Стб. 624; Т. 4. Стб. 402, 518; Т. 5. Стб. 423, 616; Т. 6. Стб.132, 415, 416, 803, 818, 1056; Писцовые книги Новгородской земли. Т. 4. С. 238; Т. 5. С. 381; Писцовые книги Обонежской пятины. С. 21, 94, 216; История Карелии. Т. III. С. 294; Неволин К.А. О пятинах. С. 354; Самоквасов ДЯ.Архивный материал. Т. I. Ч. 2. С.92, 105; Т. II. 4.2. С.188; Андрияшев A.M. Материалы по исторической географии. С. 41). В одной из деревень Обонежской пятины, носящих такое название, жил Куземка Гончар, а в деревне Жабенского погоста Деревской пятины - Сенка Горньчяров (Писцовые книги Обонежской пятины. С. 214; Новгородские писцовые книги. Т. 1. Стб. 621). Следует отметить также топонимы Гончарской ручей и д. Гончаруха в Никольском в Слезкине погосте Бежецкой пятины (Новгородские писцовые книги. Т. 6. Стб. 531, 550).

70Аграрная история ... вторая половина XV - начало XVI в. С. 81. Вложенная карта.

71 По данным Н.Н. Муравьева жители устья Пидьбы занимались гончарством до 1815 г. (Муравьев Н.Н. Исторические исследования о древностях Новгорода. СПб. 1828. С. 65). А.А. Бобринский упоминает находку гончарных горнов у д. Кречно на правом берегу р. Питьбы, а в самой деревне горны действовали, по словам ученого, до 1941 г. (Бобринский А.А. Гончары-пидьбляне. С.235). К сожалению, значительная часть поселений в устье Питьбы входили в дворцовую волость, ранних описание которой не сохранилось.

1гРя6инин Е.А. Финно-угорские племена в составе Древней Руси: К истории славяно-финских этнокультурных связей: Историко-археологические очерки СПб 1997. С.29-81.

78 Носов Н.Е. «Торговый мужик» XVI века (историко-бытовые заметки) // Проблемы истории феодальной России. Л. 1971. С.119

 

«Новгород и Новгородская Земля. История и археология». Материалы научной конференции

НОВГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБЪЕДИНЕННЫЙ МУЗЕЙ-ЗАПОВЕДНИК

ЦЕНТР ПО ОРГАНИЗАЦИИ И ОБЕСПЕЧЕНИЮ АРХЕОЛОГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ

NOVGOROD STATE MUSEUM ARHAEOLOGICAL RESEARCH CENTRE

NOVGOROD AND NOVGOROD REGION HISTORY AND ARHAEOLOGY

НОВГОРОД И НОВГОРОДСКАЯ ЗЕМЛЯ ИСТОРИЯ И АРХЕОЛОГИЯ

 (Materials of the scientifical conference: Novgorod,  2007)

 (Материалы научной конференции) Новгород, 2007

Issue 21

Выпуск 21

Veliky Novgorod 2007

Великий Новгород 2007 

Ответственный редактор - академик В.Л. Янин

Редколлегия: член-корреспондент РАН Е.Н. Носов, доктор исторических наук А.С. Хорошев

Составитель: Е.А. Рыбина

 

Вся Библиотека >>>

Русская культура >>>

Новгородика

Новгород и Новгородская земля

 





Rambler's Top100