ОТМЕНА КРЕПОСТНОГО ПРАВА

 

 

Крестьянство России - помещичьи, государственные и удельные. Деление помещичьих крестьян на барщинных и оброчных

 

Анализируя состояние сельского хозяйства в первой половине 19 века мы можем сделать следующие выводы.

 

Новые производительные силы в сельском хозяйстве не могли получить в первой половине XIX столетия сколько-нибудь большого развития в силу господства феодально-крепостнических отношений.

 

Окончательное утверждение новых производственных отношений было невозможно в условиях сохранения крепостнических форм хозяйства, являвшихся непреодолимой преградой всякого прогресса. Однако необходимо сказать, что широко распространенное в нашей литературе утверждение об упадке и деградации общего уровня сельскохозяйственного производства накануне реформы лишено каких-либо серьезных оснований.

 

Исследования последних лет опровергают это положение1. (Крестьянство России делилось на три основные группы: помещичьи, государственные и удельные. К середине XIX в. общее количество помещичьих крестьян в Европейской России, по данным X ревизии, равнялось 10 694 445 ревизским душам, или 21 976 232 душам обоего пола2. Численность крепостных крестьян по отдельным губерниям была далеко не одинакова. Наибольшее количество их сосредоточивалось в 12 центральных нечерноземных губерниях — 28,5%, второе место занимали 7 центральных черноземных губерний — 22,5%, наконец, третье место занимала Украина—17,8%. В остальных районах помещичьих крестьян было значительно меньше. Так, в трех поволжских губерниях находилось лишь 6% общего числа помещичьих крестьян, в так называемых новороссийских—3,2%, в северных приуральских — 1,9%

 

Помещичьи крестьяне подразделялись на две группы: собственно крестьян, занимавшихся сельским хозяйством на помещичьей земле, и дворовых, лишенных всяких средств производства и удовлетворявших личные потребности помещика Количество дворовых равнялось 1 467 378 душам обоего пола, что составляло 7,2% к общему числу помещичьих крестьян.

 

По формам эксплуатации помещичьи крестьяне подразделялись на барщинных и оброчных. Накануне отмены крепостного права 71,7% крестьян состояли на барщине. Значительная часть крестьян несла смешанную повинность, отбывая барщину и внося оброк. По 23 великорусским Губерниям количество таких крестьян составляло 16,54%. Барщина преобладала, как уже говорилось, преимущественно в черноземных губерниях. Так, на Украине крестьяне, отбывавшие барщину, составляли на Правобережье 97,4%, на Левобережье — 99,3%, в так называемых новороссийских степных губерниях— 99,9%, в Курской, Пензенской, Тамбовской, Воронежской, Орловской, Тульской и Рязанской губерниях— 7 ,2%.

 

 

Наоборот, в нечерноземных промышленных губерниях основной формой эксплуатации являлся оброк. По 13 центральным нечерноземным губерниям на оброке состояло 47,23% крестьян, на смешанной повинности — 22,49% и на барщине —30,29%.

 

В наиболее тяжелом положении находились барщинные крестьяне. Работа на барщине, требовавшая повседневного общения крестьянства с представителями помещичьей власти, влекла за собой мелочную регламентацию всей жизни крепостного, что приводило к насилию и произволу над личностью. На протяжении первой половины XIX в. в связи с развитием товарно-денежных отношений наблюдается рост помещичьей запашки за счет освоения новых земель и сокращения крестьянских наделов. Естественно, что это влекло за собой увеличение барщины.

 

В имениях, имевших более 100 душ крепостных, накануне отмены крепостного права по 27 губерниям на одну ревизскую душу приходилось следующее количество земли2:

Вологодская губерния 8,68 десятины

 

Таким образом в наиболее плодородных губерниях, где преобладала барщинная система, обеспеченность крестьян землей была наименьшей.)Это и являлось большей частью результатом увеличения барской запашки на протяжении первой половины XIX в. Как указывал в своих записках А. И. Кошелев, господские земли удвоились и утроились1.

 

Одновременно с ростом барской запашки нередко увеличивалось и количество барщинных диену Как правило, барщина составляла 3—4 дня в неделю, а в отдельных случаях и больше. Помимо этого, помещики вводили так называемые урочные положения, по которым для крестьян устанавливались порой невыполнимые нормы и крепостные вынуждены были работать больше положенного времени. Так, например, в имении графов Шуваловых в Пензенской губернии эти нормы были таковы, что крестьянам для выполнения их приходилось затрачивать по два-три дня сверх положенной работы в неделю2.

 

Даже в тех имениях, где сохранялась трехдневная барщина, крестьяне все же работали больше времени вследствие существования целого ряда дополнительных повинностей, так называемых сгонных дней, летних дней и т. д. Нередко в период сева, сенокоса или уборки урожая крестьяне работали даже по шесть дней в неделю. Переработанные же дни помещики компенсировали крестьянам после окончания полевых работ. Вместе с тем барщина не освобождала крестьян и от оброка, существовавшего как в денежной, так и в натуральной форме.

 

Подневольный труд крепостных крестьян был крайне непроизводителен. Стремление помещиков увеличить его производительность сопровождалось различного рода издевательствами и истязаниями крестьян. Так, некоторые помещики, направляя своих крестьян на работу, надевали им на шею рогатки, чтобы они не могли ложиться. Бывали случаи, когда помещики, чтобы принудить крестьян скорее закончить господскую работу на жнитве, несмотря на зной, не разрешали им пить воду. За малейший проступок подвергали беспощадной порке1.

 

Характеризуя положение крепостных крестьян на Украине, Ю. Ф. Самарин писал: «Там господствует самое ужасное сочетание бесчувственности и беспорядочности в помещичьем хозяйстве. Требования помещиков непомерны; средства истязания развратили народ и сделали его бесчувственным. В имении, которым управляет Т., ежедневно секли от 40 до 60 баб, в том числе и беременных»2.

 

Боязнь крестьянского восстания заставляла правительство обращать внимание на положение крепостных и порой даже преследовать помещиков, истязавших своих крестьян.

 

Особенно тяжело жилось крестьянам, выполнявшим барщину на вотчинных мануфактурах. Нередко помещики переводили таких крестьян на месячину, заставляя их непрерывно работать на мануфактуре. «На некоторых помещичьих фабриках,— писал Заблоцкий-Деся-товский,— работают месячники, без всякой заработной платы, сверх того, им задаются уроки, за неисполнением коих следует взыскание»1.

 

В несколько лучшем положении, нежели барщинные, находились оброчные крестьяне. Хотя в правовом отношении они ничем не отличались от барщинных, однако в меньшей степени испытывали на себе повседневный произвол помещика,так как отношения их к владельцу в значительной мере определялись взносом определенной денежной суммы.

 

В оброчных имениях помещики либо вовсе не занимались сельским хозяйством, либо вели его в незначительных размерах (там, где наряду с оброком крестьяне обязаны были выполнять также барщину). В силу этого крестьянские наделы, как правило, в оброчных имениях были выше, чем в барщинных. Величина оброка большей частью не зависела от размеров земельного надела, а определялась доходами крестьян от различных кустарных промыслов или торгово- промышленной деятельности.

 

(На протяжении первой половины XIX в. размеры оброка непрерывно увеличиваются. )Так, средний душевой оброк в конце XVIII в. равнялся 5 руб.2. Для середины XIX в. по материалам Редакционных комиссий средние оброки по 24 губерниям составляли с тягла от .12 руб. 05 коп. (Олонецкая) до 27 руб. 56 коп (Самарская)3.

 

Таким образом, размеры оброка значительно увеличились, но вместе с тем в какой-то степени возросла и доходность крестьянского хозяйства. Иногда оброк достигал значительных размеров. Например, крестьяне промышленного села Иваново Шуйского уезда Владимирской губернии вносили от 75 до 87 руб. ассигнациями с тягла4. Отдельные крепостные, занимавшиеся торговлей или промышленной деятельностью, выплачивали тысячные оброки. Например, крепостной крестьянин Нижегородской губернии Шипов, торговавший скотом, платил ежегодно помещику 5 тыс. руб. ассигнациями за себя и сына. Другой крестьянин этого же села платил 10 тыс. руб.1. Еще больший оброк платили крепостные, владевшие фабриками.

 

К содержанию книги: П. Зайончковский: "Отмена крепостного права в России"

 

Смотрите также:

 

Крепостное право  Открепление крестьянина  Крепостное право от бога  монастырское крепостное право   Закон о беглых