Вся библиотека >>>

Содержание книги >>>

 

История

Древняя история. Средние века. Новая история


Иловайский Д. И.

 

XII. СРЕДНЕВЕКОВЫЙ БЫТ

 

 

Феодализм. Феодальные замки. Рыцарство и уважение к женщине. Посвящение в рыцари. Вооружение. Турниры. Крестьяне. Духовенство. Монашеские ордена. Горожане. Наружность городов. Праздники. Одежда. Торговые пути. Евреи. Грубость нравов. Суд и законы. Искусство. Стили: византийский, романский и готический. Живопись. Просвещение. Рукописи. Схоластики. Абеляр и Элоиза. Университеты. Суеверия. Летописи. Поэзия. Песнь о Роланде. Песнь о Нибелунгах. Данте

 

 

ФЕОДАЛИЗМ

 

Высшим, господствующим классом в средние века было феодальное, или ленное, дворянство. Оно, как известно, произошло главным образом из германских дружин, которые силой оружия положили основание европейским государствам. (Впрочем, о происхождении западноевропейской феодальной системы существуют в исторической науке разные мнения ученых; одни относят ее начало к эпохе Каролингов, другие к более раннему времени; третьи стараются умалить значение дружины в развитии вассальных отношений.) Дружинники получали от королей земли, за которые принимали на себя разные вассальные обязанности; главную из них составляла военная служба: по призыву своего ленного господина (сеньора) вассалы являлись в полном вооружении, на коне и в сопровождении вооруженной свиты, более или менее многочисленной, в соответствии с величиной лена. Некоторые из феодальных дворян, возвысившись над другими, сосредоточили в своих руках большие владения и приобрели титулы герцогов, маркизов, графов, баронов; они имели собственных вассалов из простых рыцарей, которым давали лены из своих земель. Лены и титулы с течением времени сделались наследственными и обыкновенно переходили к старшему сыну.

Пожалование леном сопровождалось некоторыми обрядами. Вассал становился на одно колено перед своим сеньором, клал руки в его руки и клялся верно исполнять свои обязанности. Эти обязанности, кроме военной службы, предполагали: присутствовать на суде сеньора, чтобы помогать ему советом и делом (при исполнении приговора); платить за него выкуп, если сеньор попадет в плен; помогать ему деньгами, когда тот праздновал посвящение в рыцари сына или свадьбу старшей дочери, и прочее. Сеньор, со своей стороны, обязан был защищать вассала от нападений, оказывать ему правосудие и не отнимать у него лена без законной причины. Главные права, которые феодалы постепенно присвоили себе, были следующие: быть судиму перед своим сеньором только собранием равных себе («перами», от латинского: pares — равные), если вассал был недоволен судом своего сеньора, то обращался или к его сюзерену (то есть к королю как к верхней ступени феодальной иерархии), или отыскивал право-судне с оружием в руках; отсюда происходили столь частые войны феодалов между собой и вошедшие в обычай поединки, которые считались тогда Судом Божьим. Далее, феодалы присвоили себе в своих землях право суда и даже смертной казни, власть законодательную и право чеканить собственную монету (отсюда такое разнообразие в средние века местных законов, обычаев, денежных знаков).

Феодальное дворянство жило, как правило, в укрепленных замках. Они строились на возвышенных, часто неприступных местах и представляли группу каменных, тесно построенных зданий, обнесенных каменной зубчатой стеной с зубчатыми башнями по углам. Вокруг стены шел глубокий ров, иногда наполненный водой; через этот ров из ворот замка опускался подъемный мост, который после проезда опять поднимался на цепях. Иногда надо было пройти еще две, три стены, каждую со рвом и подъемным мостом, прежде чем достигнуть внутреннего двора; вокруг него, в нижнем этаже, большей частью углубленном в землю, находились конюшни, кладовые, погреба, подземные тюрьмы, а над ними возвышались жилые комнаты. Это были небольшие кельи с узкими окнами; только приемные и пиршественные залы отличались простором и разными украшениями: на стенах развешивалось дорогое оружие, рогатые головы оленей, лосей и другие предметы охотничьей и военной добычи. Посреди внутреннего двора возвышалась иногда главная башня, в которой хранилась казна владельца, феодальные документы и прочие драгоценные вещи. Длинные подземные ходы, на случай опасности, вели из замка в соседнюю долину или лес. Конечно, замки мелких баронов были тесны, мрачны и представляли грубые, лишенные украшений каменные массы; а богатые феодальные владельцы строили себе обширные замки, украшали их множеством стройных башенок, колонок, арками, резными фигурами, превращая их в красивые дворцы.

 

РЫЦАРСТВО И УВАЖЕНИЕ К ЖЕНЩИНЕ

 

Феодальные дворяне носили общее звание рыцарей (всадников) и возводились в это звание особым обрядом. Сыновья дворян воспитывались часто в замках более богатых и знатных владельцев и прислуживали им с детства в качестве пажей, а потом как оруженосцы. В это время они приучались сражаться и переносить все военные труды. Оруженосец сопровождал своего рыцаря в походах, смотрел за его конем и вооружением и сражался рядом с ним. Наконец он из оруженосцев посвящался в рыцари.

Посвящение это сопровождалось иногда следующими церемониями. Накануне посвящаемый постился, а ночь проводил за молитвой и на страже в какой-нибудь церкви. На следующее утро он ходил в баню и надевал на себя одежду белого и красного цветов, в знак своей чистоты и обязательства проливать кровь за Христову Церковь. Посвящение происходило в храме. Его совершал кто-либо из знатных рыцарей, занимавший место восприемника. Молодой человек произносил обет строго сохранять заветы рыцарского звания: благочестие, справедливость, великодушие, защиту слабых, особенно вдов и сирот, и прочее. На него надевали золотые шпоры, отличительный знак рыцарей, восприемник давал ему три удара мечом плашмя по спине, и этим оканчивалось посвящение. Новый рыцарь садился на коня и старался показать перед народом свое искусство владеть конем и оружием, для чего вступал иногда в единоборство с другим рыцарем. Затем он угощал съехавшихся к нему на посвящение гостей и раздавал подарки. Конечно, такие церемонии и пиршества соблюдали только богатые владельцы, а бедные посвящались гораздо проще. Иногда после победы в бою полководец тотчас же ударами меча посвящал в рыцари наиболее отличившихся молодых людей.

Полное рыцарское вооружение составляли твердые стальные латы, закрывавшие туловище, или гибкая кольчуга, шлем, украшенный перьями или конской гривой, с железным забралом; руки и ноги также покрывались железной броней; кроме того, употреблялся и щит. Таким образом, рыцарь с ног до головы был закован в железо и мало доступен для ударов; поэтому средневековые сражения не отличались большим кровопролитием (за исключением плохо вооруженных пехотинцев). Зато сбитый с коня рыцарь уже не мог проворно двигаться. Рыцарский конь также покрывался железной броней. Обыкновенно боевой конь отличался колоссальными размерами, и его вели в поводу; рыцарь садился на него только для битвы, а походы свои совершал на другом, более  легком, коне. Обычным оружием рыцаря были обоюдоострый меч с крестообразной рукояткой и длинное копье. За рыцарем постоянно следовали его оруженосец и несколько собственных вооруженных людей (так что требовалось не менее пяти, шести человек, чтобы составить полное рыцарское копьё).

Рыцарство несколько смягчило грубость феодальных нравов и способствовало проявлению двух лучших сторон феодального общества: возвышению женщины и развитию личности. Рассеянные по своим уединенным замкам, феодалы по необходимости должны были большую часть времени проводить в семейном кругу, в обществе своей жены и детей. Семейная жизнь вследствие этого много выигрывала; вместе с тем и женщина заняла то высокое место, которое назначено ей христианством. Уважение к женскому полу сделалось одним из самых священных обычаев рыцарства. Обыкновенно рыцарь выбирал «даму своего сердца», получал от нее что-нибудь на память, например перстень, а чаще всего шарф через плечо, и в честь ее совершал подвиги храбрости.  

 

КРЕСТЬЯНЕ. ДУХОВЕНСТВО. МОНАШЕСКИЕ ОРДЕНА

 

Каменные замки, железные доспехи и физическая ловкость, приобретаемая постоянным упражнением с детства, поддерживали господство рыцарского сословия в течение многих веков, до усовершенствования огнестрельного оружия. Крестьяне, жившие на земле феодальных дворян, находились у них в совершенном порабощении. Они платили господам подати хлебом, молоком, яйцами и другими сельскими продуктами, употреблялись на все тяжелые работы в замке господина, терпели от него побои и даже убийства. Управы искать было негде. А при частых феодальных междоусобицах деревни были беззащитны от обид и насилий военных людей. Таким образом, положение крестьянского сословия в средние века было печальным. Поэтому, при удобном случае, оно поднимало восстания и с варварской свирепостью мстило дворянам за свое угнетение (например, восстание крестьян Северной Франции в XIV веке, известное как Жакерия). Даже религия представляла мало утешения для крепостного сословия, потому что богослужение, чтение священных книг и отчасти проповедь происходили на непонятном для него латинском языке; так что отношения простого народа и духовенства строились главным образом на сборе церковных податей. Отчужденный от церкви простолюдин создавал себе особый мир религиозных верований, в которых христианские предания перемешивались с остатками языческой старины. Отсюда в средние века чрезвычайное развитие суеверий, занятий колдовством и тому подобным.

Высшие духовные лица были такими же феодальными владельцами, как и светские бароны. Епископы и аббаты имели большие поместья и раздавали из них участки в лен рыцарям, которые таким образом становились вассалами духовных лиц. Духовные сановники (прелаты) вели образ жизни, почти во всем сходный с жизнью светской; богатые доходы с имений давали им средства жить роскошно; они наравне со светскими феодалами пировали, увеселялись охотой и нередко сами принимали участие в войнах.

Значительные монастыри оольшей частью зависели прямо от папы, а не от местных князей и епископов. По своим уставам они делились на разные ордена. Самый древний орден бенедиктинцев. Монахи этого ордена обязывались вести строгую жизнь в молитзе и трудах и иметь между собой все общее. Они обрабатывали землю, переписывали книги, заводили школы, отправлялись проповедовать христианство к язычникам. Бенедиктинцы долгое время пользовались всеобщим уважением. Но с течением времени, при накоплении монастырских богатств и поземельных владений, строгие их нравы изменились, а вместе с тем упало и их влияние; время от времени являлись попытки преобразовать монашество и ввести более строгие правила (таковы, например, новые ордена: клюнийское братство, картезианцы). В XIII веке появились «нищенствующие» монашеские ордена францисканцев {№15) и доминиканцев (1216), которые давали обет не иметь никакой собственности, жить милостыней, ходить за больными, проповедовать христианство. Первый орден был основан сыном одного богатого итальянского купца Франциском Ассизским, который отрекся от своего имущества, оделся в рубище, опоясался веревкой и пошел по миру проповедовать слово Божие. (Францисканцы называли себя «меньшими братьями», или миноритами.) Основателем второго ордена был испанский монах Доминик: главные усилия свои он направил на обращение еретиков-альбигойцев, и по окончании Альбигойских войн доминиканцы получили в свое управление тайные духовные суды, или инквизицию, задачей которой было истребление еретичества. Доминиканцы более других монахов посвящали себя наукам; они заняли мало-помалу все кафедры в университетах и насчитывают в своих рядах много знаменитейших средневековых ученых. Оба ордена получили от пап большие преимущества и льготы: например, они были изъяты из подсудности местных епископов и непосредственно подчинены Римской курии, а также имели право проповеди и исповеди везде, куда приходили. (Эти нищенствующие ордена мало-помалу от пожертвований благочестивых богачей собрали большие богатства.) В том же XIII веке образовались еще два «нищенствующих ордена»: кармелитов к августинцев. По образцу мужских монастырей образовались и женские обители.

 

ГОРОЖАНЕ

 

После дворянства и духовенства следовало сословие городское. Число городов в Европе постоянно увеличивалось. Многие крестьянские селения, приютившиеся возле какого-нибудь замка, впоследствии сами окружали себя валом и стеной, получали от феодальных владельцев право выбирать свои власти и, таким образом, превращались в город.

Торговля и промышленность обогащали города, и они все более и более приобретали независимость от феодалов деньгами или оружием. Горожане или сами составляли милицию, или содержали у себя наемные отряды; города часто окружены были двойными стенами с бастионами; ворота защищались крепкими сторожевыми башнями, с которых караульные наблюдали за окрестностями и подавали сигнал в случае опасности. Городская стена мешала распространяться в ширину, вследствие чего дома тесно жались друг к другу и верхние этажи часто выступали над нижними; улицы были узки, извилисты и пересекались нередко глухими переулками, от чего пожары часто были опустошительными; но, благодаря дешевизне построек, дома скоро опять возобновлялись. На главной площади города стояла ратуша — высокое здание со стройными башенками, узорчатыми каланчами и кверху суживающимися окнами. Здесь заседал городской совет из выборных сановников под председательством бургомистра (в Германии) или мэра (во Франции и Англии). Эти члены совета и другие городские власти выбирались из богатых купеческих фамилий, называвшихся «патрициями» (по образцу древних римлян).

Ремесленное население города делилось на разные цехи по своим занятиям: мясники, сапожники, портные, оружейники и прочие; они составляли каждый особое общество, имели своих особых старшин и свои уставы. Каждый работник под страхом строгого наказания должен был исполнять работу только того цеха, к которому он принадлежал: например, в некоторых городах кузнец не смел делать гвоздей, потому что для них был особый цех. Это, конечно, было

стеснением для раоотников; зато члены отдельных цехов крепче соединялись между собой; занимаясь одним и тем же мастерством, совершенствовали его и действовали дружно, когда приходилось защищаться от насилия феодалов. В случае войны городские цехи выходили сражаться каждый со своим знаменем и под начальством своих старшин. Во время празднеств цехи, также со своими знаменами, один за другим, ходили по улицам в торжественных процессиях.

Празднества в больших торговых городах были роскошными. На рынках выставляли огромных жареных быков и вино, бившее фонтанами; церкви, ратуши и другие общественные здания украшались разноцветными коврами и знаменами; вечером улицы, освещавшиеся тысячами факелов и фонарей, кипели веселящимся народом в масках и причудливых костюмах. Вообще горожане любили задавать пиры и попойки, особенно на свадьбах, и даже на похоронах. Весну они встречали на открытом воздухе веселыми танцами, музыкой, песнями, гимнастическими играми; состязались при этом в стрельбе из самострелов, и лучшие стрелки подучали награды. (Это так называемые «майские праздники».) Но, по грубости средневековых нравов, подобные празднества редко оканчивались благополучно, без драк и убийств. Спокойствие на городских улицах часто нарушаюсь дракой враждебных друг другу сословий и цехов: граждане вступали в бой с дворянами, ремесленники — со студентами или между собой. Этим беспорядкам способствовал обычай иметь при себе оружие и очень распространенная страсть к пьянству (у немцев, например, считалось особым удальством выпить непомерное количество вина или пива).

Одежда городских жителей в средние века состояла из верхнего короткого кафтана, носившегося нараспашку, без пуговиц и рукавов или с короткими. широкими рукавами; у богатых он делался из бархата или шелка и обшивался мехом; под ним был плотно прилегавший к телу камзол, перехваченный поя-

сом; пантапоны в обтяжку, чулки и невысокие сапоги (в некоторых местах была мода на остроносые башмаки). Женщины носили платья с открытой шеей и широкие длинные рукава с разрезом; у них была распространена особенная страсть к длинным шлейфам, но длинные позволялось носить только знатным. Была также мода на широкие фижмы и высокие головные уборы. Кроме того, между женщинами очень распространено было обыкновение румяниться и белиться.

  

ТОРГОВЫЕ ПУТИ. ЕВРЕИ

 

Самое оживленное торговое движение в средние века, так же как и в древние, совершалось по Средиземному морю. Главным средоточением этого движения была Византия, владении которой занимали большую часть восточного берега Средиземного моря, включая и Черное море. Византия служила посредницей в торговле Востока с Западом — Азии с Европой. Сюда приезжали купцы итальянские, немецкие, болгарские, русские, персидские, арабские. Арабские завоевания немало способствовали оживлению торговых сношений в этой части света; караваны магометанских купцов, имевших фактории по всему северному берегу Африки, начали проникать внутрь до Верхнего Нила и до пустыни Сахары. Со времени крестовых походов, когда морские силы Византии пришли в упадок, на Средиземном море начали господствовать торговые флоты итальянских городов — Венеции, Генуи, Пизы и некоторых других. Во время Латинской империи главную торговлю Востока (Леванта) захватила в свои руки Венеция. Ее колония Тана, расположенная в устье Дона (иначе Азов, близ древнегреческой колонии Танаис), сделалась перевалочным пунктом восточных товаров, приходивших из Средней Азии по Каспийскому морю, Нижней Волге и Нижнему Дону. Но когда Палеологи восстановили Византийскую империю с помощью генуэзцев, торговое преобладание на Черном море перешло в руки последних. Генуэзцы основали в Крыму несколько процветающих колоний, из которых наибольшее значение получила Кафа (древняя Феодосия). Главным товаром этой восточной торговли служили невольники, которых венецианцы и генуэзцы покупали в портах Черного моря, Сирии и Египта. В те времена Россия находилась под гнетом татарского ига, и многие знатные фамилии Венеции и Генуи разбогатели, торгуя русскими пленниками, которых они покупали у татар.

Когда турки-османы завоевали Византию, а вскоре завладели Кафой и другими итальянскими колониями на Черном море, то это море почти закрылось для венецианцев и генуэзцев, ибо турки закрыли их кораблям свободный проход через Дарданеллы и Босфор. Они могли еще получать азиатские товары через Сирию и Египет, но совершившееся в конце XV века открытие Америки и в особенности открытие морского пути в Ост-Индию изменило направление ев-ропейско-азиатской торговли. С того времени морское могущество итальянцев начало падать и переходить в руки португальцев, испанцев, а позднее англичан, голландцев и французов. В то время как в Средиземном и Черном морях гос-подствов&чи торговые флоты итальянцев, в Немецком (Северном) и Балтийском морях во второй половине средних веков процветала торговля северонемецких городов, объединившихся в союз, известный под названием Ганза, с Любеком во главе. В этой торговле деятельное участие принимали русские города: Новгород, Псков, Смоленск, Полоцк и Витебск. Внутри западноевропейского пространства очень важное торговое движение совершалось также по судоходным рекам Рейну и Дунаю.

В торговле средних веков большую роль играли евреи. Этот ловкий, предприимчивый народ мало-помалу рассеялся по всем европейским землям и сумел забрать в.свои руки значительные торговые обороты. Особенно обогашались евреи-ростовщики, которые отдавали деньги взаймы за большие проценты. Чтобы удобнее скрывать свои капиталы и облегчить их пересылку, они употребляли векселя — заемные или разменные бумаги. Но, как жадные ростовщики, евреи были нелюбимы народами Европы и терпели иногда страшные гонения. В Германии и Франции чернь грабила и убивала их, возводя самые разные обвинения: например, ходили слухи, что евреи похищают и убивают христианских младенцев, кровь которых якобы нужна для их обрядов. Если появлялась моровая язва, евреев обвиняли в ее распространении посредством колдовства и предавали их избиению. Особенно много погибло их в начале крестовых походов, когда в народе пробудилась чрезвычайная ревность к христианской религии. То же самое произошло во время страшной моровой язвы, чумы, известной у нас под названием «черной смерти» (XVI в.); она была завезена итальянскими кораблями из Азии и распространилась почти по всей Европе. Чернь думала умилостивить Бога избиением евреев (которых обвиняли в отравлении источников), вследствие этого совершались в городах ужасные кровавые сцены. Другим средством отвратить гнев Божий считалось всенародное покаяние, сопровождавшееся самоистязаниями. В то время в Германии появились целые толпы кающихся «бичевальщиков» (флагеланты); они с крестами и хоругвями ходили из города в город и тут при звоне колоколов и пении молитв бичевали друг друга по обнаженной спине до крови. Напрасно светские и духовные власти, видя большие беспорядки от этих диких сборищ, объявляли бичевальщиков еретиками; чернь верила в действенность такого покаяния и охотно к ним приставала.

 

СУД  И ЗАКОНЫ

 

Средние века были временем грубых, варварских нравов. На это особенно указывают судебные обычаи. От прежних способов дознания посредством кипятка и раскаленного железа с течением времени образовались многоразличные способы мучений, или пыток, при помощи которых добивались истинного признания от подсудимых. Такие пытки были усовершенствованы духовной инквизицией, преследовавшею еретиков, колдунов и ведьм. Наказания преступникам были самые жестокие, например: ослепление, отрезание носа и ушей, вырезывание языка, сожжение. Обыкновенное судопроизводство было устное и гласное. Судья назначался королем или другим владетельным лицом; рядом с ним присутствовали на суде выборные «присяжные»; общее правило состояло в том, чтобы каждый свободный человек судился людьми, ему равноправными. В конце средних веков появляются общие своды законов у целого ряда стран и земель; таков, например, сборник северогерманских постановлений, составленный в XIII веке для руководства судьям, под названием «Саксонского зерцала» (для Саксонии). Для Южной Германии вслед за тем составлен был подобный же сборник '-<Швабсксе зерцало». В обоих зерцалах видны следы борьбы между народными обычаями и феодальными правилами. Например, по вопросу о наследстве «Саксонское зерцало•> более склоняется к народному обычаю делить отцовское имущество между сыновьями поровну, а «Швабское» — напротив, к феодальному правилу передавать его нераздельно в руки старшего сына (к майорату). В то же время в университетах начинают изучать римское право. Это право в том виде, в каком оно было обработано при Юстиниане Великом (Corpus juris civilis), сохранилось в Италии, находившейся некоторое время под властью Византии. Здесь в XI—ХШ веках образовалась школа юристов, тщательно изучавших памятники римского права; они известны под названием глоссаторов (от заметок, или глосс, которые писались ими к тексту Юстинианова законодательства). Из Италии изучение этого права распространилось преимущественно в тех странах, которые некогда составляли часть Римской империи, например, во Франции, где в некоторых городах также появились кафедры римского права и где это право столкнулось с разнообразными местными юридическими обычаями (так называемые кутюмы). В Германию знакомство с римским правом проникло благодаря тесным сношениям с Италией. Своими логическими выводами Римский свод везде обнаруживал превосходство над местными законами; мало-помалу он сделался образцом для европейских законодательств.

 

ИСКУССТВО

 

В средние века, так же как и в древние, среди образных видов искусства — то есть изобразительных — первое место занимала архитектура. Развитие ее главным образом сосредоточивалось вокруг храмов. Образцом для первых христианских храмов послужила римская базилика — продолговатое четырехугольное здание, в котором собирались торговцы и вершился суд. Та часть здания, где находился когда-то судебный трибунал, была отделена для священнодействия, посреди нее устроено возвышение алтаря; эта часть получила название апсида, а главный корпус здания — название неф, то есть корабль, и разделялся двумя продольными рядами колонн на средний, главный и два боковых. Между апсидами и нефом начали помешать еще поперечный корабль, концами своими несколько выдающийся наружу, так что все здание получало форму креста. (Особенно замечательны базилики Св. Павла в Риме и Св. Аполлинария в Равенне.) Из храмовой базилики, при постепенном развитии и преобразовании ее, произошли два главных стиля: восточный и западный, или византийский и романский. Храмы византийского стиля получили форму квадрата или равностороннего креста (такой крест называется греческим, а продолговатый — латинским); они отличаются закругленностью сводов и арок и увенчаны шаровидными куполами (напоминающими небесный свод). Кроме константинопольского Софийского собора, знаменитыми памятниками византийского стиля служат храмы Св. Виталия в Равенне и Св. Марка в Венеции. Константинопольская София, как известно, обращена в мечеть; а в Испании кордовская мечеть, знаменитый памятник мавританской архитектуры, в ХПТ веке обращена в христианский храм. Мавританский стиль отличается подковообразной формой арок, а также затейливыми пестрыми украшениями (каковы, например, настенные арабески Альгамбры, имеющие вид роскошного ковра).

Романский (собственно католический) стиль удержал продолговатую форму древнехристианской базилики с тремя продольными нефами, которые разделяются рядами массивных колонн, соединенных между собой наверху дугообразными арками; в отдельных своих частях и украшениях храмы этого стиля, так же как и византийского, весьма разнообразны. Романский стиль процветал в Западной Европе особенно в X—XII столетиях. Лучшим памятником его считается Пизанский собор, замечательный еще своей наклонной колокольней. Дальнейшим развитием западного стиля стал стиль готический (или немецкий), в котором лучше всего отразился религиозный я воинственный характер средних веков. Он неправильно назван готическим, потому что первые образцы его созданы были не в Германии, а в Северной Франции.

Памятниками готической архитектуры служат мрачные феодальные замки, монастыри, городские ратуши и особенно соборные храмы. Они отличаются крестчатыми сводами и острыми арками (огива), тонкими высокими пилястрами и шпилями, узорчатыми резными украшениями и узкими стрельчатыми окнами, стекла которых часто разноцветные и пропускают таинственный полусвет. Внутренность готического собора, как и в романском стиле, разделяется на три продольные части массивными колоннами (иногда как бы составленными из тончайших колонок). Над главным входом в храм возвышаются две стройные башенки, а иногда легкая изящная колокольня. (Господствующий характер готического стиля — это стремление вверх, к небесам.) Готический стиль процветал в течение XIII— XIV и отчасти XV веков. Из числа готических построек особенно знамениты: громадный собор в Кёльне, СтрасбургскиЙ собор со своей необыкновенно высокой колокольней, также соборная  колокольня  Св.

Стефана в Вене, собор Богоматери в Париже, Толедский собор в Испании и Вестминстерское аббатство в Лондоне. Эти великолепные сооружения едва ли были бы возможны без существования строительных братств, которые имели свои особые уставы, старательно изучали правила архитектуры и под печатью тайны передавали свое искусство ученикам и преемникам. (Члены этих братств назывались франкмасонами, то есть вольными каменщиками.)

Стены восточных храмов расписаны иконами, на которых изображались Христос, Богородица, святые и разные сцены из Священной истории. Внутренность же готических храмов украшалась по преимуществу не иконной живописью, а скульптурой: статуями, рельефами и вообще всевозможной резьбой. Наконец, само богослужение в западных, католических, храмах ведется в сопровождении музыки или органа, а в восточных, или греческих, утвердилось церковное пение а капелла^ без сопровождения.

В конце средних веков живописное искусство достигло в Италии большого расцвета. Первоначально итальянские мастера подражали византийским образцам, но вместо сухих, строгих византийских форм они начали писать на иконах фигуры более округлые, жизненные, придавали лицам большую живость. Из таких мастеров наиболее способствовали успехам живописи: Джотто (XIV в.) и Мазаччо (XV в.). В области скульптуры следует назвать замечательного художника XV века итальянца Гибгрти. {Уже тогда начиналась в искусстве эпоха Возрождения, то есть обращение к античным образцам.)

 

ПРОСВЕЩЕНИЕ

  

Что касается просвещения, то средние века представляются по большей части временем умственного невежества. Даже люди высшего, дворянского сословия часто не умели ни читать, ни писать. Грамотным сословием было только духовенство. В те времена еще не знали искусства книгопечатания, и книги

были рукописные; писались они на пергаменте (сделанном из кожи), потому что тряпичная бумага была изобретена позднее. Поэтому книги были очень редки и дороги. Рукописи переписывались преимущественно монахами. В тишине своих келий многие из них с неутомимым трудолюбием и старанием занимались этим делом; иногда они доходили до такого искусства и такой отчетливости письма, что некоторые рукописи теперь трудно отличить от печатных книг. Заглавные буквы в этих книгах обыкновенно разукрашены разными рисунками (миниатюры). Ученые сочинения писались тогда преимущественно на латинском языке; он по наследству от римлян остался языком католического богослужения, и духовенство по необходимости должно было ему учиться.

Первые европейские школы стали заводить при монастырях и церквах. Устройство школ и преподавание были заимствованы из древнеримских училищ; учебные предметы состояли из «семи свободных искусств», которые делились на низший отдел, или так называемый тривиум (грамматика, риторика, диалектика), и высший, или кмзфшвут(^арифметика, музыка, геометрия и астрономия).

В высших школах главной наукой считалось богословие, а с богословием соединяли и философию; ученые-богословы старались основать правила (догматы) католической религии не на одном Евангелии, но и на философских доказательствах; образцом философии служили для них преимущественно сочинения Аристотеля в латинском переводе. Средневековые ученые получили название схоластов и докторов (что, собственно, и значит «ученые»). В своих философских толкованиях схоласты не всегда были согласны между собой, отсюда вошли в обычай публичные споры, или диспуты; кто был красноречивее и находчивее, кто в пользу своего мнения мог привести больше отрывков из Священного Писания, из сочинений святых отцов и философских книг, тот, конечно, и оставался победителем. Но если кто из ученых решался говорить или писать что-нибудь против папы или духовенства, тот немедленно навлекал на себя обвинения в ереси, хотя бы был человеком безукоризненной жизни.

В пример приведем одного из знаменитых схоластов, Пьера Абеляра, жившего в XII веке.

Он был сыном французского рыцаря, но, полюбив науки, оставил свое звание, занялся философией и богословием и завел свою школу. В диспутах с

другими учеными Абеляр постоянно одерживал верх, благодаря своему красноречию, и потому скоро приобрел большую славу. Кроме учеников у него была ученица, Абеляр давал уроки Элоизе, племяннице одного знаменитого человека. Эта умная, прекрасная девушка полюбила учителя, покинула свой дом, и они тайно обвенчались. Дядя ее был сильно разгневан таким поступком и жестоко отомстил Абеляру: он велел своим людям напасть на него и изуродовать. Несчастный Абеляр постригся в монахи в одном парижском монастыре. Элоиза также сделапась монахиней. Ученики, привлеченные красноречием Абеляра, покидали других учителей и во множестве собирались слушать его уроки. Они не могли поместиться внутри монастырских зданий, и потому он учил их на открытом воздухе, подобно древним греческим'философам. Но так как он нападал на разные пороки духовенства и восставал против слепой веры в папскую непогрешимость, то некоторые духовные лица (особенно соперники, побежденные им на диспутах или лишившиеся учеников) начали обвинять его в ереси. Он удалился в дремучие леса Шампани и в уединенном месте построил себе шалаш. Но ученики узнали об его местопребывании и стали приходить к нему; они также поставили себе шалаши и сначала слушали его уроки под тенью деревьев, а потом построили для этого просторный зал. Это место названо Параклет, что значит -— Утешитель. Монахи одного из монастырей выбрали Абеляра себе в аббаты. Тогда он уступил Параклет Элоизе, которая основала здесь женский монастырь и была его игуменьей. Враги не переставали преследовать Абеляра; они настраивали против него другого знаменитого аббата, Бернара Клер-воского (который проповедовал второй крестовый поход). На одном духовном соборе Бернар выступил обвинителем против некоторых богословских сочинений Абеляра, и сочинения эти были признаны еретическими. Папа утвердил приговор собора. Тогда Абеляр упал духом, отрекся от всех своих сочинений и последние годы провел в уединении. По его желанию, он был погребен в Параклете. Верная ему Элоиза впоследствии погребена рядом с ним.

Абеляр был, собственно, главой схоластиков-шшяа.21/стое, которые вместе с Аристотелем признавали общие понятия о предметах — их именами (nomina), сообразуясь с личными представлениями; они пытались сформулировать отношения к Церкви на началах разума, на началах более свободных. Противники их, схок^сты-реалисты, были более склонны к учению Платона, доказывающего, что идеи, или понятия, существуют независимо от действительных предметов (мистическое направление); они были поборники безусловной веры и авторитета Церкви. (Св. Бернар был представителем мистиков.) В следующем, XIII веке оставил след доминиканец Фома Аквинский, отец схоластического богословия. Из тех средневековых ученых, которые углублялись в наблюдения над миром физическим и трудились над естественными науками, первое место занимают немец Альберт Великий и англичанин Роджер Бэкон (XIII в.).

Из тех школ, которые славились своими профессорами и привлекали большое количество слушателей, образовались мало-помалу университеты — высшие европейские училища. Древнейшие и замечательнейшие из них: в Англии Оксфордский, во Франции Парижский, славившийся своим богословием, в Италии Болонский, где процветало законоведение, и Салернский, известный медициной, или врачебной наукой. Так как книги были очень редки, то научные познания распространялись преимущественно изустным преподаванием, поэтому в лучшие университеты с разных сторон Европы собирались слушатели (студенты), чтобы учиться у знаменитых профессоров, и число студентов нередко при одном университете доходило до десяти тысяч и более. Средневековые учреждения обыкновенно принимали форму корпораций: профессоры и студенты, подобно ремесленным цехам, составляли, под эгидой университета, особую

 общину, которая имела свой устав, свое самоуправление и наделена была разными привилегиями.

Вообще со времени крестовых походов, когда европейцы познакомились с византийской и арабской культурой, в Европе возросла охота к наукам, число школ увеличилось, и вместе с ними начало распространяться просвещение. Но к занятиям наукой в средние века примешивалось немало суеверий. Так, например, ученые, наблюдавшие небесные светила, пытались по ним предсказывать будущее (они назывались астрологами). Многие начали трудиться над химическими опытами с целью найти философский камень, позволяющий обращать металлы в золото, и жизненный эликсир, который мог бы старикам возвращать юность (такие искатели золота и эликсира назывались алхимиками); верили в существование особой науки магии, посредством которой можно входить в сношения с дьяволом и творить дела сверхъестественные.

Летописцы, хроникеры и вообще историки средневековья были большей частью лица духовные и писали по-латыни. Во Франции из них наиболее замечателен Григорий Турский (епископ города Тура), который жил в VI веке и оставил любопытные рассказы о королях Меровингах. В Германии заслуживает внимания монах Видукинд (X в.) и Опипон, епископ Фрейзингенский (в Баварии), который приходился дядей императору Фридриху Барбароссе; в Англии два монаха: Бэда Преподобный, знаменитый своей ученостью (VIII в.), и Матвей Парижский (XIII в.).

Во второй половине средних веков, ближе к XIII веку, во Франции появляется ряд замечательных мемуаров, написанных на языке отечественном и принадлежащих по большей части людям светским. Таковы: Вимьгардуэн, описавший четвертый крестовый поход, и Жуанвиль, историк Людовика IX, сопровождавший короля в крестовом походе на Египет, и каноник Фруассар, живший в XIV веке, в эпоху Столетней войны между Англией и Францией. Фруассар очень много путешествовал, он переезжал из одного замка в другой и в своих знаменитых записках («Хрониках») рассказал то, что видел сам или что слышал от других. В его рассказах впечатляюще описаны нравы и обычаи рыцарей: как они жили в своих замках, отправлялись в походы, сражались, веселились на турнирах и прочее. К XV веку относятся и мемуары французского дворянина де Коми-на, жившего при дворе Людовика XI. Из итальянских историков, писавших на отечественном языке, интересен флорентиец Бгшани (XIV в.).

 

ПОЭЗИЯ

 

Между тем как книжное дело и занятия науками сосредоточились главным образом в руках духовенства, в обществе светских людей процветала поэзия. Те поэты, которые принадлежали к рыцарскому сословию, как правило, воспевали любовь к женщине, рыцарские подвиги, а иногда в своих стихотворениях смело порицали и недостатки современников; они назывались во Франции трубадуры и труверы, в Германии — миннезингеры, -а в Англии — менестрели. Такие поэты нередко вели странствующую жизнь; переезжали из замка в замок и везде были дорогими гостями, особенно во время празднеств. Здесь они старались показать свое искусство и иногда вступали в состязание друг с другом.

Такое замечательное поэтическое состязание состоялось в 1207 году в Варт-бурге при дворе ландграфа Тюрингского Германа, который очень любил поэтов и щедро им покровительствовал. Сюда съехались знаменитейшие миннезингеры Германии: Вальтер фон Фогельвейде и Вольфрам фон Эшенбах, которые вместе с тремя другими поэтами состязались против молодого Генриха фон Оф-тердингена. Для состязания была назначена тема: похвала лучшему государю.

Офтердингер прославлял Леопольда Австрийского, а его соперники — Германа Тюрингского. Судьи признали последних победителями и, по условию, побежденного уже хотели повесить, и повесили бы, если бы за него не вступилась сама ландграфини Софья. Известен как странствующий миннезингер Фогель-вейде, на маленькой лошадке, с арфой за спиной, разъезжал он по замкам и впоследствии нашел покровительство и пристанище у императора Фридриха II Гоген штауфена, который сам был миннезингером.

Французские поэтические сказания образовали несколько героических циклов, или кругов. Главный цикл посвящен Карлу Великому и его двенадцати рыцарям-паладинам. Из них наиболее прославился Роланд, о котором дошла до нас поэма, или песнь, «Песнь о Роланде», воспевающая последние подвиги героя.

Победив испанских мавров, Карл Великий возвращался во Францию; в арьергарде он оставил своего племянника Роланда, его

друга Оливье и небольшой отряд паладинов. Один из придворных императора, Гаыелон, враг Роланда, вступил против него в заговор с маврами. В пиренейских теснинах огромное неприятельское войско напало на малочисленный французский арьергард. Происходит жестокая битва. Роланд и Оливье совершают небывалые подвиги мужества, но французы подавлены числом; их осталось очень немного. Тогда раненый Роланд троекратно, из всех своих сил трубит в рог; Карл, далеко ушедший вперед с главным войском, слышит трубный звук и возвращается на помощь племяннику. Между тем почти все французы пали; узнав о возвращении Карла, мавры бегут с поля битвы. Чувствуя приближение смерти, Роланд хочет разбть о скалу свой меч дюрандаль, чтобы он не достался неверным; меч звенит, но не ломается. Герой ложится на мураву и кладет на себя свой меч и рог. Подоспевший Карл находит его уже мертвым. Он совершает страшное отмщение маврам и изменнику Ганелону.

Второй цикл (собственно бретонский, или кельтский) образуют сказания о короле Артуре и рыцарях Круглого стола. Сюда же примыкают сказания о святом Граале. Святой Грааль — чаша, в которую, по народному преданию, Иосиф Аримафейский собрат кровь Спасителя, при положении тела Его во гроб. Эта чаша, по словам сказания, обладает чудотворной силой и доставит блаженство тому, кто удостоится ее увидеть; но только рыцарь непобедимый и непорочный может проникнуть в неприступный замок, где хранится чаша. Знаменитейшая поэма этого цикла воспевает подвиги рыцаря Парцифаля.

Отрывки из древнекельтских поэм или баллад, сочиненных шотландскими и ирландскими бардами, были собраны и изданы (в литературной обработке) в середине XVIII века шотландским ученым Макферсоном. Он выдал их за подлинные произведения Оссиана, кельтского барда, якобы жившего в III веке. Мистификация была раскрыта; тем не менее Макферсоново собрание вполне отражает характер кельтской поэзии и отчасти сохранило сами тексты народных поэм.

Из древних англосаксонских поэм наиболее примечательна «Песнь о Бео-вульфе». Героические песни, или саги, скандинавских поэтов (скальдов) сохранились в исландском сборнике, известном под названием «Эддв», что означает «прародительница». В Испании известен цикл народных эпических песен (романсов) о Сиде, знаменитом воине, сражавшемся против мавров.

В Германии сохранилось собрание героических сказаний под названием «Песнь о Иибелунгах». Как и большая часть древнегерманских и скандинавских поэм. содержание «Песни о Нибелунгах» имеет суровый, трагический характер. Главным героем ее является Зигфрид, нидерландский принц. Он приезжает в страну Бургундов, или Нибелунгов, и просит у короля Гунтера руки его прекрасной сестры Кримгильды. Гунтер соглашается, но с условием, чтобы Зигфрид помог ему тоже получить руку царицы Брунгильды. Брунгпльда одарена необычайной силой и обещает отдать свою руку тому, кто одолеет ее в единоборстве. Зигфрид, надев шапку-невидимку, помог Гунтеру победить Брунгильду. Разом празднуются две свадьбы. Но Брунгильда недовольна своим женихом и завидует Кримгильде. Спустя несколько лет Зигфрид и Кримгильда приезжают к Гунтеру в Вормс на блестящий турнир. Тут Брунгильда, желая унизить свою соперницу, называет Зигфрида вассалом своего мужа; но оказывается сама пристыженной Кримгильдой, которая открывает ей, что ее победил не Гунтер, а Зигфрид. Тогда Брунгильда клянется отомстить Зигфриду страшной местью и поручает своему приближенному, Гагену, убить Зигфрида. Гунтер и его братья знают о заговоре.

Вслед за тем герои вместе отправляются в поход. Зигфрид спокоен, он неуязвим для оружия: некогда он убил дракона и искупался в его крови; от этого тело его крепче брони. Однако, когда он купался, ему на спину упал лист с дерева и прилип — место, покрытое листом, не было омыто кровью дракона и потому осталось уязвимым. Кримгильда, беспокоясь о муже, открывает эту тайну Гагену и поручает ему в сражении оберегать это уязвимое место; по совету вероломного Гагена она нашила крест на плащ мужа именно на то место, чтобы Гаген мог вернее закрыть его своим щитом. Но последний воспользовался тайной для исполнения своего злого умысла; однажды на охоте, когда Зигфрид припал к источнику, чтобы утолить жажду, Гаген убивает его, вонзив копье в заветный крест.

Неутешная Кримгильда тринадцать лет оплакивала мужа. За нее посватался король гуннов Эцсль (Аттила); Кримгильда соглашается на брак с ним только с одной целью, чтобы, сделавшись могущественной королевой, отомстить убийцам Зигфрида. Прошло еще тринадцать лет, и вот по ее просьбе Эцель приглашает ее братьев погостить. Братья отправляются с блестящей свитой бургундских рыцарей. Гаген чует беду, но не хочет показаться трусом и тоже едет. Едва бургундские гости прибыли в замок Эцеля, как Кримгильда напускает на них гуннов. Бургунды засели в главном зале замка и долго отбивались; наконец с помощью готского короля Дитриха (Теодориха Великого) они все были перебиты, за исключением Гунтера и Гагена, которых Дитрих пощадил. Но Кримгиль-да никого не хочет оставить в живых: она приказывает отрубить голову Гунтеру и собственноручно убивает Гагена. При виде такой свирепости готский рыцарь пронзает мечом саму Кримгильду. Наряду с героическими поэмами процветали и сатирические произведения, в которых осмеивались пороки рыцарей и духовенства; это так называемые фаблио во Франции и новелгы в Италии.

В конце средних веков поэзия наравне с живописью достигла наибольшего процветания в Италии. Италия — родина величайшего итальянского туътъ Данте (1265—1321). Он родился во Флоренции и принадлежат к партии гибеллинов; когда партия гвельфов взяла верх, то вместе с другими он был осужден на изгнание и последние годы провел на чужбине. Данте написал бессмертную поэму под названием «Божественная комедия». В этой поэме Данте рассказывает о своем воображаемом путешествии по аду, чистилищу и раю и описывает их так, как они тогда представлялись католикам. Ад изображается в «Божественной комедии» подземным царством; он состоит из десяти кругов, лежащих один под другим и книзу постепенно сужающихся, так что они имеют вид громадной воронки, конец которой в центре Земли. (Тогда еще не знали, что Земля есть шар, который движется вокруг Солнца, и думали, что Земля стоит неподвижно.) Римский поэт Вергилий служит Данте проводником в этом путешествии. Грешники, смотря по важности своих грехов, распределены по разным кругам, и в каждом — особые виды мучений. Например, в шестом круге эпикурейцы и еретики мучаются в горящих гробах. Отсюда через дикую пропасть путники достигают седьмого круга, где в кипящей крови погружены тираны (Дионисий Сиракузский, Нерон, Аттила и другие); тут же густой лес душ самоубийц, заключенных в деревья, листьями которых питаются гарпии; а святотатцы и ростовщики находятся под вечным огненным дождем. В центре последнего, десятого круга (где изменники по шею погружены в ледяное озеро) сидит властитель ада Люцифер, который и сам проливает кровавые слезы, а в каждой из трех его пастей заключено по известному изменнику: Иуда Искариот, Кассий и Юний Брут.

Из адского царства Данте и Вергилий выходят на противоположную сторону Земли к подошве высокой горы. Вдоль этой горы расположены разные круги чистилища, где души грешников испытывают менее тяжкие мучения, чем в аду. На вершине горы находится земной рай. Далее Вергилий, как язычник, не может следовать. Путеводительницей Данте в Царство Небесное становится теперь Беатриче (добродетельная женщина, любимая Данте и рано похищенная смертью). Она ведет Данте по разным небесным сферам, где блаженствуют души праведных и различные степени ангелов и где, наконец, пребывает Само Божество.

Другой знаменитый поэт средневековой Италии Петрарка (1304—1374) особенно известен небольшими песнями, или сонетами, в которых воспевал свою безответную любовь к Лауре, одной авиньонской даме. Современник и друг его Боккаччо прославился занимательными, остроумными, но подчас слишком нескромными рассказами (новеллами), которые собраны в книгу под названием «Декамерон».

 

СОДЕРЖАНИЕ КНИГИ: «Древняя история. Средние века. Новая история»

 

Смотрите также:

 

Всемирная История

 

История Геродота

 

Карамзин: История государства Российского в 12 томах

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

Татищев: История Российская





Rambler's Top100