Вся библиотека

Брокгауз и Ефрон

 

Справочная библиотека: словари, энциклопедии

Энциклопедический словарь

Брокгауза и Ефрона



::

 

 

Скорость психических реакций

 

— Каждый нервный и психических акт требует некоторого времени для своего появления и развития. Доказательство того, что явления сознания — ощущения, мысли и стремления — не моментальны, а имеют известную протяженность во времени, составляет крупную заслугу экспериментальной психологии; этим же дано самое солидное доказательство, что психическая деятельность неразрывно связана с какими-то материальными процессами в нервной системе. Гельмгольц первый измерил скорость распространения нервной волны по нерву и нашел способ для определения времени, которое нужно для образования простейшего ощущения. С того времени начались измерения времени, потребного для различных психических актов — для узнавания, припоминания, различения, сравнения, суждения, ассоциации — выбора решений, для волевого акта. Последний в простейшей форме называется реакцией, когда субъект, получив какой-либо сигнал, напр. увидев искру, услыхав звук и т. п., должен немедленно реагировать каким-либо движением. Уже задолго до того, как физиология поставила эти вопросы, а экспериментальная психология занялась их разработкою, астрономия доставила первые точные данные, сюда относящиеся, и навела на мысль, что все психические процессы совершаются в определенные и постоянные промежутки времени. Мы говорим о так называемой личной разнице или личном уравнении, которое состоит в том, что если 2 наблюдателя наблюдают — например, момент прохождения какой-либо звезды через определенную точку пространства, то в определении этого момента всегда существует постоянная разница между наблюдениями обоих астрономов. Этим наблюдением астронома Бесселя в 1819 г. было впервые поколеблено то мнение, будто мы воспринимаем впечатления от внешнего мира моментально. В действительности существует измеримый промежуток времени между моментом воздействия раздражения на наш орган чувства и моментом восприятия, т. е. появления в нашем сознании сведения об этом раздражении. Промежуток этот, называемый реакционным временем, оказывается по составу довольно сложным; прежде всего он заключает в себе так назыв. физиологическое время, т. е. время, необходимое для того, чтобы нервный процесс, вызванный раздражением в органе чувства, дошел до мозга. Другая, также физиологическая составная часть этого промежутка есть время, потребное для центробежного распространения нервной волны по двигательным нервам до наступления момента реакции. Из различных опытов можно вычислить продолжительность обеих физиологических частей всего реакционного времени, которое колеблется в пределах 1/6—1/8 секунды, а на долю одного психического процесса, т. е. на время образования представлений, остается 1/10—1/20 сек. Опыты с реакционным временем могут быть варьированы в различных направлениях: восприятие новых впечатлений и узнавание старых; выбор одного из нескольких предметов, выбор между несколькими данными реакциями или волевыми актами и т. д. Все эти опыты уже дали тот общий результат, что время, необходимое для какого-либо психического акта, возрастает по мере его усложнения и специализации. Выяснилось также, что время это значительно сокращается для всех психических актов под влиянием упражнения, напряжения внимания и также простого ожидания явления, которое должно произойти; точно так же время это значительно замедляется при всяком ослаблении внимания, при утомлении, при неподготовленности субъекта. Под влиянием повторных упражнений простейшие психические акты совершаются с такой значительной и притом регулярной скоростью, что весь процесс получает характер психических рефлексов. При напряженности внимания и ожидании какого-либо явления реакция может иногда получиться даже раньше действительного наступления ожидаемого внешнего явления. Появление такой преждевременной реакции указывает на то, что акт внимания и ожидания содержит в себе уж заранее заготовленную двигательную реакцию. Измерение же времени реакции возможно, как всякое измерение в природе вообще, только в том случае, когда даны моменты начала и конца двух определенных физических явлений. Поэтому для измерения времени психической реакции необходима точная отметка момента, когда раздражитель (напр. световой луч) действует на исследуемого субъекта, и момента, когда последний обнаруживает свою реакцию в форме определенного движения. Это измерение совершается по двум главным типам. Или хронологическим способом, когда оба момента — раздражение и реакция — отмечаются посредством замыкания и размыкания электрического тока, при чем электрический часовой механизм в момент замыкания тока пускается в ход, а в момент размыкания останавливается. При этом способе устраивают опыт так, что в момент замыкания тока одновременно ток производит то явление, которое служит раздражителем (напр. электрическую искру); в момент же реакции произведенное субъектом движение моментально прерывает ток и тем самым останавливает ход часового механизма. Другой тип опытов заключается в графической отметке или начертании обоих моментов — раздражения и реакции. Отметка реакции путем графическим — дело легкое; достаточно соединить, напр., палец исследуемого с пишущим прибором, с капсулой, и движение пера, соединяемого с капсулой, дает в момент реакции черту на вращающемся барабане (кимографе). Отметка же раздражения на барабане уже несколько сложнее и всего удобнее для механических (осязательных) раздражений, которые возможны также для звуковых, но для световых требуются уже известных специальных приспособлений (см. Хронографы). В опытах с изменением времени реакции предоставляется возможность значительно разнообразить как форму раздражения (свет, образ, звук, слово, простое прикосновение, большой холод, жар и т. п.), так и форму реакции — движение одним или несколькими пальцами, губами, голосом и т. д., наконец, выбор между и несколькими видами реакции. Есть возможность разнообразить и постепенно усложнять внутренние психологические условия опыта — вместо простой реакции на данный сигнал требовать от исследуемого узнавания качества сигнала, выбора между разными сигналами, припоминания, ассоциации данного сигнала — напр. слова с другим, сосчитать что-либо мысленно, сказать что-нибудь и т. п. Этим путем оказывается возможным хотя косвенно не только определить большую или меньшую продолжительность различных психических актов, но даже до некоторой степени уяснить себе особенность их механизма. Этот метод, примененный к исследованию психической деятельности под влиянием различных физиологических условий, напр. сосредоточенного внимания, утомления, голодания, холода и т. п., введения в организм различных пищевых и вредных веществ (спирт, кофе, чай, наркотические средства), уже значительно обогатил наше знание в этой области. Измерение времени психических реакций в различных формах и стадиях душевных болезней также уже обещает сделаться серьезным подспорьем в диагностике психических расстройств.

Следующая таблица дает краткую сводку полученных результатов:

Реакция на зрительные впечатления 0,195 сек.

" " слуховые " 0,150 "

" " осязательные " 0,145 "

Для вкусовых и обонятельных время еще значительнее и менее правильно. Строго говоря, измерения всегда дают прямо и непосредственно только время реакции, время же, потребное для одного внутреннего, сознательного акта, уже вычисляется путем сопоставления различных актов, так как продолжительность самого психического акта в сознании недоступна измерению. Время, получаемое путем вычисления, необходимое для того, чтобы в сознании явилось ощущение, впечатление от внешнего раздражителя, по Эксперу, равно приблизительно 0,075 сек., и столько же уходит на физиологический процесс в нервной системе. Если вместо простой реакции на раздражение потребуем от исследуемого субъекта, чтоб он реагировал лишь тогда, когда он узнает, который из двух сигналов, возможных по условиям опыта, он получил, в таком случае перед нами будет уже более сложный психический акт узнавания и различения. Наблюдения показывают, действительно, что в таких случаях время реакции удлиняется, оно равно 0,234 (Дондерс), стало быть, время, потребное на психический акт различения двух ощущений, = 0,059 с = 0,234—0,175 (время простой реакции). Вундт показал, что если в ответ на одно или другое ощущение предоставить исследуемому лицу реагировать тем или другим манером, то время реакции еще более удлиняется и время, необходимое на оба различения, = 0,139 сек. Если в ответ на одно ощущение исследуемому предоставляется по его усмотрению сделать выбор между двумя возможными для него реакциями — тогда перед нами новый фактор — выбор реакции — волевой акт, требующий, как оказывается, много времени = 0,173 сек. Был предпринят ряд опытов над определением времени, потребного на то, чтобы произнесенное или прочитанное слово вызвало по ассоциации другое слово или образ предмета. Время это вообще оказывается весьма неправильным, колеблется между 0,341—1,190 (Вундт) — стало быть, в весьма значительных размерах. Время реакции отличается большой индивидуальностью у различных людей и значительно колеблется у одного и того же человека под влиянием состояния внимания или рассеянности. Вундт предпринял опыты над влиянием рассеянности, прибегая при этом к искусственному отклонению внимания от реакции посредством одновременного введения другого раздражителя. Так, напр., если исследуемый ожидал зрительный сигнал, ему перед ним в то время неожиданно производили звук. При этих условиях отклоненного внимания время реакции удлиняется = 0,300 вместо 0,222 у того же субъекта без отклонения. Влияние внимания во время реакции было предметом многих исследований. В лаборатории Вундта русский психолог Ланге открыл существование двух различных типов реакции, которые он назвал двигательной и сенсорной. Первая означает тот случай, когда внимание субъекта, на котором производится опыт, направлено преимущественно, если не исключительно, на ту реакцию, которую ему предстоит выполнить; второй тип реакции относится к тем случаям, когда субъект сосредоточил свое внимание на ожидаемом сигнале (ощущении). Очевидно, психическое состояние субъекта в обоих случаях различно; в первом типе сознание занято образом предстоящего движения или двигательным представлением, во втором дознание поглощено ощущением. Ланге нашел различное время для обоих типов реакции — более продолжительное для сенсорной = 0,230 с, и более короткое для двигательной реакции = 0,129, что было впоследствии подтверждено и другими наблюдателями. Джемс дал в 1890 г. следующее объяснение этому различию между скоростью обоих видов реакции. Он думает, что так называемая двигательная реакция не есть настоящая психическая реакция, а есть лишь мозговой рефлекс, так как, по его мнению, в этой реакции все психическое — как восприятие, выбор и решение — сокращено до минимума и почти не существует. Выжидательное внимание (attention expectante) уничтожает весь акт воли и вместе с тем сокращает до минимума время, которое требуется для распространения психического процесса по нервным центрам. Наоборот, когда реакция имеет сенсорный характер, т. е. когда внимание направлено на ожидаемый сигнал, вся психическая работа восприятия и волевого решения развивается по получении сигнала, что требует, конечно, некоторого времени для своего создания и для сообщения импульса двигательным аппаратам (нервам и мышцам). По Джемсу, стало быть, в двигательной реакции нет ни восприятия, ни волевого импульса, а имеется простой мозговой рефлекс. Если так смотреть на дело, то окажется, что мозговой рефлекс требует значительно больше времени, нежели рефлекс спинного мозга или того, который имеет своим центром продолговатый мозг; это различие, впрочем, уже известно из прямых опытов над животными. Вундт пытался иначе объяснить различную продолжительность обоих видов реакций; он думает, что здесь главную роль играет направление внимания, которое в двигательной реакции как бы заранее подготовляет весь волевой акт и тем сокращает время реакции, тогда как в сенсорной реакции возбуждение, вызванное сигналом, застает мозг не подготовленным к волевому импульсу. Это объяснение более соответствует тому, что нам известно об огромном и разнообразном влиянии внимания на ход душевной деятельности. Так, напр., уже одно простое ожидание эксперимента и сигнала значительно сокращает время реакции и делает ее продолжительность вообще гораздо более правильной, нежели без ожидания. Вот почему при всех систематических измерениях реакций прибегают к такому предупреждению исследуемого (avertissement), дабы, фиксируя его внимание, сделать весь ход реакции более правильным. Лица, привыкшие к умственной работе, дают вообще несколько более скорую реакцию, однако ж разница эта не так значительна, как могло было бы ожидать. Возраст, по исследованию Герцена, дает, наоборот, большую разницу. У детей в возрасте между 5 и 10 гг. время реакции значительно больше, нежели у взрослых, = 0,532, что, очевидно, связано с слабостью внимания. Пол не обнаруживает заметной разницы в этом отношении. По исследованиям Мид-Баха (Meade-Bache), негры дают для всех органов чувств более быструю реакцию, нежели люди белой расы. Краснокожие индейцы (Америки) — еще более быструю реакцию. Мид-Бах приписывает это только большей чувствительности (т. е. восприимчивости органов чувств) цветных рас. Автор измерял время, необходимое для задержки волевого акта, и нашел его почти тождественным с временем двигательной реакции. Общий вывод из всех этих данных тот, что чем сложнее какой-либо психический акт, тем больше элементов входит в его состав, тем больше времени требует этот акт для своего созревания. Ясное дело, что волевые акты, в которых принимает участие сложная ассоциация идей, нуждаются в значительном времени для своего развития; те же психические акты, которые развиваются по типу психорефлексов, т. е. при ничтожном участии ассоциации, могут протекать весьма быстро. Это положение имеет и обратную практическую, весьма важную сторону. Правильный волевой и даже логический акт нуждается в значительном времени для своего развития; поэтому каждый раз, как в силу каких-либо особых условий это время не дается в распоряжение волевого или логического акта, они не могут развиться как следует и вместо них являются незаконченные рефлексы или неправильные умозаключения. Такими условиями являются, главным образом, или слишком сильное представление (мотив), или напряженное чувство. В том и другом случае психическая и нервная волна быстро проходят свой путь по кратчайшей линии, не давая возможности игре ассоциации сделать свое дело. В этом главная чисто физиологическая опасность захватывающих образов и аффектов, ведущих к быстрым актам, в сущности, не волевого характера. В заключение следует упомянуть, что из всех явлений, имеющих место в организме, время реакции, даже по сравнению с скоростью движения нервной волны, представляет наибольшие индивидуальные колебания, которые достигают здесь 100%. Другая важная особенность реакций та, что чем сложнее обстановка реакций, т. е. содержание сознания, тем больше пределы индивидуальных колебаний.

Литература. Вся обширная литература этого вопроса приведена в ст. Charles Richet, "Physiologie générale du cerveau" (332, "Vitesse des processes psychiques"). См. Donders, "Die Schnelligkeit d. psychischer Processe" ("Archiv für Anatomie und Psych.", 1868); Exner, "Das zeitliche Verhalten psychicher Impulse" ("Hermann's Handbuch der Physiologie", 1879); Galton, "Psychometric experiments" (Brain, II, 1879): Holl u. Kues, "Ueber die Abhängigkeit der Reactionszeiten vom Ort des Reizes" ("Arch. f. Anat. u. Phys.", Suppl, 1879); Obersteiner, "Experimental Researches" (Brain, 1879); Kraepelin, "Ueber psychische Zeitmessungen" ("Schmidt's Jahrb.", 1882), Groldschieder, "Ueber die Reactionszeit der Temperaturempfindungen" ("Arch. f. An. u. Ph.", 1887). Работы учеников Вундта помещены в его "Philosophische Studien" (bd.) и резюмированы в его "Grundzüge der physiologischen Psychologie" (1895).

И. О—ий.

 

  Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона        Буква С >>>

 

Rambler's Top100