::

    

На главную

Оглавление

 


Энциклопедия Преступлений и Катастроф


ЧАСТЬ I.        МИШЕЛЬ НОСТРАДАМУС

 

Глава I. ЧТО СБЫЛОСЬ ИЗ ПРЕДСКАЗАНИЙ НОСТРАДАМУСА?

ФРАНЦИЯ

 

 ЛЮДОВИК XVI (1774 —1792) И ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

 

Общую характеристику злополучного Людовика XVI, по мнению многих комментаторов, дает катрен X, 43:

 

Слишком доброе время, слишком добрый король.

Решения принимаются и отменяются

быстро, внезапно, небрежно.

Он легко поверит в ложь о своей верной жене,

Он будет предан смерти из-за своего благодушия.

 

Людовик XVI действительно был в быту человеком добродушным. Вторая строчка довольно точно отражает вопиющую некомпетентность его как государственного деятеля. Четвертая строчка, с точки зрения правоверного монархиста, — вполне логичное резюме истории Людовика XVI: «Король пострадал за свою излишнюю доброту».

 

В паре с этим предсказанием идет катрен VII, 44, впервые опубликованный в 1605 г.:

 

Когда Бур будет очень добрый («бон»),

Неся на себе знаки правосудия,

Своей крови нося тогда долгое имя,

Из-за побега несправедливо он понесет наказание.

 

Поскольку порядковый номер Людовика XVI был самым длинным по сравнению со всеми правившими до него королями из его рода («его крови»), А. Лепелетье считает, что речь в катрене идет именно о нем. Это соображение подкрепляется и первой строчкой, которая явно содержит каламбур. Второй слог фамилии Бурбон — «бон» означает по-французски «добрый». Здесь, как и в катрене X, 44, подчеркивается доброта главного персонажа. Четвертая строчка сообщает, что попытка бежать за границу в июне 1791 г. сыграла роковую роль в судьбе Людовика XVI.

К злоключениям Людовика XVI и его жены практически все нострадамоведы привязывают катрен IX, 20:

 

Ночью придет сквозь лес королев,

Две части окольная дорога, Херне, белый камень,

Черный монах в сером в Варение.

Избранный кап. вызовет бурю, огонь, лезвие.

 

Ключевое слово, которое и позволяет отнести катрен к судьбе Людовика XVI, — Варенн. Здесь речь идет о так называемом Вареннском кризисе. Летом 1791 г. король Людовик XVI решил бежать из революционно-то Парижа, чтобы возглавить контрреволюционный мятеж в восточной Франции, а затем с помощью иностранных войск полностью восстановить абсолютную власть. В ночь с 20 на 21 июня 1791 г. король и королева Мария-Антуанетта тайно выехали из Парижа с подложными паспортами на имя русских подданных — барона и баронессы Корф. Карета королевской четы, «е вызывая подозрений, миновала ряд населенных пунктов, но на следующую ночь при въезде в городок Варенн Людовик XVI был опознан почтовым смотрителем Друэ, который поднял тревогу. Короля и королеву задержали и на следующее утро отправили под усиленным конвоем назад в Париж. Репутация короля при этом потерпела катастрофический урон, а настроения масс сдвинулись значительно влево, что и привело к ликвидации монархии в следующем году.

 

В объяснениях, сопровождающих это четверостишие, интересно замечание Теодора Буи — современника французской революции, что «лесом королевы» как раз называется или назывался тот лес, через который проходит большая дорога, ведущая в Варенн и которой пользовался Луи Капет (Людовик XVI) со своей семьей во время бегства, закончившегося трагическим для него арестом в городе Варение.

 

Д$о всем пророчестве чувствуется сознательная скупость слов и выражений; единственное слово, высказанное членораздельно — это название города Варенн. Имя Капет — так стали звать короля со времени возвращения из побега — сокращено. Во всем видно желание автора скрыть от современников ключ к пониманию пророчества. После совершения события все умолчания и сокращения становятся ясными: их цель могла заключаться только в том, чтобы предохранить героя будущего события и его близких от тяжелой душевной депрессии, вызванной сознанием своей обреченности. Большая ясность «не всем была бы приятна», как выразился Нострадамус в предисловии к своей книге.

 

Между тем мы дошли только до половины повествования о злоключениях Людовика XVI, потому что к катрену IX, 20, по мнению нострадамоведов, имеется еще дополнительное предсказание (IX, 34):

 

На супруга, единственного, печального,

наденут митру. Возвращение. Конфликт произойдет

на черепице (тюиль) С пятью сотнями.

Один предатель будет титулован.

Нарбон. И Соле имеем масло за ножи.

 

Здесь два ключевых слова: 1) «черепица» (тюиль), из которой легко вывести название королевского дворца

 

«Тюильри; 2) «пять сотен», которые можно отождествить со знаменитым отрядом пятисот марсельцев, которые принесли в Париж «Марсельезу» и возглавили штурм Тюильри 10 августа 1792 г. Они как бы указывают на решающий момент падения Французской монархии.

 

В историческом плане пророчество подтверждается еще раз: благородным предателем окажется Филипп Эгалитэ, герцог Орлеанский, который проголосует за смерть короля, своего кузена. Нарбонн приложил все усилия, чтобы помочь королю в тот день — 10 августа 1792 г. Но все, что он смог сделать, — это дать ему пристанище в своем доме в ночь ареста.

 

Особое внимание комментаторов привлекло имя Соле. Они тут же его отождествили с Сосом (одна буква остается лишней, но, учитывая нестойкость орфографии XVI в., это можно простить). Упомянутый Сое был не кем иным, как исполняющим обязанности мэра Варен-на в драматическую ночь 21 — 22 июня 1791 г. Он укрыл короля и королеву от гнева толпы в своем доме и как будто обещал их потом отпустить. Однако не отпустил, а отправил под конвоем обратно в Париж. По профессии он был бакалейщиком, и поэтому упоминание о ножах и масле здесь как будто уместно. Наконец, эпизод из первой строчки, где на злополучного супруга надевают митру, по А. Лепелетье, тоже имел место. Народные массы, ворвавшиеся в Тюильри, заставили Людовика XVI надеть красный колпак — сим вол свободы. Правда, это случилось не до поездки в Варенн, а год спустя.

 

Катрен IX, 77 обычно относят к казни Марии-Антуанетты 17 октября 1793 г.

 

Королевство схватит короля, устроив заговор.

Дама предана смерти. Присяжные по жребию.

Королеве, сыну не позволят жить.

И любовница в замке супруги.

 

А. Лепелетье дает такое толкование этому катрену: «Национальный Конвент, узурпировав прерогативы королевской власти, сделает вид, что он осудил схваченного им короля за измену. Мария-Антуанетта будет осуждена судом присяжных, избранных путем жеребьевки. Они также лишат жизни молодого дофина (Людовика XVII), отдав его сапожнику Симону с поручением убить его медленно».

 

С судьбами семейства Бурбонов все исследователи безоговорочно связывают три катрена, имеющие один и тот же номер — VIII, 17; IX, 17; X, 17. VIII, 17:

 

Те, кто жил в свое удовольствие, будут внезапно сброшены.

Из-за трех братьев мир попадет в беду.

Враги захватят приморский город.

Голод, огонь, кровь, эпидемии.

Все бедствия удвоятся.

 

IX, 17:

 

Третье — станет первым. Будет хуже, чем Нерон.

Как потечет человеческая кровь! Будут восстановлены печи.

Золотой век — мертв. Новый король - великий скандал.

 

X, 17:

 

Заключенная, как рабыня, королева видит,

как бледнеет ее дочь.

Из-за печали, таящейся в ее груди.

Донесутся жалобные вопли из Ангулема,

И она выйдет замуж за своего кузена.

 

Первый катрен сулит великие потрясения. Привилегированные классы лишатся своих привилегий. Страна претерпит всевозможные бедствия, включая иностранное вторжение и гражданскую войну.

 

Лепелетье считает, что этот катрен относится к Великой Французской революции. В первой строке говорится об отмене в 1789 г. всех феодальных привилегий. Вторая строчка относится к трем братьям-королям: Людовику XVI, Людовику XVIII и Карлу X, на которых возлагается вся вина за разразившуюся смуту. В третьей строчке говорится о захвате англичанами французского порта Тулон. Его, впрочем, вскоре отбил генерал Наполеон Бонапарт. Четвертая строчка в комментариях не нуждается.

 

Катрен IX, 17 начинается с того, что третье (или третий) станет первым. Вполне правдоподобно, что под «третьим» Нострадамус имел в виду третье сословие, т. е. все население Франции, кроме дворянства и духовенства. Первые две строчки, таким образом, могут описывать жестокости якобинского террора и другие эксцессы революции 1789 — 1793 гг. Неясную третью строчку А. Лепелетье объясняет следующим образом: «Национальный Конвент... воздвигнет эшафот, который пожрет духовенство и знать, на площади революции, напротив дворца Тюильри, там, где раньше были печи для обжигания черепицы. Новый король из четвертой строчки в таком случае — это, естественно, безродный Наполеон, восшествие которого на престол было скандалом с точки зрения всех сторонников законной династии».

 

В катрене X, 17 Нострадамус снова возвращается к судьбе Марии-Антуанетты и ее детей. Только на этот раз вместо сына рядом с ней дочь. Две последние строчки, по мнению А. Лепелетье, указывают на старшую дочь Людовика XVI и Марии-Антуанетты, кото рая в 1787 г. была обручена со своим двоюродным братом Людовиком-Антуаном, герцогом Ангулемским, а в 1799 г. вышла за него замуж в литовском городе Митаве, куда бежало семейство из Франции.

 

Взятые вместе, эти три катрена производят довольно внушительное впечатление.

 

Исследователи пророчеств Нострадамуса на протяжении уже четырех столетий пытаются дать ответ на вопрос, почему Нострадамус так много прорицаний посвятил именно правлению Людовика XVI, и все они были весьма удачными. Наиболее убедительна теория М. Морена, который считает судьбу этого короля особой. Ему было предначертано умереть мученической смертью, принеся себя в жертву, подготовить Францию к приходу Великого Монарха, который должен явиться на заре седьмого тысячелетия, чтобы возродить Запад.

 

Любителям числовых совпадений будет любопытно узнать, что из девяти катренов под номером 57 четыре можно отнести к Великой французской революции или к ее непосредственным последствиям —это I, 57; II, 57; V, 57 и VIII, 57. Первые два уже рассмотрены. В V, 57 говорится примерно следующее:

 

Придет с горы Гольфье (Или Монгольфье) и Авентин

Некто, кто сквозь дыру предупредит армию.

Между двумя скалами будет взята добыча.

Слава мавзолея Секста, упадет.

 

Находчивый Лепелетье находит объяснение и этому весьма туманному катрену. «Вскоре после изобретения аэростатов, — пишет он, — появилась идея использовать человека, который сидит в корзине под отверстием шара Монгольфьё («через дыру»). Этот шар был впервые применен для разведки австрийских позиций в битве при Флерюсе (16 июня 1794 г.). А когда Республика воевала с Римом (его обозначает Авентинский холм), то по договору в Толентино (19 февраля 1797 г.) она отняла у папы во Франции Авиньон и графство Венссен, а в Италии области Болонья, Феррара и Романья («две скалы»). Вскоре после этого внешний блеск папы Пия VI будет притемнен, ибо этот святой старец, увезенный в плен из своего государства, умрет в Балансе на чужой земле».

 

Рассмотрим и другие предсказания, которые толкователи относят к Великой французской революции (II, 2):

 

Синяя голова причинит белой голове

Столько зла, сколько Франция сделала им добра.

Смерть на рее, великий повешен на ветви.

Король, когда будет схвачен своими, спросит: «Сколько?»

 

В гражданской войне, которая разразилась во Франции после казни Людовика XVI, сторонников республики называли синими (по цвету знамени Бурбонов). Поскольку во второй строчке Нострадамус говорит о синей голове уже не в единственном, а во множественном числе, подчеркивая неблагодарность синих к Франции (т. е. французской монархии), которая сделала им столько добра, борьбу «синих» и «белых» у Нострадамуса можно безошибочно толковать в контексте истории Великой французской революции.

К гражданской войне 1793 — 1794 гг. во Франции некоторые комментаторы относят и катрен V, 33:

 

В городе восстание, от главных,

Которые будут яростно бороться,

чтобы восстановить свою свободу.

Изрубленные мужчины, несчастные вперемешку.

Крики, вопли в Нанте. Жалостный вид.

 

А. Лепелетье так истолковывает этот катрен: «Главные граждане восставшего города будут яростно сопротивляться угнетению, которое их лишило свободы. У мужчин будут отрублены головы, женщины и свя

щенники будут связаны вперемешку ужасными узами. Сколь жалостны будут крики и вопли, которые раздадутся в Нанте».

 

Далее А. Лепелетье поясняет, что Нант был одним из главных очагов так называемого Вандейского мятежа против власти революционного Конвента в Париже. Республиканские войска жестоко подавили его. Некоторым пленным отрубали головы на гильотине. Но особенно большое число мятежников, а также тех, кто был заподозрен в сочувствии к ним, было утоплено в Луаре (Нант). При этом лиц разного пола иногда связывали попарно и так бросали в воду. Это называлось «республиканским браком».

 

«Положение французского духовенства вскоре станет плачевным. Эти люди, раздававшие неимоверные блага бедным, будут вынуждены побираться ради хлеба. Ограбленные, объявленные вне закона, умирающие от голода, холода и жажды, они группами будут пересекать Альпы и укроются в Италии, произведя этим повсюду великий скандал», т. е., говоря современным языком, их судьба вызовет глубокое возмущение всей мировой общественности.

 

Приведем еще два предсказания, которые, по мнению многих исследователей, отражали религиозную политику якобинцев.

 

Плачевной судьбе «бывших» (как называли во время Великой французской революции дворянство и духовенство), по мнению А. Лепелетье, посвящен и катрен VI, 69:

 

Великое бедствие случится вскорости.

Те, кто давал, будут вынуждены брать.

Голые, голодные, холодные, томимые жаждой, собравшись в группы,

Они пересекут горы, произведя великий скандал.

 

Лепелетье расшифровывает это следующим образом:

 

«Положение французского духовенства вскоре станет плачевным. Эти люди, раздававшие неимоверные блага бедным, будут вынуждены побираться ради хлеба. Ограбленные, объявленные вне закона, умирающие от голода, холода и жажды, они группами будут пересекать Альпы и укроются в Италии, произведя этим повсюду великий скандал», т. е., говоря современным языком, их судьба вызовет глубокое возмущение всей мировой общественности.

 

Приведем еще два предсказания, которые, по мнению многих исследователей, отражали религиозную политику якобинцев.

 

1,44:

Ненадолго возвратятся жертвоприношения.

Возражающие будут подвергнуты мученичеству.

Больше не будет монахов, аббатов, послушников.

Мед будет гораздо дороже, чем воск.

 

II, 8:

Храмы, освященные на первоначальный

Римский лад, Отбросят свой глубокий фундамент.

(Вновь) взяв свои первые и человеческие законы.

Они изгонят культ святых, хотя и не совсем.

 

Первый из этих катренов, как считает Лепелетье, предсказывает установление якобинцами 10 ноября 1793 г. культа Разума, который осуществлялся в отобранном у католической церкви соборе Парижской богоматери (Нотр-Дам де Пари). Все католические священники были обязаны принести присягу верности Республике. А если они этого не делали («возражающие»), то подлежали смертной казни. Монастыри и семинарии при якобинцах были закрыты. А из-за отсутствия церковных служб цена на восковые свечи снизилась по сравнению с медом.

 

Второй катрен Лепелетье относит к следующему этапу религиозной политики. 8 июня 1794 г. по инициативе Робеспьера на смену культу Разума, носившему атеистический характер, был учрежден культ Верховного Существа, который Нострадамус, если бы он увидел его, мог бы расценивать как языческий. Эта новая религия, согласно его предсказанию, откажется от своего глубокого фундамента, т. е. христианства, или, еще конкретнее, католицизма. Возвращение к первоначальным, человеческим законам (после того как основой всего был закон божеский), — конечно, регресс, с точки зрения как Лепелетье, так и Нострадамуса.

 

 

 

 

На главную

Оглавление

 











Интернет магазины           Аквариумный сайт. Содержание, разведение, кормление, лечение аквариумных рыб. Уникальные фотографии, статьи, ссылки, адреса разводчиков. Rambler's Top100