БАНКОВСКИЙ ВКЛАД. ИСТОРИЯ ПРОИСХОЖДЕНИЯ И РАЗВИТИЯ ДОГОВОРА БАНКОВСКОГО ВКЛАДА ДЕПОЗИТА

 

Развитие договора банковского вклада в российском и советском законодательстве

  

 

В российской дореволюционной юридической литературе все банковские сделки дифференцировались на две категории: активные и пассивные операции банков.

 

Например, Г.Ф. Шершеневич писал: "Под именем активной операции следует понимать такую юридическую сделку, из которой для банка вытекает право на денежную сумму.

 

Под пассивной операцией понимается юридическая сделка, которою устанавливается обязанность банка уплатить денежную сумму. Активною операциею создается юридическое отношение, в котором банк играет роль активного субъекта; пассивною операциею создается юридическое отношение, в котором банку предназначается роль пассивного субъекта. По активным операциям банк является кредитором своих клиентов, по пассивным операциям - должником их" <*>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 412.

 

Банковские вклады, наряду с эмиссионными операциями и займами, относились к числу пассивных операций, с помощью которых банк приобретает капиталы. Как отмечал Г.Ф. Шершеневич, среди всех пассивных банковских операций "первое место занимают вклады. Это главный источник банкового кредита и в то же время основа всех активных операций, особенно в коммерческих банках. Размер притекающих вкладов зависит от личного доверия, каким пользуется данное кредитное установление в глазах общества, а также от величины процента, обещанного банком... В отношении вкладов банкам приходится выдерживать острую конкуренцию со сберегательными кассами, впитывающими в себя массы мелких народных сбережений" <*>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 412 - 413.

 

В юридической литературе того времени предлагались различные классификации банковских вкладов. Так, в учебнике торгового права профессора П.П. Цитовича, изданного в 1891 г., выделяются три вида банковских вкладов: вклады для обращения из процентов, вклады на вечное время, вклады на хранение.

 

Говоря о вкладах для обращения из процентов, П.П. Цитович указывал: "Каждый такой вклад есть отдельное, без текущего счета, задолжание определенной суммы денег со стороны банка, хотя, быть может, и одно из многих того же самого банка и тому же самому лицу. Каждый поэтому вклад имеет свое отдельное возникновение и свое отдельное прекращение для давности, для зачета, для платежа" <*>.

--------------------------------

<*> Цитович П.П. Труды по торговому и вексельному праву: В 2 т. Т. 1: Учебник торгового права. К вопросу о слиянии торгового права с гражданским. М., 2005. С. 408. (Классика российской цивилистики).

 

В рамках этого вида банковских вкладов П.П. Цитовичем выделялись вклады бессрочные и срочные. Отличие между ними он видел в следующем: "Для вкладов бессрочных банк не связан относительно процентов в том смысле, что всегда может уменьшить проценты, т.е. понизить их размер, и вкладчику остается на выбор: или оставить свой вклад на уменьшенных процентах, или же взять его обратно. Но для вкладов срочных банк связан теми условиями относительно процентов, на каких принят вклад: до наступления срока размер процентов не подлежит уменьшению и вообще изменению. Но когда срок наступил и вкладчик не берет своего вклада обратно, его вклад останется в виде вклада бессрочного" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 408 - 409.

 

Отмечалось П.П. Цитовичем также различие в юридическом оформлении соответственно бессрочного и срочного вкладов. По этому поводу он писал: "Неодинаков и долговой документ для вкладов срочных и бессрочных. Для первых может быть или расчетная книжка, или вкладной билет (свидетельство); для вкладов срочных - только билет (свидетельство). Документ бессрочного вклада может быть только именной и передается по уступочной надписи с трансфертом. Но документы на вклады срочные могут быть именные и на предъявителя, и когда именные, передача их может быть даже и бланковая" <*>.

--------------------------------

<*> Цитович П.П. Указ. соч. С. 409.

 

Весьма интересным видом банковского вклада представляется вклад на вечное время. Определяя указанный вид вклада, П.П. Цитович указывал: "Сделка о вкладе на вечное время есть установление периодических платежей (ренты) в пользу такого-то лица (учреждения), обязательных для банка навсегда, т.е. пока существует банк. Размер платежей определяется как столько процентов на сумму вклада, т.е. на ту денежную сумму, за которую банк принимает на себя такое обязательство периодических платежей в их неизменном размере. Суммы, полученные банком за свое обязательство, имеют свой отдельный счет; они неприкосновенны: должны быть помещаемы в государственные кредитные бумаги" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 409 - 410.

 

Что касается вклада на хранение, то П.П. Цитович относил его к банковским сделкам, примыкающим к кредитным сделкам пассивного характера. По его мнению, вклад на хранение представлял собой "договор отдачи на сохранение, или поклажи". "Предметом банковой поклажи, - писал П.П. Цитович, - бывают только некоторые вещи, денежные бумаги и различного рода документы юридических сделок (в том числе и духовные завещания), а равно и монеты как штуки (species). Поклажа, далее, может быть: открытая или же закрытая, последняя в виде такого или иного хранилища (шкатулки, ящики) с неизвестным банку содержанием... Обязанность банка только хранить, сберечь отданный ему предмет, а поклажу закрытую хранить от повреждения ее хранилища. Но дальше хранения обязанность банка не идет..." <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 410.

 

Классификация банковских вкладов, предложенная П.П. Цитовичем, не основанная на строгих критериях, выглядит довольно фрагментарной и скорее представляет собой описание произвольно выбранных отдельных видов банковских вкладов. Кроме того, отнесение к банковскому вкладу так называемого вклада на хранение (пусть даже и в качестве примыкающей к нему сделки) противоречит правовой природе соответствующей сделки, представляющей собой разновидность договора поклажи, не имеющего никакого отношения к банковской деятельности по привлечению денежных средств.

Гораздо более стройной и обоснованной выглядит классификация банковских вкладов, предложенная Г.Ф. Шершеневичем, который указывал: "Соотношение интересов банка, старающегося приобрести капиталы возможно дешевле и с возможно дольшим сроком, и интересов вкладчиков, стремящихся вручить банку свои капиталы возможно дороже и с возможно кратким сроком, дает основание к различению нескольких видов вкладов" <*>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 419.

 

Во-первых, Г.Ф. Шершеневич призывал различать вклады срочные, наиболее выгодные для банков, которые, однако, не будучи истребованными в установленный срок, трансформировались во вклады бессрочные, а также вклады бессрочные, по которым вкладчик имел право "затребовать свой капитал во всякое время". В свою очередь бессрочные вклады разделялись на два подвида: вклады по востребованию (oncall) и вклады на текущий счет. Между указанными подвидами бессрочных вкладов, как подчеркивал Г.Ф. Шершеневич, нет юридических различий, но с точки зрения банковской техники различия все же существуют. В частности, вклад по востребованию удостоверялся документным свидетельством, а вклад на текущий счет - расчетной книжкой; вклад по востребованию возвращался сразу и полностью, а вклад на текущий счет - "по частям, по мере и в мере затребований, и с возможностью пополнения"; вклад по востребованию предполагал предупреждение за несколько дней, а вклад на текущий счет выдавался в момент затребования; проценты при вкладах по востребованию исчислялись по месяцам, а проценты по вкладам на текущий счет - по дням <*>.

--------------------------------

<*> См. там же. С. 420.

 

Рассматривал Г.Ф. Шершеневич и вопрос о вкладах на хранение, однако, в отличие от П.П. Цитовича, не относил соответствующие сделки к банковскому вкладу, а квалифицировал их в качестве самостоятельного договора хранения, о чем может свидетельствовать следующее его замечание: "Кроме такого вклада, когда вкладчик передает заменимые вещи в собственность банка с правом требовать обратно эквивалента во всякое время или в условленный срок, практикуются вклады, когда вкладчик передает банку на хранение незаменимые вещи с правом требовать обратно те же вещи во всякое время или в условленный срок. Если вклады первого рода должны быть отнесены к займу, то вклады второго рода представляют собой договор поклажи" <*>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 423.

 

Не обнаруживались Г.Ф. Шершеневичем признаки банковского вклада и в так называемых вечных вкладах. По этому поводу он утверждал: "По своей юридической природе вечный вклад отличается как от вклада на хранение, потому что деньги передаются банку в собственность, так и от денежного вклада, потому что устанавливается право требовать не возвращения капитала, а постоянной уплаты дохода. С этой точки зрения вечный вклад приближается к договору о вечной ренте (rente constituе) или к договору о пожизненном доходе" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 424.

 

Договор банковского вклада считался реальным договором, вступающим в силу с момента внесения вкладчиком соответствующего взноса в банк. Причем в определенных случаях в качестве такого взноса признавались не только деньги, но и иные ценности. Например, Г.Ф. Шершеневич указывал: "Вклад представляет собой реальный договор, который совершается взносом в банк ценности. Эта ценность чаще всего выражается в деньгах, но она может выразиться также в ценных бумагах, которые банк занесет курсовой стоимостью, если пожелает приобрести, векселем, если банк готов учесть его" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 420.

 

Для разных вкладов устанавливалось различное юридическое оформление. Срочные и бессрочные вклады удостоверялись путем выдачи банком именного свидетельства. Государственный банк имел право выдавать по срочным вкладам свидетельства на предъявителя. Иным образом оформлялся вклад на текущий счет: вкладчику выдавалась расчетная книжка, на правой стороне которой обозначался "кредит" (все, что принято банком от вкладчика), а на левой стороне - "дебет" (все, что выдано вкладчику). Расчетная книжка хранилась на руках у вкладчика, а банк вел счет по своим книгам.

Допускалась в то время действовавшим законодательством и уступка прав по банковским вкладам. По срочным и бессрочным вкладам именные свидетельства (билеты) могли переходить из рук в руки путем совершения полной именной передаточной надписи с отражением соответствующей операции в банковских книгах.

Право вкладчика на получение вклада ставилось в зависимость от предъявления последним соответственно именного билета или расчетной книжки. Поэтому требование о выдаче вклада могло быть заявлено либо вкладчиком, либо его доверенным лицом. В случае смерти вкладчика на получение вклада могли претендовать его наследники при условии предъявления ими именного билета или расчетной книжки вкладчика с доказательствами, подтверждающими, что указанные документы получены ими по завещанию наследодателя-вкладчика или в порядке законного наследования.

Теоретические взгляды того времени на правовую природу отношений по банковскому вкладу сводились к двум позициям: одни авторы полагали, что указанные отношения представляют собой иррегулярную поклажу (depositum irregulare), другие же признавали договор банковского вклада разновидностью договора займа. Сторонники первой позиции исходили из того, что, принимая вклад, банк оказывает услугу вкладчику, поэтому в их отношениях можно видеть depositum irregulare, но не заем. Кроме того, отличие вклада от займа усматривали также в том, что при займе срок возвращения капитала устанавливается в интересе должника, тогда как при банковском вкладе указанный срок устанавливается в интересе кредитора (вкладчика) <*>.

--------------------------------

<*> К числу сторонников указанной позиции Г.Ф. Шершеневич относил, в частности, германского ученого Дернбурга (см.: Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 418).

 

Наиболее ярким представителем второй позиции являлся Г.Ф. Шершеневич, его рассуждения о правовой природе договора банковского вклада сохраняют актуальность и в современных условиях и по этой причине заслуживают того, чтобы привести их в полном объеме. Так, Г.Ф. Шершеневич указывал: "Замечательно, что юристы при определении юридической природы вкладов все свое внимание направляют на экономическую цель и совершенно игнорируют то юридически существенное сходство между займом и вкладом, которое состоит в том, что в обоих случаях должник приобретает право собственности на переданные ему заменимые вещи и что в обоих случаях обязанность должника сводится к возвращению эквивалента. Само понятие о depositum irregulare не имеет для настоящего времени того значения, какое оно имело в Риме; в сущности это мертвый член договорной классификации. При том сама экономическая цель вклада понимается неправильно: банк принимает вклады, чтобы ими распорядиться согласно своему плану. Ни о какой услуге в интересе вкладчика не может быть и речи, потому что банк смотрит на вклады со своей коммерческой точки зрения. Срок не составляет существенного момента в договоре займа, и если банку выгоднее срочные вклады, то из этого еще не вытекает, чтобы банку, при его умении комбинировать активные операции с пассивными, не были выгодны вклады бессрочные" <*>.

--------------------------------

<*> Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 418 - 419.

 

Правда, здесь обнаруживается одна юридическая проблема: Г.Ф. Шершеневич относил к числу пассивных операций банка (наряду с банковскими вкладами и эмиссионными операциями) приобретение последним денежных средств путем займа. По этому поводу он писал: "Этот заем может основываться на личном кредите банка. Но он может иметь в своем основании также реальный кредит. Обеспечением в данном случае служат проценты и иные ценные бумаги, принадлежащие банку" <*>. Выходит, что банки, привлекая чужие капиталы, заключают договоры займа и договоры займа - банковского вклада. В этом случае неминуемо встает вопрос о возможности регулирования правоотношений, возникающих из названных договоров займа (по-видимому, все же разных), одними и теми же правовыми нормами, предназначенными для регламентации заемных правоотношений. На этот вопрос Г.Ф. Шершеневич дает не вполне убедительный ответ: "Признавая банковские вклады за заемное отношение, мы не утверждаем, что все постановления нашего закона о договоре займа должны быть применены к вкладам. Вклад представляет заем особого рода, который подчиняется не т. Х ч. 1 (содержащему нормы о договоре займа. - В.В.), а утвердившимся в торговом быту обычаям, поскольку для них не установлены специальные нормы закона" <**>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 414.

<**> Там же. С. 419.

 

Однако при однозначной квалификации договора банковского вклада в качестве договора займа (что имеет место в рассуждениях Г.Ф. Шершеневича) оговорка о неприменении к отношениям, вытекающим из договора банковского вклада, законоположений о договоре займа, в силу признания приоритета в регулировании соответствующих отношений за обычаем делового оборота, по меньшей мере вызывает большие сомнения. Видимо, все же выводы Г.Ф. Шершеневича относительно правовой природы договора банковского вклада следует рассматривать в качестве пожелания законодателю обеспечить правовое регулирование указанного договора в качестве отдельного вида договора займа, имеющего свои весьма существенные особенности ("заем особого рода") и потому требующего специальной регламентации. Вместе с тем рассуждения Г.Ф. Шершеневича относительно невозможности квалификации договора банковского вклада как depositum irregulare (договор иррегулярного хранения) представляются бесспорными и заслуживающими внимания, в том числе со стороны современного исследователя соответствующих правоотношений.

В первые 10 - 12 лет советской власти отношение к правовому регулированию договора банковского вклада практически не изменилось, если не считать короткого периода "военного коммунизма" (до 1921 г.), когда предпринимались попытки в строгом соответствии с марксистско-ленинской теорией избавиться от денег и от банковской системы и ставилась задача превратить банки в "центральную бухгалтерию коммунистического общества" <*>, что привело к упразднению недавно созданного Народного банка и передаче его активов и пассивов Народному комиссариату финансов. Как известно, уже в 1921 г. был учрежден Государственный банк РСФСР, а несколько позже появились и частные банки.

--------------------------------

<*> См.: КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Т. 2. М., 1970. С. 56.

 

В Гражданском кодексе 1922 г. (далее - ГК 1922 г.) <*> по сложившейся российской традиции отсутствовали нормы, специально посвященные договорам банковского вклада и банковского счета. Видимо, расчет был на то, что указанные договоры охватываются общими правилами о договоре займа. Об этом, в частности, свидетельствуют некоторые нормы, содержащиеся в разд. VI "Заем" ГК 1922 г. Так, в соответствии со ст. 210 данного Кодекса сумма займа могла быть выражена как в золотых рублях, так и в денежных знаках; в тех случаях, когда сумма займа выражалась в золотых рублях, подлежащая платежу сумма исчислялась по официальному курсу золотого рубля ко дню платежа. Однако в примечании к этой статье говорилось о том, что Государственному банку представляется право принимать во вклады и на текущие счета золото и серебро в монетах и слитках и иностранную валюту с условием возврата тем же металлом или валютой, но с выплатой процентов советскими денежными знаками. В ст. 213 Кодекса, устанавливавшей запрет на начисление процентов на проценты по договору процентного займа, содержалось положение о том, что указанное ограничение не распространяется на сделки, совершаемые законно существующими кредитными установлениями.

--------------------------------

<*> См.: Гражданский кодекс РСФСР: Официальный текст с изменениями на 1 июля 1950 г. и с приложением постатейно-систематизированных материалов / Министерство юстиции РСФСР. М., 1950.

 

Во время развернувшейся дискуссии по поводу концепции и содержания проекта Кредитного Устава СССР (который в итоге так и не был принят) была опубликована статья М.М. Агаркова "Проблемы законодательного регулирования банковских операций (к вопросу о Кредитном Уставе СССР)" <*>, в которой автор со ссылкой на зарубежный опыт отрицал необходимость детального законодательного регулирования банковских сделок, полагая, "что сложность банковских операций коренится не столько в их юридической природе, сколько в их технике" <**>.

--------------------------------

<*> См.: Агарков М.М. Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. Т. II. М., 2002. С. 135 - 170.

<**> Там же. С. 137.

 

Ссылаясь на особое положение банков, М.М. Агарков утверждал: "Банковые операции, впрочем, в большинстве случаев могут быть без затруднений отнесены к тому или другому типу сделок, известных гражданскому праву. Заем, купля-продажа, поручение, поклажа - вот те сделки, к которым может быть сведено большинство банковских операций, несмотря на то что... они весьма разнообразны. Однако если бы мы вздумали классифицировать банковские операции в соответствии с юридической квалификацией и в зависимости от тех общегражданских сделок, разновидностями которых они являются, то мы получили бы картину, совершенно не соответствующую характеру банковой деятельности. Пришлось бы соединить в одну группу вклады и текущие счета с различного рода банковыми ссудами, так как все эти операции могут быть рассматриваемы как разновидности договора займа" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 140 - 141.

 

Сам же М.М. Агарков, полагая, что "основание для классификации банковых операций берется из бухгалтерии", предлагал следующее деление основных банковских операций: "1) операции пассивные (эмиссия банковых билетов, вклады, текущие счета, эмиссия облигационных займов); 2) операции активные (учет векселей и других обязательств, ссуды разного рода и т.д.); 3) операции по содействию платежам (переводы, инкассо, организация взаимных расчетов, оплата чеков и др.)" <*>.

--------------------------------

<*> Там же.

 

Что же касается возможного варианта регулирования банковских сделок (например, в том же проекте Кредитного Устава СССР), то М.М. Агарков указывал: "Задачей законодательного вмешательства может быть поставлено не регулирование всех взаимоотношений между банками и клиентами, а только создание правовых условий обеспеченности банковых операций и их ликвидности" <*>. И еще: "Достаточно установить в законе условия надлежащей обеспеченности и ликвидности банковых операций, приняв при этом во внимание не только интерес банкового дела, но, конечно, также интересы клиентов" <**>.

--------------------------------

<*> Агарков М.М. Указ. соч. С. 143 - 144.

<**> Там же. С. 145.

 

В то время (период нэпа) еще не ощущалась необходимость коренного переустройства всей системы правового регулирования банковской деятельности, вызванная так называемыми социалистическими преобразованиями всего общества вообще и экономики в частности. Лучше всего об этом говорил сам М.М. Агарков: "Исходными моментами эволюции банковых операций в советское время послужили опыт и образцы дореволюционных банков. Банковый оборот далеко еще не учел и не мог учесть те изменения в характере и строении операций, которые вызываются работой в условиях советского хозяйственного строя. На наших глазах происходит процесс переработки древних образцов и приспособления их к новым задачам и новым условиям работы" <*>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 149.

 

Этот момент, когда действительно потребовалось пересмотреть все правовое регулирование банковской деятельности, наступил в связи с проведением так называемой кредитной реформы в 1930 - 1931 гг., когда было запрещено коммерческое кредитование, а организациям было предписано хранить свои денежные средства на счетах в учреждениях государственного банка.

В связи с названными преобразованиями в банковской сфере действие договора банковского вклада ограничивалось лишь отношениями, складывающимися между кредитными учреждениями и гражданами. Такое положение получило законодательное закрепление в ходе второй кодификации отечественного гражданского законодательства, имевшей место в 1960 - 1964 гг.

В 1961 г. были приняты Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик (далее - Основы 1961 г.) <*>, в 1964 г. - Гражданский кодекс РСФСР (далее - ГК 1964 г.) <**>.

--------------------------------

<*> Ведомости Верховного Совета СССР. 1961. N 50. Ст. 525.

<**> Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1964. N 24. Ст. 406.

 

В Основы 1961 г. была включена отдельная статья 87, содержавшая правила о вкладах граждан в кредитных учреждениях (в ГК 1964 г. - ст. 395, повторявшая текст ст. 87 Основ 1961 г.). Указанные правила предусматривали, что граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами. Государство гарантировало тайну вкладов, их сохранность и выдачу по первому требованию вкладчиков.

Порядок распоряжения вкладами, внесенными в государственные трудовые сберегательные кассы и в другие кредитные учреждения, определялся их уставами. В частности, в период принятия Основ 1961 г. и ГК 1964 г. действовал Устав государственных трудовых сберегательных касс СССР, утвержденный Постановлением Совета Министров СССР от 20 ноября 1948 г. <*>. Следующая редакция Устава была утверждена Постановлением Совета Министров СССР от 11 июля 1977 г. <**>. Согласно Уставу вкладчик был вправе как лично, так и через представителя потребовать выдачи вклада частично или полностью. По поручениям вкладчиков сберегательные кассы совершали операции по переводу вкладов из одних сберегательных касс в другие.

--------------------------------

<*> СП СССР. 1948. N 7. Ст. 89.

<**> СП СССР. 1977. N 21. Ст. 131.

 

В определенных случаях кредитные учреждения были обязаны выполнять поручения вкладчиков совершать безналичные расчеты. Например, государственные трудовые сберегательные кассы осуществляли безналичные расчеты между населением и предприятиями, организациями и учреждениями путем зачисления по желанию трудящихся во вклады причитающихся им от предприятий, организаций и учреждений денежных доходов, совершали операции по перечислению по поручениям вкладчиков в пользу предприятий, организаций и учреждений различных платежей, выдавали населению чеки для расчетов за товары и услуги.

Круг операций, осуществляемых государственными трудовыми сберегательными кассами, этим не ограничивался. Они совершали сделки купли-продажи облигаций государственного займа, принимали облигации на хранение и выплачивали их стоимость при наступлении сроков их погашения, выдавали именные аккредитивы, по которым граждане-вкладчики могли получить внесенные ими деньги в сберегательной кассе, находящейся в любом городе или районе.

Специальным образом определялся порядок распоряжения вкладом на случай смерти вкладчика: последний имел право составить такое распоряжение на своей сберегательной или расчетной книжке или на карточке лицевого счета либо направить сберегательной кассе заявление, содержащее подобное распоряжение вкладом. В этом случае вклад не входил в состав наследственного имущества и на него не распространялись правила о наследовании (ст. 561 ГК 1964 г.).

По общему правилу вкладчики имели право на получение дохода по вкладам, который выплачивался им в виде процентов на сумму вклада, а по так называемым выигрышным вкладам в государственных трудовых сберегательных кассах - в виде выигрыша. Размер процентной ставки по вкладам устанавливался Советом Министров СССР. Причитающиеся вкладчику проценты за год подлежали причислению по окончании года к основной сумме вклада. Получаемые вкладчиком доходы на вклад (проценты или выигрыши) не подлежали налогообложению.

Основами 1961 г. (ст. 87) и ГК 1964 г. (ст. 395) было установлено, что взыскание на вклады граждан в государственных трудовых сберегательных кассах и в учреждениях Государственного банка СССР может быть обращено на основании приговора или решения суда, которым удовлетворен гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, или решения суда по иску о взыскании алиментов (при отсутствии заработка или иного имущества, на которое можно обратить взыскание) либо о разделе вклада, являющегося совместным имуществом супругов. Конфискация вкладов граждан допускалась не иначе как на основании вступившего в законную силу приговора или вынесенного в соответствии с законом постановления о конфискации имущества.

Еще одна примечательная деталь. Статья 395 ГК 1964 г., содержавшая правила о вкладах граждан в кредитных учреждениях, была помещена в гл. 34 Кодекса "Расчетные и кредитные отношения", в которую были также включены статьи о расчетах между организациями (ст. 391); о распоряжении денежными средствами, хранящимися на счетах организаций в кредитных учреждениях (ст. 392); о кредитовании организаций (ст. 393) и о банковских ссудах гражданам (ст. 394). Вместе с тем в гл. 26 "Заем" имелась ст. 272, устанавливавшая, что заемные операции банков и государственных трудовых сберегательных касс регулируются законодательством Союза ССР. Видимо, законодатель имел в виду, что правила о договоре займа применялись лишь к отношениям с участием граждан (в качестве и займодавца, и заемщика), за редкими исключениями, специально установленными законодательством (например, выдача займа ломбардом). Отношения с участием банков, в том числе связанные с осуществлением последними заемных операций, охватывались понятием "кредитно-расчетные отношения" и регулировались отдельными самостоятельными договорами: договорами банковского вклада, банковского счета, банковской ссуды и др. Данное обстоятельство в свою очередь объяснялось особым положением государственных банковских учреждений в плановом социалистическом хозяйстве.

Тем не менее в юридической литературе того периода наличие в гл. 26 ГК 1964 г. "Заем" ст. 272 (элементарной отсылочной нормы, исключавшей возможность применения к заемным операциям государственных трудовых сберегательных касс и иных кредитных учреждений правил о договоре займа и отсылавшей к специальному законодательству) рассматривалось как бесспорное доказательство принадлежности договора банковского вклада к договору займа (видимо, в качестве разновидности последнего). Например, в одном из первых комментариев ГК 1964 г. утверждалось: "И хотя заем предусмотрен Кодексом в самостоятельной главе, отдельно от главы о кредите, отсылочная норма ст. 272, называющая кредитные операции банка и заемные операции сберегательных касс в числе разновидностей договора займа, служит достаточным легальным основанием для того, чтобы и впредь в теоретическом анализе этих операций исходить из общего определения договора займа как родового понятия" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Новый Гражданский кодекс РСФСР. Л., 1965. С. 266 (автор раздела - О.С. Иоффе).

 

Позже, анализируя юридическую сущность договора банковского вклада и сравнивая его с договором иррегулярного хранения, О.С. Иоффе пришел к выводу, что "здесь происходит нечто большее, чем простая модификация договора хранения. Самый же факт уплаты вознаграждения вкладчику свидетельствует о том, что на основе вклада возникает возмездное заемное обязательство. Следовательно, юридически вкладная операция есть договор займа, хотя и соединенный с некоторыми элементами договора хранения" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С. 666.

 

Как же в таком случае объяснялось весьма своеобразное правовое регулирование договора банковского вклада, не допускавшее применение к указанному договору ни одного из правил, регламентировавших договор займа? По этому поводу О.С. Иоффе писал: "Речь, однако, идет о займе в широком смысле, допускающем конструирование разнообразных самостоятельных, несоподчиненных договоров. Такой самостоятельностью и обладает договор денежного вклада, кредитная (заемная) природа которого не исключает признания его особым договором, а подобное признание, в свою очередь, не упраздняет его кредитного (заемного) характера. Порождая заемное и в то же время самостоятельное обязательство, вклад подчиняется не общим правилам ГК о займе, а непосредственно относящимся к нему специальным юридическим нормам" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 666 - 667.

 

Такой подход к определению правовой природы договора банковского вклада использовался и другими советскими правоведами. Например, Я.А. Куник утверждал: "Внесение гражданином вклада в кредитное учреждение влечет за собой возникновение договорного обязательства между вкладчиком и кредитным учреждением, которое сходно с договорами хранения и займа. Однако, учитывая его назначение и направленность, следует признать, что с точки зрения юридической вкладная операция представляет собой договор займа в широком смысле... Одной из особенностей вклада как заемного обязательства является то, что вкладные операции регулируются как общими (ГК), так и специальными нормативными актами" <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. С.Н. Братуся, О.Н. Садикова. М., 1982. С. 482 (автор соответствующего комментария - Я.А. Куник).

 

Несмотря на то что теоретическое конструирование советскими цивилистами договора банковского вклада как разновидности договора займа при том условии, что ни одна из норм ГК 1964 г. о договоре займа не могла регулировать отношения, вытекающие из договора банковского вклада, не может не породить сомнений, особенно в части определения практического значения соответствующей правовой квалификации договора банковского вклада, это скорее проблема советского законодателя, нежели цивилистической доктрины того периода. Именно законодатель свел в одну искусственную категорию расчетно-кредитных правоотношений различные по своей правовой природе гражданско-правовые договоры, основываясь лишь на том, что в этих договорах принимают участие государственные банковские и иные кредитные учреждения. И это было сделано в целях изъятия соответствующих правоотношений из сферы действия кодифицированных актов гражданского законодательства - Основ 1961 г. и ГК 1964 г., что обеспечивало в дальнейшем возможность их регламентации подзаконными нормативными актами: постановлениями Совета Министров СССР, инструкциями Министерства финансов СССР и Государственного банка СССР.

Таким образом, по Основам 1961 г. и ГК 1964 г. договор банковского вклада представлял собой по своей сущности разновидность договора займа, а по предложенной законодателем схеме его правового регулирования - отдельный самостоятельный вид так называемых кредитно-расчетных обязательств. Указанный договор признавался реальным, возмездным и односторонним <*>.

--------------------------------

<*> См., например: Иоффе О.С. Обязательственное право. С. 665.

 

Характерной особенностью договора банковского вклада того периода следует признать существенные ограничения его субъектного состава. И если ограничения на стороне, принимающей вклады (а в этом качестве могли выступать кредитные учреждения: гострудсберкассы, учреждения Госбанка СССР и Внешторгбанка), вполне объяснимы и оправданны, то участие в этом договоре на стороне вкладчика исключительно физических лиц (советских граждан, иностранцев и лиц без гражданства) было вызвано спецификой социалистической экономики: по общему правилу организации были обязаны хранить свои денежные средства в учреждениях государственного банка для обеспечения со стороны последнего финансового контроля за их деятельностью ("контроль рублем").

В ходе реформы гражданского законодательства, которая началась с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик (далее - Основы 1991 г.) <*>, конструкция договора банковского вклада претерпела некоторые изменения.

--------------------------------

<*> Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. N 26. Ст. 733.

 

В соответствии со ст. 111 Основ 1991 г. под договором банковского вклада понимался такой договор, по которому банк обязуется хранить вложенные вкладчиком денежные средства, выплачивать по ним доход в виде процентов или в иной форме, выполнять поручения вкладчика по расчетам со вклада и возвратить сумму вклада по первому требованию вкладчика на условиях и в порядке, предусмотренных для вклада данного вида законодательством и договором.

Определение договора банковского вклада весьма напоминало содержавшееся в тех же Основах 1991 г. (ст. 110) определение договора банковского счета. Отличия между ними состояли лишь в том, что обязательства банка по договору банковского вклада не включали обязанности по зачислению поступивших на соответствующий вклад денежных средств и по выполнению иных банковских операций, кроме расчетов со вклада по поручению вкладчика и возврату суммы вклада по его требованию. Но наиболее принципиальным отличием следует признать ту особенность, что в отличие от договора банковского счета, который мог регулироваться (помимо Основ 1991 г.) также другими законодательными актами и устанавливавшимися в соответствии с ними банковскими правилами, отношения по договору банковского вклада подлежали регулированию только законодательством и самим договором.

Несмотря на отмеченные отличия, несомненное сходство договоров банковского вклада и банковского счета подчеркивалось тем обстоятельством, что к отношениям по договору банковского вклада подлежали применению некоторые законоположения, направленные на регулирование отношений по договору банковского счета. Речь идет, в частности, о положениях, согласно которым банк может использовать имеющиеся на счете клиента денежные средства, гарантируя их наличие при предъявлении требований к счету, право клиента распоряжаться этими средствами и получать доходы (проценты) по ним; банк не вправе определять и контролировать направление использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законодательными актами или договором ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению; без распоряжения клиента списание средств, находящихся на счете, допускается только по решению суда, арбитражного суда, если иное не предусмотрено законодательными актами; банк гарантирует тайну счетов клиента: предоставление банком сведений о состоянии счетов и операциях по ним без согласия клиентов не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законодательными актами (п. п. 2 - 4 ст. 110 Основ 1991 г.).

Важное значение имели содержавшиеся в п. 2 ст. 111 Основ 1991 г. положения, направленные на обеспечение требований вкладчиков о возврате вкладов. Правом принимать вклады наделялись только те банки, которые предоставляли обеспечение сохранности и своевременного возврата вкладов страхованием или другими способами, предусмотренными законодательными актами. Сохранность и возврат вкладов граждан в банках, созданных государством, и банках, в которых государству принадлежало более 50% акций (паев), гарантировались государством или его Центральным банком, отвечающим за неисполнение обязательств перед вкладчиками. Взыскание на вклады граждан могло быть обращено только на основании приговора или решения суда.

Несмотря на то что нормы о договоре банковского вклада, как и в целом Основы 1991 г., некоторое время действовали на территории Российской Федерации, они не воспрепятствовали негативным процессам, происходившим в российской экономике, когда на основе лицензий Центрального банка РФ сотни вновь созданных банков привлекали денежные средства граждан во вклады без всякого обеспечения своевременного их возврата по требованиям вкладчиков. В результате полученные от вкладчиков деньги нередко переводились банками в их дочерние структуры в целях приобретения акций приватизированных предприятий. Когда же дело доходило до банкротства банков или их принудительной ликвидации, у них не оказывалось ни денежных средств, привлеченных на счета и во вклады, ни достаточного количества собственных активов для расчетов с вкладчиками. Но причиной такого положения служили конечно же не правила о договоре банковского вклада, содержавшиеся в Основах 1991 г., а удручающая российская действительность того времени.

 

 

 Смотрите также:

  

История развития кредитного договора - когда появились кредиты

"Со стороны таких операций банки не были еще кредитными установлениями в точном
Действующее российское законодательство (во всяком случае в части регулирования
Данное обстоятельство (самостоятельность договора банковской ссуды) неоднократно...

 

Операции Сберегательного банка. Сберегательный банк...

Сберегательный банк выполняет активные и пассивные операции. Масштабы и характер пассивных операций обусловлены уровнем развития товарно-денежных отношений, характером сети банковских учреждений и системы безналичных расчетов.

 

Пассивные операции коммерческих банков - операции РЕПО

♦ операции РЕПО; ♦ евровалютные кредиты. Особую форму банковских ресурсов представляют собственные средства (капитал) банка.
Для банков вклады — это главный вид их пассивных операций и, следовательно, основной ресурс для проведения активных...

 

Операции по вкладам и другие пассивные операции...

Вклады перестают быть единственным источником пассивов банка.
Банковская система России. Банки и структура банковской системы.
4. Пассивные и активные операции банков. 5. Развитие ипотечных банков в России.

 

Вклад или депозит. Виды вкладов. Срочные вклады.

Операции банка, связанные с привлечением денежных средств во вклады, офор