Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

История

Древняя история. Средние века. Новая история


Иловайский Д. И.

 

IX. ВЕК ЛЮДОВИКА XIV И РАЗВИТИЕ АБСОЛЮТИЗМА

 

 

1643-1715

 

Самодержавие Людовика XIV. Кольбер. Покровительственная система. Лувуа. Придворный быт. Версаль. Расин и Фенелон. Войны за Беяшт. Вильгельм Оранский1. Первая коалиция. Захваты земель. Вторая коалиция. Ментенон и отмена Нантского эдикта. Испанское наследство. Третья коалиция. Мальборо и принц Евгений. Гохштедская битва. Дела в Испании. Истощение Франции. Изменения в английской политике и Утрехтский мир

 

 

САМОДЕРЖАВИЕ ЛЮДОВИКА XIV. КОЛЬБЕР

 

В 1661 году умер Мазарини. Министры обратились к королю с вопросом, кому они должны теперь докладывать о делах. «Мне», — ответил король, к удивлению министров. Таким образом он взял на себя государственные заботы и начал лично наблюдать за всеми отраслями управления. Правильностью и непрерывностью своих занятий он хотел подражать солнцу (поэтому получил прозвище король-солнце). Трудами предшественников, особенно кардинала Ришелье, королевская власть во Франции сделалась почти неограниченной (абсолютной): Людовик XIV вполне воспользовался этой властью и постарался создать вокруг особы короля небывалое прежде величие. (Любимая его фраза была: «L'etat e'est moi». — «Государство — это я».) Он умел найти себе усердных, даровитых министров и полководцев, деятельность которых во многом способствовала блеску его царствования. Между ними первое место принадлежит Жану Батисту Кольберу.

Человек это был по наружности суровый и с угловатыми манерами, но отличавшийся неутомимым трудолюбием, точностью и практическим умом. Финансы Франции были в значительном расстройстве — он ввел строгую отчетность, облегчил некоторые подати, уменьшил налоги на предметы первой необходимости (например, на соль) и увеличил их на предметы роскоши (кофе, табак, вино, карты). Особое же внимание он обратил на

развитие французской промышленности. До того времени наиболее дорогие товары французы получали из других земель: из Венеции зеркала, из Бельгии кружева и обои, из Голландии сукна и полотна, из Германии фаянсовые изделия и богемский хрусталь, из Англии бумажные материи и стальные вещи. Кольбер хотел, чтобы Франция сама производила все эти предметы, и ввел так называемую покровительственную (протекционистскую) систему, то есть выдавал французским промышленникам пособия из казны, выписывал из-за границы лучших мастеров, издавал правила, определявшие качество мануфактурных изделий, а главное — он повысил тарифы, или таможенные пошлины, на заграничные товары, от чего последние сделсиись дороже и не могли подрывать сбыт собственных товаров. Усилия его увенчались успехом. Скоро французские изделия не только сравнялись по качеству с иностранными, но во многом превзошли их и стали распространяться по всей Европе; наибольшую известность приобрели лионские шелковые материи, валансьенские кружева, гобеленовские обои. И впоследствии, когда французская промышленность уже укрепилась, эта покровительственная система не была отменена. Чтобы промышленники находили хороший сбыт продукции, король и его министры даже поощряли роскошь и расточительность высших классов, особенно придворных. Другие государства, чтобы оградить свои товары от соперничества французских? также повысили у себя тарифы. Но французские товары говорили за себя: увеличилась контрабанда, их тайный беспошлинный провоз.

Для облегчения внутренней торговли Кольбер отменил таможни между отдельными провинциями или уменьшил собираемые на них пошлины с товаров. Он улучшил пути сообщения, а около Парижа начал проводить шоссейные дороги; составил обширный план каналов и успел построить самый значительный из них — Лангедокский, который соединил Средиземное море с рекой Гаронной и таким образом — с Атлантическим океаном. Чтобы поощрить морскую торговлю, Кольбер основал несколько купеческих компаний, которым была предоставлена монополия — право исключительной торговли: с Вест-Индскими островами торговали только купцы, участвовавшие в Вест-Индской компании, с Ост-Индией — купцы Ост-Индской компании и так далее. Кроме того, он расширил французские колонии в Америке и в том числе приобрел плодоносную долину в нижнем течении Миссисипи (в честь Louis XIV названную Луизианой). Для защиты колоний и морской торговли Кольбер усилил военный флот и укрепил многие военные порты (Тулон, Брест) с помощью знаменитого инженера Вобана. Деятельность Кольбера на некоторое время привела Францию к промышленному процветанию и обогащению. Но никакие финансы не могли удовлетворить расходов Людовика XIV, все более и более возраставших вследствие непомерной роскоши двора и частых, разорительных войн. Исполняя требования короля, Кольбер вынужден был начать постепенно увеличивать налоги и пошлины. Он пытался противоречить, за что под конец жизни впал в немилость; с другой стороны, и народ, недовольный бременем налогов, также не любил Кольбера.

Постоянным соперником Кольбера был военный министр Лувуа, такой же деятельный и даровитый слуга Людовика XIV, человек очень жесткого характера. Он так перестроил французскую армию, что она сделалась образцовой. Лувуа ввел в ней строгую дисциплину и мундир — единообразный для каждого полка; завел провиантские магазины, казармы, военные госпитали. Пехота научилась при нем мерному шагу, а вместо прежних пик получила ружье со штыком.

  

ПРИДВОРНЫЙ БЫТ

 

Людовик XIV посвящал много забот устройству и украшению своего двора. Он завел самый строгий этикет; без особого дозволения никто не мог говорить с королем. Времяпрепровождение при дворе было с точностью распределено по часам и минутам. Поутру принцы крови и знатнейшие сановники (пэры) присутствовали при пробуждении и одевании короля, причем каждый из них подавал ему какую-нибудь часть одежды. Затем он шел к мессе в придворную церковь, где уже ожидал его весь двор; потом занимайся в кабинете государственными делами со своими министрами. Около часу пополудни он обедал и тут же разговаривал с членами королевской фамилии, которые присутствовали стоя; только брат короля изредка получал позволение сесть. Несколько раз в день король переодевался, для каждого его выхода был предназначен особый костюм. В десять часов король ужинал, и на ужин приглашались избранные. Придворные обыкновенно толпились у дверей внутренних покоев, ожидая выхода королевского камердинера, который и зачитывал список лиц, удостоенных этой чести; швейцар пропускал их, а остальным давал знак удалиться. Иногда по нескольку лет члены самых аристократических фамилий тщетно ожидали услышать свое имя в списке счастливцев.

Чтобы сделать свой двор неотразимо привлекательным, король воздвигал дорогие постройки, делал частые праздники, вводил роскошные костюмы. Потомки грубых воинственных феодалов спешили покинуть свои старинные замки, чтобы насладиться удовольствием придворной жизни я научиться здесь утонченному обращению. Сам король обладал представительной наружностью: он был статный, смуглое лицо его, с небольшими следами оспы, носило отпечаток ума и энергии. Умеренным образом жизни и телесными упражнениями он постоянно укреплял свой и без того сильный организм. Он умел держать себя с большим достоинством и величием; в делах не любил спешки, и каждое его слово было сказано с расчетом. Придворные старались подражать королю в костюме мужчин вошли в моду шитые золотом кафтаны, шелковые чулки, башмаки и огромные волнистые парики; ленты и кружева в изобилии украшали как женские, так и мужские наряды. (Этому костюму как нельзя более соответствовали вычурные приседания, поклоны, комплименты.) Людовик мало жил в Париже, главную резиденцию свою он устроил в Версале. Прежде это была деревенька, где находился приют для королевских охотников. Людовик XIV захотел сделать из нее большой город и построил там дворец. Строительство и украшение этого дворца продолжалось в течение всего его царствования, и король не жалел на него никаких издержек. Версальский дворец, сообразно характеру эпохи, отличается грандиозными размерами, правильностью очертаний, но вместе с тем однообразием и холодностью стиля. Обширный парк, примыкающий к дворцу, тоже соответствует времени вычурности и изысканности своими прямолинейными аллеями, симметрически расположенными куртинами, фонтанами и деревьями, которым посредством стрижки придаются определенные геометрические формы. Над внутренним убранством дворца трудились лучшие французские живописцы (в том числе Лебрен). После Версаля Людовик построил еще увеселительные дворцы Трианон и Марли.

Щедро награждая художников, украшавших его дворцы, Людовик также покровительствовал поэтам и писателям; лучшим из них он назначал пенсии. Благодарные королю за милости, они прославляли его в стихах и в прозе, как величайшего из монархов, с преувеличением описывая благоденствие подданных. Вообще Людовик XIV умело пользовался многими художественными и литературными талантами, чтобы придать блеск своему царствованию. Мольер по заказу короля сочинял балеты и пастушеские сцены для придворных театров и маскарадов. Остроумный Буало в стихах воспевал победы и деяния Людовика, а в сатирах осмеивал неприятный королю старый феодальный порядок. Знаменитый Расин в своих трагедиях под именами древних героев выводил современников — придворных. Он пользовался королевской благосклонностью, но впоследствии вздумал указать королю на разные злоупотребления в государственных финансах. Людовик, не терпевший никаких невыгодных замечаний по поводу его царствования, охладел к поэту. Расин был огорчен потерей королевской благосклонности и вскоре умер (1699). Маршал Вобан в одном из своих сочинений изобразил печальное состояние народа, обремененного налогами, — и также впал в немилость. То же случилось с епископом Фенелоном. Последний, подобно старшему своему современнику Боссюэ, прославился красноречивыми проповедями. Ему поручено было воспитание дофина (внука Людовика XIV), и в назидание своему воспитаннику Фенелон написал «Похождения Телемака». (Телемак, сын Одиссея, после Троянской войны разыскивая отца, посещает разные страны в сопровождении своего наставника Ментора, под

именем которого скрывалась богиня мудрости Афина; во время путешествия он встречает много поучительного, касающегося правителей и народов.) В этом сочинении современники прозревали косвенные намеки на правление Людовика XIV, поэтому и Фенелон подвергся королевской немилости.

Во время Людовика XIV двор и сами государственные дела подпали под влияние королевских фавориток. В молодые годы король был привязан к девице Лавальер —- по своему скромному сентиментальному характеру она не вмешивалась в политику. Следующая фаворитка, маркиза Монтеспан, напротив, была женщина тщеславная и чрезвычайно расточительная. Время ее господства при дворе запомнилось обилием празднеств и страстью к карточной игре, Монтеспан нередко в один вечер проигрывала сотни тысяч ливров.

 

ВОЙНЫ ЗА БЕЛЬГИЮ

 

Многочисленная, отлично устроенная армия и богатая казна, наполнившая государственные хранилища в первое время Кольберовой деятельности, давали простор славолюбию Людовика XIV, пожелавшего расширить пределы Франции до берегов Рейна и получить преобладание в системе европейских держав. Отсюда произошел ряд войн, которые первоначально действительно возвысили Францию, а впоследствии привели ее почти на край гибели. После смерти Филиппа IV Испанского Людовик, женатый на его дочери, объявил свои притязания на Испанские Нидерланды (Бельгию) и Франш-Конте. Но против этих притязаний выступила Голландская республика, которая предпочитала иметь своим соседом слабую Испанию вместо могущественной Франции. Голландцы привлекли к войне против Франции еще две державы: Англию и Швецию. Людовику пришлось на время отказаться от своих притязаний, но за свою неудачу он решился жестоко отплатить. При первом удобном случае Людовик объявил войну Голландии, лично двинул на нее три большие армии и беспрепятственно дошел до Амстердама.

Голтндские штаты, уделяя основное внимание своей морской торговле, имели многочисленный флот, но мот заботились о сухопутном войске. Поэтому положение государства теперь было критическое. Чернь возмутилась против ратспенси-онария, или первого сановника республики, Яна де Витта, и убила его. Молодой герцог Вильгельм Оранский (потомок Вильгельма Молчаливого) провозглашен был наследственным штатгальтером Голландии. Он обладал замечательными способностями а энергией и смог воодушевить народ к мужественному сопротивлению. Голландцы прорвали часть плотин, ограждавших их со стороны моря, и затопили окрестности Амстердама, так что французы вынуждены были отступить. Сначала у Голландии был только один союзник, великий курфюрст Браиденбургский. Но вскоре Вильгельму Оранскому удалось вовлечь в войну Испанию и императора Священной Римской империи Леопольда; тогда против Людовика составилась сильная коалиция европейских держав, и война приняла обширные размеры. На Рейне французскими войсками командовал знаменитый маршал Тюренн, он пал в сражении при Сасбахе, где австрийцы сражались под не менее искусной рукой фельдмаршала Монтекукколи, сражение это было французами выиграно, Людовик с успехом выдержал борьбу против многочисленных, но не дружно действовавших союзников и по Нимвегенскому миру приобрел провинцию Франш-Конте (1678). (Начиная с этого мира все трактаты между европейскими государствами заключались только на французском языке вместо прежнего латинского.)

Успех подстрекнул Людовика к дальнейшим приобретениям. Не объявляя войны, он отнял некоторые земли у пограничных германских владетелей под

предлогом, что когда-то эти земли принадлежали тем городам, которые отошли ему по последнему договору. В том числе французы внезапно заняли Страсбург. Германия негодовала, но при своей раздробленности не была способна к быстрому и решительному отпору. Однако спустя несколько лет против Людовика составилась вторая коалиция: Австрия, Испания, Голландия, Бранденбург и некоторые другие земли. Когда же Яков II был изгнан из Англии и на престол вступил главный враг Людовика, Вильгельм Оранский, тот убедил англичан также присоединиться к коалиции (так как Людовик не признавал перемены династии, происшедшей в Англии, и продолжал называть английским королем Якова II). Война тянулась восемь лет и окончилась Рисвикским миром (1697). Франция на этот раз не приобрела новых земель. Обе стороны спешили помириться, чтобы подготовить силы к новой и еще более ужасной войне, которую следовало ожидать по случаю близкой кончины бездетного испанского короля Карла II.

 

МЕНТЕНОН И ОТМЕНА НАНТСКОГО ЭДИКТА

 

Войны стоили Франции очень дорого; казна была пуста, народ обременен тяжкими налогами, цвет французской молодежи остался на полях битв. Даровитые государственные люди, с которыми Людовик XIV начал царствовать, уже сошли в могилу (Кольбер, Лувуа, Конде, Тюренн, Вобан); место их заняли люди менее способные, преимущественно опытные в придворных интригах. Сам двор Людовика из блистательного и веселого сделался скучным и монотонным; этикет стал еще строже. Главную роль при дворе играла последняя любовница короля госпожа де Ментенон, женщина умная и не первой молодости. Людовик XIV вступил с нею в тайный брак. С тех пор она приобрела большое влияние на государственные дела. Король часто занимался в ее комнате со своими министрами; Ментенон при этом скромно сидела в стороне за чтением или рукоделием и уклончиво отвечала, когда король спрашивал о чем-нибудь ее мнение. Он не подозревал, что министры о всяком важном деле заранее советовались с ней, к тому же и посты министров и других высших сановников получали преимущественно те, кто имел ее покровительство. Ментенон отличалась набожностью, не любила пышности и шумных удовольствий. Под ее влиянием Людовик обратился к покаянию и ввел при дворе строгое исполнение церковных обрядов. В угоду ему в высшем французском обществе распространилось внешнее благочестие и размножилось число людей, которые наружной святостью старались заслужить благосклонность короля. (Однако, по примеру предшественников, Людовик противодействовал вмешательству папской власти во внутренние дела французского духовенства, или так называемой Глыи-канской церкви; он старался поставить ее в непосредственную зависимость от короля, налагал свою руку на церковное имущество и не раз ссорился с папами за их происки.)

Ришелье отнял у французских гугенотов их крепости, но оставил им свободу вероисповедания. С тех пор они стали самым мирным, трудолюбивым и зажиточным населением Франции. Число их доходило до миллиона. Людовик с самого начала царствования недружелюбно смотре.-: на подданных, имевших неодинаковую религию со своим королем; мало-помалу возникли притеснения гугенотов. А когда Людовик обратился к благочестию, он устроил против них уже явное гонение. В провинции посылались миссионеры, которые увещаниями, деньгами или угрозами старались обратить протестантов в католиков. Так как эти миссии приносили мало результатов, то прибегали к более убедительным средствам. Войска стали размещать на квартиры преимущественно к протестантам и позволяли солдатам безнаказанно причинять своим хозяевам обиды. Особенной грубостью отличались драгуны, отчего и эта мера наказания гугенотов стала известна под названием драгонад. Король оставался в неведении о том, что происходит в провинциях, и ему доносили, что обращение протестантов идет успешно. Наконец он указом объявил формальную отмену Нантского эдикта (1685); протестанты лишались права публично совершать свое богослужение, школы их закрывались, а священники изгонялись из Франции. Драгонады усилились еще более. Хотя переселение было запрещено под страхом ссылки на галеры и конфискации имущества, однако десятки тысяч протестантов успели пробраться сквозь строго оберегаемые границы и ушли в другие государства, преимущественно в Англию, Голландию и Брандснбург. Там охотно принимали этих переселенцев, чтобы воспользоваться их знаниями и трудолюбием для развития своих мануфактур и торговли. Между тем придворные льстецы прославляли Людовика XIV, называя вторым Константином Великим.

 

ИСПАНСКОЕ НАСЛЕДСТВО

 

В 1700 году наконец приблизилась давно ожидаемая смерть болезненного и неспособного к управлению Карла II, последнего испанского Габсбурга, при котором дела Испании достигли своего крайнего расстройства. Вопрос о преемнике вызвал сильное волнение в европейской дипломатии и продолжительную войну за Испанское наследство (1701—1714).

Претендентов было двое. Людовик XIV, как супруг испанской принцессы, предложил одного из своих внуков, Филиппа, герцога Анжуйского; император Леопольд I, супруг другой испанской принцессы, хлопотал для своего младшего сына, эрцгерцога Карла. Дипломаты той и другой державы использовали при испанском дворе всевозможные интриги в пользу своих претендентов; двор также разделился на две стороны. Сам умирающий Карл II долго колебался. Дипломаты Людовика действовали искуснее своих противников, а когда папа также принял его сторону, Карл II за несколько дней до смерти подписан завещание в пользу Филиппа Анжуйского. Отправляя вн^ка в Испанию, Людовик произнес знаменитую фразу: «Нет больше Пиренеев!»

Но Австрия и Англия ни за что не хотели допустить подобного усиления Франции, так как оно грозит нарушить политическое равновесие Европы. Они организовали против Людовика третью, и самую сильную, коалицию. К ним присоединились: Пруссия, Дания, Ганновер, Португалия, герцог Савойский и почти все германские князья (за исключением курфюрста Баварского — союзника французов). Душой коалиции был тот же непримиримый враг Людовика, английский король Вильгельм III. Но он умер в самом начале войны. Преемница его Анна, дочь изгнанного Якова II и супруга датского принца, продолжала политику Вильгельма, так как парламент, в котором господствовали тогда виги, требовал войны.

Людовик XIV имел над своими врагами преимущество в том, что силы его были сосредоточенны, границы Франции обставлены прекрасными крепостями, действиями французских армий управляла одна воля — короля. Между тем союзников разделяли большие пространства, каждый из них имел свои виды в этой войне и заботился о своих особых интересах. Зато Франция была уже сильно истощена прежними войнами л расточительностью короля. А недостаток единства со стороны союзников вознаграждался тем, что вождями коалиции стали три замечательных человека своего времени, объединенных взаимной дружбой и одинаковой враждой к Людовику. Это были: Гейнсий, лорд Мальборо и принц Евгений Савойский. Гейнсий, старый друг Вильгельма III Оранского и последователь его политики, занимал место великого пенсионария Голландской республики. Лорд Мальборо, командующий английских войск, обладал замечательным талантом полководца и государственного человека. К сожалению, он не отличался нравственными достоинствами, везде преследовал свои личные выгоды и был жаден до денег. Влияние его при дворе было непоколебимо, так как основывалось на дружеских отношениях его жены и королевы. Леди Мальборо с ранних лет была связана дружбой с принцессой Анной; последняя имела мягкий, уступчивый характер и с течением времени вполне подчинилась своей гордой, энергичной подруге. Когда Анна вступила на престол, леди Мальборо в качестве статс-дамы заняла место ее главной советницы и управляла ее действиями сообразно желания своего мужа. Принц Евгений происходил из Савой-ского герцогского дома. Он роДился в Париже и по своему воспитанию сделался совершенным французом. Родственники предназначали его для духовного звания, но молодой человек, несмотря на слабое телосложение, мечтал о военной славе. Он решился попросить у Людовика XIV для себя полк. Людовик с презрением посмотрел на тщедушного, невзрачного принца, счел его неспособным к военной службе и отказал наотрез. Принц Евгений уехал в Австрию и поступил на службу к императору Леопольду I. Скоро он доказал, что обладает блестящими военными способностями, и прославил себя победами над турками. В битвах он дрался яростно, как простой солдат, а в обыкновенной жизни это был человек скромный и методичный.

Первые годы война велась с переменным успехом. В Бельгии Мальборо брал у французов крепости одну за другой, а принц Евгений теснил французов из Ломбардии. Самая решительная кампания развернулась в 1704 году. Французский маршал Вилл ар, разбив имперскую армию на Рейне, соединился с баварским курфюрстом и хотел идти прямо на Вену. Из-за несогласия курфюрста с Вилларом Людовик отозвал последнего и прислал на его место маршала Таллара, который пользовался покровительством Ментенон и оказался весьма плохим генералом. Соединенные силы французов и баварцев на Дунае достигали 60 000. Решено было напасть на Австрию, и той угрожала реальная опасность, но ее спасли Мальборо и Евгений Савойский. Тайно сговорясь между собой, они одновременно двинулись в Германию: Мальборо — из Бельгии, Евгений — из Италии. На Дунае они соединились и дали решительную битву баварскому курфюрст)' и Таллару при деревне Гохштедте. Французы и баварцы потерпели жестокое поражение; Бавария была занята австрийскими войсками, а курфюрст бежал в Бельгию. В том же году англичане отняли у испанцев неприступную крепость Гибралтар, а позднее — Барселону. Тогда Каталония, Арагон и Валенсия отделились от'Испании и признали своим королем эрцгерцога Карла. В 1705 году умер император Леопольд I; сын и наследник Иосиф /продолжил войну с Людовиком XIV.

В следующем году в Испании эрцгерцог Карл с войском, набранным из англичан, голландцев, немцев и португальцев, занял Мадрид. Но здесь он недолго удержался. Разоренный испанский народ энергично поднялся на защиту дома Бурбонов и начал партизанскую войну: отряды герильясов всюду истребляли неприятелей по частям и не давали им покоя. Людовик послал на помощь внуку войско под начальством даровитого маршала Бервика (побочный сын Якова II Стюарта). При Альмансе он разбил наголову союзников (1707) и этой победой утвердил испанскую корону за Филиппом Анжуйским.

Однако Франция дошла до совершенного истощения. К внешним неприятелям присоединился голод; сам двор терпел нужду, и королевские слуги просили милостыню у ворот Версаля. Вместе с голодом увеличилась смертность. Новых рекрутов было так трудно набрать, что вербовщики устраивали по деревням охоту за людьми, годными к военной службе. От сборщиков податей крестьяне спасались в лесах. В таком отчаянном положении Людовик забыл свою гордость и решился просить мира у коалиции. Но от него потребовали, чтобы он отказался от Эльзаса, Франш-Конте и собственными войсками изгнал своего внука из Испании. Тогда Людовик обратился с воззванием к французскому народу и объявил ему о неслыханных требованиях мира. Франция, несмотря на истощение, воодушевилась и выставила новую стотысячную армию. Храбрый Виллар повел ее в Нидерланды и дал Мальборо и Евгению Савойскому битву при Мальплаке. Это было самое кровопролитное сражение за всю войну — до 40 000 трупов покрыли поле битвы. Французы проиграли ее, и сам Виллар был тяжело ранен (1709). Положение Франции сделалось еще более критическим. Но ее спасли неожиданная перемена в английской политике и смерть императора Иосифа I.

 

ИЗМЕНЕНИЯ В АНГЛИЙСКОЙ ПОЛИТИКЕ И УТРЕХТСКИЙ МИР

 

Леди Мальборо наконец сильно наскучила королеве своими притязаниями на поучения и неуступчивостью. И одна из приближенных фрейлин, воспользовавшись этим, сумела настроить Анну еще более решительно. Надменная леди, разгневавшись, перестала являться ко двору. Между тем англичане тоже были утомлены войной и желали мира, но Мальборо старался протянуть войну как можно дольше, потому что она давала ему славу и средства обогащения за счет армии. Тори, демонстрируя его недобросовестность, успели возбудить в стране неудовольствие против вигов. При новых выборах в парламент большинство депутатов оказалось на стороне тори; министры-виги также должны были уступить свое место тори. Во главе министерства стал лорд Болингброк, человек очень ловкий, прекрасно образованный и один из первых писателей своего времени. Мальборо получил отставку, и Англия вступила в переговоры с Людовиком XIV. В 1711 году умер Иосиф I без наследников мужского пола, и его преемником стал брат Карл, бывший претендентом на испанскую корону. Союзники Австрии нисколько не желали, чтобы Карл присоединил Испанию к своим наследственным владениям, — тогда его могущество было бы опасно для

политического равновесия. Это обстоятельство ускорило переговоры; Англия, Голландия и некоторые другие члены коалиции заключили с Францией мир в Утрехте (1713). А в следующем году новый австрийский император Карл VI, оставшись почти без союзников, также заключил мир в городе Раштатте. По Утрехтскому и Рачитаттскому'миру Испанская монархия была разделена. Филипп Анжуйский признан испанским королем; за ним оставалась собственно Испания и огромные владения в Америке; Австрия приобретала Бельгию, Неаполь и Ломбардию; Англия удерживала за собой Гибралтарскую крепость, которая сделалась опорным пунктом для распространения ее господства на Средиземном море; кроме того, она получала от Франции некоторые американские острова и земли около Гудзонова залива.

Людовик XIV в последние годы жизни кроме политических неудач испытал и тяжелые семейные потери. Из его многочисленного потомства в живых (кроме побочных) остались только внук Филипп V Испанский и пятилетний правнук, который и наследовал французский престол под именем Людовика XV.

 

СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ: «Древняя история. Средние века. Новая история»

 

Смотрите также:

 

Всемирная История

 

История Геродота

 

Карамзин: История государства Российского в 12 томах

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

Татищев: История Российская





Rambler's Top100