Восточнославянские племена составе древнерусской народности

 

 

Племя хорватов и Галицкая земля

 

 

 

Хорваты называются в Повести времеппых лет в перечпе восточнославянских племен: «И живяху в мире поляне, и дереилятте, и северъ. и радимичи, вятичи и хрвате» (ПВЛ, I, с. 14). В 907 г. хорваты участвуют в составе 80-тысячпого войска, собраппого из подвластных Киеву земель, в походе па Визаптито (ПВЛ, I, с. 23). Третий и последний раз хорваты называются начальной летописью под 992 г.: «Иде Во- лодимиръ на Хорваты» (ПВЛ, Т, с. <84). По-видимому, поход Владимира Святославича в Хорватскую землю вызван был захватом их польским королем Болеславом Храбрым. Этим и ограничиваются известия летописей о хорватах.

 

Кроме русских хорватов, летопись зттает еще: «А се ти же словопи: хровате белии и серебь и хорутане» (ПВЛ, I, с. 11).

 

Источники не содержат сведений о географическом положептттт восточнославяпских хорватов. Так кат: летопись вслед за хорватами называет дулебов, уличей и тиверцев, то опи должны принадлежать к южной группировке племен. Н. П. Барсов отводил хорватам обширные пространства в Прикарпатской области, по склонам Татранских Карпат. Перечисляя топонимы, которые, по его мнению, связаны с этническим именем этого племени, Н. П. Барсов обрисовывает территорию от истоков Тисы и Прута на юге до Днестра на востоке и до Вислы на севере (Барсов Н. П., 1885, с. 94, 95).

 

Для локализации летописных хорватов имеет значение известие Константина Багрянородного о белых хорватах, населявших в его время Далмацию (Грог К. Я., 1880). Константин Багрянородный утверждает, что далматинские (крещеные) хорваты происходят от некрещеных хорватов, живущих за вепграми — мадьярами, рядом с некрещеными сербами. Эту Хорватию часто грабят франки, мадьяры и печенеги. В соседней с ней стране есть река Висла. Отсюда следует, что область, откуда переселилась на Балканы часть хорватов, находилась где-то по соседству с Венгрией, печенегами и Вислой. Поэтому территорию первоначального расселения хорватов обычно помещают в Галиции и Прикарпатье.

 

Для определения территории летописных хорватов иногда используются известия летописей о борьбе Владимира Святославича с ляхами в 80—90-х годах X в. Под 981 г. летопись сообщает о походе Владимира на Перемышль и червенскне города. Этот поход предшествовал походу на хорватов 992 г., почему предполагается, что областью расселения хорватов был регион червенских городов.

 

JI. Пидерле высказал предположение, что в Прикарпатье когда-то жило единое хорватское племя. Оно имело полугосударственное образование, центром которого был Краков. Возможно, это славянское политическое объединение упомянуто в арабских источниках под названием Хордаб (Джерваб, Джрават, Хрваб, Храват). После его распада часть хорватов ушла в Далмацию. Остатки хорватов с течением времени смешались с чешскими, польскими и русскими племенами. В X в. одно нз хорватских племен еще населяло восточную Галицию. Оно-то и названо летописями (Нидерле Л., 1956, с 155). А. А. Шахматов допускал, что хорваты жили в Галиции и в первой половине IX в. создали полугосударство с главным городом Джерваб. Скорее всего, полагал А. А. Шахматов, это было западнославянское племя, поэтому из-за области червенекпх городов шла вражда между Киевом и ляхами (Шахматов А. А., 1919а, с. 32, 33).

 

С. М. Середопин локализовал Хорватию там же, в Галиции, считая, что первоначально она была занята ляшскнм племенем. В последпих веках I тысячелетия п. э. в Хорватию вынуждены были переселиться выходцы из восточнославянских земель — уличи и тиверцы, теснимые уграми " нечепегами, а также древляне. Разноплеменный состав хорватов, по мнению этого исследователя, и возбуждал территориальные споры между Русью и Польшей (Середонии С. М., 1916, с. 148-152).

 

Строгий отбор географических названий, образованных от этнонима хорваты, выявляет лишь единичные топонимы — Хорващик (на р. Бодва, юго-западнее Кошицы), Эрде-Хорвати (близ Шаторалия), Хорвать (в верхнем течении р. Красна), Хоравятин- ская (близ Острога), Харваты (в окрестностях Радо- ма), а при учете, что в византийских источниках этот этноним принял форму Хробаты, также, может быть, Храбоч (близ Унги) и Хорбача (в верховьях Днестра). Распространение топонимов позволяет предполагать, что славянское племя хорватов было юго-западным соседом дулебов и занимало северные и южные области Восточного Прикарпатья, ныне входящие в территории Украины, Польши, Словакии и Венгрии.

 

Хорваты — племя праславянского периода. Представляется бесспорным, что этническое имя хорваты — неславянского происхождения. Ф. А. Браун и другие исследователи сближали этот этноним с названием гор Карпаты, что встретило возражение со стороны А. И. Соболевского (Соболевский А. //., 1910а, с. 171, 172). М. Фасмер и Г. Грегуар высказались за иранское происхождение этнонима (Gre- goire Я., 1946, р. 116; Фасмер М., 1973, с. 262). Очевидно, это было одпо из антских племен, и этноним его восходит к периоду славянизации ираноязычного населения в условиях черняховской культуры.

 

Около 560 г. хорваты подверглись нападению со стороны авар, в результате которого значительные части этого праславянского племени переселились в Далмацию (хорваты до сих пор живут в западной части Балканского полуострова), а также на запад, к верховьям Эльбы. Среди чешских племен, перечисленных в грамоте Пражского епископства 1086 г., названы хорваты, жившие в области Орлицких гор. В грамоте Генриха II от 1108 г. упоминаются хорваты на р. Заале. В сочинении Масуди говорится о хорватах, живших между Моравой и Чахиным (Nie- derle L., 1906, s. 244, 271). Некоторые ученые думают, что остатки хорватов в Прикарпатье потеряли племенную самостоятельность и разделились на несколько племенных групп. Другие же утверждают, что хорватский племенной союз в Прикарпатье существовал до рубежа VIII и IX вв. и охватывал всю Малую Польшу и верхнеднсстровские земли (Lowmia- nski Н., 1964, s. 114-200; Gaczynski /., 1968, s. 51- 117). Е. Гачинский полагает, что вождем этого хорватского содружества был Крак. Оно распалось после смерти Крака на несколько племен, среди которых в течепне IX в. в Малой Польше на первое место выдвигаются племена вислян и лендзяп.

 

Как бы то ни было, несомненно, что восточнославянские хорваты, участвовавшие в походе киевского князя Олега на Византию в 907 г., были остатками обширного праславянского племени. На основе упомянутых выше топонимических данных нужно полагать, что им принадлежали верхнеднестровские области, а возможно, и области, входящие ныне в Закарпатскую Украину.

 

Археологические памятники VIII-IX вв. на этой территории можно назвать хорватскими. По-видимому, прав Б. А. Тимощук, утверждая, что исследуемые им поселения Северной Буковины оставлены хорватами (Тимощук Б. О., 1976, с. 138, 139). Однако эти поселения пе имеют каких-либо специфических особенностей, по которым можно было бы очертить территорию хорватов. Памятники Верхнего Поднестро- вья, Северной Буковины и Украинского Закарпатья но деталям домостроительства и керамическому материалу никак не выделяются среди поселений других антских территорий.

 

В области расселения хорватов изредка встречаются курганы. Наиболее ранние относятся к VII— VIII вв. Одип могильник находился около с. Чер- венева в Закарпатской обл. Его раскопки вели в 30-х годах XX в.— Й. Янкович, в 60-х годах — С. И. Пепяк (Пеняк С. И., 1968, с. 596-600). Во всех кургапах открыты остатки сожжений. Кальцинированные кости лежали в основаниях насыпей в виде кучек или слоев площадью от 0,4X0,3 до 3,2X1,3 м. Отдельные кальцинированные кости и обломки лепной керамики зафиксированы в насыпях курганов. Урны, которые удалось склеить, принадлежат к округлобоким горшкам, имеющим наибольшее расширение в средней части их высоты. Найдены и раннегончарные сосуды.

 

Еще один курганный могильник исследуется близ с. Черновка Новоселицкого р-на Черновицкой обл. {Русанова И. П., 1980, с. 331). В нем насчитывается более 100 круглых или овальных в плане пасыпей высотой до 0,5 м. Остатки кремации, совершенной на стороне, помещены под насыпями на древнем горизонте. Кальцинированные кости, зола и уголь ссыпаны в небольшие неглубокие ямки. В каждом кургане находилось по две-три погребальные ямки. Погребения окружены кольцевыми ровиками с отвесными стенками (ширина и глубина их 0,3—0,4 м). В могильных ямках и в ровиках встречены обломки лепной и гончарной посуды X в.

 

Курганный обряд захоронения в области расселения хорватов, очевидно, не получил распространения. Курганы с трупоположениями, встречаемые в Под- нестровье, скорее всего появились здесь вследствие инфильтрации волынян. По воем признакам и погребальному ипвептарю они тождественны волыняпским курганам.

 

Как и в других местностях бывшего антского региона, в ареале хорватов погребения, видимо, совершались в грунтовых могильниках, обнаружить которые всегда очень трудно. Известны только единичные грунтовые могильники с захоронениями по обряду кремации. Так, в Ужгороде в урочище Галаговое во время земляных работ было открыто два погребения с остатками сожжения.

 

Более многочисленны бескурганные могильники с трупоположениями. Они найдены преимущественно в Поднестровье (карта 18) и подразделяются на два тииа: грунтовые без каких-либо наземных признаков; такие же захоронения, покрытые каменными плитами (в археологической литературе они получили название подплитовых). Как правило, могильники со- дерл?ат погребения какого-либо одного из этих типов, и только в пяти могильниках встречены захоронения обоих типов. Конечно, не исключено, что захоронений в подплитовых могилах было значительно больше, чем известно в настоящее время. При пахоте каменные плиты обычно убирали с полей, и под- плитовые захоронения превращались в могилы первого типа.

 

Большинство бескурганных могильников открыто случайно и не подвергалось планомерным научным раскопкам. Поэтому говорить о размерах могильни- шв, о количестве захоронений в каждом из них не приходится. Судя по тому что в отдельных пунктах исследовано по нескольку десятков погребений (Копа- чинцы, Городок, Зеленый Гай и др.), могильники были довольно крупными.

 

Первые научные раскопки грунтовых могильников исследуемой территории относятся к 70—80-м годам прошлого столетия. Наиболее крупные исследования принадлежат А. Киркору. В течение семи нолевых сезонов (1877—1883 гг.) этот исследователь вскрыл по нескольку погребений в могильниках близ Верхня- ковцев, Волковцев, Глыбочка Великого, Городка, Застенки, Кочубинцев, Лосяча и др. (ZWAK, 1877, s. 14, 31, 196; 1878, s. 9, 10, 14, 61-68; 1879, s. 15- 18, 21, 32, 38, 44, 45, 70-73; 1881, s. 67-69; 1882, s. 21, 26; 1883, s. 62; 1884, s. 20-27, 51; 1890, s. 40- 49; 1891, s. 19-27, 39-42, 89, 90). Позднее результаты этих раскопок были обобщены Б. Янушем (Janusz В., 1918). К тем же десятилетиям относятся раскопки И. Коперницкого и В. Пшибиславского (несколько могильников в окрестностях Зеленого Гая и Звиняча). В 90-е годы XIX в. раскопками могильников занимались Г. Оссовский, В. Деметршкевич и И. Шомбаты. В начале, XX в. в Зеленом Гае и Пала- шевке раскопки подплитовых могил проводил К. Га- дачек (Hadaczek К., 1909).

 

В 20—30-х годах XX в. большое внимание полевым изысканиям бескурганных могильников Верхнего Поднестровья уделяли польские и украинские археологи. Раскопками этих памятников занимались В. Антоневич (Городница, Торске), Я. Пастернак (Лапшин, Новоселки, Костюковка, Осталовицы, Де- лева и др.), Ю. Костшевский (Хомяковка), Т. Сули- мирский (Великая Плавуча, Бодаки), Е. Цехакувна (Грицивцы) и другие (Antoniewicz W., 1925а, s. 184, 185; 1925b, s. 91, 98; Sulimirski Т., 1935, с. 24, 25; 1937, s. 226, 227; Janusz В., 1929, s. 267; Записки, 1933, с. 128; 1935, с. 262, 264).

Последующие раскопки (Копачинцы) вел А. А. Ратич (Ратич А. А., 1955, с. 25, 26). Ему же принадлежит сводка памятников западных областей Украины, в которой приведена очень краткая информация о многих бескурганных могильниках исследуемой территории (Ратич О., 1957). Е. И. Тимофеев, анализируя погребальные древности Правобережной Украины, высказал догадку о принадлежности рассматриваемых могильников хорватам (Тимофеев Е. И., 1961а, с. 69).

 

Какие-либо заметные различия между подплитовы- ми захоронениями и погребениями, не обозначенными каменными плитами, ни в погребальном обряде, ни в вещевых материалах не, наблюдаются. Все они содерл?ат исключительно труноположения с западной ориентировкой. Глубина могильных ям колеблется от 0,3 до 1,1 м. Как правило, покойников хоронили без гробов. Остатки деревянных гробов зафиксированы только в единичных захоронениях четырех могильников — Грицивцы, Зеленый Гай, Михалков, Палашевка. Обычно в могильной яме помещался один покойник. Парпые захоронения (мужчины и женщины) чрезвычайно редки. В виде исключения встречаются и семейные захоронения — скелеты взрослых и детей под одной-двумя плитами. В заполнении могильной ямы иногда обнаруживают обломки гончарной глиняной посуды. Обычай бить глиняные горшки при захоронениях отмечен и в других областях древней Руси.

 

Большинство подплитовых захоронений имеет лишь крупную плиту, положенную горизонтально после засыпки могильной ямы. В настоящее время эти плиты находятся или на поверхности, или под пахотным слоем. Их размеры разнообразны — от 1,5Х Х0,4 до 2,2X1 м.

 

В могильниках, исследованных в Остановом и Де- леве, открыты захоронения, в которых крупные плиты были обложены камнями. В одной из могил у с. Городок под плитой на глубине 0,4 м обнаружена кучка валунов.

 

Многие бескурганные погребения Верхнего Поднестровья не содержат вещей. Вместе с тем встречено много захоронений (главным образом женщин), в которых находились металлические и стеклянные украшения ( XXXI). В трех погребениях зафиксированы остатки головной ленточной повязки (венка). Ткапь не сохранилась. В Добровлянах найдены три бронзовые бляшки от повязки, в Джур- кове — тонкая металлическая орнаментированная пластина, к которой подвешены бубенчики и трапециевидная привеска, в Михалкове — 10 бляшек с тисненым орнаментом и отверстиями для прикрепления к материи.

 

Среди височных украшений преобладают перстнеобразные кольца с заходящими концами ( XXXI, 1-8, 12, 18-29, 32, 36-38, 41, 43, 45-48) и перстнеобразные кольца с концом или обеими концами, завернутыми в обратном направлении ( XXXI, 10, 16, 30, 31, 33—35, 44). Часто эти кольца изготов- лепы из четырехгранной проволоки. Височные кольца этого типа встречены по всей территории распространения грунтовых могильников. В могильниках около Торске и Мышкова найдены еще перстнеобразные кольца с завитком-колечком па одном из коп- цов ( XXXI, 14, 15, 17), а в Делеве и Глыбочке Великом — S-коиечные кольца ( XXXI, 40, 42). Трехбусниные кольца ( XXXI, 11, 39) встречены в могильниках при Волковцах, Городнице, Городище, Джуркове, Иване-Злоте, Мышкове, Смилышце.

 

Из других украшений обычны перстни проволочные или витые. В одном из погребений Жежавского могильника найден пластинчатый перстень с щитком- восьмигранником. Остальные украшения представлены единичными экземплярами. Бронзовые бусы встречены только в Семеновском могильнике. Толсто- проволочпый браслет происходит из погребения в Торске. В этом же могильнике и в Хотимеже найдены лунницы ( XXXI, 9). Оригинальная привеска ( XXXI, 13) обнаружена в Мышкове. Изредка в погребениях встречаются стеклянные браслеты (Городница, Бедриковцы, Короливка, 1'ожиск). В двух погребениях (Запитов, Ленковцы) найдены железные пряжки. В одном из подплитовых погребений в Звиняче (Przybyslawski W., 1909, s. 60—64) оказался колт с эмалью (изображена птица с поднятым хвостом). Изредка в погребениях обнаруживают куски золототканой материи и мелкие бронзовые пуговки. Интересные поясные бляшки ( XXXI, 49—55) происходят из Калиновщины.

 

Из других предметов можно отметить железный топор (Короливка), шиферное пряслице (Иванс-Зло- те), бронзовую иглу и обломок костяного шила.

 

Женский костюм погребенных в описываемых грунтовых могильниках характеризуется очень небольшим количеством украшений. Только перстнеобразные височные кольца и проволочпые перстни встречаются повсеместно и относительно часто. Ос~ тальпые предметы единичны и поэтому ие, могут характеризовать облик костюма рассматриваемой группы славян.

 

Среди перечисленных вещей нет определенно датирующих находок. Все они принадлежат к древнерусским типам, широко распространенным в домонгольское время. В. Антонович — исследователь Тор- ского могильника — одного из наиболее богатых вещевым материалом, датировал его захоронения X—XIIвв. Как будто все материалы не противоречат датировке верхнеднестровских грунтовых могильников X—XIII вв. К этому времени относятся как подпли- товые могилы, так и захоронения без паземных признаков.

 

Как уже отмечалось, Е. И. Тимофеев определил рассматриваемые могильники как хорватские. Действительно, все они находятся на территории, которую можно считать хорватской. Однако эта территория больше, чем ареал подплитовых могил, и их распространение лишь в части хорватского региона нуждается в объяснении.

 

Может быть, большое количество груптовых могильников в Поднестровье н распространение здесь подплитовых погребений связаны с отливом славянского населения из районов нижнего Днестра, т. е. с переселением тиверцев под натиском кочевников в более северные области.

 

Южные иоднестровскпе группы славян были сдвинуты с их мест кочевниками уже в X в. Большинство же захоронений в верхнеднестровских бескурганных могильниках относится уже к XI—XII вв., когда, как показывают археологические исследования, поселения городского тина в Среднем Поднестровье были или разрушены кочевниками, или покинуты из-за непрерывных нападений степняков. Славянское население вынуждено было отступить к северу и сохранилось лишь в глухих лесных райопах. Может быть, переселение славян-тиверцев на север отражают такие топонимы, как летописный Черн на среднем Днестре и Черновцы в Северной Буковине. Город Черн — Алчедарское городище — был покинут славянами в начале XII в. (Федоров Г. Б., 1961, с. 80-85). Поселение на месте современного г. Черновцы, судя по разведывательным материалам, основаио в XII—XIIIвв.

 

Пока невозможно сказать, когда в Северном Поднестровье распространился обычай класть на могилы каменные плиты. Не исключено, что этот обычай восходит к более древнему времени. Однако могильники тиверцев раннего времени почти неизвестны археологам, а кроме того, могильные каменные плиты могли быть убраны в позднейшие столетия.

 

Области Верхнего Поднестровья, где предположительно расселились тиверцы, бежавшие под натиском кочевников, принадлежали хорватам. В таком случае нужно полагать, что область распространения подплитовых могил была хорватско-тиверской. Этим объясняется се своеобразие но сравнению с остальным регионом восточнославянских хорватов.

 

Оформление Галицкой земли в особую древнерусскую область в какой-то степени, по-видимому, было обусловлено спецификой племенного состава населения Верхнего Поднестровья. Выделение ее произошло в последней четверти XI в. По решению Любеч- ского «съезда» древнерусских князей в 1097 г. один из Ростнславичсй — Ваенлько — был утвержден в Терсбовле (ПСРЛ, I, с. 256, 257). По-видимому, в Теребовле, находящемся в самом центре Северного Поднестровья, там, где хорватско-тнверскне грунтовые могильники расположены наиболее густо, существовала местная правящая среда, заинтересованная в том, чтобы иметь своего князя и тем самым сохранить территориальную целостность и некоторую само- стоятельпость. Территория Галицкоп земли этого времени в основном совпадаем' с ареалом подплитовых п грунтовых могпл, рассмотренных выше. llepe- мышль с округой в состав этой земли, по всей вероятности, вошел позже: «съезд» 1097 г. утвердил в Неремышле самостоятельного князя Володаря.

 

Теребовльский князь поддерживал связи с более южными областями тиверского Поднестровья. Так", Василько Ростиславич предполагал переселить обитателей нижнего Дуная в Галицкую землю (IICPJT,с. 266). О связях с Югом свидетельствует тот факт, что в походе Василько па ляхов в 1092 г. участвовали также половцы (ПСРЛ, I, с. 215). Годом раньше, по- видимому, князь Василько послал на помощь Византии пятитысячное войско. В начале 40-х годов XII в. Галицкая земля и Перемышльская волость объединились под властью галицкого князя. Объединенная территория сохранила название Галицкой земли.

 

 

К содержанию книги: Славяне

 

 Смотрите также:

 

Тиверцы. К вопросу об этнокультурной контактной зоне...

В северной части Днестровско-Прутского междуречья культура типа Луки-Райковецкой перерастает в древнерусскую культуру

 

Культура Смоленско Полоцких длинных курганов

Это подтверждают, во-первых, различия в топографии памятников КСДК и таких археологических культур, как роменская и Луки-Райковецкой, а также большинства