::

    

На главную

Оглавление

    


 Мои любимые книги  Тайные общества и секты


Составитель: Макарова Наталья

 

Часть первая. Масоны

 

                             НЕМЕЦКОЕ МАСОНСТВО

 

     В Германии стремление к  таинственному  и  сверхчувствительному  знанию

было очень распространено в столетие "просвещения" и, несмотря на все успехи

естественных наук и точного знания в  XVI,  XVII  и  XVIIIbb.,  едва  ли  не

большинство членов немецкого общества еще совершенно не было ими затронуто и

предпочитало оккультные знания и мистические грезы.

     В кругу этих мистических  настроений  и  поисков  таинственного  знания

возникло и немецкое масонство. Его история дает нам самые яркие страницы  из

истории немецкого оккультизма, чародейства, а иногда и прямого шарлатанства.

     Первоначальное масонство пришло  в  Германию  из  Англии.  В  то  время

влияние Англии на Германию было довольно сильно.

     Все английское было тогда в большой моде в Германии  и  всюду  находило

для себя множество почитателей.

     Первым  немецким  масоном   был   владетельный   граф   Шаум-бург-Липпе

(Альбрехт-Вольфганг), который в самом  начале  20-х  годов  XVIII  века  был

принят в одну масонскую ложу в Лондоне. С тех пор число масонов  в  Германии

стало довольно быстро расти, но до 30-х гг. в Германии  еще  не  было  своих

лож, и немецкие масоны должны были ездить на заседания английских лож  через

Ла-Манш. Только в 1733 году английское высшее начальство  масонов  разрешило

открыть  в  Гамбурге  "одиннадцати  немецким  господам  и  добрым   братьям"

постоянную ложу.

     Лишь  уже  в  1737  году  масонская  ложа  в  Гамбурге  проявляет  свою

деятельность, сначала эта ложа не  носит  никакого  имени,  а  в  1741  году

принимает название "Absalom" (Аве-салом). Самым крупным успехом этой ложи на

первых порах было приобретение в члены прусского кронпринца, позднее  короля

Фридриха II. Это произошло в 1738 году, когда кронпринц  сопровождал  своего

отца, короля Фридриха-Вильгельма I в его  поездке  по  Голландии.  Во  время

этого путешествия в одном замке (Loo) за столом зашла речь  и  о  масонстве.

Прусский король, который не терпел никаких тайных обществ,  резко  отозвался

об этом ордене, но присутствовавший здесь граф Шаумбург-Липпе стал горячо  и

красноречиво защищать масонов, и эта смелая защита произвела  на  кронпринца

настолько сильное впечатление, что он тут же решил вступить в число масонов,

и  меньше  чем  через  месяц  после  этого  (14  августа  1738   года)   был

действительно принят в орден.

     Первое время Фридрих показал себя очень деятельным масоном и немедленно

по возвращении на родину основал при  своем  замке  в  Рейнсбурге  масонскую

ложу. Когда вскоре после этого  Фридрих  вступил  на  королевский  трон,  он

продолжал покровительствовать масонам, и принял  даже  звание  гроссмейстера

незадолго до того основанной берлинской ложи "Aux trois Globes",  которая  с

1744 года приняла титул-Великой Ложи. Позднее Фридрих охладел  к  масонству,

но в сороковых  годах  его  принадлежность  к  ордену  имела  для  немецкого

масонства огромное значение. Его примеру один за другим  стали  следовать  и

другие немецкие государи и знатные люди.

     Немецкое   масонство   уже   тогда   получило    вполне    определенный

аристократический отпечаток. Можно сказать даже более:  во  многих  немецких

государствах оно благодаря своим связям с княжескими домами приобретало даже

придворный характер, и его члены надевали  на  себя  придворную  ливрею.  Из

влиятельных немецких государей, ставших в то  время  масонами,  надо  прежде

всего  отметить  Франца  I,  сначала  герцога   Лотарингского,   а   позднее

германского императора. Еще в 1731 году, до появления в  Германии  масонских

лож, он был посвящен в Гааге в ученики и товарищи,  а  несколько  позднее  в

Лондоне был принят и в мастера. Действительным членом масонского ордена стал

и владетельный маркграф Байрейтский, тоже основавший в 1741  году  масонскую

ложу.

     Не  менее  деятельное   участие   принимал   в   масонстве   и   герцог

Гольштейн-Бекский, который имел звание вице-гроссмейстера Великой Берлинской

Ложи и руководил ею с тех пор, как Фридрих II стал охладевать  к  масонству.

Следом за этими владетельными князьями Германии  в  масонство  потянулись  и

другие немецкие государи, - и крупные, и мелкие, - а также и  принадлежавшие

к их дворам камергеры, бароны и генералы.  Со  времени  Семилетней  войны  в

высших кругах немецкого общества принадлежность к масонству  считалась  даже

признаком хорошего тона. Масонство становилось забавой придворных  кругов  и

титулованной знати того времени. Если иногда в масонские ложи и  принимались

бюргеры, то они принадлежали по большей  части  к  богатым  семьям  и  почти

никогда не задавали тона в масонстве.

     В 30-х и 40-х годах в Германии было основано довольно  много  лож  -  в

Ганновере, Дрездене, Лейпциге, Франкфурте-на-Майне, Брауншвейге, Магдебурге,

Геттингене, несколько позднее - в Вене, Марбурге, Нюрнберге и др. более  или

менее крупных центрах Германии. В короткое время вся Германия  была  покрыта

сетью таких масонских лож, и к ним стали тянуться в  Германию  все  те,  кто

имел претензию на знатность и родовитость.

     Принадлежность к масонским ложам с  самого  начала  требовала  довольно

больших денежных средств, без них нельзя было  принимать  участия  в  дорого

стоивших братских трапезах и щедрой раздаче милостыни, которые были  в  ходу

среди масонов, но одних денег не  было  достаточно  тогда,  чтобы  с  честью

носить звание  масона.  Нужно  было  уметь  быть  щедрым  по-барски,  с  тем

размахом, который воспитывался  многовековой,  наследственной  привычкой  не

знать счета деньгам. Нужен  был  светский  лоск,  без  которого  легко  было

растеряться  среди  торжественной  обрядности   ордена,   среди   напыщенных

приветствий и речей, с которыми обращались члены ордена  друг  к  другу.  Не

нужно забывать, что масонство было орденом, и как  орден  оно  усвоило  себе

многие   специфически   дворянские   и   католическо-христи-анские   понятия

средневековых рыцарских орденов.

     Одной  из  самых  характерных  особенностей  первоначального  немецкого

масонства было то, что первые ложи в Германии носили французские названия  и

работы  их  производились  на  французском  языке.  Этого  нельзя  также  не

поставить в связь с аристократическим  характером  масонства  того  времени.

Писатели,  удовлетворявшие  средним  кругам  немецкого  общества,  создатели

сентиментальной и бюргерской поэзии XVIII  века  от  Галлера  до  Клопштока,

писали на родном немецком языке, ученая литература, творцами которой были по

большей части тоже люди из бюргерской среды, писалась тогда по  преимуществу

на  латинском  языке.  Но  высшие  слои   немецкого   общества,   дворянская

аристократия, предпочитали  говорить  по-французски.  И  немецкое  масонство

также довольно быстро подверглось французскому влиянию, - и притом не только

внешнему влиянию в отношении языка и терминологии, но и влиянию внутреннему,

усвоив в очень короткий срок главнейшие  особенности  и  своеобразные  черты

французских масонских лож.

     Англия дала в сущности только внешний толчок немецкому масонству,  хотя

в основу первых немецких лож была положена английская  "Книга  конституций",

составленная Андерсеном, и ритуал Прихарда.

 

 

 

На главную

Оглавление

 







Rambler's Top100