Горный Крым

 

 

«ПЕЩЕРНЫЕ» КРЕПОСТИ И МОНАСТЫРИ

 

 

 

Пещеры Тепе Кермена

 

КЫЗ-КЕРМЕН

 

КАЧИ-КАЛЬОН

 

 

Да одиноко городища

Чернеют, жутко средь степей,

Забытых дел, умолкших дней

Ненарушимые кладбища...

М. А. Волошин

 

Среди «пещерных городов» численно преобладают сравнительно небольшие поселения, до статуса города не дотянувшие. Это крепости-замки, располагавшиеся на высотах, господствующие над окрестными долинами. Они возникали как укрытия для жителей открытых поселений, постепенно превращаясь в резиденцию местного князька. Это также «пещерные» монастыри, не имевшие оборонительных сооружений.

 

Они расположены обычно в живописном урочище, и, будучи органично слиты с ним, возбуждают двойное удивление — красотой местности и умением человека так расположить свои жилища, чтобы ни в чем не нарушить этой красоты.

 

К юго-западу от Бахчисарая находятся две горы с почти схожими, издали напоминающими усеченный конус вершинами. Но расположенные на них городища очень непохожи друг на друга. Если на Кыз-Кермене внутрискальных сооружений совсем немного, то на Тепе-Кермене — не менее 250 высеченных в скале пещер, усеивающих его скалистую макушку в несколько ярусов (см.  23 и 24 вкл.).

 

ТЕПЕ-КЕРМЕН

 

Попасть на Тепе-Кермен можно из Бахчисарая, минуя Чуфут-Кале, по тропе, выводящей через караимское кладбище на плато, далее по лесной дороге и затем по тропе, круто уходящей влево и вниз по скалистому склону в лес. Она приводит на ровную поляну, посреди которой возвышается усеченный конус поросшей лесом горы, увенчанной скалистой вершиной. Вид этой горы удивителен, откуда бы на нее ни смотреть — издали, с плато, когда она как остров тонет в туманно-сиреневых далях на фоне гор Главной гряды, или вблизи, где правильность ее очертаний, контрастное сочетание покрытых лесом склонов и отвесных скал макушки, загадочность пещер будят фантазию и воображение. Именно зарисовки с натуры Тепе- Кермена послужили К. Ф. Богаевскому основой для картины «Жертвенники». Один из вариантов рисунка изображает две одинаковые пирамидальные вершины — это, несомненно, зарисовка вершин Тепе-кермена и, на втором плане — Кыз-Кер- мена. Художник назвал рисунок «Алтари в пустыне», имея в виду название одного из разделов стихотворного сборника своего друга — поэта М. А. Волошина и одноименное стихотворение, где есть строки:

 

Я поставлю жертвенншс в пустыне

На широком темени горы.

 

Поэт писал в нем о языческом поклонении Солнцу, а художник увидел в стройных очертаниях Тепе-Кермена подножие такого алтаря. Правда, в окончательном варианте картины худоясник существенно отошел от натурных зарисовок — перед нами не две, а три одинаковые вершины, более вытянутые, похожие на пирамиды и на вулканы одновременно. Реальный по сути пейзаж; стал одновременно картиной ясизни то ли природы, то ли давно прошедших, но важных в истории становления человеческого духа эпох.

 

Городище Тепе-Кермен расположено на вершине горы-останца высотой 544 м над уровнем моря и 225 м над окружающей местностью. Склоны ее поросли лесом с запада и северо-запада, остальная часть безлесна. С северо-востока наверх ведет единственная тропа. Археологически городище исследовано недостаточно: выявлено, что оно существовало с VI в., когда здесь, на пограничье византийских владений строится небольшая крепость. В XI-XII вв. застройка становится более плотной, появляются наземные храмы. Из-за вторжений татар (поход Ногая в 1299 г., Тимура в конце XIV в.) жизнь в городе постепенно замирает. Впрочем, население не совсем покинуло Тепе-кермен: по крайней мере, здесь отмечены следы небольшого монастыря, существовавшего и в XVI в. Оборонительные сооружения Тепе- Кермена практически неизвестны, правда, немецкий ученый XVIII века Тунман упоминает руины крепости на вершине. Сегодня о ее существовании говорят только остатки «постелей» боевой стены, которые вместе с вырубленными в скале верхними маршами дороги свидетельствуют о продуманной системе укреплений, вполне типичной для раннесредневековых крепостей Внутренней гряды — Эски-Кермена, Мангупа (на мысе Тешкли-бурун) и др. В этом случае можно рассматривать пещеры над верхним маршем дороги как входившие в систему обороны. В месте входа на плато сохранились подрубки от основания ворот раннесредневековой стены. Укрепления Тепе-Кермена, возможно, возникли на территории укрепленного убежища, с примыкавшим к нему сельским поселением, к которому принадлежали пещеры восточного и юго-восточного склона.

 

Самый известный памятник Тепе-Кермена — пещерная церковь с необычным алтарем и с крещальней VIII—IX вв., весьма своеобразная по интерьеру. Ее размеры — 4,5x10,5 м, причем внутреннее пространство вытянуто в длину не как обычно, от входа к алтарю, а вдоль него. Молящиеся размещались полукругом перед выступающим внутрь храма алтарем, окруженным шестью грубо высеченными в скальном массиве колоннами, из которых полностью уцелели три. На наружных стенках предалтарной преграды высечены большие кресты (см.  25 вкл.); выступ в глубине алтаря, под окном, служил жертвенником. У юго-восточной стены храма — две высеченные в полу гробницы, над ними — остатки греческой надписи, в углу — баптистерий в виде каменного ящика с крестообразной выемкой. В пещере ниже церкви исследователи начала XIX века находили много человеческих костей: очевидно, это была усыпальница (костница), куда складывали, по древнему обычаю кости, вынутые из гробниц. Своеобразное решение внутреннего пространства пещерного храма роднит его с аналогичными сооружениями областей Малой Азии (Анатолии, Сирии). Поскольку носителями этих традиций были иконо- почитатели, бежавшие на окраины империи, особенности тепе- керменской церкви могут служить косвенным доказательством их пребывания здесь. Очевидно, в период создания храма Тепе- Кермен был уже заселен, а городище укреплено. И хотя следы крепостных стен пока не обнаружены, такой вывод может быть сделан из наличия на Тепе-Кермене оборонительных пещер, аналогично мангупским и эскикерменским контролирующих верхний марш дороги. Последнее свидетельствует о существовании каких-то общих принципов в организации системы обороны.

 

Из других пещерных церквей можно отметить «церковь с ризницей» в северо-западном обрыве. Это церковь простой прямоугольной формы с апсидой, по бокам которой расположены ниши, а в южной стене вырублен проход в ризницу. Здесь сохранились остатки греческих надписей. Раскопками вскрыты некоторые следы существования наземных построек на плато: большой дом из четырех помещений, в каждом из которых — вырубки для установки пифосов; меньших размеров помещение с лестницей из штучных блоков, время сооружения которого определено XII в., а верхняя кладка из тесаного камня — XIV в. Неподалеку была найдена пластина с изображениями святых. У южного края плато заметен фундамент небольшой часовенки с полукругом апсиды из массивных, грубо отесанных каменных блоков.

 

Пещеры Тепе Кермена

 

Само название Тепе-Кермен — замок или крепость на горе — говорит о том, что на плато находилось укрепление, однако раскопки пока не дали полной картины жизни городища. Зато пещеры Тепе-кермена, в большей степени сохранившие следы былой жизни на горе, являют собой едва ли не все многообразие типов, встречающихся в пещерных городах

 

Наиболее полное обследование пещер Тепе-Кермена было предпринято в 1912 г. Крымским обществом естествоиспытателей и любителей природы. Его результаты были обобщены Н. А. Бо- ровко в работе, которая «по полноте иллюстративного материала (фотографии, планы, чертежи), охватывающего едва ли не все пещеры этого города, нужно отдать ей справедливость, представляет исключительное явление в литературе о пещерных городах»1. Установлено реальное количество имеющихся на сегодня пещер — 250, дана их классификация по форме. Самые крупные пещеры со входом во всю ширину, составляющие примерно половину всех пещер, Боровко причислил к самым ранним: внутри имеется обычно нечто вроде лежанки, с углублением, напоминающим ясли, верхний край которого иногда приподнят и снабжен дырами словно для привязи скота.

 

По мнению Боровко, «лежанки», или каменные скамьи, предназначенные для погребений, с утратой прежних погребальных обычаев были приспособлены к хозяйственным нуждам. Их верхнюю часть углубили и превратили в «ясли», а по верхней кромке пробили круглые отверстия, вероятно, для привязывания животных. Часто встречаются в таких пещерах «каменные кольца» — так приходится называть, — пишет Боровко, — высеченные в стенах, потолке уступы с дырами, очень напоминающими отрезки кольца, вставленные своими концами в каменную массу»3. Пещеры с входом в виде люка, находящиеся на вершине плато, производят впечатление погребов наземных сооружений, за исключением нескольких, служивших цистернами для сбора воды. Пещеры с «дверью», которых насчитывается 57, — это маленькие помещения без окон. Отмечает он также и несколько самых маленьких — ниже человеческого роста — и самых «непонятных» пещер со входом-«дверью», расположенных с противоположной стороны горы.

 

На юго-западе скала выдается в лес уступом: обогнув ее и двигаясь к югу, встречаем самую крупную пещеру. Перед ней естественная терраса, в левом конце которой вход в виде двери: против входа — выступ с нишей, над ними, по обе стороны — две нитеобразные выемки. По словам Боровко, «некоторые принимают ее за пещерный храм, но не христианский»4. Разбирает Боровко и основные гипотезы о происхождении пещер. Первая приписывает их образование «народу глубокой древности», «троглодитам» Страбона: эту точку зрения высказывали Дюбуа де Монпере, Д. Струков, Г. Караулов. Другие приписывают крипты христианам, спасавшимся от гонений, ико- нопочитателям (Паллас и др.). Согласно третьей гипотезе, высказанной немецким ученым Тунманом в 1777 г., Тепе-Кермен — это кладбище глубокой древности. «Тепе-Кермен, то есть замок горной вершины, — писал он, — высокая, отдельно стоящая гора в виде сахарной головы  на вершине которой еще и теперь видны остатки крепости, по-видимому, глубочайшей древности. Вся скала покрыта бесчисленным количеством гротов и пещер, расположенных в особом порядке, почти как колумбарии древних. Можно думать, что их назначение и было служить местами погребения».

 

КЫЗ-КЕРМЕН

 

Спустившись с Тепе-Кермена и свернув налево по проселочной дороге, выйдем на узкий южный отрог ближайшего плато, на котором находится городище Кыз-Кермен — Девичья крепость. С трех сторон оно ограничено почти отвесными обрывами, а с севера соединено с плато узким перешейком. Здесь проходила оборонительная стена, которая прослеживается по покрытому дерном развалу камней длиной 130 м. Древняя колесная дорога с глубокими колеями подходит к стене у самого восточного обрыва, где, наверное, были ворота, а у западного, видимо, находилась вылазная калитка: вблизи от нее — спуск в ущелье по высеченной в скале лестнице. Первое описание Кыз-Кермена было сделано в начале XX века П. В. Никольским. Тогда внутри укрепления уцелело много развалин наземных построек, имевших в ряде случаев странную круглую или овальную форму, много битой черепицы. В 1961 г. археолог А. Л. Якобсон раскопал здесь остатки жилых и хозяйственных строений, принадлежавших поселению VIII—IX вв. С 1980 г. его изучением занимается археолог А. В. Белый. Его раскопки существенно «удревнили» дату появления здесь крепости, отнеся ее к IV—III вв. до нашей эры. Такой вывод сделан на основании уцелевшего небольшого участка стены из тесаного камня, аналогичной кладке Херсонеса того же времени6. На рубеже старой и новой эры Кыз-Кермен становится одной из позднескифских крепостей. Перед оборонительной стеной выявлено селение первых веков н. э. Укрепления Кыз-Кермена, вероятно, восстанавливаются или ремонтируются при хазарах в 70-80-х гг. VIII в. Поселение окончательно приходит в упадок в IX в.7

 

Оборонительная стена была облицована с наружной стороны блоками известняка, а с внутренней была сложена из ломаного дикого камня, кроме того, она была усилена каменным валом, так что ее ширина в основании достигала 8 м. На отдельных блоках нанесены знаки-метки. Отмечены определенные аналогии с оборонительными укреплениями времен Хазарского каганата. За стеной раскрыт ряд больших усадеб, огражденных каменными стенками: внутри вокруг двора группируется несколько строений. Среди них выделяется более крупная постройка, состоящая из многих помещений, в которой можно предположить резиденцию правителя. По краям обрывов в скале вырублены тарапаны, что свидетельствует о занятиях населения виноделием.

 

На Кыз-Кермене известны всего три искусственные пещеры. Одна расположена на территории усадьбы; другая — на южной окраине, третья — в восточном обрыве плато, напротив Тепе- Кермена. В ней устроены две лежанки, в полу — очажная яма.

 

В ряде мест городища видны остатки высеченных в скале виноградодавилен. Кыз-Кермен по размерам площади, обнесенной стеной, почти не уступал Чуфут-Кале и Эски-Кермену: так же как и у этих городов, здесь сохранялась обширная незастроенная территория, отделенная от города внутренней стеной необоронительного характера и ныне густо заросшая лесом. В мирное время это внутреннее пространство могло служить местом стоянки караванов и рыночной площадью, а в военное — местом загона для скота и укрытия сельского населения ближайшей округи. Короче говоря, Кыз-Кермен с момента своего возникновения в V в. располагал всеми необходимыми условиями для превращения в значительный по тем временам город, и этому способствовало его расположение на древних путях, ведущих через долину Качи, перевал Кибит-богаз в Алуштинскую долину, то есть на Южный берег, и на пересечении этих путей с главной торговой трассой, ведшей из степей к Херсонесу. Однако жизнь в городе прекратилась в конце IX-X вв.: вероятно, ему сильно повредило соперничество со стороны соседнего, активно растущего Кыркора — Чуфут-Кале.

 

О Кыз-Кермене и Тепе-Кермене существует легенда. Согласно ей, Кыз-Кермен был некогда хорошо укрепленным торговым городом. Правил им князь, которому во всем помогала красавица дочь. А князь и дружина соседнего Тепе-Кермена непрестанно чинили обиду городу, грабя торговые караваны, пытаясь подчинить себе его жителей. Чтобы восстановить мир, старейшины Кыз-Кермена решили поженить дочь князя и наследника замка. Молодые согласились, но между ними возник спор: молодой князь потребовал, чтобы невеста пришла в его замок, однако девушка была горда и считала, что вначале князь должен явиться к ней. Порешили на том, что через овраг, разделяющий Кыз-Кермен и Тепе-Кермен, будет сооружен мост, посередине которого и встретятся молодые. И вот в сопровождении свиты вступили они на мост, но дойдя до его середины, девушка, вспомнив старые обиды, выхватила кинжал и убила жениха. Дружина князя зарубила ее, и вновь разгорелась вражда между городом и замком. А мост развалился: огромные камни, из которых он был сложен, как гласит легенда, и сейчас еще разбросаны по оврагу, разделяющему оба городища. Легенда эта, как и многие крымские легенды, многослойна: здесь и отголоски матриархата с его более независимым положением женщины в обществе (наша героиня участвует в делах управления и владеет оружием, не соглашается подчиниться власти мужа); здесь и свойственные раннему средневековью противоречия между интересами торгово-ремесленного населения города и феодальными раздорами; здесь, возможно, и память о землетрясении и причиненных им разрушениях.

 

КАЧИ-КАЛЬОН

 

Средневековые пещерный монастырь и поселение Качи-Кальон находятся в 8 км к югу от Бахчисарая. Сюда можно добраться рейсовым автобусом до села Предущельного, сойдя на остановке «Предущельное-2». Как и все «пещерные города», он расположен на отроге Внутренней гряды, высотой 450-510 м над уровнем моря. Пройдя вперед по шоссе, остановимся у скалы Таш-Аир, замечательной своей росписью — уникальным памятником искусства эпохи неолита. Присмотревшись к ее желтоватой поверхности, можно различить рисунки красной охрой, изображающие батальную сцену. Роспись становится заметнее, если обрызгать ее водой, тем более что рядом, из-под огромной скалы, вытекает родник. От Бахчисарая есть и другая дорога. От турбазы «Привал», мимо горы Бешик-тау, через Михайлов- ское лесничество можно выйти на вершину плато Качи-Кальон, откуда открывается редкий по красоте вид на Качинскую долину. На десятки километров просматривается внизу лента шоссе, селения, правильные ряды фруктовых садов, поля, лесистые склоны левого берега Качи — все как на ладони. Мы пройдем на высоте птичьего полета по кромке плато, поверхность которого изрезана глубокими расщелинами. Незаметное понижение к западу ведет к спуску по лесной дороге, а она — к заросшей лесной тропе в обход скалы, через Змеиную балку, к описанному уже подъему от шоссе.

 

Итак, миновав скалу Таш-Аир, вновь выходим на шоссе. Вскоре показывается похожая отсюда на нос корабля скала Качи-Кальона, наверху изрезанная трещинами, образующими изображение огромного креста. Отсюда — одно из объяснений названия скалы — «крестовый корабль». Существует и более прозаическое — «каньон Качи».

 

 О Качи-Кальоне не сохранилось письменных свидетельств, археологически он мало изучен, и дошедшие до наших дней предания о том, что здесь когда-то находилось языческое капище «с истуканом того же имени», по словам известного крымоведа В. X. Кондараки8, возможно, правдивы. Впрочем, зрелище Большого грота с вытекающим прямо из скалы источником и растущим перед ним вековым деревом вряд ли кого может оставить равнодушным. Мало найдется на земле мест, которые бы с большим основанием заслуживали названия храма в полном смысле слова, но воздвигнутого самой природой. Еще большее впечатление он должен был производить на наших предков, поклонявшихся скалам, деревьям, источникам. Следы народных верований сохранились здесь до последнего времени: еще и сегодня на ветвях старой черешни завязаны узелки из лоскутков ткани. По-видимому, не случайно возник здесь монастырь: христиане нередко сооружали храмы и часовни в местах, почитаемых язычниками святыми.

 

Тропа, поворачивающая вдоль скалы к юго-западу, приводит на территорию поселения, усеянную множеством обломков скал, отколовшихся от основного массива и заваливших крутой склон к реке. В скальных глыбах вырублены помещения, тарапаны, часовни с гробницами; встречается много высеченных крестов различной формы — вписанных в круг, с простым пли двухлопастным расширением на концах. От «носа корабля» — начала скального массива — некогда шла в юго-западном направлении оборонительная стена, сложенная из тесаных известняковых блоков с включением лежавших на ее пути скальных глыб. Она изображена на рисунках путешественников XIX в. Остатки стены прослеживаются вплоть до одного из самых интересных памятников Качи-Кальона. Это храм св. Софии, высеченная в большом, отдельно стоящем обломке скалы. Размеры ее невелики — 5,3x2,4 м, ориентация на юго-восток. Апсида имеет подковообразную форму, ее отделяет от наоса несколько более высокий уровень пола и деревянный иконостас. В центре ее вырезано углубление для престольного камня. По ее полукружию высечен одноступенчатый синтрон, в стенах вырублены ниши для установки икон. Стены церкви в XIX в. были несколько подтесаны и побелены. В храм ведут два входа. Один, более ранний, вел в наос, второй — в алтарь. На сохранившейся фотография видны деревянные навесы над двумя входами (один из них ведет в алтарь) и деревянные двери. В нише над первым входом вырезан равноконечный крест с расширяющимися концами. Внутри церкви вырублены скамьи для прихожан; в полу — несколько гробниц. Поблизости от церкви — несколько «однорогих» надгробий, остатки кладбища, окружавшего храм. В обломке скалы за церковью некогда была усыпальница, позднее переделанная в виноградодавильню — тара- пан. Церковь была заброшена после выхода христиан из Крыма в 1778 г.; возобновлена в 1888 г. и закрыта в 1921 г.

 

В Качи-кальонском каменном массиве скопления высеченных в скале пещер сосредоточены вокруг пяти огромных естественных гротов. Первый, обращенный к западу грот, сильно завален обломками скалы; искусствен- Цепочка пещер между гротами. ных пещер в нем нет, зато в Качи-Кальон            стенках и полу множество

вырубок для укрепления деревянных балок и стояков от примыкавших к скалам построек.

 

Отдельные пещерные помещения и давильни для винограда (не менее 120!) разбросаны по всей немалой территории Качи-Кальона (.). Встречаются и одичавшие виноградные лозы, которые, видимо, привольно себя чувствовали на согретом солнцем юго-восточном склоне. Вместе с виноделием, приносившим, должно быть, немалые прибыли, процветало и гончарное производство тары для него — всевозможных амфор и кувшинов, а также кровельной черепицы.

 

Между первым и вторым гротом расположен пятиярусный комплекс пещерных помещений, числом более пятидесяти, вырубленных в отвесном обрыве. Все они соединялись между собой террасами, переходами и лесенками, частично сохранившимися. В полу вырублены зерновые ямы и тарапаны. Во втором гроте, как и в первом, сохранилось много следов деревянных сооружений, но искусственных пещер нет. Их довольно много между вторым и третьим гротами. В третьем гроте появляются высеченные пещеры. Среди них одна, размером 9x2,5 м служила церковью: ее северная стена и апсида высечены в скале, а наружная стена была сложена из камня. Апсида подковообразной формы ориентирована на северо-восток. На стенах — кресты, выведенные красной краской и высеченные в скале. Наос храма прямоугольный, к нему с запада примыкает нартекс, в каждое из помещений ведет отдельный вход.

Между третьим и четвертым гротами — более 30 пещер. Не доходя до четвертого грота — большой выступ скалы, на котором когда-то размещалось укрепление. С северо-запада мыс ограждала стена метровой толщины из тесаного камня, которая хорошо просматривается снаружи. В западной части стены была прямоугольная башня, а ближе к массиву скалы — ворота шириной 2 м, с ведущим к ним коридором, от которого сохранились камни основания. Построена башня, судя по разведочным раскопкам, не ранее X в., однако встречаются отдельные находки VII-VIII вв. Значительная часть мыса занята кладбищем, сохранились надгробия двух типов — двускатные плиты с продольными гранями и длинные, имеющие на одном конце своеобразную «башенку», в которой сделана ниша. На нескольких из них — узор из плетенки, звезд и розеток. Гробницы, на которых поставлены эти надгробия, сложены из каменных плит в виде «ящика».

 

Несколько крупных обломков скалы хранят остатки высеченных в них церковных сооружений: в одном из них вырублена ниша и в ней рельефный «процветший» крест, типа тех, что переходили внизу в изгибы стилизованной виноградной лозы, — символ, на редкость уместный в Качи-Кальоне с его развитым винодельческим хозяйством! Рядом помещение покрупнее, по всей северной стене которого сохранилась высеченная скамья. Над ним заметны остатки миниатюрной часовенки с гробницей.

 

За укрепленным мысом находится четвертый, самый большой грот Качи-Кальона с источником св. Анастасии, вода которого почиталась целебной, и это, видимо, с древнейших времен привлекало сюда паломников (см.  28 вкл.). Это удивительное по величию и грандиозности творение природы. Подобно сводам готического храма где-то немыслимо высоко над головой смыкаются скалы. Освещение в гроте мягких теплых тонов: желтоватого цвета каменные стены приглушают яркость солнечных лучей (см.  30 вкл.). Основание грота узко — часть его обрушилась от времени, и крутизна обрыва, хаос обломков внизу, еще более усиливают ощущение головокружительной высоты. Начиная от основания и выше в несколько ярусов высечены пещеры. В центре — ниша, где прямо из скалы сочится вода, выдолбившая глубокую чашу в камне; над источником был высечен большой крест. Чуть ниже из расселины поднимается старое черешневое дерево, выросшее буквально на голой скале и питаемое водами источника.

 

Внизу под гротом, на усеянном обломками скал склоне, в котором высечены пещеры и виноградодавильни, существовало селение, видимо, тоже огражденное стеной, составлявшей вместе с вышеописанным укрепленным скальным мысом единый комплекс. П. Сумароков, посетивший Качи-Кальон в конце XVIII в., увидел здесь «валяющиеся по скату во множестве, тесанные продолговатыми четвероугольниками большие каменья, отделанные карнизы... уцелевшие остатки разрушенной церкви... Один греческий монах, отыскав признаки сего храма, испрошенною милостыней починил и превратил оной в часовню»9. В одной из отдельно стоящих скал видны остатки небольшого храма с гробницей. Неподалеку — развалины церкви, пристроенные к апсиде, высеченной в скале: это древняя церковь св. Анастасии, пришедшая в упадок от времени и возобновленная в середине XIX в. по инициативе архиепископа Иннокентия, который приписал ее к Успенскому монастырю.

 

По сохранившимся документам известно, что Качикальонский монастырь, как и некоторые другие монастыри и церкви Юго- западного Крыма, в годы владычества Гиреев получал материальную помощь от русского государства, которое тем самым поддерживало связи с местным христианским населением. Среди прочих упомянута и церковь Иоанна Предтечи в деревне Бия-сала (Верхоречье), расположенная в шести километрах от Качи-кальо- на вверх по реке. От жителей этих мест сохранились кладбища со старинными надгробиями XVIII-XIX вв. самых разнообразных форм (см.  29 вкл.). Здесь же находятся руины церкви Иоанна Предтечи XIV в., от которой уцелели одна алтарная апсида и фундаменты. Находившаяся в апсиде роспись, ныне перенесенная в Бахчисарайский музей, представляет немалую художественную ценность как по исполнению, так и по композиции: изображен весьма редкий и архаичный сюжет «Поклонение жертве», встречающийся и в других пещерных храмах.

 

 грот Качи-Кальон

грот Качи-Кальона

 

К содержанию книги: Тайны Крыма

 

 Смотрите также:

  

император ЮСТИН. Варвары в Крыму. Чуфут-Кале.

..."пещерные города" Мангуп, Эски-Кермен, Чуфут-Кале, Качи- Кальон, Бакла и другие , или стену, открытую в ущелье под
Для той же цели служили пещеры у сооруженных в поздний период Южных ворот.
Городище Тепе-Кермен ( 33,25) занимает изолированное плато, на...

 

Чигенитра-Богаз, Демерджийский перевал, Гурзуфское седло...

Путь на север связывал Южный берег со средневековыми пещерными монастырями, городами и крепостями княжества Феодоро (Мангуп, Эски-Кермен, Качи- Кальон и др.)

 

ХАЗАРЫ. ХАЗАРСКИЙ КАГАНАТ. Константин Багрянородный.

На Главной гряде на Бас- манском хребте обнаружен скотоводческий комплекс, состоявший из пещеры с
Возведенные без фундамента стены в углах не перевязаны . На плато Кыз-Кермен , в
Ранняя же датировка пещерных монастырей в Инкермане, Шулдане, Качи-Кальоне и...