«Эврика» 1980. ПРИРАСТАТЬ БУДЕТ СИБИРЬЮ

 

 

Организация Сибирского отделения Академии наук в Новосибирске и Томске 

 

 

 

Я испытываю глубокое удовлетворение от того, что мне довелось участвовать в организации научных центров в Сибири и на Дальнем Востоке, в мобилизации науки на решение больших проблем развития этого богатейшего края.

 

Я отдал этому почти 20 лет жизни, к ним можно было бы добавить и 20—30 предшествующих лет, когда я набирался опыта и сил, приобретал сторонников и единомышленников, без которых было бы невозможно взяться за такое огромное дело.

 

В год двадцатилетия Сибирского отделения его деятельность была рассмотрена Центральным Комитетом КПСС. В принятом постановлении говорится: «Сибирское^ отделение Академии наук СССР с его институтами, филиалами, опытно-производственными подразделениями стало крупным научным центром. Здесь осуществляются важные фундаментальные и прикладные исследования, способствующие усилению научно-технического потенциала страны, росту авторитета советской науки. Создание Сибирского отделения АН СССР оказало и оказывает непосредственное влияние на развитие производительных сил, образования и культуры восточных районов страны, обусловило возникновение Дальневосточного и Уральского научных центров Академии наук, сибирских отделений ВАСХНИЛ и Академии медицинских наук СССР, а также расширение сети высших учебных заведений».

 

Все мы, кто участвовал и участвует в создании и работе Сибирского отделения, горды такой высокой оценкой. Она означает, что крупный государственный эксперимент, начатый в 1957 году с образованием в Сибири мощного научного центра, привел к успеху.

Но я хочу рассказать не об успехах, а о тех путях, которыми мы к ним пришли, об удачах, находках, а иногда и ошибках на этих путях, о нерешенных проблемах. Ибо, как говорил Л. Н. Толстой, «а не то дорого знать, что Земля круглая, а то дорого знать, как люди дошли до этого».  

 

Когда Сибирское отделение Академии наук СССР отмечало в 1977 году свое двадцатилетие, на юбилейном собрании мы вспомнили некоторые вехи на пути большой науки в Сибири.

 

С первых шагов своей многовековой истории Академия наук обращала взоры к Сибири — «золотому дну» государства.

 

Достаточно вспомнить грандиозные по тем временам камчатские экспедиции, многолетние путешествия российских академиков, плодами которых стали научные описания «Сибирского царства».

 

Первый научный центр Сибири появился в 90-х годах прошлого столетия в Томске. В открывшиеся здесь университет и технологический институт были приглашены крупные ученые и инженеры из Петербурга, Москвы, Харькова. Кроме учебных корпусов, большой библиотеки, замечательного ботанического сада, были построены научные лаборатории, оснащенные первоклассным оборудованием.

 

Революция ознаменовала новое открытие Сибири — началось интенсивное изучение и освоение огромных природных ресурсов этого края: минеральных, энергетических, растительных и других.

 

Создавая планы развития страны, строительства новых городов и поселков, освоения богатств земных недр, Советское государство с первых лет своего существования прибегало к помощи науки. Ибо, только опираясь на мощь современной науки, можно реализовать самые дерзновенные планы с наименьшими людскими и материальными затратами. Развернутая программа привлечения научных сил к экономическому преобразованию Советской республики была дана В. И. Лениным в его знаменитом «Наброске плана научно-технических работ». В нем он писал: «Академии наук, начавшей систематическое изучение и обследование естественных производительных сил России, следует немедленно дать от Высшего совета народного хозяйства поручение образовать ряд комиссий из специалистов для возможно более быстрого составления плана реорганизации промышленности и экономического подъема России». И далее дается расшифровка того, что должно войти в этот план: рациональное размещение промышленности с точки зрения близости сырья; обеспечение возможности самостоятельно снабдить себя всеми главнейшими видами сырья и промышленности; обращение особого внимания на электрификацию, водные силы и ветряные двигатели...

 

Сегодня мы понимаем, что в этом плане в неявном виде уже были заложены и задачи Академии наук СССР в Сибири, ибо где, как не здесь, находятся главные источники сырья страны и ее главные «водные силы»?

 

О значении, которое придавало Советское правительство Сибири уже в годы первых пятилеток, свидетельствует высказывание председателя Госплана СССР академика Г. М. Кржижановского, сделанное им в 1930 году: «Бывает, что докладчики с мест, выдвигающие местную проблему и защищающие местные нужды, частенько впадают в некоторое хвастовство. Но вот если Сибирь говорит о своих богатствах, тут нечего опасаться такого уклона, ибо вопрос об ископаемых богатствах Сибири и об утилизации этих богатств — это даже не вопрос СССР, а вопрос мирового порядка. Тут никаких элементов мещанского хвастовства нет».

 

Уже в начальные советские годы делаются серьезные усилия для развития науки в Сибири, и в первую очередь, естественно, в Томске. По инициативе В. И. Ленина создается университет в Иркутске, несколько позднее во Владивостоке. Но все же Томск продолжает занимать ведущее положение в Сибири как но подготовке высококвалифицированных кадров, так и по уровню научных исследований.

 

Особенно велика была роль Томска в период первых пятилеток — Кузбасс в большой мере создан воспитанниками Томска. Но уже тогда становилось ясным, что наука вузов не может обеспечить полную и быструю реализацию пятилеток, создание новой индустрии, качественный скачок в поисках полезных ископаемых. В Сибири организуются отраслевые научно-исследовательские институты, в Томске по инициативе академика А. Ф. Иоффе открывается филиал Ленинградского физико-технического института во главе с членом-кор- рсспондентом АН СССР В. Д. Кузнецовым. Академия наук организует крупные экспедиции по изучению природных ресурсов Сибири.

 

Однако темпы развития производительных сил, новые сложные задачи по освоению природных ресурсов Сибири все в больших масштабах требовали участия ученых в познании возможностей этого края, в создании обоснованных планов перспективного развития.

 

Характерно в этом отношении датированное 1924 годом обращение правительства Якутской АССР к Академии наук СССР с просьбой организовать изучение производительных сил республики. В нем говорилось: «Ныне, поставив перед собой грандиозную задачу поднять благосостояние народных масс Якутии, наше молодое автономное правительство... натолкнулось на громадные трудности в отсутствии научных исследований о направлениях и тенденциях развития народного хозяйства Якутии». Академией наук была создана комиссия по изучению Якутской АССР, работы которой легли в основу первого пятилетнего плана молодой республики.

 

Вслед за Якутией в академию обратились руководящие органы Западно-Сибирского, Восточно-Сибирского и Дальневосточного краев, Урала, Казахстана и Туркестана — все они просили создать в столицах этих краев академические отделения. Г. М. Кржижановский, например, приветствовал эту идею «как великолепное средство для лечения разрыва между теорией и практикой». Однако специальная комиссия академии по организации филиалов пришла к заключению, что «основать в указанных городах подлинные отделения Академии наук невозможно. Разослать академиков по указанным городам для постоянной работы нельзя без уничтожения самой Академии наук, выбрать для этого новых академиков, обязав их жить и работать в таком-то городе, также нельзя».

 

Но жизнь настоятельно требовала укрепления и объединения научных сил края. В 1925 году в Новосибирске создается Общество изучения Сибири и ее производительных сил. В 1926 году в Новосибирске в Доме Ленина проходит первый сибирский краевой научно- исследовательский съезд, участники которого писали: «Съезд... считает своим долгом заявить от имени научных деятелей, исследователей и специалистов-практиков сибирского края, что в их лице Советская власть имеет верных сотрудников, готовых отдать все силы и знания для совместной с рабоче-крестьянскими массами работы по скорейшему исследованию и широкому использованию производительных сил края».

 

Хотя академия еще не была готова к развертыванию полноценного отделения на востоке страны, однако этот вопрос не мог быть снят с повестки дня. Довольно скоро чрезвычайная сессия Академии наук признала необходимым создание в стране сети комплексных опорных научно-исследовательских станций и баз, выросших затем в филиалы Академии паук — Дальневосточный, Западно-Сибирский, Восточно-Сибирский, Якутский. Организация филиалов сыграла значительную роль в становлении науки на востоке страны — они разрабатывали для своих регионов вопросы, наиболее актуальные для развития народного хозяйства, способствовали росту научных кадров.

 

Академия энергично включилась в работы по обоснованию планов развития Сибири. Под руководством Ангарского бюро Академии наук СССР и Гидропроекта в 30-е годы велись научные, проектные и изыскательские работы по подготовке строительства гидростанций па Ангаре и Енисее.

 

В 1932 году в Новосибирске, Томске и других городах прошли выездные сессии Академии наук СССР, посвященные проблеме Урало-Кузбасса — создания на основе сибирского угля и уральской руды новой мощной угольно-металлургической базы страны. Я хочу привести пророческие слова, произнесенные тогда участником этой сессии академиком С. И. Вавиловым: «Академия наук, ранее, еще совсем недавно, бывшая ученым советом, в котором были сосредоточены представители так называемой «чистой науки», переменила свой фронт: она пошла навстречу жизни, пошла навстречу технике, навстречу задачам политики и задачам производства и промышленности. Новая академия стремится стать штабом науки и техники в стране».

Следующий этап в развитии науки в Сибири начался во время Великой Отечественной войны, когда на восток- были эвакуированы многие заводы и научно-исследовательские институты.

 

Например, в Новосибирск тогда была перебазирована часть ЦАГИ (Центрального аэрогидродинамического института), исследования которого подкрепили работу авиационного завода имени В. П. Чкалова по выпуску боевых машин. Известный механик, руководитель ЦАГИ академик С. А. Чаплыгин стал почетным председателем новосибирского комитета ученых по мобилизации сил на борьбу с фашистскими захватчиками. Крупные московские КБ были переведены в Барнаул, Омск и другие сибирские города. Значительное число их и после войны осталось в Сибири и стало па месте решать научные проблемы, связанные с промышленностью и другими отраслями народного хозяйства.

 

Активизировались и геологические работы в Сибири, ведь нужно было срочно обеспечить промышленность теми видами минерального сырья, источники которых были временно захвачены врагом, — углем, железом, ртутью, полиметаллами.

В значительной степени для более полной мобилизации науки, техники и ресурсов Сибири в целях обороны страны в 1943 году было принято решение о создании в Новосибирске Западно-Сибирского филиала Академии наук. В сферу деятельности филиала были включены также Омская, Томская и Кемеровская области, Алтайский и Красноярский края, Тувинская автономная область. За годы своего существования филиал внес существенный вклад в развитие науки и производительных сил Западной Сибири и Красноярского края.

 

В 50-х годах идея создания в Сибири крупного научного центра обрела реальную и благодатную почву.

 

Решения XX съезда поставили на повестку дня интенсивное освоение исключительных природных богатств Сибири и Дальнего Востока. В перспективе Сибирь должна была превратиться в крупнейшую базу СССР по добыче угля, производству электроэнергии, в основную базу теплоемких и энергоемких производств — электрометаллургии, углехимии, электрохимии, производства алюминия, магния, титана и др. К тому времени уже были получены обнадеживающие сведения о запасах нефти и газа в Сибири, на Ангаре и Енисее велось строительство крупнейших гидроэнергетических установок, вдохнувших в этот регион новую жизнь, в южной части Западной Сибири развивалось сельское хозяйство, шло освоение целинных и залежных земель, в Кузбассе строился Запсиб.

 

В первые послевоенные годы все силы государства были брошены на восстановление народного хозяйства запада страны, разрушенного войной. Теперь же внимание постепенно переключалось на развитие восточных областей, начало которому было положено еще в 30-е годы созданием Урало-Кузнецкого комбината.

 

Академия наук уже накопила к этому времени опыт работы в Сибири и для Сибири. Сибирские проблемы успешно решали академики И. П. Бардин, И. М. Губкин, В. А. Обручев, А. Е. Ферсман, В. Л. Комаров и многие другие. Но новый этап развития Сибири требовал и нового научного подхода. Экспедиционные исследования, работа различных советов и комиссий по проблемам Сибири, которые сослужили в свое время хорошую службу, были уже недостаточны для продуманного и научно обоснованного освоения многообразных природных ресурсов этого края.

 

В филиалах Академии наук на территории Сибири и Дальнего Востока научная работа велась в основном по изучению природных богатств восточных районов, а также по текущим проблемам техники. Теоретические исследования производились в весьма ограниченных объемах, местные институты не могли браться за решение больших задач по новой технике, посильной лишь крупным комплексам технических и теоретических институтов.

 

Становилось все яснее, что для обеспечения должного размаха научных исследований необходимо создание здесь ряда новых институтов, которые вместе с существующими филиалами Академии наук могли бы решать большие проблемы и обеспечить непрерывно возрастающие потребности ведущих отраслей промышленности и сельского хозяйства Сибири.

 

В начале 1956 года, когда в печати развернулось обсуждение проекта Директив XX съезда партии, мы с С. А. Христиановичем и С. А. Лебедевым выступили в «Правде» со статьей «Назревшие задачи организации научной работы», где, в частности, обращали внимание на то, что многие научные институты и основные кадры сосредоточены в Москве и Ленинграде, вдалеке от соответствующих производственных центров, и что это наносит большой ущерб делу. Мы считали, что созрела необходимость создания общего плана размещения научных институтов, вузов и опытных производств на территории страны.

Эти идеи разделяли многие. На партийном активе восточных филиалов Академии наук, проведенном в Новосибирске, прозвучали пожелания, чтобы академия направила часть своих квалифицированных кадров на восток страны. Предложение о пересмотре сети научных учреждений СССР поддержал и московский партактив ученых Академии наук СССР.

 

Таким образом, постепенно формировалось и укреплялось общее мнение ученых о том, что для претворения в жизнь огромных задач по освоению природных

богатств Сибири настало время обеспечить здесь опережающее развитие науки, приблизить ее к районам интенсивного развития экономики.

 

Чем больше я размышлял и обсуждал с коллегами дело развития науки Сибири, тем заманчивее представлялась идея именно там создать высокую концентрацию научных сил, обратить их на познание и использование природных богатств. Вспоминались высказывания о Сибири М. В. Ломоносова — «Российское могущество прирастать будет Сибирью»; В. И. Ленина — «Чудесный край. С большим будущим», и еще — «Горные богатства Сибири представляются совершенно необъятными, и мы даже в лучшем случае, при большом успехе, в несколько лет не могли бы разработать одной сотой их доли. Они находятся в таких условиях, где потребуется оборудование лучшими машинами». А это значит — Сибири нужна и вся мощь современной науки, то есть крупные научные силы, активно работающие ученые.

 

В Сибири их к этому времени было не густо — достаточно сказать, что к востоку от Урала, где создавалось около 10 процентов промышленной продукции страны, находилось едва ли 1—2 процента научного потенциала (например, докторов и кандидатов наук). В то же время было ясно, что создание научной базы на востоке не может быть решено только путем эволюционного развития филиалов Академии наук СССР — оно затянулось бы на десятилетия, и что необходимо перевести туда крупные, хорошо зарекомендовавшие себя научные коллективы из Москвы и Ленинграда.

 

Сыграли роль и другие причины. В то время сокращалось строительство научно-исследовательских институтов в центральных городах, и многие ученики зрелых ученых не имели возможности получить там работу такого уровня, к которому они были подготовлены. Следовательно, этот контингент способной молодежи можно было привлечь к созданию большой науки на востоке страны.

Так постепенно созревала идея научного десанта — переезда в Сибирь большой группы ученых и организации там нового научного центра.

 

Своими мыслями я делился с С. А. Христиановичем, с С. Л. Соболевым, с сотрудниками и друзьями по прежним местам работы, вел разговоры в Академии наук, в ЦК партии с В. А. Кириллиным, возглавлявшим Отдел науки и вузов. Идея создания крупного научного комплекса на востоке страны получила одобрение. Что касается моих учеников и сотрудников, занимавшихся взрывной тематикой, то все они захотели работать в задуманном сибирском центре.

 

Нельзя сказать, что идея продвижения науки на восток сразу была всеми принята «на ура». Пришлось встретиться и со скептиками. Ссылаясь, например, на трудности перевода на периферию даже отдельных вузов, они не верили в возможность перебазированш: целого отделения Академии наук. Да, мне тоже были известны неудачные попытки перевода некоторых институтов на восток страны. Несколько ученых, отправившись на новое место и не получив там должной научной базы и не обретя единомышленников, возвратились обратно в столицу. Что же, это было объяснимо — ведь одно полено не горит, их должно быть много. Помните, еще Иван Калита демонстрировал удельным князьям, как легко ломается отдельный прутик и как трудно сломать пучок прутьев... Поэтому было важно с самого начала организовать ударную группу ученых, коллектив, который бы действовал объединенно, поддерживая друг друга.

 

Начинать дело без академиков со стажем было явно невозможно: участие С. А. Христиановича и С. Л. Соболева было непременным условием, без которого предприятие по созданию нового научного центра было бы обречено на провал в самом начале. В трудное время организации и становления Сибирского отделения оба они сыграли большую роль.

 

Я хорошо их знал по совместной работе в течение многих лет. С. А. Христианович пережил тяжелое детство. Он был в беспризорниках до тех нор, пока случайно не встретился с друзьями своих погибших родителей, которые его приютили и дали возможность учиться. Затем окончил Ленинградский университет, где отличился способностями к математике и быстротой восприятия и мышления. С. А. Христианович одинаково преуспел в теоретических исследованиях и в эксперименте, занимался многими проблемами: течением жидкостей в каналах, фильтрацией нефти и газа, аэродинамикой и газовой динамикой летательных аппаратов, механикой твердого тела и энергетикой.

До войны я работал с ним вместе в ЦАГИ (там его звали САХ по аналогии с С. А. Чаплыгиным, которого за глаза называли САЧ). Во время войны САХ возглавлял оставшуюся в Москве часть ЦАГИ. В послевоенное время он провел большую и особо важную работу по созданию Московского физтеха. К моменту, когда возникла идея образования Сибирского отделения АН СССР, САХ уже был трижды лауреатом Государственной премии, стал академиком-секретарем Отделения технических наук Академии наук. А так как я был академиком-секретарем Отделения физико-математических наук, то мы, таким образом, могли составить неплохой тандем.

 

Несколько позже третьим в нашей упряжке стал С. Л. Соболев, мой давний коллега по Математическому институту имени В. А. Стеклова и по работе с И. В. Курчатовым. Избранный академиком в 31 год, автор широко известных работ в области математического анализа, Герой Социалистического Труда и трижды лауреат Государственной премии, активный общественный деятель, он был, конечно, исключительно полезной фигурой для организации нового научного центра. С. Л. Соболев и доныне возглавляет в Новосибирске созданный им Институт математики.

На годичном общем собрании Академии паук в феврале 1957 года идея сибирского научного центра была обнародована. В докладе главного ученого секретаря А. А. Топчиева было сказано: «Заслуживает внимания предложение академиков М. А. Лаврентьева и С. А. Христиановича о создании в Сибири большого научного центра АН СССР, в котором они выразили желание работать. Президиум Академии наук уверен, что и другие ученые последуют этому патриотическому примеру». Это сообщение па общем собрании, а затем краткая информация о нем в газете «Правда» нашли отклик среди многих ведущих ученых, которые пожелали ехать в новый центр вместе со своими учениками и сотрудниками.

 

Так началась непосредственная подготовка к организации Сибирского отделения Академии наук.

 

 

К содержанию книги: О создании Сибирского отделения Академии наук

 

 Смотрите также:

  

системе организации науки...  Научные общества и академии наук   академической науки  Российская академия наук РАН   Институт Академии наук   

 

Российская Академия наук. Издательская деятельность...    академик АМН СССР...

был создан новый научный медико-биологический центр—Сибирский филиал Академии наук - Сибирское отделение АН СССР

 

Последние добавления:

 

запахи и звуки       Топонимика   Квантовая физика элементарных частиц      Право в медицине