РАЗВИТИЕ ДОГОВОРА ЗАЙМА В ОТЕЧЕСТВЕННОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРАВЕ

 

Понятие, признаки и содержание договора займа. Виды договора займа - заемные операции

  

 

Понятие, признаки и содержание договора займа

 

Под договором займа в советский период понимался такой договор, по которому одна сторона (займодавец), передавшая в собственность или оперативное управление другой стороне (заемщику) деньги или вещи, определенные родовыми признаками, вправе требовать, а заемщик обязан возвратить полученную сумму денег или равное взятому взаймы количество вещей того же рода и качества <*>.

--------------------------------

<*> См., например: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 651.

 

Правовая квалификация договора займа включала в себя признание его договором реальным, поскольку он считался заключенным лишь с момента передачи заемщику денег или вещей, составляющих предмет займа; односторонним, так как займодавцу в этом договоре принадлежали только права требования при отсутствии каких-либо обязанностей, а на стороне заемщика, напротив, имелись только обязанности (возвратить полученную денежную сумму или определенное количество вещей, а в соответствующих случаях уплатить проценты); по общему правилу безвозмездным, поскольку взимание процентов допускалось лишь в особых случаях, предусмотренных законодательством.

 

В юридической литературе обычно подчеркивалось определенное сходство договора займа с договорами имущественного найма и ссуды и выявлялись характерные черты займа, отличающие его от названных договоров. Например, О.С. Иоффе писал: "Заем обладает некоторым сходством с имущественным наймом и ссудой, так как и по договору займа имущество одного лица передается другому с обязательством возврата без вознаграждения (подобно ссуде) или иногда с уплатой вознаграждения (подобно имущественному найму). Но ссудодатель и наймодатель передают имущество в пользование, а займодавец - в собственность или оперативное управление другого контрагента. Ссудополучатель и наниматель обязаны возвратить ту же самую вещь, а заемщик - такое же количество аналогичных вещей. Поэтому предметом ссуды и имущественного найма являются непотребляемые индивидуально определенные, а предметом займа - потребляемые, определенные родовыми признаками вещи" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 652.

 

Аналогичные существенные черты договора займа выделял также Я.А. Куник, который указывал: "Предметом договора займа могут быть любые вещи, определенные родовыми признаками. Практически наиболее часто предметом займа являются деньги. Во внутреннем обороте денежная сумма, составляющая предмет договора займа, должна быть выражена только в советской валюте... Предмет займа передается займодавцем заемщику в собственность, а когда заемщиком является государственная, государственно-кооперативная, государственно-колхозная или межколхозная организация, предмет займа передается соответствующей организации в оперативное управление..." <*>.

--------------------------------

<*> Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. С.Н. Братуся, О.Н. Садикова. М., 1982. С. 316 (автор гл. 26 "Заем" - Я.А. Куник).

 

Поскольку сфера действия договора займа была искусственно урезана и типичные заемные отношения были либо запрещены (как, например, в случае с запретом взаимного коммерческого кредитования социалистических организаций), либо объявлены предметом регулирования со стороны самостоятельных договоров (как в случае с заемными отношениями с участием банков), в юридической литературе сложилось понимание договора займа как в узком, так и в широком смысле. Под договором займа в узком значении этого слова понимался договор, ограниченный рамками ГК и применяемый в пределах той сферы действия, которая отводилась ему законодательством. Договором займа в широком смысле, как было принято считать в юридической литературе, охватывались любые кредитные сделки в чистом виде, когда сторона, получившая деньги или вещи, определенные родовыми признаками, обязывалась вернуть такую же денежную сумму или такое же количество вещей своему контрагенту <*>.

--------------------------------

<*> См., например: Флейшиц Е.А. Расчетные и кредитные правоотношения. М., 1956. С. 216.

 

Комментируя нормы ГК 1964 г. о договоре займа, Я.А. Куник подчеркивал, что в ст. 269 содержится "понятие договора займа как кредитной сделки. В таком широком смысле договором займа охватываются все допустимые в нашем гражданском обороте заемные отношения, независимо от состава их участников и оснований возникновения". Вместе с тем он тут же отмечал, что "нормы гл. 26 (ст. ст. 270 - 271) имеют наибольшее практическое применение при возникновении бытовых заемных отношений между гражданами. Когда одной из сторон заемных отношений выступает социалистическая организация (ломбарды, кассы общественной взаимопомощи, фонды творческих союзов), заключается договор, регулируемый специальными нормативными актами... Отношения социалистических организаций по банковскому кредитованию также имеют сходные черты с заемными отношениями, регулируемыми ГК. Однако это сходство, в основном, внешнее, их можно признать заемными лишь в широком смысле, как они определены в ст. 269. По своей правовой природе отношения по банковскому кредитованию социалистических организаций опосредуются особым договором банковской ссуды и подчиняются правилам специального законодательства..." <*>.

--------------------------------

<*> Куник Я.А. Указ. соч. С. 316.

 

О.С. Иоффе, который также призывал понимать договор займа не только в узком значении, но и в широком смысле этого слова, как договор, поглощающий любые сделки по предоставлению кредита, в то же время указывал: "В том виде, в каком договор займа непосредственно регулируется ГК (ст. ст. 270 - 271), его применяют только граждане. Заемные отношения граждан с организациями (банком, гострудсберкассами, ломбардами, кассами общественной взаимопомощи и фондами творческих союзов) лишь упоминаются в ГК (ст. ст. 272 - 274) с выделением иногда некоторых видов этих отношений... Непосредственное же регулирование отношений такого рода осуществляется при помощи специальных нормативных актов, в том числе уставов тех организаций (банка, ломбарда и т.п.), от которых граждане получают кредит" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 652 - 653.

 

Как отмечалось, ГК 1964 г. устанавливал обязательную письменную форму для договоров займа на сумму свыше 50 рублей, но не предусматривал каких-либо специальных последствий несоблюдения этого требования. В связи с этим подлежали применению общие последствия нарушения простой письменной формы всякой сделки, которая в соответствии с законодательством должна была совершаться в письменной форме: сделка не признавалась недействительной, однако в случае спора стороны лишались права ссылаться в подтверждение сделки на свидетельские показания.

Вопрос о правах и обязанностях сторон по договору займа в силу односторонности заемного обязательства рассматривался в границах обязанностей заемщика, которыми предопределялись корреспондирующие им права займодавца.

Основная обязанность заемщика состояла в возврате займодавцу полученной денежной суммы или равного количества взятых у последнего вещей того же рода и качества. Характерно, что гл. 26 ГК 1964 г. не содержала никаких правил ни о сроке, ни о порядке исполнения заемщиком этой обязанности. В случае если в конкретном договоре займа не предусматривался срок исполнения обязательства заемщиком, подлежали применению общие положения об исполнении обязательства с неопределенным сроком исполнения: в соответствии со ст. 172 ГК 1964 г., если срок исполнения обязательства не установлен либо определен моментом востребования, кредитор вправе потребовать исполнения, а должник вправе произвести исполнение в любое время. В тех же случаях, когда договором займа был определен срок возврата занятых денег или вещей, по общему правилу допускалось досрочное исполнение с тем только изъятием, что досрочное исполнение обязательства между государственными, кооперативными и общественными организациями было возможным, когда это предусматривалось законом или договором, а также с согласия кредитора (ст. 173 ГК 1964 г.).

Относительно порядка исполнения обязательства заемщика по возврату займа, также не регулируемого специальным образом гл. 26 ГК 1964 г., можно сказать лишь то, что кредитор (опять же в силу общих правил об исполнении обязательства) имел право не принимать исполнения обязательства по частям, если иное не было предусмотрено законом, актом планирования или договором (ст. 170 ГК 1964 г.).

В большинстве случаев исполнение заемщиком своего обязательства ограничивалось возвратом занятой денежной суммы или вещей, поскольку по общему правилу, как уже отмечалось, договор займа признавался безвозмездным (ст. 270 ГК 1964 г.). Вместе с тем в случае просрочки заемного обязательства, выраженного в деньгах, заемщик был обязан уплатить за время просрочки 3% годовых с просроченной суммы (ст. 226 ГК 1964 г.). Указанные проценты годовых не рассматривались в качестве меры ответственности, а считались платой за пользование чужим капиталом, следовательно, к ним не могли применяться содержавшиеся в ГК 1964 г. правила об уменьшении неустойки (ст. 190) и положения о сокращенных сроках исковой давности (ст. 79).

Как указывалось ранее, в отличие от многих классических положений о займе, содержавшихся в ГК 1922 г. и не учтенных в ГК 1964 г., в последнем были сохранены в традиционном виде правила об оспаривании договора займа по его безденежности, для чего заемщик должен был доказать, что деньги или вещи, являющиеся предметом займа, в действительности им не получены. При оспаривании по безденежности договора займа, который должен был совершаться в письменной форме, ссылка на свидетельские показания не допускалась, за исключением случаев уголовно-наказуемых деяний (ст. 271 ГК 1964 г.).

Как указывал О.С. Иоффе, "заем - каузальная, а не абстрактная сделка. Поэтому даже при наличии расписки ее действительность может быть оспорена по мотивам, относящимся к основаниям договора... Заемщик вправе оспаривать договор потому, что либо он вовсе лишен основания, поскольку указанные в расписке деньги или вещи не были получены (безденежность, безвалютность договора), либо формальное выражение сделки не совпадает с ее фактическим основанием, так как на самом деле заемщик получил денежную сумму или вещи в количестве меньшем, чем указано в договоре" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 654 - 655.

 

Виды договора займа ("заемные операции")

 

Судя по расположению норм о так называемых заемных операциях, проводимых некоторыми государственными и общественными организациями (все они помещены в гл. 26 и сосредоточены в ст. ст. 272 - 274 ГК 1964 г.), законодатель имел в виду, что указанные заемные операции, которые осуществляются банками и государственными трудовыми сберегательными кассами, ломбардами, кассами общественной взаимопомощи, фондами творческих союзов, должны рассматриваться в качестве отдельных видов договора займа и регулироваться специальным законодательством. Кстати сказать, термин "заемные операции" был выбран довольно неудачно и является скорее понятием функциональным, нежели юридической категорией. В самом деле, заемные операции банков и государственных трудовых сберегательных касс, выполняющих роль заемщиков, состояли в привлечении средств вкладчиков; заемные операции ломбардов, напротив, - в выдаче займов гражданам под залог; заемные операции касс общественной взаимопомощи и фондов творческих союзов - в выдаче ссуд членам соответственно профсоюзов и творческих союзов.

Кроме того, ГК 1964 г. не содержал какого-либо положительного регулирования соответствующих заемных правоотношений, отсылая к специальному законодательству. Нет в гл. 26 ГК 1964 г. и традиционного для междоговорных отношений "род - вид" правила, обеспечивающего субсидиарное применение к отдельным видам договора норм, регулирующих родовой договор (в нашем случае - договор займа). Складывается впечатление, что соответствующие отсылочные нормы о заемных операциях были включены в гл. 26 ГК 1964 г. с единственной целью - вывести указанные правоотношения из-под действия положений ГК о займе, подчинив их только специальному законодательству. Но в этом случае видовая принадлежность указанных заемных операций к договору займа (как роду) не имеет никакого практического значения.

Наиболее показательным в этом плане является "регулирование" со стороны ГК 1964 г. заемных операций банков и государственных трудовых сберегательных касс, которое сводилось к единственной норме о том, что "заемные операции банков и государственных трудовых сберегательных касс регулируются законодательством Союза ССР" (ст. 272).

В то же время в гл. 34 "Расчетные и кредитные отношения" ГК 1964 г. мы находим ст. 395 "Вклады граждан в кредитных учреждениях" (полностью повторяющую ст. 87 Основ гражданского законодательства 1961 г.), согласно которой граждане могут хранить денежные средства в государственных трудовых сберегательных кассах и в других кредитных учреждениях, распоряжаться вкладами, получать по вкладам доход в виде процентов или выигрышей, совершать безналичные расчеты в соответствии с уставами кредитных учреждений и изданными в установленном порядке правилами. Государство гарантирует тайну вкладов, их сохранность и выдачу по первому требованию вкладчика. Порядок распоряжения вкладами, внесенными в государственные трудовые сберегательные кассы и в другие кредитные учреждения, определяется их уставами. Взыскание на вклады граждан в государственных сберегательных кассах и в Государственном банке СССР может быть обращено на основании приговора или решения суда, которым удовлетворен гражданский иск, вытекающий из уголовного дела, или решения суда по иску о взыскании алиментов (при отсутствии заработка или иного имущества, на которое можно обратить взыскание) либо о разделе вклада, являющегося совместным имуществом супругов. Конфискация вкладов граждан в указанных кредитных учреждениях может быть произведена на основании вступившего в законную силу или вынесенного в соответствии с законом постановления о конфискации имущества.

Комментируя ст. 395 ГК 1964 г. (идентичную по своему содержанию ст. 87 Основ гражданского законодательства), Я.А. Куник указывал: "Внесение гражданином вклада в кредитное учреждение влечет за собой возникновение договорных обязательств между вкладчиком и кредитным учреждением, которые сходны с договорами хранения и займа. Однако, учитывая его назначение и направленность, следует признать, что с точки зрения юридической вкладная операция представляет собой договор займа в широком смысле... Одной из особенностей вклада как заемного обязательства является то, что вкладные операции регулируются как общими (ГК), так и специальными нормативными актами" <*>.

--------------------------------

<*> Куник Я.А. Указ. соч. С. 482.

 

Ранее эту позицию обосновал О.С. Иоффе, который писал: "Известно, что типичным материальным объектом хранения являются индивидуально определенные вещи. Вещи, определенные родовыми признаками, принимаются только на иррегулярное хранение, представляющее собой уже известную модификацию исходного договорного типа, определенное отклонение от него. Но даже и при иррегулярном хранении если кто-либо вознаграждается, то хранитель, а не поклажедатель. Напротив, по вкладной операции проценты начисляются вкладчику, а не сберкассе. Значит, здесь происходит нечто большее, чем простая модификация договора хранения. Самый же факт уплаты вознаграждения вкладчику свидетельствует о том, что на основе вклада возникает возмездное заемное обязательство. Следовательно, юридически вкладная операция есть договор займа, хотя и соединенный с некоторыми элементами договора хранения" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 666.

 

Вместе с тем анализ не отдельной "вкладной операции", а в целом правоотношения, складывающегося между гражданином, внесшим вклад, и кредитным учреждением, говорит о том, что предмет заключаемого между ними соглашения и его содержания выходит далеко за рамки заемного обязательства. Согласно ст. 395 ГК 1964 г. и Уставу государственных трудовых сберегательных касс <*> вкладчику принадлежало право распоряжения денежными суммами, внесенными им в кредитное учреждение, он в любой момент по своему усмотрению мог потребовать выдачи вклада полностью или частично. Вкладчик по договору вклада имел право на получение дохода по вкладу в виде процентов или выигрышей. Начисленные вкладчику проценты за год подлежали присоединению к сумме вклада. На кредитное учреждение возлагалась обязанность выполнять поручения вкладчика о совершении безналичных расчетов, в том числе зачислять на его вклад средства, поступившие вкладчику от предприятий и организаций, перечислять платежи вкладчика предприятиям и организациям, выдавать чеки и т.п.

--------------------------------

<*> Утвержден Постановлением Совета Министров СССР от 20 ноября 1948 г. (СП СССР. 1948. N 7. Ст. 89).

 

Не укладывалась в конструкцию заемного обязательства также предусмотренная п. 4 ст. 395 ГК возможность обращения взыскания на вклад по обязательствам вкладчика. Ведь по договору займа денежные средства или заменимые вещи передаются в собственность заемщика, и следовательно, они выбывают из состава имущества займодавца, который сохраняет за собой лишь обязательственное право требования по отношению к заемщику.

Данные обстоятельства дали основания ряду авторов квалифицировать договор банковского вклада в качестве самостоятельного договора (sui generis), отличного от договора займа <*>.

--------------------------------

<*> См., например: Советское гражданское право. Т. 2. М., 1965. С. 271 (автор раздела - А.И. Самцова); Советское гражданское право. Т. 2. М., 1973. С. 279 (автор раздела - В.С. Якушев).

 

Вообще-то и О.С. Иоффе допускал возможность конструирования самостоятельного договора банковского вклада, который, однако, должен был сохранять некую родовидовую связь (непонятную и неуловимую) с договором займа. Он писал: "Речь, однако, идет о займе в широком смысле, допускающем конструирование разнообразных самостоятельных, несоподчиненных договоров. Такой самостоятельностью и обладает договор денежного вклада, кредитная (заемная) природа которого не исключает признания его особым договором, а подобное признание, в свою очередь, не упраздняет его кредитного (заемного) характера. Порождая заемное и в то же время самостоятельное обязательство, вклад подчиняется не общим правилам ГК о займе, а непосредственно относящимся к нему специальным юридическим нормам" <*>.

--------------------------------

<*> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 666 - 667.

 

Справедливости ради следует признать, что изложенная позиция О.С. Иоффе, отличающаяся логической непоследовательностью, имеет своим правовым основанием еще большую непоследовательность законодателя, который, поместив нормы о договоре вклада (ст. 395) в гл. 34 ГК "Расчетные и кредитные отношения" (тем самым подчеркнув его независимость и самостоятельный характер), одновременно включил норму о заемных операциях банков и государственных трудовых сберегательных касс в гл. 26 ГК о договоре займа с той лишь целью, однако, чтобы исключить указанные заемные операции из сферы действия правил о займе, помещенных в этой главе.

В качестве следующего вида займа ГК 1964 г. (гл. 26) предлагал рассматривать заемные операции ломбардов. Согласно ст. 273 ГК 1964 г. городские ломбарды выдавали гражданам ссуды, обеспечивавшиеся залогом предметов домашнего потребления и личного пользования; предельный размер и число ссуд, которые могли быть выданы одному лицу, а также сроки, на которые выдавались ссуды, определялись типовым уставом городского ломбарда, утверждавшимся Советом Министров РСФСР.

Несколько странно, что ГК 1964 г. применительно к заемным операциям ломбардов, так же как и в отношении иных заемных операций (регулирование которых составляло задачу законодательства Союза ССР), ограничился отсылкой к иному нормативному правовому акту. Ведь принятие законодательства о деятельности ломбардов, в том числе о заключаемых ими договорах как ссуды, так и залога, относилось к ведению Российской Федерации.

Несмотря на это, заключавшийся ломбардами с гражданами договор ссуды, обеспечивавшийся залогом предметов домашнего потребления и личного пользования, действительно выглядел как отдельный вид договора займа. Отличительные черты этого договора, определявшиеся в ГК 1964 г. и Типовом уставе ломбарда, утвержденном Постановлением Совета Министров РСФСР от 7 июля 1968 г. <*>, могут быть квалифицированы как видообразующие признаки по отношению к общим положениям о договоре займа.

--------------------------------

<*> СП РСФСР. 1968. N 10. Ст. 54.

 

Во-первых, налицо особенность субъектного состава: на стороне займодавца по этому договору выступает особый субъект - ломбард, в качестве которого выступали государственные хозрасчетные предприятия, находившиеся в подчинении органов бытового обслуживания населения; заемщиком по такому договору могли быть только граждане (физические лица).

Во-вторых, особенностью такого договора являлось то, что предметом займа могли быть лишь денежные средства (денежная ссуда).

В-третьих, денежная ссуда выдавалась ломбардами исключительно под залог имущества граждан-заемщиков.

В-четвертых, договор ссуды, заключавшийся гражданином с ломбардом, носил ярко выраженный возмездный характер: с граждан-заемщиков взимались проценты за пользование ссудой в размере 0,7% в месяц (8,4% годовых). Кроме того, с заемщика в пользу ломбарда взыскивались плата за хранение заложенных вещей и расходы ломбарда на их страхование.

Кстати сказать, залог вещей в ломбарде также рассматривался в качестве отдельного вида залога, обладающего немалым числом специфических черт. В частности, в отличие от общих правил о залоге из стоимости заложенного имущества ломбарды взимали сверх основной суммы долга плату за хранение предмета залога, расходы по его страхованию и продаже, проценты по ссуде (п. 20 Типового устава ломбарда); исполкомы городских Советов депутатов трудящихся определяли круг предметов личного пользования и домашнего потребления, не принимавшихся в залог ломбардами (ст. 194 ГК 1964 г., п. 10 Типового устава ломбарда); договор залога вещей ломбардами оформлялся специальным документом - залоговым билетом, которому придавалось значение формы одновременно двух договоров: ссуды и залога (ст. 195 ГК 1964 г., п. 17 Типового устава ломбарда); ломбард был обязан страховать предмет залога за счет залогодателя (ст. 198 ГК 1964 г., п. 3 Типового устава ломбарда); в отличие от общих положений о залоге, которыми предусматривалось обращение взыскания на предмет залога по решению суда, ломбард по истечении льготного месячного срока продавал заложенное имущество государственным или кооперативным организациям во внесудебном порядке (ст. 200 ГК 1964 г.; п. 19 Типового устава ломбарда).

Следующий вид договора займа, по мысли законодателя, составляли заемные операции касс общественной взаимопомощи и фондов творческих союзов. Позитивное регулирование соответствующих правоотношений со стороны ГК 1964 г. (ст. 274) сводилось к нескольким правилам о том, что кассы общественной взаимопомощи при фабричных, заводских и местных комитетах профессиональных союзов выдавали рабочим и служащим долгосрочные и краткосрочные ссуды; кассы взаимопомощи в колхозах выдавали ссуды колхозникам; фонды творческих союзов выдавали ссуды работникам литературы и искусства; кассы взаимопомощи пенсионеров при исполкомах районных и городских Советов депутатов трудящихся выдавали долгосрочные и краткосрочные ссуды пенсионерам. В остальном же (в частности, для определения сроков и условий выдачи таких ссуд) ГК отсылал к типовым (примерным) уставам соответствующих касс взаимопомощи и творческих союзов.

В соответствии с Типовым уставом кассы взаимопомощи при комитете профсоюзов, утвержденным Постановлением Президиума ВЦСПС от 23 ноября 1973 г. <*>, указанные кассы взаимопомощи выдавали своим членам в случае их нуждаемости краткосрочные и долгосрочные ссуды при том условии, что они являются членами профсоюза. Краткосрочные ссуды, предельный размер которых не превышал 30 рублей, выдавались с разрешения председателя правления или председателя цехового бюро кассы взаимопомощи на срок до получения очередной заработной платы. Выдача долгосрочных ссуд производилась по решению правления кассы или цехового бюро на основании письменного заявления работника установленной формы. Типовой устав не предусматривал размера долгосрочной ссуды и сроков ее погашения, эти вопросы решались правлением кассы взаимопомощи. Не было в Типовом уставе также положений о взимании процентов за пользование ссудой; лишь на случай несвоевременного возврата ссуд, выданных кассами взаимопомощи, предусматривалась уплата пени из расчета 1% за каждый месяц просрочки.

--------------------------------

<*> См.: Справочник профсоюзного работника. М., 1976. С. 321.

 

Согласно Примерному уставу кассы общественной взаимопомощи в колхозе, утвержденному Постановлением Совета Министров РСФСР от 6 января 1958 г. <*>, указанные кассы взаимопомощи оказывали помощь своим членам в случаях увечья, полученного на работе в колхозе, болезни и т.п.; детям, оставшимся без родителей, членам кассы, нуждающимся в санаторно-курортном лечении, а также тем, чье хозяйство пострадало в результате стихийных бедствий и в некоторых других случаях. Эти кассы совершали также и заемные операции (выступая в качестве займодавца) путем выдачи своим членам беспроцентных ссуд. Денежные ссуды за счет кассы взаимопомощи не выдавались тем членам колхоза, которые не имели без уважительных причин установленного минимума трудодней, нарушали трудовую дисциплину в колхозе либо нерадиво относились к работе и сохранению колхозного имущества.

--------------------------------

<*> СП РСФСР. 1958. N 6. Ст. 68.

 

Типовым уставом кассы взаимопомощи пенсионеров, утвержденным Министерством социального обеспечения РСФСР 20 ноября 1962 г., предусматривалось, что такие кассы взаимопомощи могли образовываться при отделах социального обеспечения исполкомов районных и городских Советов депутатов трудящихся. Членом кассы взаимопомощи мог стать любой пенсионер по месту его жительства. Основная цель указанных касс взаимопомощи состояла в оказании материальной помощи пенсионерам - членам кассы путем выдачи им краткосрочных и долгосрочных денежных ссуд. Размер ссуды и сроки ее погашения определялись в зависимости от нуждаемости пенсионера - члена кассы, стажа его пребывания в качестве члена кассы взаимопомощи, своевременности уплаты им членских взносов. Взимание процентов за пользование денежными ссудами допускалось только при наличии соответствующего решения общего собрания членов кассы. При этом размер процентов не должен был превышать 6% годовых.

Фонды творческих союзов образовывались при объединениях лиц творческих профессий: союзах писателей, композиторов, архитекторов, кинематографистов и др. Порядок и условия выдачи денежных ссуд членам указанных фондов определялись правлениями соответствующих творческих союзов.

Конечно же, заемные операции касс общественной взаимопомощи и фондов творческих союзов не имели необходимых видообразующих признаков, которые позволили бы выделять их в качестве отдельных видов договора займа.

 

 

 Смотрите также:

  

Дела о взыскании задолженности по договорам займа.

Отличие наименований договора займа и кредитного договора условно
Понятие судебного доказательства в гражданском процессе имеет две стороны
Однако это распространенное определение не отражает некоторых существенных признаков данного средства...

 

Договор займа предполагается беспроцентным. Сумма займа.

Договор займа предполагается беспроцентным, если в нем прямо не предусмотрено иное, в случаях, когда заемщику передаются не деньги, а другие вещи, определенные родовыми признаками.

Дела о взыскании задолженности по договору займа с заемщика.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

 

Договор займа и кредитные правоотношения

Кроме формы договора займа важное значение имеет определение срока возврата суммы займа.
Рассматривая правовое регулирование заемных отношений, необходимо иметь в виду, что в новых условиях хозяйствования большое значение приобретают такие...

 

Заем и кредит. Вексель. Договор займа. Коммерческий кредит

Комментируемая Глава объед