::

    

На главную

Оглавление

    


 Мои любимые книги  Тайные общества и секты


Составитель: Макарова Наталья

 

Часть вторая. Русские секты

 

     Ранние формы русского сектантства возникли к концу XVII века и получили

свое широкое развитие в XVIII веке. Сектанты  противопоставили  православной

церкви с ее догматами и сложным ритуалом  веру  в  то,  что  человек  -  сам

церковь. Аппелируя к индивидуальной свободе и провозглашая  человека  "живым

храмом", сектантство звало к уходу от мира, возлагало все надежды на другой,

грядущий мир, который ему даст вера.

 

 

                            1. СТАРООБРЯДЧЕСТВО

 

     Исходной   формой   религиозного   сектантства   в    России    явилось

СТАРООБРЯДЧЕСТВО -  ряд  религиозных  течений,  отрицавших  обрядовую  форму

русской православной церкви, осуществленную патриархом Никоном в 1б50-х  гг.

Старообрядчество жестоко преследовалось царской администрацией и официальной

церковью. Совращение православных в ересь строго  пресекалось  и  к  расколу

применялось  публичное  ока-зательство   (ряд   запрещений,   в   частности,

устраивание крестных ходов, пение на улицах, площадях и т. д.).

     Спасаясь  от   репрессий,   старообрядцы   бежали   в   труднодоступные

малозаселенные местности - в Поморье, Заволжье, на Дон и Яик, в  Сибирь,  за

рубежи   России.   Крупнейшим    духовным    и    организационным    центром

старообрядчества была Москва.

     К  старообрядчеству  примыкали  различные  слои   общества:   боярство,

духовенство,  стрельцы,  крестьянство,   посадское   население.   Социальная

неоднородность обусловила наличие большого  числа  группировок,  на  которые

разделилось старообрядчество. Основными течениями старообрядчества  являются

БЕГЛОПОПОВЩИНА, ПОПОВЩИНА и БЕСПОПОВЩИНА.

 

     БЕГЛОПОПОВЩИНА - это наиболее ранняя форма  старообрядчества.  Название

свое это течение получило из-за того, что  верующие  принимали  священников,

переходящих к ним из православия.

     От  беглопоповщины  в  первой  половине  XIX  в.  произошло  ЧАСОВЕННОЕ

СОГЛАСИЕ. Из-за отсутствия священников они  стали  управляться  уставщиками,

которые вели богослужение в часовнях.

     Группы  ПОПОВЦЕВ  по  организации,  вероучению  и   культу   близки   к

православию. Среди них выделялись единоверцы и Белокриницкая иерархия.

 

     БЕЛОКРИНИЦКАЯ ИЕРАРХИЯ - это старообрядческая церковь, возникшая в 1846

г. в Белой Кринице (Буковина), на территории Австро-Венгрии, в связи  с  чем

старообрядцев, признающих Белокриницкую иерархию, называют также АВСТРИЙСКИМ

СОГЛАСИЕМ.

 

     БЕСПОПОВЩИНА  в  свое  время  была  наиболее  радикальным  течением   в

старообрядчестве.   По   своему   вероучению   беспоповцы   дальше    других

старообрядцев отошли от православия.

     Беспоповщина имела несколько направлений:

 

     1) СПАСОВСКОЕ СОГЛАСИЕ, или НЕТОВЩИНА. Согласно их вероучению, спасение

можно получить, уповая только на Иисуса Христа (Спаса).  Отрицали  таинства,

православное священство.

 

     2) РЯБИНОВСКИЙ ТОЛК - течение в спасовском  согласии;  признавали  лишь

поклонение кресту, сделанному из рябины.

 

     3) ПОМОРСКИЙ ТОЛК возник на реке Выге, в Поморье.

     Одно из течений поморцев - ДАНИЛОВЦЫ,  названное  по  имени  одного  из

основателей толка, Данилы Вакулова.

 

     4) ФЕДОСЕЕВСКИЙЙ ТОЛК - одно из  радикальных  течений  в  беспоповщине.

Основан в конце XVIII в. Феодосией Васильевым.

 

     5)  СТРАННИЧЕСКИЙ  ТОЛК  (БЕГУНЫ)  -  одно   из   крайних   течений   в

беспоповщине.   Проповедовали   близкий   конец   света,    уклонялись    от

государственных повинностей, перед смертью принимали крещение и прятались  в

тайник. Подробнее эта секта будет рассмотрена ниже.

     В  1905   г.   после   обнародования   указа   "Об   укреплении   начал

веротерпимости"  старообрядцы   получили   возможность   открыто   проводить

богослужение, официально переходить из православия в свою веру, но для этого

им необходимо было пройти регистрацию.

     На протяжении  длительного  времени  в  старообрядчестве  шли  споры  о

сущности "старой веры". Каждый особоблен-ный  толк  считал  истинным  только

свое вероучение, отвергая  все  прочие,  как  не  имеющие  ничего  общего  с

истинным православием.  Однако  знакомство  с  вероучением  старообрядческих

течений и толков  приводит  к  выводу,  что  религиозная  догматика  у  всех

направлений едина. Более того, по  своей  догматике  старообрядчество  почти

ничем не отличается от православия.

     Все толки и согласия старообрядчества  признают  непререкаемой  истиной

христианский   "символ   веры".   Как   и   все    христиане,    приверженцы

старообрядчества следуют  букве  Священного  Писания,  разделяют  библейские

представления,  верят  в  богооткровенность  Ветхого   и   Нового   заветов.

Исключение составляет верность старопечатным книгам дореформенного периода.

     Одним  из  основных  моментов  в   идеологии   старообрядцев   является

эсхатология - религиозные мифы о скором конце мира. В старообрядчестве  этот

элемент вероучения получил свое развитие в конце XVII в.  Готовясь  к  концу

мира, одни умирали голодной смертью, другие  сжигали  себя,  третьи  строили

гробы, чтобы лечь в них перед Вторым Пришествием,  читали  друг  над  другом

молитвы, отпевали друг друга. Были еще и омут, и топор, и нож.

     За всю свою историю, начиная с 70-х  годов  XVII  в.,  старообрядчество

истребило десятки тысяч своих приверженцев, в том числе и детей. Подавляющее

большинство предало себя самосожжению (самосожиганию, как говорили встарь).

     А.С. Пругавин, историк старообрядчества и сектантства, в одной из своих

статей, напечатанных в  1885  году  в  журнале  "Русская  мысль",  попытался

подсчитать число раскольников, обрекших себя на смерть  в  огне.  Только  до

1772 года сожгли себя заживо не менее 10000 человек. Надо заметить, что  это

число самосожженцев следует  считать  минимальным.  Сообщая  о  групповых  и

семейных самосожжениях, архивные документы весьма часто прибавляют к той или

иной цифре стереотипные слова "и прочих с ними" (или -  "и  прочих  с  ним",

если было известно лишь имя  наставникавдохновителя  или  главы  семейства).

Костры самосожженцев вспыхивали и после 1772 года. По  сведениям,  собранным

тем же историком, например, в 18бО г. сожгло себя 18 ста рообрядцев.

     Огонь самосожжения благословлен был высшими автор!  тетами  раскола,  в

первую очередь протопопом Аввакумол В  одном  из  его  сочинений  содержится

пылкое восхвален и. первых самосожигателей: "Суть уразумевша  лесть  отстушк

ния, да не погибнут зле духом своим,  собирающеся  во  две  ры  с  женами  и

детками и сожигахуся огнем своею воле к Блажен извол сей о Господе". В  наше

время об этом знаме нитом расколоучителе принято писать  и  говорить  как  о

человеке яркого и самобытного таланта, несокрушимой воли и мужества, как  об

авторе выдающегося  литературного  произведения  -  "Жития".  Все  это  так,

конечно. Но для всесторонней и объективной оценки  личности  и  деятельности

Аввакума надо помнить о  том,  что  его  литературный  талант  и  ораторский

темперамент, с одной стороны, и число его  единоверцев,  погубивших  себя  в

благочестивом огне, с другой, были связаны прямой зависимостью.

     Характерной чертой  старообрядчества  на  протяжении  многих  лет  было

противопоставление "истинноверующих христиан" (т. е. старообрядцев)  "миру",

в котором якобы воцарился антихрист. Все "мирское"  не  принималось:  браки,

законы, служба в армии, паспорта,  деньги,  любая  власть.  Замкнутый  образ

жизни, ограниченный контакт с  "миром",  учение  о  воцарении  антихриста  с

самого начала играли более значительную роль в беспоповских  толках.  Однако

несмотря на то, что старообрядцы всячески старались придерживаться "старины"

и как можно меньше общаться с "миром", их  убеждения  и  действия  не  могли

оставаться такими, какими они были  ранее.  Особенно  это  стало  заметно  в

начале XX в. Старообрядцам  все  чаще  приходилось  общаться  с  иневерцами,

вступать с ними в экономические отношения.

     В старообрядческих селениях люди жили замкнуто.  В  них  редко  звучала

музыка, не было слышно веселых песен. В  семьях  староверов  бытовали  очень

строгие нравы. Мужчинам не разрешалось стричь  бороды;  женщина  обязательно

должна была носить платок и надевать его  так,  чтобы  он  закрывал  волосы.

Детей подстригали под кружок. Мужчины носили куртки  с  бортами,  а  женщины

длинные платья.  В  быту  староверы  соблюдали  чистоту.  Сор  подметался  в

передний угол. К иноверцам они относились отрицательно. От верующего другого

исповедания и тем боле неверующего, если они хотели жениться на  девушке  из

старообрядческой семьи, требовали перейти в их веру.  При  посещении  их  на

дому отказывали в просьбе дать напиться воды, при настойчивой просьбе давали

посуду, а затем выбрасывали ее.

     В  их  среде  бытуют   различные   суеверия.   Так,   довольно   широко

распространена  вера  в  существование  чертей,   домовых,   леших,   бесов.

Сохранился и такой обычай:  у  старообрядцев  не  принято  оставлять  посуду

открытой, ее полагается накрывать, чтобы отогнать нечистую силу. При этом не

имеет  значения,  чем  и  как  накрывать  посуду:  важно,   чтобы   действия

сопровождались молитвой.

     Поминально-похоронный обряд у староверов почти ни в чем  не  отличается

от православного. Но  у  староверов  имеются  отдельные  кладбища.  Если  же

кладбище общее, то староверов  хоронят  на  одном  конце  кладбища,  а  всех

остальных - на другом. Между этими территориями  проходит  межа,  отделяющая

одних от других. Поминальный обряд также не имеет существенного  отличия  от

православного. Разница лишь в некоторых словах "неугасимой" по усопшему, и в

том, что эта церемония продолжается дольше, чем у  православных.  За  чтение

"неугасимой" получали когда-то очень солидные суммы -  по  500  р.  за  один

"сорокоуст". Нередконаблюдались такие случаи, когда наставники  прибегали  к

услугам старых дев, а сами лишь исправно получали "мздовоздание" за "труд".

     Для старообрядцев  в  прошлом  считалось  большим  грехом  несоблюдение

постов. Во время великого поста песен не пели, и  тем  более  не  танцевали.

Можно было во время постов только читать стихи из священных старинных книг и

славить Господа Бога.

 

 

                 БЕГУНЫ (СТРАННИКИ) - СЕКТА ХРИСТОФОРОВЦЕВ

 

     Одним  из  мест,  облюбованным  старообрядцами,   которые   бежали   из

центральной России в безлюдные лесные пустыни на окраинах государства,  была

Вятская губерния. И не случайно  одну  из  станций  Вятско-Двинской  дороги,

проложенной в последние годы прошлого века, назвали Староверческой.

     И вот в этом краю незадолго до первой мировой войны  объявился  невесть

откуда и быстро прижился "странник" Христофор Зырянов. Ему  было  тогда  лет

сорок.

     "Бегунскую веру" Зырянов и принялся  здесь  распространять.  Почва  для

такого  посева  была  плодородная,  и  лет  через  десять   Христофор   стал

полновластным  наставником  многочисленных  единоверцев.  Местное  население

называло их уже не иначе как христофоровцами или подполь-никами.

     Маленькое Христофорово царство устроено  было  по  испытанной  полутора

веками схеме страннического подполья.

     Верноподданные его распадались на несколько категорий: на благодетелей,

последователей, странников и скрытников.

     Благодетелями были, как правило, зажиточные  крестьяне  и  мельники,  в

домах которых, оборудованных тайными подвалами и чуланами, двойными стенами,

прятались странники и скрытники. В  этой  строительной  технике  благодетели

достигли высокого мастерства.  Кольцо  в  дверях,  например,  они  соединяли

тонкой, незаметно протянутой проволокой с колокольчиком в подпольной келье и

молельне, и при первых признаках опасности скрытники быстро выбирались через

подземные лазы, исчезали в ближайших зарослях. Благодетели  составляли,  так

сказать, материальную базу христо-форовского мирка, и поэтому им разрешалось

"работать на антихриста" - на железной дороге, а позднее - в колхозах.  Надо

сказать, что благодетели ущерба не  терпели:  скрыт-ницы  были  по  существу

батрачками, которых нужно было кое-как кормить; они  бесплатно  работали  на

благодетеля, занимались рукоделием.

     Последователями называли людей, оказывавших скрытникам всякие услуги "в

мире".

     Странниками именовали разъездных  вербовщиков  и  связных  между  сетью

благодетелей и тайными лесными скитами.

     И, наконец, скрытники - монахи и  монахини,  давшие  обет  поститься  и

молиться до смерти. Собственно  говоря,  они  уже  считались  умершими  "для

мира", и, по рассказам здешних стариков, единоверцы  (единосогласники  -  на

языке старообрядчества) для отвода глаз даже "хоронили их, при всем  честном

народе степенно и горестно пронося на деревенские кладбища  пустые  гробы  с

заколоченными крышками. Таким же образом хоронили умерших на самом деле:  на

общее   и   посему   "поганое"   кладбище   -   пустой   гроб,   а   усопших

единосогласников - в тайные ямы возле скитов.

     В  середине  20-х  годов  в  лесах  к  северу  от  деревни   Дани-ловки

Мурашинского р-на, неподалеку  от  истока  реки  Великой,  там,  где  теперь

проходит  граница  Кировской  области  и  Республики   Коми,   христофоровцы

построили главную свою обитель - починок Град (починком в этих краях издавна

называли  выселки,  начало,  почин  новой  деревни).  Рядом  с   просторным,

двухэтажным домом легального христо-форовца-благодетеля сооружены  были  две

тщательно укрытые землянки, оборудованные русскими печами, нарами, колодцами

и  даже  теплыми  нужниками.  Тропинок  не  было,  странники  пробирались  к

землянкам по специально поваленным деревьям.

     Надо сказать, что бегуны (странники)  в  то  время  представляли  собой

разветвленное подполье, руководимое из единого центра. Во главе этого центра

стоял  так  называемый  "пре-имущий   старейший"   (по   всей   вероятности,

страннический центр  скрывался  где-то  на  территории  нынешней  Ивановской

области, в районе Вычуги и Кинешмы). Все подполье разделено было на обширные

области или стороны - ярославскую, казанскую, тагильскую, каргопольскую - во

главе с областными старцами. И, наконец, каждая  сторона-область  объединяла

три-четыре предела во главе со старейшим преимущим предела  (или  предельным

старейшим).

     Христофор Зырянов в течение 12  лет  был  старейшим  вятского  предела,

который тянулся по обе стороны железной  дороги  от  станции  Опарино  через

Вятку-Киров до станции Верещагине в Пермской  области.  На  всем  протяжении

(более полутысячи километров) к 1929 году было, по словам Христофора,  около

150 странников и около 300 последователей и благодетелей. Старцы располагали

штатом помощников.  Например,  при  старейшем  преимущем  предела  было  два

помощника,  духовник  и  несколько  разъездных  проповедников,   связных   и

вербовщиков.

     Починок Град стоял на высоком холме. У южного подножья его,  в  лощине,

плотно заросшей кустарником, течет речушка Каменка. Восточный  склон  отлого

уходит в сумрак огромного  оврага,  словно  залитого  до  краев  непролазным

хвойным лесом. В лесу скрывались скитские землянки. Возле землянок находился

лог, каждую весну заполняемый талой водой. В нем весной и  летом  1932  года

были утоплены десять скрытниц (речь идет только о тех,  чью  гибель  удалось

установить; вполне возможно, что жертв было больше).

     "Принятие самоумерщвления" проходило в определенном ритуальном порядке.

Облаченных в длинные холщовые рубахи женщин на смерть выводили  из  землянок

по три - по четыре. Лица их, такие безжизненно-серые, как и  холст  смертных

рубах: "совершению подвига", "принятию венца  мученического"  предшествовала

десятидневная голодовка. Скрытницы еле  держались  на  ногах,  их  заботливо

поддерживали под руки помощницы Христофора, который  степенно  шествовал  во

главе процессии. Вслед за обреченными шли обитатели скита  и  благодетель  -

хозяин починка, в его обязанность входило рыть могилы.

     У края ямы скрытниц обвязывали полотенцами  (чтобы  потом  выволочь  на

берег) и сталкивали в грязную, гнилую жижу. Если они  не  тонули  сразу,  то

одна из скрытниц, старуха Филиппея Плехова, погружала головы в воду.

     "Как правило, завязывали полотенцами и  вниз  лицом  опускали  в  воду,

потом  сверху  прижимали  руками,  чтобы  они  не  всплывали,   -   сообщила

впоследствии одна из скитниц,

     Галина Земцова. -  Смерть  носила  мученический,  изуверский  характер.

Например,  когда  утеплялась  Елена  Лузянина,  то   очень   сильно   билась

ногами...". Елене было всего 25.лет.

     Тела "принявших венец" зашивали в рогожи и закапывали в наспех  вырытых

ямах, не ставя крестов.

     Но однажды ритуал-был сломан:  жизнелюбие  одной  из  скрытниц,  Таисии

Крюковой, в последнюю минуту  взяло  верх  над  фанатичной  старообрядческой

религиозностью. Девушка сама бросилась в яму, но, начав захлебываться, вдруг

уцепилась за осклизлый берег и  стала  судорожно  выкарабкиваться.  Филиппея

Плехова ногами отталкивала девушку, потом схватила ее за волосы и  погрузила

в воду с головой. Таисия вырвалась и  все-таки  вылезла  из  ямы.  С  плачем

умоляла  она  Христофора  сохранить  ей  жизнь.  Христофор,   едва   скрывая

озлобление, проговорил тихо, смиренно:

      - Пойди отдохни, потом совершишь подвиг.

     Трех скрытниц в тот день утопили, а Таисия ночью сбежала.

     Зимой эти ямы, болота, речки замерзали, и  христофоров-цам  приходилось

искать другие пути в Царствие Небесное. Одним из них была угарная баня возле

избы Александры Шишкиной в деревне Шишкари. Девушки, обреченные  на  смерть,

сами накололи и принесли дрова, сами натопили баню. Потом Христофор отвел их

туда и запер дверь. Но и тут случилась осечка: из  бани  послышались  крики,

стоны, мольбы выпустить.  Опасаясь  огласки,  Христофор  приказал  перенести

полуживых девушек в избу. Пришлось добивать их ядом.

     На одной из полян был сложен костер. На нем; после  10-дневного  поста,

сгорела заживо 20-летняя скрытница Олимпиада Крюкова. "Она стояла на костре,

сложа  руки  на  груди,  -  вспоминала  позднее  Зоя  Чазова  -   странница,

исполнявшая обязанности курьера  (она  видела  самосожжение,  спрятавшись  в

кустах), - и когда пламя вспыхнуло, Олимпиада закричала: "Господи,  помилуй!

Для Тебя, Господи!.."

     О чем же говорил  Христофор  этим  несчастным,  уединившись  с  ними  в

землянке-келье? Какие книги им читал? Какими словами,  какими  рассуждениями

подталкивал скитниц к лютой смерти?

     Те, кто слушали его, унесли эти слова с собой в могилу. Существуют лишь

отрывочные рассказы свидетелей, оставшихся  в  живых;  несколько  рукописных

сочинений, которые имели  хождение  в  скрытническом  мире,  да  рассуждения

самого Христофора, который после поимки пытался оправдать себя.

     Начинал Христофор обычно разговорами  о  "последних  временах",  о  дне

конца мира, которым может оказаться каждый завтрашний день. Готовым к  "суду

Божьему" нужно быть буквально каждую минуту, отрешиться от всех мирских  дел

и целиком посвятить себя посту и молитве. "Подумай только, -  внушал  он,  -

что случится, если Второе Пришествие застанет тебя погрязшей во  грехе?!  Уж

лучше самой принять смерть, но только  не  рисковать  вечным  блаженством  в

царствии Небесном! Ждать конца  света  совсем  немного  осталось.  Стоит  ли

жалеть, что не дожил несколько лет или даже дней? Лучше умереть, чем жить  в

пороке вместе с безбожниками. Кто не надеется устоять, пусть умертвит себя -

и. будет спасен. А если любишь детей своих - так убей их поскорее,  дабы  не

вышли из них поклонники антихриста!"

     Летом  1932  года  гнездо  христофоровцев  в  Градовских   лесах   было

обнаружено.   Христофор   Зырянов   предстал   перед   судом.    Умерщвления

христофоровцы сумели как-то утаить, и их наставник отделался ссылкой. Однако

ему удалось вскоре убежать и основать новый скит на речке Лузе, километрах в

20-ти от поселка. В непролазном буреломе скрытники построили  два  барака  -

мужской и женский, оборудовав их столь же  основательно,  как  и  градовские

землянки.

     Благодетель Иван Ситников привел в скит родного внука Ваню -  8-летнего

слепого мальчика. Он повез внука в больницу, чтобы  показать  врачам,  но  в

больничном коридоре встретился с кем-то из христофоровцев, и  его  уговорили

обратиться к другому "врачевателю". Посулив мальчику "райские яблоки" на том

свете, Христофор отвел его к реке, обвязал полотенцем и погрузил в прорубь с

головой.

      - Смотрите, - обратился он к  обитателям  скита,  -  мальчик  совершил

подвиг, чтобы получить венцы небесные, а вы, взрослые, не решаетесь!

     В обоих христофоровских скитах погибло не менее 60  человек;  имена  47

были установлены следствием. Около половины умерщвленных - моложе 30 лет, из

них 14 - молодежь от 15 до 23 лет, трое  детей...  Христофоровское  подполье

истребляло людей, которым бы жить да жить.

     Когда  вести  об  умерщвлении  скрытниц  в  вятском  пределе  дошли  до

страннического центра,  старцы  встревожились.  Паства  их,  распыленная  на

огромной территории от Верхней Волги до Урала, была и так чрезвычайно редка,

чтобы можно было одобрять ее истребление. Но  главное  -  старцы  страшились

последствий этих преступлений. Объятые страхом, они собрали тайный  собор  и

попытались отмежеваться, откреститься от Христофора. Его объявили  еретиком,

а его смертоносную проповедь - не имеющей ничего общего с древлеправославной

верой.

     Но так ли это?  Если  обратиться  к  истории  старообрядчества,  то  мы

увидим,  что  Христофор  выступил  продолжателем  наиболее  характерных   (и

наиболее страшных) его "исторических традиций" - самоистребления.

 

 

 

На главную

Оглавление

 







Rambler's Top100