СОДЕРЖАНИЕ, ИСПОЛНЕНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ КРЕДИТНОГО ДОГОВОРА

 

Обязательство на стороне кредитора

  

 

С момента заключения кредитного договора на стороне кредитора возникает обязанность предоставить заемщику денежные средства в размере и на условиях, предусмотренных договором (п. 1 ст. 819 ГК), заемщику же принадлежит право требовать от кредитора выдачи соответствующей суммы кредита.

 

Нельзя не заметить, что названная обязанность банка по предоставлению кредита, да и право заемщика требовать его выдачи обладают известным своеобразием. По этому поводу, например, Е.А. Суханов пишет: "Особенностью кредитных отношений является возможность одностороннего отказа от исполнения заключенного договора со стороны как кредитора, так и заемщика (п. п. 1 и 2 ст. 821 ГК). Это обстоятельство существенно ослабляет консенсуальную природу кредитного договора, в известной мере сближая его с реальным договором займа" <*>.

--------------------------------

<*> Гражданское право: Учебник. В 2 т. Т. II. Полутом 2 / Отв. ред. проф. Е.А. Суханов. С. 226.

 

Напротив, некоторые авторы не усматривают какого-либо своеобразия обязательства на стороне банка-кредитора по предоставлению кредита, считая его обычным денежным обязательством. Так, Л.Г. Ефимова указывает: "Поскольку предметом кредитного договора являются деньги, обязательство банка носит денежный характер" <*>.

--------------------------------

<*> Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 523.

 

Нам уже приходилось отмечать, что в отечественном дореволюционном гражданском праве, а также в советских законодательстве и доктрине в первые послереволюционные годы (в условиях действия ГК 1922 г. вплоть до кредитной реформы 1930 - 1931 гг.), когда договор об открытии кредита признавался предварительным договором о будущем займе, вытекающее из такого договора обещание банка-кредитора выдать сумму займа заемщику рассматривалось в качестве особого обязательства, отличающегося от иных договорных обязательств. Например, в материалах Редакционной комиссии, подготовившей уже упоминавшийся проект Гражданского уложения, мы находим суждение о том, что существенной особенностью обязательства обещания займа следует признать то обстоятельство, что по предварительному договору о займе "должником является та сторона, которая, по окончательному договору, должна приобрести качество верителя" <*>.

--------------------------------

<*> Гражданское уложение. Проект Высочайше учрежденной Редакционной Комиссии по составлению Гражданского Уложения / Под ред. И.М. Тютрюмова. СПб., 1910. С. 464.

 

Еще более определенным образом формулирует свое мнение Р.И. Каримуллин, который полагает, что "в кредитном договоре соглашение сторон дает толчок достаточной силы для приведения в действие механизма заемного обязательства, а деньги используются в качестве средства погашения долга банка перед заемщиком. По этой причине обязанность кредитора по передаче капитала должна быть признана денежным обязательством, чего нельзя сказать об аналогичной передаче денег по договору займа" <*>. Из этого делались весьма серьезные выводы о том, что соглашение о заключении в будущем договора не может быть отнесено к общим постановлениям договорного права и что обещание передачи и принятия имущества не подпадает под общие для всех договоров правила <**>. И именно в связи с особой правовой природой обязательства обещания займа вводились специальные правила, направленные на его регулирование (а не наоборот), в частности, норма о том, что обязательство предоставить заем, установленное в предварительном договоре, теряет силу, если впоследствии наступили или впервые сделались известными верителю (кредитору) обстоятельства, столь значительно ухудшающие имущественное положение заемщика, что возникает опасность потерять сумму займа или ее часть (ст. 1898 проекта ГУ).

--------------------------------

<*> Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 17.

<**> См.: Там же.

 

Аналогичная норма, согласно которой лицо, обещавшее предоставить заем, может при наличии сомнений отказаться от данного обещания в том случае, если имущественное положение другой стороны значительно ухудшится, вследствие чего удовлетворение требования о возврате займа окажется под угрозой, до настоящего времени сохранилась в тексте Германского гражданского уложения (§ 610).

ГК 1922 г. также учитывал специфику обязательства обещания займа, наделяя лицо, обязавшееся по предварительному договору дать другому взаймы, правом требовать расторжения предварительного договора, если впоследствии имущественное положение контрагента значительно ухудшится (ст. 219). Комментируя данную норму, М.М. Агарков подчеркивал, что она "содержит применительно к предварительному договору о займе так называемую оговорку об изменившихся обстоятельствах (clausula rebus siс stantibus). Лицо, обязавшееся дать взаймы, имело в виду, что его контрагент является кредитоспособным". "Было бы неправильно, - полагал М.М. Агарков, - не учитывать этого обстоятельства и обязывать его к совершению займа также и тогда, когда впоследствии имущественное положение контрагента значительно ухудшится" <*>.

--------------------------------

<*> Агарков М.М. Указ. соч. С. 83.

 

И сегодня в действующем ГК РФ имеются подобные специальные правила, наделяющие стороны кредитного договора правом отказаться от предоставления или получения кредита. И если право кредитора на отказ от предоставления заемщику предусмотренного кредитным договором кредита обусловлено наличием обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что предоставленная заемщику сумма не будет возвращена в срок или будет возвращена с нарушением со стороны заемщика предусмотренной договором обязанности целевого использования кредита, то аналогичное право заемщика (отказаться от получения кредита) ничем не обусловлено, а лишь обременено обязанностью уведомить кредитора до установленного договором срока предоставления кредита (ст. 821 ГК).

Включение в ГК РФ такого рода специальных правил, направленных на регулирование именно кредитного договора, столь разительно отличающихся от общих положений договорного права (например, от норм ст. 310 ГК, не допускающей одностороннего отказа от исполнения обязательства либо одностороннего изменения его условий), можно объяснить лишь реакцией законодателя на отмеченное своеобразие обязательства по предоставлению кредита, вытекающего из кредитного договора.

То обстоятельство, что ныне кредитные правоотношения регулируются единым кредитным договором, а не сложной договорной конструкцией, состоящей из предварительного договора обещания займа и собственно договора займа, не лишает обязательство кредитора по предоставлению кредита того своеобразия, которое было когда-то присуще обязательству обещания займа. И сегодня кредитор, принявший на себя обязательство по предоставлению кредита, как когда-то лицо, обещавшее дать взаймы, попадает в положение должника, хотя в исполненном им кредитном договоре ему принадлежит место кредитора. Так же как и прежде, не исключена возможность, что после заключения кредитного договора к моменту исполнения кредитором обязательства по предоставлению кредита финансовое положение заемщика ухудшится настолько, что перспектива возврата выданной денежной суммы окажется маловероятной.

В связи с изложенным очевидно, что вытекающее из кредитного договора обязательство кредитора по предоставлению кредита нельзя ставить в один ряд с обязательством того же заемщика по возврату полученного кредита (или, скажем, покупателя, получившего товар по договору купли-продажи), объединяя их в одну категорию так называемых денежных обязательств. Несмотря на внешнее сходство названных обязательств - все они состоят в передаче (предоставлении, уплате) денежных средств, - по своей правовой природе они должны быть признаны различными обязательствами.

В юридической литературе неоднократно предпринимались попытки как квалификации денежных обязательств, так и их классификации (разделения на различные группы по определенным критериям). В свое время Л.А. Лунц предлагал под денежным обязательством в широком смысле слова понимать "обязательство, предметом коего служат денежные знаки как таковые", но тут же оговаривался, что к денежным обязательствам не могут относиться "сделки, имеющие своим предметом индивидуально-определенные денежные знаки", а также "сделки купли-продажи, направленные на поставку определенного вида монет или бумажных денежных знаков", поскольку "деньги в этом случае выступают в качестве "товара" <*>.

--------------------------------

<*> Лунц Л.А. Деньги и денежные обязательства в гражданском праве. М., 1999. С. 103 - 104.

 

В.А. Белов определяет денежное обязательство как "гражданское правоотношение, содержанием которого является право требования кредитора и корреспондирующая ему юридическая обязанность должника совершить уплату или платежи, т.е. действие (или действия) по передаче определенной (определимой) суммы денег (валюты)" <*>. Обосновывая необходимость классификации денежных обязательств (разделения их по видам), В.А. Белов пишет: "Вряд ли обязательство купли-продажи будет абсолютно юридически эквивалентно обязательству предоставить кредит. Оба они имеют своим содержанием передачу в собственность денежной суммы, однако их цели различны. Цель обязательства передать денежную сумму в договоре купли-продажи - создать основание для требования о передаче в собственность предмета договора (вещи); в кредитном же договоре то же действие преследует целью исполнение обязанности по предоставлению самого предмета договора" <**>.

--------------------------------

<*> Белов В.А. Денежные обязательства. М., 2001. С. 14.

<**> Там же. С. 27.

 

Результатом классификации, проведенной В.А. Беловым, явилось то, что все регулятивные денежные обязательства (он выделяет также охранительные денежные обязательства, возникающие из такого основания, как гражданское правонарушение) по цели их возникновения были разделены автором на две группы: "1) обязательства передачи денег как предмета договора (...т.е. предоставление денег является целью обязательства, направлено на получение встречного удовлетворения); 2) обязательства передачи денег как цены договора (эквивалента, встречного удовлетворения... т.е. предоставление денег имеет встречный, добавочный характер, направлено на погашение существующего или будущего долга)" <*>. В итоге же и обязательство по предоставлению кредита, и обязательство по возврату займа или кредита были включены В.А. Беловым в одну классификационную группу - "обязательства передачи денег как предмета договора" <**>.

--------------------------------

<*> Там же. С. 28.

<**> Белов В.А. Денежные обязательства. С. 30.

 

Представляется, что при распределении В.А. Беловым конкретных видов денежных обязательств по вполне обоснованно выделенным им классификационным группам не была учтена специфика обязательства по возврату займа или кредита, которое, так же как и все обязательства второй группы, характеризуется прежде всего направленностью на погашение существующего долга. Более того, обязательство заемщика по возврату полученного займа (кредита) представляет собой универсальное денежное долговое обязательство, о чем свидетельствует, например, включение в ГК РФ нормы, допускающей новацию всякого долга именно в заемное обязательство: согласно п. 1 ст. 818 ГК РФ по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды имущества или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. В связи с этим классификация денежных обязательств, предложенная В.А. Беловым, нуждается в незначительном уточнении перечня обязательств, относимых ко второй классификационной группе - "обязательства передачи денег как цены договора", предоставление денег по которым "направлено на погашение существующего или будущего долга" (роль передачи денег как цены договора в этом случае выполняет уплата заемщиком кредитору вознаграждения за пользование займом или кредитом). Только в этом случае, наконец, обязательство по предоставлению кредита по кредитному договору и обязательство по возврату кредита (займа) будут разведены по различным классификационным группам денежных обязательств, чем и будет подчеркнуто своеобразие обязательства по предоставлению кредита, не имеющего ничего общего (кроме его денежной формы) с долговыми денежными обязательствами.

Есть другой вариант решения рассматриваемого вопроса, который можно было бы объяснить соображениями практической целесообразности исходя из того, что ГК РФ содержит целый ряд специальных правил, направленных на регулирование именно долговых денежных обязательств (для которых используется общее обозначение "денежные обязательства") и вовсе не рассчитанных на какие-либо иные обязательства, в том числе и те, которые помещены В.А. Беловым в первую классификационную группу денежных обязательств (например, ст. ст. 318, 319, 395 ГК). В связи с этим можно выделить понятие денежного обязательства в узком смысле слова, разумея под ним именно долговое денежное обязательство, что позволило бы обязательство по предоставлению кредита, возникающее из кредитного договора, вовсе не признавать таким денежным обязательством.

Именно так, как представляется, поступает Л.А. Новоселова, которая в качестве критерия выделения категории денежного обязательства предлагает рассматривать "наличие в таком обязательстве цели погашения денежного долга", что позволяет ей исключать обязательство по предоставлению кредита из круга денежных обязательств, поскольку "в обязательстве предоставить кредит цель передающей деньги стороны - приобрести право требовать их возврата от должника", а не погашение обязательства <*>. Данный подход к определению круга денежных обязательств воспринят судебно-арбитражной практикой. В подтверждение этого можно привести одно из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленумов ВС и ВАС РФ N 13/14 (о сфере действия ст. 395 ГК). Согласно этому разъяснению ст. 395 ГК РФ предусматривает последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства, в силу которого на должника возлагается обязанность уплатить деньги; положения данной статьи не применяются к отношениям сторон, если они не связаны с использованием денег в качестве средства платежа, средства погашения денежного долга.

--------------------------------

<*> См.: Новоселова Л.А. Проценты по денежным обязательствам. 2-е изд., испр. и доп. М., 2003. С. 25 - 26.

 

Правда, необходимо сделать весьма существенную оговорку: отмеченный подход к квалификации денежного обязательства (когда таковым признается только долговое денежное обязательство) не может претендовать на универсальное значение. Дело в том, что некоторые из содержащихся в ГК РФ норм, направленных на регулирование денежных обязательств, явно рассчитаны отнюдь не только на долговые денежные обязательства, но и на обязательства по предоставлению денежных средств, не преследующих цели погашения денежного долга (т.е. на денежные обязательства в широком смысле слова). К числу таких норм, например, относятся правила о месте исполнения денежного обязательства (ст. 316 ГК) или о валюте денежных обязательств (ст. 317 ГК). Каким бы своеобразием ни обладало обязательство банка по предоставлению кредита, вытекающее из кредитного договора, но его относимость к денежным обязательствам в широком смысле слова (обязательствам, направленным на передачу денежных средств) означает, что и указанное обязательство подчиняется названным правилам ГК РФ.

Существенным своеобразием отличается и правовое регулирование порядка исполнения банком-кредитором своего обязательства по предоставлению заемщику суммы кредита. ГК РФ (п. 1 ст. 819), формулируя соответствующее обязательство банка, говорит о его обязанности предоставить заемщику денежные средства (кредит) в размере и на условиях, предусмотренных договором, что не исключает, а, напротив, предполагает использование сторонами кредитного договора различных форм предоставления (передачи) заемщику денежной суммы, обусловленной в договоре.

Однако, видимо, Банк России придерживается иного мнения, о чем свидетельствует Положение о порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения) N 54-П, утвержденное Банком России 31 августа 1998 г. (действующее в редакции, утвержденной Банком России 27 июля 2001 г. N 144-П). Сразу же необходимо отметить, что издание данного Положения, по всей вероятности, преследовало публично-правовые цели, которые заключаются, как это предусмотрено в п. 1.1 Положения, в установлении порядка осуществления банковских операций по предоставлению (размещению) банками денежных средств клиентам, в том числе другим банкам, юридическим и физическим лицам, независимо от того, имеют они или не имеют расчетные, текущие, депозитные, корреспондентские счета в данном банке, и возврату (погашению) клиентами банков полученных денежных средств, а также бухгалтерского учета указанных операций. Что касается частноправового аспекта отношений, связанных с размещением кредитными организациями денежных средств, то в Положении (п. 1.2) подчеркивается, что под размещением (предоставлением) банком денежных средств понимается заключение между банком и клиентом банка договора, составленного с учетом требований ГК РФ, а также то, что банк передает денежные средства на условиях платности, срочности и возвратности, а клиент банка осуществляет возврат полученных денежных средств в соответствии с условиями договора.

Тем не менее данное Положение включает в себя определенные правила, направленные на регулирование порядка и способов предоставления (размещения) банками денежных средств. Так, в соответствии с п. 2.1 Положения предоставление (размещение) банком денежных средств осуществляется в следующем порядке: юридическим лицам - только в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на расчетный или корреспондентский счет (субсчет клиента-заемщика, открытый на основании договора банковского счета), в том числе при предоставлении средств на оплату платежных документов и на выплату заработной платы; физическим лицам - в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на банковский счет клиента-заемщика физического лица, под которым понимается также счет по учету сумм привлеченных банком вкладов (депозитов) физических лиц в банке, либо наличными денежными средствами через кассу банка. Предоставление (размещение) средств в иностранной валюте как юридическим, так и физическим лицам должно осуществляться уполномоченными банками в безналичном порядке.

Названные правила вызвали неоднозначное толкование в юридической литературе. Некоторые авторы усмотрели в них прямой запрет на предоставление суммы кредита в любой иной форме, кроме зачисления предоставляемой суммы на банковский счет заемщика. Например, Н.Ю. Рассказова пишет: "Денежные средства считаются предоставленными заемщику в момент их зачисления на банковский счет заемщика. Пункт 2.1.1 Положения ЦБР N 54-П запрещает предоставлять кредит путем оплаты долгов заемщика напрямую с его ссудного счета на банковские счета его кредиторов, минуя расчетный счет заемщика. Верховный Суд РФ в решении от 1 июля 1999 г. N ГКПИ99-484 признал, что это правило не противоречит ст. 313 ГК" <*>.

--------------------------------

<*> Рассказова Н.Ю. Указ. соч. С. 548.

 

Представляется, однако, что никакого запрета предоставлять кредит "путем оплаты долгов заемщика напрямую с его ссудного счета на банковские счета его кредиторов", как полагает Н.Ю. Рассказова, приведенные правила не содержат, а предусматривают обычный порядок предоставления кредита. Действительно, если в качестве заемщика выступает юридическое лицо, то объектом кредитного договора могут служить исключительно безналичные денежные средства, а нормальный путь их предоставления заемщику - зачисление указанных безналичных денежных средств на банковский счет последнего. И на тот случай, если в кредитном договоре не предусмотрен иной порядок предоставления кредита либо сторонами не используются другие способы исполнения обязательства, предусмотренные ГК РФ, кредит должен предоставляться именно путем зачисления соответствующих денежных средств на банковский счет заемщика.

В том случае, когда обязательство по предоставлению кредита банком исполняется путем зачисления денежных средств на банковский счет заемщика, момент исполнения этого обязательства определяется в зависимости от того, является ли заемщик владельцем счета, открытого в банке, выступающем в роли кредитора. Если это так, то обязательство банка по кредитному договору будет считаться исполненным в момент зачисления суммы кредита на этот счет при том непременном условии, что заемщику была предоставлена фактическая возможность распорядиться полученными денежными средствами. Дело в том, что ранее в судебно-арбитражной практике нередко встречались случаи, когда банки, пользуясь своим правом на бесспорное списание задолженности, предусмотренным договором банковского счета, нередко, зачислив денежные средства по кредитному договору на счет заемщика - владельца счета, тут же списывали их своим мемориальным ордером в счет погашения задолженности, образовавшейся по ранее заключенным кредитным договорам с этим же заемщиком. В данном случае кредит не мог быть признан предоставленным в силу того обстоятельства, что денежные средства не поступили в распоряжение заемщика.

Если же заемщик не является владельцем счета, обслуживаемого банком-кредитором, либо кредитным договором предусмотрено, что сумма кредита должна быть перечислена на счет заемщика, открытый в ином банке, обязательство по предоставлению кредита исполняется банком путем перевода соответствующей денежной суммы в банк, обслуживающий заемщика, для зачисления денежных средств на счет последнего. В этом случае моментом исполнения обязательства по предоставлению кредита должен считаться момент поступления денежных средств, перечисленных банком-кредитором на корреспондентский счет банка, обслуживающего заемщика, а не момент фактического зачисления указанных денежных средств на банковский счет заемщика. Правовым основанием такого подхода к определению момента исполнения обязательства банка-кредитора по предоставлению кредита заемщику путем банковского перевода суммы кредита на банковский счет заемщика в ином банке служат правила о распределении ответственности между банками, участвующими в банковском переводе при расчетах платежными поручениями. Согласно ст. 865 ГК РФ банк, принявший платежное поручение плательщика, обязан перечислить соответствующую денежную сумму банку получателя средств для ее зачисления на счет лица, указанного в поручении, в срок, установленный законом или договором.

Названное законоположение получило однозначное толкование в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 апреля 1999 г. N 5 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета" <*> (п. 3), суть которого сводится к тому, что у банка-получателя (обслуживающего счет заемщика) с момента зачисления средств на его корреспондентский счет и получения документов, являющихся основанием для зачисления средств на счет получателя, появляется обязательство, основанное на договоре банковского счета с получателем средств (в нашем случае - с заемщиком), по зачислению полученной суммы на счет последнего. Поэтому обязательство банка плательщика (в нашем случае - кредитора) должно считаться исполненным в момент надлежащего зачисления соответствующей денежной суммы на счет банка получателя (т.е. банка, обслуживающего банковский счет заемщика, на который по условиям кредитного договора должна быть зачислена сумма кредита).

--------------------------------

<*> См.: Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, принятые с апреля 1992 г. по ноябрь 2000 г. С. 28 - 32.

 

Изложенная позиция судебно-арбитражной практики относительно определения момента исполнения обязательства банком-кредитором по предоставлению кредита в случае, когда сумма кредита должна быть зачислена на счет заемщика в ином банке, встретила различные оценки в юридической литературе: от полной ее поддержки до столь же полного отрицания. Например, Л.Г. Ефимова полагает, что в приведенном случае "момент исполнения обязательства банка по предоставлению кредита должен определяться по правилам о моменте исполнения денежного обязательства при расчетах платежными поручениями". "Следовательно, - делает вывод Л.Г. Ефимова, - кредит должен считаться предоставленным в момент зачисления его суммы на корреспондентский счет банка, осуществляющего расчетное обслуживание заемщика. В кредитном договоре можно предусмотреть иной момент, когда кредит должен считаться предоставленным в распоряжение заемщика" <*>.

--------------------------------

<*> Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 524.

 

С таким выводом категорически не согласен Р.И. Каримуллин, который при решении вопроса о моменте предоставления кредита предлагает исходить "из равенства участников гражданско-правовых отношений и основной цели (causa) кредитного договора". Основываясь на том, что в силу п. 3 ст. 810 ГК РФ исполнение самим заемщиком обязательства по возврату кредита связано с зачислением денежных средств на счет займодавца, Р.И. Каримуллин считает, что "нет никаких оснований для того, чтобы ставить банк в более привилегированное положение по сравнению с заемщиком". Кроме того, "если заемщик не получил кредита, остается не реализованной основная цель кредитного договора - предоставление капитала для временного использования. При этом кредитор имеет возможность привлечь банк заемщика к ответственности, ссылаясь на правило п. 2 ст. 866 ГК. Следовательно, и в данном случае риск пробега платежных документов несет должник по денежному обязательству, т.е. в данном случае банк-кредитор" <*>. Для подтверждения своей позиции Р.И. Каримуллин ссылается на опыт германской судебной системы. Он пишет: "Для определения момента передачи суммы кредитором заемщику германская судебная практика установила на основании параграфа 929 ГГУ следующее положение: сумма займа считается полученной заемщиком, когда она окончательно выбыла из имущества займодавца и в согласованной форме окончательно присоединена к имуществу заемщика" <**>.

--------------------------------

<*> Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 23.

<**> Там же.

 

Позиция Р.И. Каримуллина, основанная на гражданско-правовом принципе равенства участников кредитных правоотношений, представляется весьма симпатичной, но, к сожалению, она страдает некоторыми юридическими неточностями. Действительно, в силу п. 3 ст. 810 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором займа, сумма займа считается возвращенной в момент передачи ее займодавцу или зачисления соответствующих денежных средств на его банковский счет. Однако в случае, когда заемщик для исполнения своего обязательства перед банком-кредитором по кредитному договору должен прибегнуть к банковскому переводу (например, в той же ситуации, когда его счет открыт в ином банке), отношения сторон, связанные с перечислением возвращаемой суммы кредита, будут регулироваться не общей нормой ст. 810 ГК, а специальными правилами о расчетах платежными поручениями, в том числе содержащимися в п. 1 ст. 865 Кодекса. Иными словами, моментом исполнения обязательства заемщика по возврату кредита (как и в случае с исполнением обязательства банка по предоставлению кредита в сходной ситуации) будет считаться момент поступления соответствующих денежных средств в банк, обслуживающий корреспондентский счет банка-кредитора. Так что, как мы видим, никаких оснований для вывода о неравенстве сторон кредитного договора (в части определения моментов исполнения ими своих обязательств) на самом деле не имеется.

Неверным является также довод Р.И. Каримуллина о том, что у банка-кредитора, перечислившего сумму кредита на счет заемщика, открытый в ином банке, имеется возможность привлечь этот банк (обслуживающий счет заемщика) в случае незачисления или несвоевременного зачисления поступившей в банк суммы кредита на счет заемщика к ответственности на основании п. 2 ст. 866 ГК РФ.

Во-первых, банк получателя средств при расчетах платежными поручениями является адресатом банковского перевода и не относится к числу привлекаемых банком плательщика для выполнения операций по перечислению денежных средств банков, которые только и могут привлекаться к ответственности в порядке, предусмотренном п. 2 ст. 866 ГК РФ. Напротив, обязательство банка плательщика как раз и состоит в том, чтобы перечислить соответствующую денежную сумму банку получателя средств (п. 1 ст. 865 ГК).

Во-вторых, даже на банки, привлеченные банком плательщика для исполнения операций по перечислению денежных средств и допустившие нарушение правил совершения расчетных операций, ответственность может быть возложена только по усмотрению суда; общим же правилом является возложение ответственности, в том числе за действия банков, привлеченных к участию в банковском переводе, на банк плательщика, принявший платежное поручение (п. п. 1 и 2 ст. 866 ГК).

И наконец, в-третьих, банк получателя средств (в нашем случае - заемщика), не будучи банком, привлеченным банком плательщика к выполнению операций по перечислению денежных средств, в случае незачисления или несвоевременного зачисления поступившей в банк суммы кредита на счет заемщика несет ответственность лишь перед заемщиком (как владельцем счета) и только за нарушение обязательств, вытекающих из договора банковского счета.

Изложенные здесь контрдоводы на аргументы Р.И. Каримуллина, как нам кажется, одновременно свидетельствуют о правильности позиции, выработанной судебно-арбитражной практикой (данную позицию поддерживает и Л.Г. Ефимова), которая признает моментом исполнения банком-кредитором обязательства по предоставлению кредита заемщику, обслуживаемому другим банком, момент поступления денежных средств на корреспондентский счет соответствующего банка.

Теперь пришло время вернуться к основному дискуссионному вопросу, а именно о возможности исполнения банком-кредитором обязательства по предоставлению кредита в ином порядке, нежели путем зачисления соответствующих денежных средств на банковский счет заемщика. Хотя некоторые отечественные авторы, пишущие о кредитном договоре, предпочитают вовсе не замечать проблемы, "созданной" Банком России, когда он включил в Положение о порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения) от 31 августа 1998 г. N 54-П (далее - Положение N 54-П) норму о том, что предоставление банком денежных средств юридическим лицам осуществляется "только в безналичном порядке путем зачисления "денежных" средств на расчетный или корреспондентский счет" (п. 2.1.1). К примеру, А.А. Вишневский пишет: "Обязанность банка предоставить кредит считается исполненной, когда кредит предоставлен в точном соответствии с условиями, указанными в договоре. Договор может предусматривать различные формы предоставления кредита: перечисление предоставляемой в кредит денежной суммы на расчетный счет заемщика, на иной банковский счет заемщика, на банковский счет третьего лица, открытие кредитной линии, кредитование счета и т.п. Исполнение банком этой обязанности должно (при умолчании об этом в договоре) определяться по общим правилам о месте исполнения денежного обязательства" <*>.

--------------------------------

<*> Вишневский А.А. Банковское право: Краткий курс лекций. С. 77.

 

Л.Г. Ефимова, напротив, привлекает внимание к обозначенной проблеме и предлагает пути ее решения. Она отмечает, что "такой способ исполнения кредитного договора, как предоставление кредита, минуя расчетный счет заемщика, был выработан банковской практикой как ответ на попытку государства обеспечить сбор налогов за счет любых поступлений на счета налогоплательщиков, не считаясь с их целевым характером... Длительное время государство предпринимало попытки искоренить практику предоставления кредита, минуя расчетный счет заемщика, ограничивая или запрещая ее в различных подзаконных нормативных актах. Учитывая, что такие нормы противоречили ГК РФ, время от времени кредитным организациям удавалось отстоять свои интересы. Последняя такая попытка ограничить предоставление кредита, минуя расчетный счет, принадлежит ЦБ РФ" <*>. Исходя из содержания "злополучного" п. 2.1.1 Положения N 54-П, Л.Г. Ефимова приходит к выводу о том, что "Банк России установил, что кредитные организации не могут выдавать кредит, минуя расчетный счет заемщика, например используя конструкцию ст. 313 ГК РФ", и полагает, что "такая позиция Банка России... противоречит действующему законодательству" <**>.

--------------------------------

<*> Ефимова Л.Г. Банковские сделки: право и практика. С. 525.

<**> Там же. С. 526.

 

Пути решения обозначенной проблемы Л.Г. Ефимова видит, во-первых, в обеспечении правильного толкования нормы, содержащейся в п. 2.1.1 Положения N 54-П, предусматривающей, "что сумма кредита подлежит зачислению на соответствующий счет". "Однако ее буквальное толкование, - подчеркивает Л.Г. Ефимова, - не дает основания для вывода, что этим счетом является именно счет заемщика, а не его контрагента"; во-вторых, в признании того обстоятельства, что "обязательство банка, возникшее в результате заключения кредитного договора, как и любое другое, может быть исполнено, изменено или прекращено любым из способов, предусмотренных в соответствующих статьях глав 22 - 24 и 26 ГК РФ". Полагая, что в силу принципа свободы договора право выбора конкретного способа прекращения обязательства по предоставлению кредита принадлежит его сторонам, Л.Г. Ефимова утверждает, что "это право может быть ограничено только на основании федерального закона, но не нормативного акта Банка России" <*>.

--------------------------------

<*> Там же.

 

В целом соглашаясь с позицией Л.Г. Ефимовой, мы все же предпочли бы не обострять рассматриваемую проблему, ограничившись лишь правовой оценкой правил, содержащихся в п. 2.1.1 Положения N 54-П, и их толкованием. Как отмечалось ранее, на наш взгляд, указанный пункт Положения N 54-П не содержит (и в принципе не может содержать!) запрет на использование сторонами кредитного договора (и тем более на применение судами при рассмотрении соответствующих споров) общих положений о порядке исполнения гражданско-правовых обязательств, содержащихся в ГК РФ. Цель указанной нормы может состоять лишь в определении обычного (нормального) порядка предоставления банками организациям денежных средств, коль речь идет о безналичных денежных средствах (причем, заметьте, применительно ко всем возможным формам их размещения).

Среди перечисленных в Положении N 54-П (п. 2.2) способов размещения банками денежных средств наряду с разовым зачислением денежных средств на банковские счета, выдачей наличных средств физическим лицам, открытием кредитной линии, участием банка в предоставлении (размещении) денежных средств на синдицированной (консорциальной) основе предусмотрен и такой способ, как кредитование банковского счета заемщика, в том числе путем оплаты расчетных документов последнего, при отсутствии на нем денежных средств, что вовсе не предполагает предварительного зачисления денежных средств на банковский счет заемщика. Кроме того, предусмотренный Положением N 54-П перечень способов размещения банками денежных средств является открытым и допускает существование иных способов предоставления денежных средств, не противоречащих действующему законодательству.

Главное же условие для признания обязательства по предоставлению кредита исполненным со стороны банка (независимо от того, каким способом предоставляются денежные средства - путем зачисления денежных средств на банковский счет или, напротив, минуя банковский счет заемщика) состоит в том, что заемщик в результате должен получить реальную возможность распорядиться предоставленной ему суммой кредита.

Именно такой подход характерен для современной судебно-арбитражной практики, позиция которой, как обоснованно отмечается в юридической литературе, отражена в следующем положении: "...без предоставления доказательств зачисления кредитных средств на расчетный счет заемщика (при том условии, что заемщик имел возможность ими распорядиться. - В.В.) либо оплаты его платежных документов, которые по суммам корреспондировали бы с выписками по ссудным счетам, предоставление кредитов не может считаться доказанным фактом" <*>.

--------------------------------

<*> Каримуллин Р.И. Указ. соч. С. 25.

 

Таким образом, еще раз подчеркнем, что содержащееся в Положении N 54-П правило о том, что предоставление денежных средств в безналичной форме юридическим лицам осуществляется путем их зачисления на банковский счет, лишь определяет обычный порядок размещения банками безналичных денежных средств, что не запрещает и не исключает использование сторонами кредитного договора различных форм исполнения банком-кредитором обязательства по предоставлению кредита в распоряжение заемщика, в том числе и не требующих зачисления соответствующих денежных средств на счет заемщика.

Одной из самых распространенных форм предоставления кредита, "минуя расчетный счет заемщика", является перечисление банком на основе платежных поручений заемщика третьим лицам денежных средств, учитываемых на ссудном счете, открытом банком во исполнение кредитного договора. С позиции гражданского (обязательственного) права обязательство банка-кредитора в этом случае должно быть признано исполненным надлежащим образом, поскольку заемщику была предоставлена возможность распорядиться соответствующими денежными средствами, что он и сделал, выдав банку платежные поручения об их перечислении своим кредиторам или иным контрагентам по договорам. Исполнением обязательства банком не заемщику, а управомоченным заемщиком третьим лицам в соответствии со ст. 312 ГК РФ признается исполнение обязательства надлежащему лицу ("переадресовка исполнения"); в отношениях же между заемщиком и указанными третьими лицами (его кредиторами) имеет место возложение должником исполнения своего обязательства на третье лицо (в нашем случае в этой роли выступает банк-кредитор), предусмотренное ст. 312 Кодекса. Следовательно, с точки зрения гражданского права рассматриваемая форма предоставления кредита должна квалифицироваться как один из способов надлежащего исполнения банком-кредитором своего обязательства, вытекающего из кредитного договора. Что же касается некоторых затруднений, которые могут испытывать налоговые и иные государственные фискальные и контролирующие органы в случае предоставления кредита заемщику-налогоплательщику, "минуя его расчетный счет", то эти проблемы должны решаться в области публичного права и присущими ему методами, а не путем деформации гражданско-правового регулирования имущественного оборота.

Положение N 54-П предусматривает также некоторые ограничения форм предоставления банками денежных средств физическим лицам, которое может осуществляться, как указано в п. 2.1.2 Положения, "в безналичном порядке путем зачисления денежных средств на банковский счет клиента-заемщика физического лица, под которым в целях настоящего Положения понимается также счет по учету сумм привлеченных банком вкладов (депозитов) физических лиц в банке, либо наличными денежными средствами через кассу банка".

В сфере потребительского (розничного) кредитования граждан (которая в России, в отличие от многих развитых стран, пока остается вне сферы законодательного регулирования) Банк России жестко проводит линию, исключающую возможность квалификации любых правоотношений (в том числе связанных с оплатой банками товаров, приобретаемых гражданами у торговых организаций), при которых денежные средства предварительно не зачисляются банками на банковские счета или на счета депозитов граждан, в качестве кредитных договоров. В подтверждение сказанного можно привести одно из разъяснений Банка России, которое было дано в связи с запросом Ассоциации российских банков <*>. Согласно указанному разъяснению, устанавливая порядок предоставления денежных средств физическим лицам, Банк России руководствовался нормами гл. 42 "Заем и кредит" (в том числе ст. 819) ГК РФ, которые однозначно определяют состав субъектов в отношениях, возникающих при заключении кредитного договора - банк-кредитор и заемщик, а также предмет кредитного договора - предоставление банком-кредитором денежных средств (кредита) заемщику и исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору, в том числе по уплате процентов за пользование кредитом, т.е. ст. 819 не предусмотрены взаимоотношения ни банка-кредитора, ни заемщика - физического лица с третьими лицами (например, торговой организацией).

--------------------------------

<*> См.: письмо Центрального банка Российской Федерации от 29 мая 2003 г. N 05-13-5/1941 "О порядке предоставления кредитными организациями денежных средств" // Справочные правовые системы.

 

В связи с изложенным, по мнению Банка России, взаимоотношения заемщика по кредитному договору с третьими лицами, не являющимися стороной по кредитному договору (в том числе с организациями торговли) при использовании полученного кредита на цели, определенные в кредитном договоре, не являются предметом кредитного договора. Даже в тех случаях, когда договорами, заключаемыми между банками и физическими лицами, предусматривается обязанность банка по оплате потребительских товаров, приобретаемых физическим лицом, Банк России не усматривает кредитных правоотношений: как сказано в его разъяснении, "взаимоотношения сторон при осуществлении указанной операции не могут рассматриваться как "кредитные" и соответственно регулироваться ст. 819 "Кредитный договор" ГК РФ".

По всей видимости, Банк России считает, что практика кредитования банками физических лиц при приобретении последними потребительских товаров должна быть ограничена использованием следующих схем: осуществление расчетов за приобретенный товар посредством банковских карт (с предварительным зачислением суммы полученного физическим лицом кредита на его банковский счет (счет вклада (депозита) на условии "до востребования")); осуществление оплаты приобретенного физическим лицом товара путем списания денежных средств со счета вклада (депозита) как на основании платежного поручения физического лица, так и в безакцептном порядке на основании платежного требования торговой организации (в зависимости от условий договора вклада), на который предварительно банком зачислен предоставленный физическому лицу кредит.

При ознакомлении с приведенным "разъяснением" Банка России у всякого юриста, который знает (или, во всяком случае, должен знать), что российское гражданское законодательство является кодифицированной системой права и по этой причине правовое регулирование кредитного договора не ограничивается правилами, содержащимися в ст. 819 или в гл. 42 ГК РФ (есть еще и общие положения о договорах и обязательствах и порядке их исполнения, включающие в себя нормы о возложении должником исполнения своего обязательства на третье лицо (ст. 313 ГК), о переадресовке исполнения (ст. 312 ГК), об уступке права требования (ст. ст. 388 - 390 ГК) и переводе долга (ст. ст. 391 - 392 ГК), наконец, о различных способах прекращения обязательств (гл. 26 ГК)), возникает вопрос: почему обязательство банка по выдаче кредита заемщику - физическому лицу не может быть исполнено кредитором путем оплаты приобретенных заемщиком у торговой организации потребительских товаров? Ведь в этом случае соблюдено главное требование, предъявляемое к предоставлению кредита: заемщику предоставляется возможность распорядиться соответствующими денежными средствами, и он ими фактически распоряжается.

На этот вопрос у Банка России имеется поразительный ответ. Как сказано в письме от 29 мая 2003 г., "в отношении вопроса применения норм глав 22 "Исполнение обязательства", 23 "Обеспечение исполнения обязательства", 24 "Перемена лиц в обязательстве" и 26 "Прекращение обязательства" Гражданского кодекса Российской Федерации к обязательствам банка-кредитора по предоставлению денежных средств клиенту-заемщику, возникающим с момента подписания кредитного договора, следует отметить, что перечисленные нормы гражданского права, исходя из сути указанных обязательств и сложившейся практики делового оборота, не могут быть в полной мере применены к обязательствам банка по предоставлению кредита"(?!).

Вот так, буквально "одним росчерком пера", Банк России поставил под сомнение применение обязательственного права к одному из видов договорных обязательств - кредитному договору, а попутно оставил за собой право определять, какие нормы ГК РФ, регулирующие гражданско-правовые обязательства, и в какой мере могут применяться к обязательствам банков по предоставлению кредита. Естественно, такой подход совершенно неприемлем! Очевидна также необходимость принятия отдельного федерального закона о потребительском (розничном) кредитовании граждан, который должен содержать свод специальных правил, учитывающих особенности оформления и исполнения кредитных договоров, заключаемых банками с гражданами, в том числе порядок предоставления кредитов гражданам, включающий в себя различные формы и способы исполнения банками соответствующих обязательств.

 

 

 Смотрите также:

  

Защита кредитора в договорном обязательстве

Нарушение обязательств влечет, прежде всего, обязанность должника возместить кредитору причиненные этим нарушением убытки.
средством на территории России признается только рубль, поэтому стороны в денежном обязательстве должны выразить его в рублях.

 

Стороны в обязательстве. Сторонами в обязательстве...

Сторонами в обязательстве являются должник и кредитор.
Солидарное обязательство прекращается, если один из должников исполнил солидарную обязанность полностью (ст. 325 ГК РФ).

 

Ответственность за нарушение обязательств. Просрочка...

Нарушение обязательств влечет, прежде всего, обязанность должника.
чужими денежными средствами, заканчивается днем уплаты суммы долга кредитору
кредитором. В этом случае должнику предоставлено право приостановить исполнение.

 

Денежное обязательство представляет собой разновидность...

которая должна уплатить кредитору денежную сумму. С другой стороны, Закон о банкротстве, говоря о должнике, не