СОДЕРЖАНИЕ, ИСПОЛНЕНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ КРЕДИТНОГО ДОГОВОРА

 

Ответственность за нарушение кредитного договора

  

 

Содержащиеся в ГК РФ (гл. 42) правила о кредитном договоре с учетом норм о договоре займа, применяемых к кредитному договору в субсидиарном порядке, содержат только одно специальное положение, касающееся ответственности заемщика по договору займа (кредитному договору).

 

Речь идет о п. 1 ст. 811 Кодекса, согласно которому, если иное не предусмотрено законом или договором, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 ГК, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 ГК (т.е. процентов, взимаемых в качестве платы за пользование чужими денежными средствами).

 

Это положение мы рассмотрим чуть позже, а сейчас необходимо подчеркнуть, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств стороны кредитного договора (как заемщик, так и кредитор) могут быть привлечены к ответственности на основании общих положений о гражданско-правовой ответственности за нарушение договорных обязательств. Имеются в виду прежде всего нормы о возложении на должника, не исполнившего или ненадлежаще исполнившего свое обязательство, обязанности возместить кредитору причиненные ему убытки (п. 1 ст. 393 ГК), а в случаях, предусмотренных законом или договором, - уплатить неустойку (ст. ст. 330, 394 ГК).

 

Указанные законоположения применяются при наличии общих оснований и условий ответственности, которые не нуждаются в специальном комментарии применительно к вопросу об ответственности за нарушение кредитного договора. Заметим только, что и при анализе этой части проблемы ответственности сторон кредитного договора в юридической литературе иногда допускаются определенные неточности. Например, у Д.А. Медведева читаем: "Наряду с уплатой неустойки (процентов) виновная сторона должна полностью возместить другой стороне убытки, вызванные неисполнением или ненадлежащим исполнением договора, если такая форма ответственности не исключена последним" <*>. Н.Н. Захарова, также освещая вопрос об ответственности сторон за нарушение кредитного договора, пишет: "Основанием ответственности является вина (умысел или неосторожность) стороны, которая не исполнила условий договора или исполнила их ненадлежащим образом (п. 1 ст. 401), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности... Договором может быть установлено правило, предусматривающее освобождение от ответственности при наличии обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор). Это же правило может быть предусмотрено и в законе. Если договором или законом не установлено это правило, то ответственность наступает и при наличии этих обстоятельств" <**>.

--------------------------------

<*> Медведев Д.А. Указ. соч. С. 505.

<**> Захарова Н.Н. Указ. соч. С. 65.

 

В приведенных рассуждениях не учитывается, что для банка исполнение вытекающего из кредитного договора обязательства по выдаче кредита во всех случаях связано с осуществлением им предпринимательской деятельности, поэтому ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение такого обязательства никак не может строиться на началах вины (п. 3 ст. 401 ГК). Что же касается заемщика, то его ответственность за нарушение обязательства перед банком по возврату полученной суммы кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами наступает при наличии вины лишь в том случае, если исполнение этого обязательства не было связано с осуществлением заемщиком предпринимательской деятельности (п. 1 ст. 401 ГК). Однако, как известно, вопрос о наличии или отсутствии вины должника в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства может рассматриваться (а должник при отсутствии его вины - освобождаться от ответственности) лишь в том случае, если в результате соответствующих действий (бездействия) должника наступила невозможность исполнения обязательства. Нами неоднократно подчеркивалось ранее: одна из основных особенностей денежного долгового обязательства (каковым является обязательство заемщика по кредитному договору) как раз и состоит в том, что оно всегда возможно к исполнению, поскольку денежные средства (даже при их отсутствии у должника в момент исполнения обязательства) всегда имеются в имущественном обороте. В том же случае, когда должник не исполняет обязательство, несмотря на то что имеет возможность его исполнить, его вина очевидна. В этом смысле с точки зрения гражданского права не имеет значения, имел ли должник намерение причинить кредитору убытки либо просто не проявил необходимую степень заботливости и осмотрительности, диктуемую условиями имущественного оборота, и в результате не принял меры, необходимые для исполнения своего обязательства <*>.

--------------------------------

<*> Подробнее об этом см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 591 - 614.

 

Применительно к обязательству заемщика по возврату суммы полученного кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами не могут быть восприняты и рассуждения Н.Н. Захаровой о форс-мажорных обстоятельствах как основании освобождения от ответственности за нарушение указанного обязательства. Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ форс-мажорные обстоятельства могут служить основанием освобождения должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства лишь в том случае, если будет доказано, что вследствие непреодолимой силы надлежащее исполнение оказалось невозможным. А как мы отмечали ранее, по денежному долговому обязательству у должника (даже при отсутствии денег в момент его исполнения) всегда наличествует возможность надлежащего исполнения обязательства. Видимо, именно это обстоятельство имел в виду законодатель, исключив из круга форс-мажорных обстоятельств ситуацию, когда у должника по денежному обязательству отсутствуют необходимые денежные средства (п. 3 ст. 401 ГК).

Говоря об ответственности банка-кредитора перед заемщиком за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства по предоставлению кредита, некоторые авторы настаивают не только на обязанности банка возместить заемщику причиненные убытки, но и на применении в этом случае ответственности в виде процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, предусмотренной ст. 395 ГК РФ. Например, Н.И. Соловяненко пишет: "К имущественной ответственности за неисполнение своих обязанностей может быть привлечен и кредитор. В частности, за немотивированный отказ от предоставления кредита, предоставление его в меньшей сумме или с нарушением сроков. Заемщик вправе в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК начислять на сумму долга проценты за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, а также требовать возмещения убытков в сумме, не покрытой процентами (п. 2 ст. 395 ГК)" <*>.

--------------------------------

<*> Соловяненко Н.И. Указ. соч. С. 512; см. также: Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 49; Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 552.

 

Как отмечалось ранее, такой подход противоречит правовой природе обязательства по предоставлению кредита (не являющегося долговым денежным обязательством) и не поддерживается судебно-арбитражной практикой (п. 1 Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 13/14). Поэтому основной формой ответственности, которая может быть возложена на кредитора за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по предоставлению кредита (естественно, только в том случае, если это не явилось следствием правомерного отказа банка от предоставления кредита по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 821 ГК), следует признать возмещение убытков, причиненных заемщику.

Кроме того, кредитным договором может быть предусмотрена ответственность банка за непредоставление или несвоевременное предоставление кредита заемщику в форме неустойки, что избавляет последнего от необходимости доказывать как факт наличия убытков и их размер, так и причинную связь между нарушением договора со стороны банка и указанными убытками. Вместе с тем, как и в случае с убытками, при правомерном отказе банка от выдачи кредита заемщик лишается возможности привлечь кредитора и к ответственности в форме неустойки: как известно, кредитор не вправе требовать неустойки, если должник не несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (п. 2 ст. 330 ГК). Что касается ответственности заемщика за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства по возврату полученной суммы кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами, то помимо традиционных форм гражданско-правовой ответственности - возмещения убытков и уплаты неустойки - он может быть привлечен и к такой форме ответственности, характерной для долговых денежных обязательств, как взыскание процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК). О возможности применения к заемщику такой ответственности прямо говорится в п. 1 ст. 811 ГК РФ, согласно которому, если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 ГК, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных п. 1 ст. 809 Кодекса.

Размер указанных процентов, взимаемых за неправомерное пользование чужими денежными средствами, определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Важно отметить, что названные правила, определяющие размер процентов за пользование чужими денежными средствами, носят диспозитивный характер: договором может быть предусмотрен иной размер процентов или порядок его определения (п. 1 ст. 395 ГК).

Для кредитных договоров весьма характерно установление сторонами помимо процентной ставки за пользование кредитом (в качестве платы за пользование соответствующей денежной суммой) и так называемых повышенных процентов, которые заемщик обязан выплачивать кредитору в случае невозврата кредита в предусмотренный кредитным договором срок.

В юридической литературе можно встретить различные позиции относительно правовой природы повышенных процентов по кредитному договору. Так, Н.Н. Захарова пишет: "При просрочке возврата кредита в договоре определяется, что размер уплачиваемых процентов увеличивается либо устанавливается условие о начислении на сумму кредита текущих санкций в виде пени. Проценты, уплачиваемые заемщиком за пользование кредитом, в том числе и в повышенном размере, по своему характеру являются установленной договором платой за пользование заемными средствами, а не неустойкой" <*>.

--------------------------------

<*> Захарова Н.Н. Указ. соч. С. 34.

 

Иного мнения придерживается Р.И. Каримуллин, который обращает внимание на то, что за "отсутствием дополнительного соглашения сторон, например о пролонгации действия кредитного договора, невозвращение заемщиком суммы кредита является не чем иным, как просрочкой в исполнении. И кредитование заемщика на тех же условиях о вознаграждении после наступления договорного срока возврата оставило бы без внимания законный интерес банка в получении компенсации за допущенное правонарушение". "Поэтому, - заключает Р.И. Каримуллин, - в случае просрочки в возврате долга заемщик подвергается дополнительным согласованным имущественным обременениям в виде увеличения первоначальной ставки и несет, таким образом, гражданско-правовую ответственность" <*>.

--------------------------------

<*> Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 155.

 

Л.Г. Ефимова выделяет "пять возможных вариантов решения вопроса о природе повышенных процентов за пользование банковским кредитом", которые можно рассматривать как: 1) "неустойку за нарушение срока возврата кредита"; 2) "вознаграждение за предоставленные клиенту заемные средства, которые он обязан уплачивать после истечения срока возврата кредита"; 3) "разновидность процентов за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства"; 4) "сложный правовой институт, который состоит из процентов, являющихся вознаграждением за пользование средствами банка, и неустойки за нарушение срока возврата кредита в части, превышающей проценты за пользование кредитом"; 5) "сложный правовой институт, состоящий из платы за пользование заемными денежными средствами и процентов как формы ответственности за неисполнение денежного обязательства в сумме, превышающей эту плату" <*>.

--------------------------------

<*> Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 553 - 554.

 

Если обратиться к судебно-арбитражной практике, то мы увидим, что проценты, подлежащие начислению на сумму займа (кредита) после истечения срока ее возврата (п. 1 ст. 811 ГК), однозначно квалифицируются в качестве особой меры ответственности, предусмотренной ст. 395 ГК РФ, за просрочку денежного обязательства, а предусмотренные кредитным договором повышенные проценты (в части, превышающей ставку процентов за пользование кредитом) - процентов по той же статье (т.е. особой формой ответственности), размер которых установлен договором. Согласно п. 15 Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 13/14 проценты, предусмотренные п. 1 ст. 811 ГК РФ, являются мерой гражданско-правовой ответственности. Указанные проценты, взыскиваемые в связи с просрочкой возврата суммы займа, начисляются на эту сумму без учета начисленных на день возврата процентов за пользование заемными средствами, если в обязательных для сторон правилах либо в договоре нет прямой оговорки об ином порядке начисления процентов. В тех случаях, когда в договоре займа либо в кредитном договоре установлено увеличение размера процентов в связи с просрочкой уплаты долга, размер ставки, на которую увеличена плата за пользование займом, следует считать иным размером процентов, установленным договором в соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ.

Таким образом, используя терминологию, предложенную Л.Г. Ефимовой, можно сказать, что судебно-арбитражная практика, определяя правовую природу повышенных процентов, остановилась на том варианте, согласно которому повышенные проценты квалифицируются "как сложный правовой институт, состоящий из платы за пользование заемными денежными средствами и процентов как формы ответственности за неисполнение денежного обязательства в сумме, превышающей эту плату".

Указанная позиция, выработанная судебно-арбитражной практикой, относительно определения правовой природы повышенных процентов по кредитному договору, а также процентов, предусмотренных п. 1 ст. 811 ГК РФ, получила одобрение в юридической литературе. Так, Л.Г. Ефимова по этому поводу пишет: "Вывод Высшего Арбитражного Суда о правовой природе повышенных процентов представляется правильным. Он основан на правовой природе кредитного договора, который предполагает предоставление заемных средств с целью получения вознаграждения. В случае несвоевременного возврата суммы кредита заемщик продолжает пользоваться заемными средствами, что свидетельствует о фактическом продолжении кредитования. Но за это клиент должен платить вознаграждение. Кроме того, он нарушил обязательство по возврату кредита, за что должен быть привлечен к ответственности" <*>.

--------------------------------

<*> Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 555; см. также: Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 155.

 

Признание процентов, подлежащих взиманию с заемщика за период после истечения срока возврата кредита, предусмотренных п. 1 ст. 811 ГК РФ (в том числе соответствующей части повышенных процентов), особой формой ответственности за просрочку денежного долгового обязательства породило в судебно-арбитражной практике проблему соотношения названных процентов и договорной неустойки, нередко предусматриваемой сторонами в кредитном договоре в виде пени на случай просрочки исполнения заемщиком обязательства по возврату суммы кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами как двух мер ответственности за одно и то же правонарушение.

В период формирования соответствующей судебно-арбитражной практики стало очевидно (об этом свидетельствовали материалы многочисленных судебных дел), что одновременное применение этих двух мер ответственности могло привести ко взысканию в пользу кредитора итоговой суммы, превышающей размер возможных убытков, причиненных ему несвоевременным исполнением обязательства со стороны заемщика, и тем самым являлось средством неосновательного обогащения кредитора. А между тем, как известно, и уплата неустойки (п. 1 ст. 394 ГК), и взимание процентов за пользование чужими денежными средствами (п. 2 ст. 395 ГК) должны носить по отношению к убыткам зачетный характер.

В связи с изложенным в Постановление Пленумов ВС и ВАС РФ N 13/14 было включено разъяснение, согласно которому при наличии в договоре условий о начислении при просрочке возврата долга повышенных процентов, а также неустойки за то же нарушение (за исключением штрафной) кредитор вправе предъявить требование о применении одной из мер ответственности, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства (п. 15).

Заслуживает также внимания содержащееся в том же пункте названного Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 13/14 разъяснение, в соответствии с которым на сумму несвоевременно уплаченных процентов за пользование заемными средствами, когда они подлежат уплате до срока основной суммы займа, проценты на основании п. 1 ст. 811 ГК РФ не начисляются, если иное прямо не предусмотрено законом или договором.

В дальнейшем Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ при рассмотрении конкретных дел в порядке надзора строго придерживался приведенных разъяснений высших судебных инстанций. В итоге была сформирована та судебно-арбитражная практика по вопросу применения процентов за пользование чужими денежными средствами и иных мер ответственности, предусмотренных кредитным договором, которая существует и в настоящее время. В качестве примера формирования судебно-арбитражной практики по конкретным спорам можно привести два дела, рассмотренных Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ в начале 1999 г.

Коммерческий банк обратился в арбитражный суд с иском к открытому акционерному обществу (далее - заемщик) о взыскании 4166247181 руб. (неденоминированных), в том числе 700 млн. руб. - задолженность по кредиту, 3121272178 руб. - проценты за пользование кредитом, включая повышенные, 344975003 руб. - пени в размере 1% от суммы непогашенной задолженности по процентам.

Решением арбитражного суда иск был удовлетворен на том основании, что факт просрочки возврата кредита и уплаты процентов за пользование им установлен, документально подтвержден и ответчиком не оспорен.

В протесте заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ предлагалось решение отменить и дело направить на новое рассмотрение, поскольку оно принято с нарушением норм законов, по недостаточно исследованным материалам дела и при отсутствии необходимых доказательств.

В соответствии с условиями заключенного между сторонами кредитного договора банк обязался предоставить заемщику кредит в сумме 2 млрд. руб. с уплатой последним ежемесячно не позднее 20-го числа 30% годовых за пользование кредитом до срока его погашения и 60% годовых - при несвоевременном погашении кредита. При несвоевременном погашении процентов договором предусматривалась уплата пеней в размере 1% от суммы непогашенной задолженности за каждый день просрочки платежа.

Дополнительными соглашениями сроки возврата кредита в сумме 1500 млн. руб. были продлены. Процентная ставка за пользование кредитом увеличена до 60% годовых. При несвоевременном погашении кредита была предусмотрена уплата банку удвоенной процентной ставки Центрального банка РФ (ставки рефинансирования). Что касается 500 млн. руб. кредита, то эта сумма была вынесена банком на счет просроченной задолженности.

Суд сделал вывод о частичном погашении кредита лишь на основании расчета истца, какие-либо доказательства этого факта стороны не представили. Ответчик на заседании суда не присутствовал.

По условию договора повышенные проценты взыскиваются за нарушение сроков погашения кредита и, следовательно, в части, превышающей размер процентов за пользование кредитом, по своей сути являются санкциями, в отношении которых может быть применена ст. 333 ГК РФ. Однако суд не рассмотрел этот вопрос.

Из расчета истца следовало, что пени начислялись на задолженность по обычным и повышенным процентам. При таком способе расчета кредитор фактически применил ответственность в виде пени к ответственности в виде повышенных процентов, что противоречит смыслу ст. 395 ГК РФ, устанавливающей уплату процентов только на соответствующую сумму денежных средств, а не на проценты за пользование чужими денежными средствами.

При таких обстоятельствах решение подлежит отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение для получения и исследования доказательств по спору, установления подлежащей взысканию суммы долга, процентов, в том числе повышенных, и решения вопроса о возможности снижения санкций в порядке, предусмотренном ст. 333 ГК РФ <*>.

--------------------------------

<*> Вестник ВАС РФ. 1999. N 5. С. 51 - 52.

 

По другому делу банк (кредитор) обратился с иском к закрытому акционерному обществу (заемщику) о взыскании 1519673299 руб. (неденоминированных) задолженности по кредиту, 201358248 руб. процентов за пользование кредитом, 1670370737 руб. пени, 2591755989 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением арбитражного суда исковые требования были удовлетворены в полном объеме. В протесте ставился вопрос об отмене судебного решения в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с тем, что за это нарушение применена договорная неустойка (пени).

При рассмотрении данного дела в порядке надзора было установлено, что в соответствии с заключенным сторонами кредитным договором банк предоставил заемщику кредит в сумме 300 тыс. дол. США на закупку радиооборудования. К установленному в договоре сроку обязательство заемщика по возврату суммы кредита и уплате процентов в полном объеме не было погашено, в связи с чем кредитор и обратился с иском в арбитражный суд.

За несвоевременный возврат кредита и просрочку уплаты процентов договором была предусмотрена уплата пени в размере 0,25% за каждый день просрочки. В своем постановлении Президиум констатировал, что банк просил взыскать одновременно и договорную неустойку, и проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ, тогда как он вправе требовать применения только одной из указанных мер ответственности.

Таким образом, довод протеста о неправомерном взыскании судом законных процентов за пользование чужими денежными средствами был признан обоснованным <*>.

--------------------------------

<*> Вестник ВАС РФ. 1999. N 5. С. 52 - 53.

 

В случаях, когда кредитные договоры содержат определенные дополнительные условия (о возвращении кредита по частям, о целевом использовании суммы кредита, об обеспечении обязательств заемщика), нарушение указанных условий может повлечь за собой для заемщика и иные негативные последствия, не связанные с применением гражданско-правовой ответственности. Подобные нарушения служат основанием возникновения на стороне кредитора права требовать от заемщика досрочного возврата суммы кредита и уплаты всех причитающихся кредитору процентов по кредитному договору.

В юридической литературе предпринимались попытки выделить и иные последствия нарушения сторонами кредитного договора своих обязательств, основанные на общих положениях обязательственного права, однако эти попытки не могут быть признаны убедительными. Так, Р.И. Каримуллин полагает, что в случае неисполнения банком-кредитором обязательства по предоставлению кредита "возможность, которой гипотетически располагает заемщик, - это обращение с кредитной заявкой в другой банк. В соответствии со ст. 397 ГК в случае неисполнения должником своего обязательства оказать услугу кредитор (которым в нашем случае является заемщик) вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения необходимых расходов и иных убытков. В этом случае на отказавшийся кредитовать банк могла бы быть возложена обязанность по возмещению убытков в виде фактически понесенных расходов (разница в процентах по первоначальному и полученному взамен кредиту) и упущенной вследствие неисполнения первым банком выгоды" <*>.

--------------------------------

<*> Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 49 - 50.

 

Представляется, однако, что содержащиеся в ст. 397 ГК РФ правила о таком последствии неисполнения обязательства, как исполнение обязательства силами самого кредитора либо по его поручению третьим лицом за счет должника, рассчитанные на обязательства по изготовлению и передаче вещи кредитору, а также по выполнению для него работы или оказанию услуги, не могут распространяться на обязательство банка по предоставлению кредита, в содержание которого не входят обязанности банка по изготовлению денежных средств до передачи их заемщику. Данное обязательство также не является обязательством по выполнению работы или оказанию услуги. Существо обязательства банка состоит в передаче заемщику суммы кредита (наличных денег или безналичных денежных средств) с условием ее возврата и выплаты вознаграждения.

Другое дело, что в описанной Р.И. Каримуллиным ситуации, когда заемщик, не получив кредита, как это предусматривалось кредитным договором, вынужден заключить кредитный договор с иным банком на худших условиях (скажем, для оплаты товаров, закупленных по контракту с расчетом на получение кредита по первому кредитному договору) и вправе потребовать от банка-кредитора по первому кредитному договору возмещения убытков, причиненных неисполнением обязательства по выдаче кредита, которые могут включать в свой состав и дополнительные расходы, понесенные заемщиком в связи с необходимостью заключить новый кредитный договор с иным банком (в том числе и разницу в процентах по первоначальному и заменяющему его кредитным договорам). Однако право заемщика на предъявление такого требования к банку, нарушившему обязательство по кредитному договору, основано не на правилах ст. 397 ГК РФ, а на общих положениях об ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (ст. ст. 15, 393 ГК).

Разрабатывая ту же проблему, Н.Н. Захарова пишет: "По-новому в Гражданском кодексе решен вопрос о соотношении обязанности должника нести ответственность за нарушение своих обязательств и его же обязанности исполнить это обязательство в натуре. Такая ситуация может возникнуть, когда заемщик не возвратил полученный кредит, но уплатил за это нарушение пени и возместил убытки. Возникает вопрос: до каких пор можно начислять пени в связи с невозвратом кредита? Может ли кредитор предъявлять свои требования второй, третий, четвертый раз? Ведь для кредитора важно получить обратно свои деньги. В данном случае следует применять нормы, закрепленные в статье 396 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые ограничивают сферу применения принципа исполнения обязательства в натуре (принцип реального исполнения), если иное не предусмотрено законом или договором..." <*>.

--------------------------------

<*> Захарова Н.Н. Указ. соч. С. 63.

 

Как известно, смысл правил ст. 396 ГК РФ состоит в том, что они дифференцируют последствия применения ответственности (возмещения убытков и уплаты неустойки) с точки зрения влияния на судьбу нарушенного обязательства в зависимости от того, в чем состояло это нарушение: при ненадлежащем исполнении обязательства уплата неустойки и возмещение убытков не освобождает должника от исполнения обязательства в натуре; в случае же неисполнения обязательства применение указанных форм ответственности освобождает должника от исполнения обязательства в натуре. При этом правила носят диспозитивный характер и применяются, если иное не предусмотрено законом или договором. Исполнение обязательства в натуре, о котором идет речь в ст. 396 ГК, означает, что должник должен совершить именно те действия, которые составляют предмет обязательства, и эта обязанность не может быть компенсирована (прекращена) уплатой денежной суммы (чем по сути и являются возмещение убытков и уплата неустойки). Поэтому по отношению к денежному долговому обязательству, каковым является обязательство заемщика по возврату полученной суммы кредита и уплате процентов за пользование денежными средствами, применение правил об исполнении обязательства в натуре лишено всякого практического смысла: сумма полученного кредита с соответствующими процентами в качестве вознаграждения банка-кредитора должна быть взыскана с заемщика в любом случае либо в качестве денежного долга (задолженности по кредиту), либо в составе убытков, причиненных кредитору в результате неисполнения (или ненадлежащего исполнения) должником своего обязательства. Что же касается реальных последствий нарушения заемщиком отдельных дополнительных условий кредитного договора, не являющихся ответственностью за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (ст. ст. 813, 814, 821 ГК), то все они могут быть квалифицированы как последствия расторжения кредитного договора путем одностороннего отказа кредитора от договора и поэтому будут рассмотрены в рамках темы о прекращении кредитного договора.

 

 

 Смотрите также:

  

Ответственность за нарушение обязательств. Просрочка...

Глава 25. Ответственность за нарушение обязательств (ст. 393-406). В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей.
или договором. Нарушение обязательств влечет, прежде всего, обязанность должника.

 

Кредитные договора. возможность получения банковского кредита

Кредитный договор должен включать условия о сумме кредита, объектах кредитования, сроке возврата банковского кредита, банковском проценте, залоге и другие.
Ответственность за нарушения трудовых прав работников.

 

Защита кредитора в договорном обязательстве

Нарушение обязательств влечет, прежде всего, обязанность
К примеру, для обязательств, возникающих из договора займа или кредитного договора, более привлекательными
Например,