ПАЛЕОЛИТ

 

 

Женские статуэтки из кости и бивня мамонта, «палеолитические Венеры»

 

 

 

Среди сюжетных изображений отметим прежде всего скульптурные зооморфные изделия, как бы продолжающие собой тему, определившуюся еще в предшествующий период. К их числу относятся небольшие стилизованные схематические фигурки из мергеля, изображающие, как правило, мамонта, реже — носорога.

 

Они близки по стилю, но встречаются в разнокультурных памятниках: в верхнем слое Костенок 1 ( 102, 1, 2), во II слое Костенок 11, в верхнем слое Костенок 4 ( 104, 2, 3, 9; 105). Наряду с ними в верхнем слое Костенок 1 найдены достаточно реалистические изображения голов пещерного льва ( 102, 3) и медведя, а во II слое Костенок 11 — волка. Имеются и гравированные изображения животных на бивне мамонта: в верхнем слое Костенок 1 и на Тимоновской стоянке (Ефименко П. П., 1958, с. 408; Грехова Л. В., 1977, с. 90). В обоих случаях изображен какой-то рогатый зверь, возможно, олень или козел. Третья гравюра —из нижнего слоя Костенок 21 — выполнена на песчаниковом плоско-выпуклом диске. Морда этого зверя сохранилась плохо, но по моделировке туловища и ног в нем можно предполагать изображение носорога.

 

По сравнению с известными зооморфными изображениями ранней поры позднего палеолита Русской равнины раннеосташковские фигурки меняются как по стилю исполнения, так и по содержанию. Вместо плоской, контурной передачи образа появилось объемное изображение, наряду со стилизованными фигурками имеются головки, передающие зверя реалистично, детально (особенно в этом отношении примечательна миниатюрная головка львицы из верхнего слоя Костенок 1). В этот период уже нет изображения лошади; свыше половины всех зооморфных фигурок принадлежит мамонту. Это согласуется с изменением основного объекта охоты, прослеживающимся в раннеосташковское время во многих археологических культурах, с исключительной ролью, которую в это время мамонт играл в жизни оседлых охотников Восточной Европы.

 

В раннеосташковское время на территории Русской равнины впервые появляются антропоморфные изображения. Когда речь заходит об изображениях человека в палеолитическом искусстве, в первую очередь невольно вспоминаются знаменитые женские статуэтки, воспроизводящие обнаженных женщин, выполненные из мергеля или бивня мамонта, встречающиеся на территории Восточной Европы почти исключительно в памятниках виллендорфско-костенков- ской культуры (Костенки 1, верхний слой, Костенки 13, Авдеево, Гагарино, Хотылево 2). В советской литературе эти изображения описаны достаточно подробно; нет недостатка и в гипотезах, пытающихся объяснить значение этого образа.

 

Читателя, желающего подробно разобраться в этом вопросе, мы отсылаем к соответствующей литературе, в первую очередь — к двум монографиям 3. А. Абрамовой (1962, 1966). Здесь же кратко остановимся на некоторых характерных чертах самих статуэток и условий их нахождения, важных, с нашей точки зрения, для их интерпретации.

 

1. В подавляющем большинстве женские статуэтки виллендорфско-костенковской культуры характеризует единый канон: статическая, застывшая фигура обнаженной женщины со слегка склоненной к груди головой, непропорционально тонкими, согнутыми в локтях руками, сложенными на животе или поверх груди, слегка согнутыми в коленях ногами. За единственным исключением (недавно найденная статуэтка из Авдеево) лицо не изображалось90. Признаки пола, как правило, подчеркнуты, утрированы. В то же время статуэтки далеко не стандартны: каждая из них обладает своими индивидуальными особенностями. Так, наряду с изображениями низкорослых, тучных, иногда явно беременных женщин имеется значительное количество высокорослых, грацильных даже худощавых фигурок. Имеются и более существенные отступления от канона: например, статуэтка, изображенная в позе танца, из Гагарина (Тарасов Л. М.л 1972,  2, 1) ; изображение приготовившейся к родам женщины (мергелевая фигурка беременной женщины с подогнутыми ногами из Костенок 13). В искусстве позднего палеолита Восточной Европы своеобразное сочетание, синтез обобщенных представлений с предельной конкретностью, натуралистичностью изображения, отражающего эти представления, пожалуй, с наибольшей полнотой выражается в женских статуэтках.

 

2. На площади поселений фигурки женщин встречаются как в специальных ямках-хранилщцах, так и в самом культурном слое, зачастую в разбитом виде (мергелевые статуэтки). Вероятно, изготовлявшиеся в большом количестве женские статуэтки из мергеля не представляли для людей того времени большой ценности, предназначались для недолговременного использования во время каких-то обрядов, после чего теряли значение, могли быть выброшены, разбиты. Это может свидетельствовать о неразвитости религиозных представлений, едва ли связанных с «удвоением» мира, делением его на «естественное» и «сверхъестественное».

 

 Статуэтки воспринимались скорее всего не как «вместилище души» и т. п., но как своеобразные средства, предназначенные для овладения вполне реальными, естественными вещами (будь то охотничья добыча, увеличение потомства, борьба с болезнями н т. д.,— овладения мнимого, иллюзорного для нас, но воспринимаемого первобытным человеком как вполне целесообразное, реальное действие. Об этом же свидетельствует и положение, видимо, более ценных статуэток из бивня мамонта: они находились в большинстве своем в специальных ямках-хранилищах, вырытых в полу длинного жилища, но в таких же ямках-хранилшцах здесь находились и настоящие орудия труда: кремневые ноже- видные пластины, костяные шилья, лощила, мотыги н проч., а также украшения и охра.

 

Здесь проявляется еще один очень важный момент палеолитического искусства — непосредственная связь эстетического с трудовой деятельностью в широком смысле слова. Разумеется, эта связь прояв- ется не только и не столько в положении женских статуэток в культурном слое. Еще ярче она проявляется в орнаментированных орудиях труда, особенно, когда орнамент, вероятно, нес не только эстетическую, смысловую, но и функциональную нагрузку. Так, орнамент на рукоятях бивневых мотыг, вероятно, способствовал захвату мотыги рукой; орнамент на фибулах (параллельные нарезки в верхнем слое Костенок 1, ряды насечек во II слое Костенок 14) — использованию их в качестве застежек одежды.

 

Вспомним также штриховку на меловой корке древнейших позднепалеолитических орудий из нижнего слоя Костенок 12. Тесная связь собственно трудовой деятельности и эстетической еще почти не отделяющейся от первой, прослеясиваемая в эпоху позднего палеолита, свидетельствует о зарождении эстетического отношения к действительности в процессе труда, являющегося, таким образом, в конечном счете, источником возникающего искусства.

 

Помимо хдрошо выраженных «реалистических» женских изображений, в памятниках виллендорфско- костенковской культуры встречаются, но значителхи но реже человеческие изображения без выраженных признаков пола (мужские?), очень условные «антропоморфные» изображения ( 102, 10), а также ряд личин, в которых можно усмотреть изображения мифических существ — полузверей-полулюдей («то- темические предки»?— 102, 4).

 

Нужно особо отметить двойную статуэтку из Гагарина, изображающую две человеческие фигурки с прижатыми друг к другу головами (Тарасов Л. Л/., 1972, а, 6). JI. М. Тарасов, нашедший эту статуэтку, приводит аналогии между нею и двойным погребением подростков из Сунгирьской стоянки, предполагая возможность контактов между носителями виллендорфско-костенков- ского и костенковско-сунгирьского вариантов культур (Тарасов Л. Л/., 1972 а, с. 19). В связи с этим можно вспомнить о находке в верхнем слое Костенок 1 дротика из бивня мамонта (отдаленная аналогия сунгирьским копьям). Однако никаких иных следов взаимовлияния этих двух самобытных и разновременных позднепалеолитических культур Русской равнины не обнаружено. Поэтому предположение о семантической связи гагаринской статуэтки с сунгирьским погребением остается не доказанным.

 

На территории Восточной Европы за единственным исключением (Елисеевичская стоянка) реалистические женские изображения встречаются только в памятниках виллендорфско-костенковской культуры. Значительно шире распространены условные, «знаковые» антропоморфные изображения. Наиболее интересными из них являются, пожалуй, мезинские орнаментированные фигурки, одновременно напоминающие фаллосы, и схематические женские фигурки с утрированной седалищной частью, а также близкие к ним по орнаментации фигурки птиц, одновременно похожие на стилизованные женские изображения ( 103, 1—6). Мы согласны с теми исследователями, кто не видит противоречия в такой трактовке этих изображений, рассматривая их как «сложный семантический сплав на основе простейшего приема изобразительного совмещения составных элементов» (Столяр А. Д., 1972, с. 60). Сложнее «прочитать», расшифровать этот знак-образ (человек «вообще» — птица? идея оплодотворения?). Возможно, подобными «совмещенными» изображениями являются и антропоморфные фигурки из верхнего слоя Костенок 4. В любом случае они свидетельствуют о сравнительно развитом абстрактном мышлении человека эпохи расцвета позднепалеолитической культуры.

 

Символические, знаковые изображения прослеживаются как в скульптуре, так и в гравюре. Сошлемся, в частности, на гравированный бивень из Кирилловской стоянки. Эту гравировку нельзя считать орнаментом, так как для нее «характерна...несвяанность с контурами бивня, полная асимметрия» (Борисковский П. 1953, с. 119), но она не является и сюжетным изображением. В тщательно выгравированных линиях, зигзагах, заштрихованных контурах, очевидно, заключался определенный смысл, но смысл этот выражен не реалистическим, а знаковым, символическим изображением и однозначному толкованию не поддается.

 

В раннеосташковское время иввестны также предметы с геометрическим орнаментом, нанесенным красной охрой. Это —крупные кости мамонта из Мезинской стоянки ( 103, 9—11), интерпретируемые С. Н. Бибиковым как музыкальные инструменты, а также череп мамонта, из Межиричей, орнамент которого представляет собой, по мнению И. Г. Пидопличко, условное изображение огня (Пидопличко И. Г., 1976, рис» 85). Окрашенные кости в палеолитических стоянках встречаются не так редко. Но, как правило, на таких костях удается установить только следы краски, но не характер рисунка. Кости мамонта, найденные на Мезинской и Межиричской стоянках, являются в этом отношении редкими исключениями.

 

женские фигуры палеолит

 

К содержанию книги: Древнекаменный век - палеолит. Археология СССР

 

 Смотрите также:

 

ОБРАБОТАННАЯ КОСТЬ. Изделия из кости и их обломки, со...

Из памятников первобытного искусства особый интерес представляет женская статуэтка из бивня мамонта и найденные вместе с ней пластины из бивня с орнаментом (61).
Изображение мамонта из кости найдено на стоянке Авдеево.

 

Палеолит. Археология мадленского слоя с костями.

Прежде всего это выполненная в реалистической манере женская статуэтка из бивня мамонта.

Резьба по кости  Резьба по кости. Бивни мамонта, слона, моржовая кость и зуб...

 

Палеолитическое искусство. Искусство и религия

Особенно замечательны по жизненной передаче форм обнажённого женского тела и выразительности две статуэтки

Жилище древних людей из костей и черепов мамонта.

С южной стороны - это лучевая кость и бивни мамонта, один из которых находился в альвеоле черепа.
Особое внимание исследователя было привлечено к находкам чу- ринг с резьбой и женской статуэтке (Поликарпович, 1968.