::

 

Вся Библиотека >>>

Русская история >>>

 Халхин-Гол >>>

 

Военная история. Войны Советского Союза

Халхин-Гол. Война с Японией 1939 года


Смотрите также: Русская история и культура

История Войн

Рефераты по истории

 

БАИН-ЦАГАНСКОЕ СРАЖЕНИЕ

 

 

     Было  ясно,  что  попытка  вражеской  авиации  завоевать  господство  в

воздухе делается для предстоящего крупного наземного наступления японцев.

     О его подготовке говорили и данные войсковой разведки.

     Для  отпора  новых   японских   провокаций   по   указанию   Советского

правительства  к  Халхин-Голу  были  направлены  подкрепления.  По   старому

степному тракту вдоль Керулена от Ундур-Хана  к  Тамцаг-Булаку  шла  длинная

колонна танков 11-й танковой бригады, двигались бронемашины  и  грузовики  с

пехотой 7,  8  и  9-й  мотоброневых  бригад,  подтягивался  24-й  полк  36-й

мотострелковой  дивизии.  На  аэродромах  появились  новые   истребители   и

бомбардировщики.

     К началу июля японцами в  районе  Халхин-Гола  была  сосредоточена  вся

23-я пехотная дивизия в составе трех пехотных и кавалерийского  полков,  два

полка 7-й пехотной дивизии, 3-й и 4-й танковые полки, три  баргутских  полка

Хинганской кавалерийской дивизии. Кроме штатной артиллерии пехотных  дивизий

были подтянуты 1-й отдельный и 7-й тяжелый  артиллерийские  полки,  до  двух

дивизионов  зенитной  артиллерии  и   несколько   противотанковых   батарей.

Действия наземных войск должна была прикрывать 2-я авиационная  дивизия  под

командованием генерал-лейтенанта Гига, насчитывающая в своем  составе  свыше

двухсот самолетов.

     К 1 июля в районе реки Халхин-Гол японцы  сосредоточили  около  38  000

солдат и офицеров.  На  вооружении  имелось  158  станковых  пулеметов,  186

легких и тяжелых  орудий,  124  противотанковых  орудия,  135  танков  и  10

бронемашин, 225 самолетов.

     К этому  времени  советско-монгольские  войска  занимали  на  восточном

берегу Халхин-Гола плацдарм шириной по фронту примерно  в  20  километров  и

глубиной до 10 километров. В центре находился стрелково-пулеметный  батальон

11-й танковой бригады и два батальона  149-го  стрелкового  полка,  севернее

располагалась 9-я мотоброневая бригада. Левый фланг  плацдарма  обеспечивала

6-я кавалерийская дивизия МНРА. Правый -  8-я  кавалерийская  дивизия  МНРА.

Остальные войска находились за 120 - 130 километров в районе Тамцаг-Булака.

     Общая численность  советско-монгольских  войск,  занимавших  оборону  у

реки Халхин-Гол, составляла 12 541  человек.  В  их  распоряжении  было  139

пулеметов, 86 легких  и  тяжелых  орудий,  23  противотанковых  орудия,  186

танков и 266 бронемашин, 82 самолета.

     Противник превосходил советско-монгольские войска по живой силе в  три,

по артиллерии в два с половиной, по противотанковым орудиям  почти  в  шесть

раз. Зато более чем в три раза уступал им по числу танков и бронемашин.

     Активные действия  японской  авиации  в  конце  июня,  а  также  данные

разведки указывали на  готовящееся  противником  новое  наступление.  Однако

направление главного удара оставалось неизвестным.

     В связи с этим комдив Г.К.Жуков приказал направить в ночь на 2 июля  из

Тамцаг-Булака   в   район,   расположенный   примерно   в   20    километрах

северо-западнее горы Баин-Цаган, 11-ю  танковую  бригаду,  7-ю  мотоброневую

бригаду и 24-й мотострелковый  полк.  Отсюда  советские  войска  можно  было

сравнительно  быстро  направить  на   угрожаемый   участок   для   отражения

вражеского удара.

     А  в  это  время  на  маньчжурских  аэродромах  уже  прогревали  моторы

истребителей  и  бомбардировщиков,  подвешивали  бомбы.  Японским   солдатам

раздавались для "подъема  духа"  плоские  бутылки  с  рисовой  водкой  саке.

Противник готовился к новому наступлению.

     По плану японского командования  предполагалось  окружить  и  полностью

уничтожить советско-монгольские  войска,  находящиеся  на  восточном  берегу

Халхин-Гола. Главный удар, как и  во  время  неудавшейся  майской  операции,

наносился  правым  флангом.  Эта  задача  возлагалась  на   ударную   группу

генерал-майора Кобаяси в составе трех пехотных и одного  инженерного  полков

с  приданной  артиллерией.   Группа   должна   была   обойти   левый   фланг

советско-монгольских войск, выйти к Халхин-Голу и форсировать его  в  районе

горы Баин-Цаган. Затем, продвигаясь на юг,  во  взаимодействии  с  японскими

войсками, действующими с фронта, полностью  разгромить  советско-монгольские

войска.

     Группа под  командованием  генерал-лейтенанта  Ясуока  в  составе  трех

пехотных  батальонов,  двух  танковых  полков,  трех  кавалерийских   полков

Хинганской баргутской дивизии по  плану,  наступая  в  центре,  должна  была

сковать монгольские войска с фронта, а затем, охватывая танками левый  фланг

плацдарма,  а  баргутской   конницей   -   правый,   завершить   уничтожение

советско-монгольских войск.

     Еще  утром  2  июля  наблюдатели  149-го  стрелкового  полка   заметили

подозрительное  оживление  в  расположении  противника.  Со  стороны   озера

Удзур-Нур к высоте Номон-Хан-Бурд-Обо  прошло  несколько  колонн  автомашин,

часто сновали  связные  мотоциклы.  По  приказанию  командира  полка  майора

И.М.Ремизова в окопах советско-монгольских войск объявили повышенную  боевую

готовность.

     В 21 час  на  песчаных  барханах  севернее  Хайластын-Гола  с  грохотом

взметнулись   черные   клубы   многочисленных   разрывов:   японцы    начали

артиллерийскую  подготовку.  Потом  со  стороны  высоты   Номон-Хан-Бурд-Обо

показались японские танки, покрытые  пятнистой  желто-зеленой  маскировочной

окраской. За ними двигались густые цепи пехоты...

     По танкам открыла  огонь  советская  артиллерия.  Замерла  с  перебитой

гусеницей одна японская машина,  вспыхнул  головной  вражеский  танк,  затем

второй, третий... Из восьмидесяти машин, брошенных в атаку, было  сожжено  и

подбито около тридцати. Одиннадцать японских танкистов были взяты в плен.

     К исходу 2 июля противнику  ценой  огромных  потерь  удалось  несколько

потеснить на левом фланге батальоны 9-й мотоброневой бригады, а на правом  -

части 149-го стрелкового  полка.  Вклинившись  в  боевые  порядки  советских

войск, японцы медленно продвигались вперед.

     Около двух часов ночи 3 июля начала переправу через Халхин-Гол  ударная

группа генерал-майора Кобаяси. Вначале она шла на  лодках,  плотах,  вплавь,

затем японские саперы  навели  понтонный  мост  в  районе  горы  Баин-Цаган.

Переправившимся японцам сравнительно легко удалось  отбросить  малочисленные

дозоры 15-го полка 6-й кавалерийской дивизии МНРА. Уже к десяти  часам  утра

основные силы Кобаяси были на западном берегу реки Халхин-Гол.

     Стремительно продвигаясь по западному берегу реки на юг, японцы  начали

заходить в тыл советским  войскам,  ведшим  ожесточенные  бои  на  плацдарме

восточнее Халхин-Гола. Опасность усугублялась тем, что  на  западном  берегу

не было советско-монгольских войск. Кроме дивизиона  185-го  артиллерийского

полка здесь находился лишь командный  пункт  175-го  артиллерийского  полка.

Его командир майор  Н.И.Полянский,  быстро  оценив  сложившуюся  обстановку,

приказал подошедшему бронедивизиону 6-й кавалерийской дивизии МНРА  прикрыть

переправу.

     Командир монгольского бронедивизиона действовал смело и решительно.  Он

первым повел  свой  пушечный  бронеавтомобиль  против  наступавших  японцев.

Противник  пришел   в   замешательство   и,   понеся   большие   потери   от

пушечно-пулеметного огня бронемашин, вынужден был приостановить  продвижение

на  юг.  Блестяще  выполнив  задачу  и  выиграв  столь  необходимое   время,

бронедивизион отошел и занял оборонительный рубеж, прикрывавший переправу.

     Еще вечером 2 июля командир 57-го особого  стрелкового  корпуса  комдив

Г.К.Жуков получил сведения о фронтальном наступлении  японцев  на  восточном

берегу  Халхин-Гола.  Комдив  понимал,  что  это  скорей  всего  отвлекающий

маневр. Главный удар, видимо, последует с фланга.

     Вскоре начальник  штаба  комбриг  М.А.Богданов  доложил,  что  танковые

атаки успешно отбиты, с большими потерями  для  японцев,  однако  противнику

удалось кое-где потеснить советские войска.

     В  распоряжении  Г.К.Жукова  резервов  было  немного:   11-я   танковая

бригада, 7-я мотоброневая бригада и  24-й  мотострелковый  полк.  Часть  их,

конечно, можно переправить через Халхин-Гол.  Японцев  остановят.  Завяжутся

тяжелые, бесперспективные  для  обеих  сторон  бои.  Но,  а  если  противник

нанесет удар с какого-нибудь фланга? Тогда для его отражения взять войска  с

плацдарма за рекой будет трудно...

     Командир 57-го особого стрелкового корпуса  принимает  решение:  "Будем

резервами наносить удар по правому флангу наступающей группы японцев!"

     По приказу  Г.К.Жукова  11-я  танковая  бригада  направляется  в  район

северо-восточнее озера Хух-Усу-Нур, с тем чтобы нанести  удар  с  севера  во

фланг группе Ясуока. Южнее должен был действовать 24-й мотострелковый  полк.

7-я  мотоброневая  бригада  получила   приказ   выйти   к   отметке   "752",

расположенной в  12  километрах  северо-западнее  Хамар-Дабы.  Бригада  была

резервом командующего корпусом для использования в случае необходимости  как

для усиления войск на плацдарме, так и для парирования  возможных  фланговых

ударов противника. 6-я кавалерийская дивизия МНРА  должна  была  перебросить

свой 15-й кавполк на восточный  берег  Халхин-Гола  для  обеспечения  левого

фланга 9-й мотоброневой бригады. Таков  был  план.  Действия  же  противника

внесли в него существенные поправки.

     События утром 3 июля развивались  стремительно.  На  рассвете,  старший

советник  монгольской  Народно-революционной  армии  полковник   И.М.Афонин,

следовавший в 6-ю кавалерийскую дивизию  МНРА,  приближаясь  к  Баин-Цагану,

обнаружил там японские войска,  которые,  переправившись  через  Халхин-Гол,

захватили гору. Полковник, развернув автомашину, помчался на Хамар-Дабу,  на

командный пункт 57-го особого стрелкового корпуса,  где  немедленно  доложил

обо всем увиденном.

     Комдив    Г.К.Жуков    быстро    оценил     создавшуюся     обстановку.

Советско-монгольские войска, которые  должны  были  нанести  удар  во  фланг

японской группировке, наступавшей на восточном берегу Халхин-Гола,  выходили

навстречу японским войскам,  пытавшимся  зайти  во  фланг  и  тыл  советским

войскам. Назревал встречный бой.

     Немедленно по тревоге были подняты все советские войска. 11-я  танковая

бригада под командованием комбрига М.П.Яковлева  получила  приказ  атаковать

противника с ходу. С ней должен был  взаимодействовать  24-й  мотострелковый

полк майора И.И.Федюнинского. 7-я мотоброневая бригада  майора  А.Л.Лесового

и бронедивизион 8-й кавалерийской дивизии МНРА должны были наносить удар  по

японцам с юга.  Одновременно  командир  особого  стрелкового  корпуса  отдал

приказ артиллерии открыть огонь по японцам в районе  Баин-Цагана  и  поднять

бомбардировщики. Они первыми нанесли бомбовый удар. Затем открыли  ураганный

огонь и артиллеристы. Советские бомбардировщики вновь и вновь прорывались  к

переправе, несмотря  на  ожесточенный  огонь  вражеских  зенитных  орудий  и

настойчивые атаки японских истребителей. Советские летчики хорошо  понимали,

как  важно  сейчас  задержать  переправу  противника  и  приостановить   его

движение на юг, до тех пор, пока не подойдут наши войска. Первым с  японцами

встретился шедший в авангарде 11-й танковой бригады 2-й  танковый  батальон.

Его вел бесстрашный танкист двадцатисемилетний коммунист майор  К.Н.Абрамов.

В  короткой  перестрелке  было  подбито   несколько   японских   броневиков.

Остальные  повернули   обратно.   Противник   был   вынужден   приостановить

наступление. "...Произошло страшное замешательство,  -  отмечал  в  дневнике

японский солдат. - Весь личный  состав  упал  духом...".  "Снаряды  ложились

очень густо и уничтожали все на  своем  пути",  -  меланхолично  вторил  ему

японский офицер.

     Около 9 часов комдив Г.К.Жуков встретился с  командиром  11-й  танковой

бригады  комбригом  М.П.Яковлевым.  Перед  командиром  57-го  корпуса  встал

ответственный  вопрос:  ждать  ли  подхода  пехоты  с  артиллерией  или   же

незамедлительно атаковать японцев  танками  и  бронемашинами,  не  давая  им

возможности закрепиться и создать прочную противотанковую оборону?  Танковая

атака  без  пехоты  еще  никогда  не  применялась.  Это  не  рекомендовалось

никакими уставами и  наставлениями.  Но  в  ожидании  пехоты  будет  упущено

время, и, кто знает, в каком случае будет больше потерь...

     В 10  часов  45  минут  11-й  танковой  бригаде  приказано:  "Атаковать

противника!"

     В назначенное время взревели моторы почти сотни  танков.  Главные  силы

11-й бригады - 1-й и 3-й батальоны стремительно рванулись  в  атаку.  Первый

батальон под командованием майора Г.М.Михайлова охватывал гору Баин-Цаган  с

северо-запада, а третий во  главе  с  капитаном  С.В.Канавиным  совместно  с

пушечными бронемашинами бронедивизиона 6-й кавалерийской дивизии  МНРА  -  с

запада. В  это  же  время  второй  танковый  батальон  и  бронедивизион  8-й

кавалерийской дивизии МНРА вели наступление с юга.

     Японцы, наскоро укрепившись,  встретили  советско-монгольские  танки  и

бронемашины ожесточенным артиллерийским огнем. То здесь, то  там  вспыхивали

машины. Однако остальные, ведя огонь из пушек и пулеметов  стремительно  шли

на  врага.  Особенно  успешно  действовал  1-й  танковый   батальон   майора

Г.М.Михайлова. Японский снаряд пробил лобовую  броню  и  попал  в  водителя.

Тогда майор лично повел боевую машину в  бой.  Гусеницами  своего  танка  он

раздавил   несколько   вражеских   противотанковых   орудий.   Возглавляемый

Михайловым  батальон  нанес  врагу  большие  потери,  разгромил   подходящие

резервы.

     По  плану  командира  корпуса  одновременно  с  северо-запада  удар  по

противнику должен был наносить 24-й  мотострелковый  полк  и  с  юга  -  7-я

мотоброневая  бригада.  Но  мотострелки  несколько   сбились   с   заданного

направления и вступили в бой только около полудня. Еще через три часа с  юга

вступили в бой тяжелые пушечные бронеавтомобили 7-й мотоброневой бригады.

     Совместной  атакой  с  трех  сторон  японцы  были  отброшены   к   горе

Баин-Цаган и прижаты к реке. Здесь они оказали отчаянное  сопротивление.  По

наступающим  советско-монгольским   танкам   и   бронемашинам   из   заранее

подготовленных окопов  вели  огонь  многочисленные  противотанковые  орудия.

Солдаты-смертники  пытались  подсунуть  под  гусеницы  мины  на   бамбуковых

шестах. Танкисты роты старшего лейтенанта В.Р.Филатова сумели  прорваться  к

огневым позициям вражеской артиллерии  и  раздавили  несколько  орудий.  Бой

длился весь день 3 июля. К заходу солнца напряжение  несколько  стихло.  Это

был лишь короткий перерыв...

     В 20 часов 30 минут с новой  силой  загрохотала  советская  артиллерия.

Через  полчаса  наши  танки  и  пехота  вновь  рванулись  вперед.   Тяжелый,

кровопролитный ночной бой продолжался до рассвета.

     Утром 4  июля  японцы,  после  трехчасовой  артиллерийской  подготовки,

попытались перейти в контратаку. Одновременно в  воздухе  появились  крупные

силы  авиации  противника,  чтобы  нанести  удар   по   советско-монгольским

войскам.  Навстречу  им  рванулись  краснозвездные   истребители.   В   небе

завязались напряженные воздушные  бои.  Потеряв  около  двадцати  самолетов,

противник  обратился  в  бегство.  Встреченные   огнем   советских   танков,

бронемашин и артиллерии, японские атаки захлебнулись.

     В 17 часов советские войска после  короткой  артиллерийской  подготовки

начали решительное наступление. Бои продолжались всю ночь. Японские  офицеры

с  криками  "банзай"  неоднократно  поднимали  своих  солдат  в  контратаки.

Противник изо всех  сил  пытался  удержаться  на  вершине  горы  Баин-Цаган.

Только утром 5 июля сопротивление японцев на  восточном  берегу  Халхин-Гола

было  сломлено.  Не  выдержав  стремительного  натиска  советско-монгольских

войск, оставив на поле боя тысячи трупов и огромное количество вооружения  и

боевой техники, остатки японских частей в беспорядке пытались  переправиться

на восточный берег Халхин-Гола. Чтобы заставить  свои  войска  сражаться  до

последнего  патрона,  японское  командование  приказало   саперам   взорвать

единственный наплавной мост через  реку.  Когда  вверх  взметнулись  обломки

понтонов  и  настила,  растерянность,  казалось,  достигла  своего   апогея.

Вражеские офицеры и солдаты в панике кидались в  холодные,  быстрые  воды  и

тонули. Разгром врага довершили наши танкисты.

     В  Баин-Цаганском  сражении  советские  воины  показали  исключительное

мужество  и  героизм.  Отбивая  2  июля  фронтальную  атаку,  бронерота  9-й

мотобронебригады в составе двенадцати пушечных бронеавтомобилей  вступила  в

бой с шестьюдесятью вражескими танками и подбила двадцать шесть из них.

     Героически вел себя в этот  день  красноармеец  И.С.Ломакин.  Когда  на

наши позиции  двинулись  вражеские  танки,  он  вступил  в  единоборство  со

стальными машинами. Смелый воин пополз вперед и, спрятавшись в  траве,  стал

поджидать танк. Когда тот приблизился, Ломакин бросил гранату под  гусеницу.

Остановившуюся машину расстреляла артиллерия.

     ...Противотанковое орудие подбило японский танк.  Но  экипаж  не  думал

сдаваться и начал стрелять из пушки. Тогда лейтенант  С.Кузьмин  и  старшина

Л.Губин закидали танк  гранатами  и  вытащили  оглушенных  танкистов.  Затем

Губин влез в японскую машину и стал стрелять из пушки по противнику.

     На южных подступах  к  Баин-Цагану  командир  взвода  7-й  мотоброневой

бригады  А.И.Мартынов  уничтожил  два  противотанковых  орудия   противника.

Однако и его бронемашина была  подбита  и  остановилась.  Тогда  Мартынов  с

места разбил еще три  японских  орудия.  Вражеский  снаряд  заклинил  башню,

Мартынов залег около машины и, стреляя  из  пулемета,  вывел  из  строя  еще

несколько огневых точек.

     Неподалеку так же смело действовал политрук Д.П.Викторов. Он  уничтожил

до десяти вражеских орудий. Когда  бронеавтомобиль  загорелся  от  японского

снаряда,  раненый  политрук  вытащил  пулемет   и   расстрелял   до   взвода

противника. Озверевший враг жестоко расправился с истекающим кровью  героем.

Японцы вырвали у него язык, вырезали сердце, выкололи глаза...

     Личную храбрость и воинскую находчивость проявил командир  взвода  11-й

танковой бригады лейтенант Кудряшев. Когда его  танк  был  подбит,  Кудряшев

приказал  механику-водителю  и  башенному  стрелку  выйти  из  машины  и   с

пулеметом оборонять подступы. Сам же  остался  в  танке  и  огнем  из  пушки

уничтожил несколько противотанковых орудий и транспортных автомашин,  вызвав

панику в стане  противника.  Трое  суток  оборонялся  в  окружении  отважный

экипаж, пока не был выручен подошедшими советскими войсками.

     В докладе  политотдела  1-й  армейской  группы  названы  "комсомольские

экипажи танков Аношина и Квачева, которые 4 июля  1939  года  попали  в  тыл

противника, где находились около  трех  суток.  Двое  суток  вели  бой  пять

отважных комсомольцев - Чешев, Квачев, Аношин,  Филиппов  и  Архипов.  Когда

огнеприпасы были  исчерпаны,  отважная  пятерка  взорвала  танк...  Храбрецы

стали пробираться  через  расположение  противника  к  своим...  Они  трижды

пытались перейти реку, и только на третьи сутки,  при  четвертой  попытке  с

боем им удалось достигнуть расположения наших частей".

     Утром 5 июля четыре  танка  11-й  танковой  бригады  под  командованием

старшего лейтенанта А.В.Васильева встретились в барханах  на  правом  берегу

Халхин-Гола с одиннадцатью вражескими танками. В  результате  короткого  боя

четыре вражеских машины были подбиты, а остальные были вынуждены отступить.

     Поддерживая пехоту, 9 июля рота старшего лейтенанта А.П.Босова  из  9-й

мотоброневой бригады  отбила  атаку  вражеского  танкового  батальона  и  за

несколько  дней  боев  уничтожила  около   десяти   японских   танков,   две

бронемашины и шесть орудий противника.

     Баин-цаганский разгром сильно подорвал военный престиж Японии в  глазах

основных империалистических государств. Известие о нем  вызвало  активизацию

боевых  действий  на  фронтах  национально-освободительной  войны  в  Китае.

Небывалое поражение не могло  не  сказаться  и  на  настроениях  в  японской

армии. Когда весть о последствиях  Баин-Цагана  дошла  до  правительственных

кругов  Токио,   один   из   высокопоставленных   чиновников,   приближенный

императора Кито,  записал  в  своем  дневнике:  "Армия  в  смятении,  и  все

погибло".

     Японские империалисты, убедившись в  слабости  своих  вооруженных  сил,

стали искать пути нормализации отношений с США и Англией.  Одновременно  был

взят  решительный  курс  на  заключение  антисоветского  военного  союза   с

фашистскими Германией и Италией.

     Токийская газета "Хоти" 28 июля откровенно писала: "События в  Китае  и

на  советско-маньчжурской   границе   повелительно   диктуют   необходимость

подписания договора с  Германией  и  Италией,  ибо  без  него  Япония  не  в

состоянии одержать победу".

     Еще  в  1936  году  Япония  и   Германия   подписали   так   называемый

"Антикоминтерновский пакт",  оформлявший  союз  двух  агрессивных  держав  в

борьбе  за  мировое  господство.  Несколько  позже  к  пакту  присоединилась

фашистская Италия. Однако  "Антикоминтерновский  пакт"  не  имел  конкретных

статей о военном сотрудничестве.

     Поэтому начиная с 1938 года японский военный атташе в  Берлине  генерал

Осима начал переговоры о заключении союза  о  взаимопомощи  в  войне  против

СССР. Однако сразу же  выявились  серьезные  противоречия.  Германия  хотела

иметь военный пакт, направленный против Советского Союза, Англии и  Франции.

Японские  правящие  круги   такой   вариант   не   устраивал.   Они   хотели

тройственного  военного  союза  Японии,  Германии  и  Италии,  направленного

только против СССР. Поэтому переговоры были безрезультатными.

     Подписание 22 мая 1939 года военно-политического  договора  о  взаимной

помощи  между  гитлеровской  Германией  и  Италией  встревожило  агрессивные

японские военные круги. Обеспокоенные первыми неудачами на Халхин-Голе,  они

стали требовать  принятия  германских  условий  и  заключения  тройственного

союза. Но теперь уже Германия не торопилась заключать договор с  Японией.  В

Берлине опасались, что заключение такого союза может  способствовать  успеху

начавшихся в  апреле  1939  года  переговоров  между  представителями  СССР,

Англии и Франции о взаимопомощи против агрессии, может сплотить  эти  страны

перед лицом угрозы с Запада и Востока.

     В  это  время   в   недрах   гитлеровского   генерального   штаба   уже

разрабатывался план нападения на Польшу, и Гитлер, учитывая  возросшую  мощь

Советского Союза, решил первый шаг на пути к мировому господству сделать  на

Западе, а потом напасть на СССР.

     Японские же  милитаристы  пытались  всеми  силами  ускорить  заключение

тройственного  пакта,  надеясь  этим   укрепить   международное   положение,

осложнившееся событиями на Халхин-Голе.

     Неудача   сближения   с   фашистской   Германией   вынуждала   японское

правительство вести активные переговоры с Англией и США.  Надеясь  столкнуть

Японию с Советским Союзом и этим отвести  угрозу  дальневосточным  владениям

Великобритании,  правительство  Чемберлена  летом  1939  года  вновь  начало

переговоры с правящими кругами в Токио. 22 июля посол Англии в Токио  Крейги

и японский министр иностранных дел Арита подписали соглашение,  по  которому

Великобритания признавала  захваты  Страны  Восходящего  Солнца  в  Китае  и

обязалась не оказывать ему военной помощи.

     Заключением этого договора правительство Чемберлена надеялось  толкнуть

японских империалистов на еще большее расширение агрессии против  Советского

Союза  и  Монгольской  Народной  Республики  в  районе  Халхин-Гола,  отводя

возможность удара по владениям  Англии  на  Дальнем  Востоке  и  в  бассейне

Тихого океана.

     Неудача  переговоров  Японии  с  гитлеровской  Германией  и  заключение

соглашения Арита -  Крейги  во  многом  были  следствием  успешных  действий

советско-монгольских войск в мае - июле 1939 года в районе Халхин-Гола.

     Понеся тяжелейшее поражение на границах МНР, японские  империалисты  не

успокоились. Штаб Квантунской армии, жаждавший  реванша,  приказал  генералу

Камацубара готовиться к новому наступлению...

 

<<< СОДЕРЖАНИЕ: Халхин-Гол. Война с Японией 1939 года

 





Rambler's Top100