Вся библиотека >>>

Оглавление книги >>>

 


Робеспьер на Троне. Петр Первый и результаты свершенной им революции История русского масонства


Борис Башилов

Робеспьер на Троне. Петр Первый и результаты свершенной им революции

 

                   VI. НАЧАЛО РАЗГРОМА НАЦИОНАЛЬНОЙ РУСИ

 

       Вернувшись из заграницы Петр не заезжает к жене, не останавливается

во дворце, а едет прямо в дорогой своему сердцу Кокуй. Не правда ли,

несколько странный поступок для русского царя.

       На следующий день, во время торжественного приема в Преображенском,

он уже сам начал резать боярские бороды и укорачивать боярские кафтаны. И

после этого насаждения "европейской культуры" Петр возобновил следствие о

бунте стрельцов, хотя стрельцы были жестоко наказаны уже и перед его

отправкой заграницу.

       Главой Преображенского розыскного приказа был Федор Ромодановский.

"Собою видом как монстра, нравом злой тиран, превеликий нежелатель добра

никому, пьян во все дни", - так характеризует один из современников этого

палача. Своей невероятной жестокостью этот палач наводил ужас на всех.

       "В Преображенском приказе начались ужасающие пытки стрельцов, -

сообщает С. Платонов.  (21) - Перед окнами кельи насильно постриженной

Софьи по приказу Петра было повешено несколько стрельцов. Всего же в Москве

и в Преображенском было казнено далеко за тысячу человек". Ужасы, пережитые

Москвой в осенние дни 1698 года историк С. Соловьев характеризует как время

"террора". К ужасу Москвичей они впервые увидели русского царя в роли

жестокого палача.

       "Петр сам рубил головы стрельцам, - пишет С. Платонов, - и заставлял

то же делать своих приближенных и придворных".

       "По свидетельству современников, в Преображенском селе ежедневно

курилось до 30 костров с угольями для поджаривания стрельцов. Сам царь с

видимым удовольствием присутствовал при этих истязаниях". (22)

       "...17 сентября, в день именин царевны Софьи, в селе Преображенском,

в 14 застенках начались пытки. Пытки отличались неслыханной жестокостью", -

пишет С. Мельгунов в своей работе "Прошлое старообрядцев".

       ...30 сентября совершилась первая казнь в селе Преображенском. Петр

Великий собственноручно отрубил головы пятерым стрельцам.

       30 сентября было повешено у Покровских ворот 196 человек. 11 октября

было казнено 144 человека, 12 октября - 205, 13 октября - 141.

       "Сто девяносто пять стрельцов было повешено у ворот Новодевичьего

монастыря и перед кельей царевны Софьи; трое из них, повешены подле самых

окон, так что Софья могла легко достать до них рукой, держали в руках

челобитные. Целых пять месяцев трупы не убирались с мест казни"...

       17 октября Петр устроил в Преображенском новое издевательство над

несчастными стрельцами.

       "17 октября, - пишет историк Соловьев", - приближенные царя рубили

головы стрельцам: князь Ромодановский отсек четыре головы; Голицын по

неумению рубить, увеличил муки доставшегося ему несчастного; любимец Петра,

Алексаша (Меньшиков), хвалился, что обезглавил 20 человек".

       Став сам к ужасу народа палачем, Петр хотел, чтобы палачами стали и

придворные. "Каждый боярин, - сообщает Соловьев, - должен был отсечь голову

одного стрельца: 27 октября для этой цели привезли сразу 330 стрельцов,

которые и были казнены неумелыми руками бояр, Петр смотрел на зрелище, сидя

в кресле, и сердился, что некоторые бояре принимались за дело трепетными

руками". Ходили слухи, что один из стрельцов, которого пытал Петр, плюнул

ему в лицо, крикнув: "Вот тебе, собачий сын, антихрист!"

       "Петр самолично присутствовал при допросах и пытках стрельцов, когда

скрипела дыба и свистели батоги, когда хрустели кости, рвали жилы и шипело

мясо, прижигаемое каленым железом". (23) 30 сентября, когда был казнен 341

стрелец, Петр был, вечером на пиру, устроенном Лефортом и по свидетельству

автора одних мемуаров "оказывал себя вполне удовлетворенно и ко всем

присутствующим весьма милостивым".

       Многие из стрельцов были казнены по новому, по заморскому: их

колесовали. Это была первая из "прогрессивных" реформ, примененная Петром

по возвращении на родину.

       "Ужасающий стрелецкий розыск, 1689 г. - пишет С. Платонов, - в

третий раз поставил Петра пред тою враждебною ему средою, в которой на

первом, наружном плане стояли стрельцы, а за ними придворные круги с

Милославскими в центре и все вообще хулители Петра. В третий раз ликвидируя

политическую смуту, Петр проявил неимоверное озлобление против своих

антагонистов.

       ...Наблюдавшие личную жизнь Петра в эти дни современники отмечают,

что царь способен был приходить в чрезвычайное раздражение, даже в

бешенство. В сентябре 1698 года, на пиру в известном нам доме Лефорта, Петр

рассердился на своих ближайших сотрудников и пришел в такое неистовство,

что стал рубить своею шпагою окружающих без разбора, в кого попадал удар, и

многих серьезно поранил. Его успел унять его любимец Алексашка Меньшиков.

Но недели три спустя сам Алексашка был на балу до крови побит Петром по

пустячному делу - за то, что танцевал, не сняв сабли. А еще через несколько

дней на пиру у полковника Чамберса Петр опрокинул Лефорта на землю и топтал

ногами. Все это признаки чрезвычайного душевного возбуждения". (24)

       Так вел себя в области политической деятельности Петр I, которого

историк Ключевский характеризует как "исключительно счастливо сложенную

фигуру" (?!).

       "Ряд ошеломляющих событий 1698 года, - замечает Платонов, - страшно

подействовал и на московское общество и на самого Петра. В обществе

слышался ропот на жестокости, на новшества Петра, на иностранцев, сбивших

Петра с пути. На голос общественного неудовольствия Петр отвечал

репрессиями: он не уступал ни шагу на новом пути, без пощады рвал всякую

связь с прошлым, жил сам и других заставлял жить по новому". (25)

       Если согласиться с Ключевским и признать Петра "исключительно

счастливо сложенной фигурой", то Ленина и Сталина надо тогда признать еще

более "счастливо сложенными натурами". Еще более великими, чем Петр,

гениями святотатства и разрушения.

       "Утро стрелецкой казни, - как верно замечает в своих очерках

русского масонства, Иванов, - сменилось непроглядной ночью для русского

народа".

       Петр - Антихрист - "Зверь, вышедший из бездны", - решил народ.

Писатель Галицкий за то, что он назвал Петра Антихристом, был копчен на

медленном огне, над костром.

 

Содержание книги >>>