ХОЛОПЫ И КРЕПОСТНЫЕ

 

 

Вотчинное ремесло холопов – прядение и ткачество, кожевенное дело, пошив одежды, обработка металла

 

Перейдем теперь к анализу конкретных отраслей ремесла, где применялся труд мастеров-холопов.

 

Прядение и ткачество

 

Еще И. М. Кулишер, обративший внимание на то, что среди ремесленников XVI в. почти не встречаются мастера по ткачеству и прядению, высказал предположение, что лен и шерсть пряли дома, не пользуясь услугами свободных ремесленников . На домашний характер производства холста, полотна, грубого сукна указывали и другие авторы  . Сукна высокого качества на Руси делать не умели, поэтому представители имущих классов пользовались привозными шерстяными тканями. В письменных источниках XV—XVI вв. мы встречаем многочисленные указания на чужестранные названия сукон, используемых в быту русских феодалов . Автор Домостроя, называя предметы, которые «господин» вынужден покупать на рынке, упоминает также «сукна постав»  . Среди холопьей дворни феодалов того времени нам лишь однажды удалось обнаружить указания на специальность сукновала («сермяжник») 155, да и то в крупнейшем княжеском хозяйстве И. В. Ромодановского (см. Приложение, № 35).

 

В то же время в усадьбе феодала, судя по тому же Домострою, имелся ряд вещей, предметов, сваленных из шерсти: войлок, полсть, попона; упомянут шатер, который обычно шился из войлока; названы епанча, кобеняк156 (верхняя одежда для ненастья, на изготовление которой также чаще всего шла шерсть) 157. Думается, что войлок и большинство предметов из него изготовлялись домашним путем, так как процесс валянья войлока очень прост и не требовал особой специализации15s. Этим мог заниматься эпизодически любой представитель дворовой челяди. Не исключена возможность, что войлок, как и грубые сермяжные сукна, производился силами крестьян, поступая в усадьбу феодала в качестве оброка.

 

Совершенно иное значение в вотчинном и помещичьем хозяйстве имела выделка и обработка тканей из растительного волокна. Домострой много места уделяет вопросам организации мастерской, выдаче сырья прядильщицам и ткачихам, продаже готовой продукции, отношению к мастерицам. Поучая, как заблаговременно «себе не в досаду» собрать приданое для дочери, автор невольно противопоставляет предметам, покупаемым на рынке (украшения, дорогое платье, посуда), вещи, которые непрерывно («по вся годы») изготовлялись в домашних условиях: холсты, полотно, убрусы, усчины 159. Исходным сырьем для пряжи служил главным образом лен: жонкам «лен дают... прясти», «же- ночка... лен прядет! 160. Однако при перечислении предметов, хранящихся в клетях, в амбарах, Домострой упоминает также посконь (конопля) 161.

 

 

Лучший лен шел на изготовление тонкой пряжи. Этим занималась наиболее «рукодельная» мастерица: «Одиная жоночка или девка на государя лен прядет, а изгребии и пачеси на собя или как пригоже». «Девка-тонкопрядица» в составе холопьей дворни упоминается и в грамотах феодалов (см. Приложение, № 32). Вычески из льна, а также наиболее низкосортный лен холопы пряли для себя: «А мужним женкам, которые черное дело делают: избу топят и хлебы пякут и платья моют, тем лен дают на собя и на мужа и на дети прясти»  . Следовательно, в прядении льна в вотчинном хозяйстве наметилась некоторая специализация. Если пряжу на грубый холст, из которого шили одежду для слуг, изготовляло все женское население дворни, то для получения наиболее тонкосортного «прядина» требовалось мастерство и опыт особой рукодельницы, которая занималась только прядением.

 

То же самое мы видим и в ткачестве. Во дворе феодала имелась мастерская, где ткались наиболее тонкие полотна для нужд землевладельца. За работой мастериц наблюдала непосредственно сама хозяйка дома. Она распределяла между ними пряжу, определяла размер работы, следила за качеством ткани: «И всякой мастери самой (государыни. — Е. К.) прядено и тафта и камка и золото и серебро отвесити... и указать сколько чего надобно», «А которая женщина или девка рукодельна и той дела указати: рубашка делати, или убрус брати или тка- т и...» . Среди тканей, изготовленных в вотчинном хозяйстве, называются все существовавшие тогда наименования изделий из растительного волокна: холсты, полотна, усчины, скатерти, утиральники, ширинки, убрусы  .

 

Техника тканья была самой разнообразной: начиная от простой («полотняной») до «бранной» и «закладной» . Овладение сложной техникой изготовления «бранных» изделий привело к специализации ткачей. Среди холопов, наряду с простыми до- мотканами, существуют бральи, бральи-скатертницы, убрусные девки-бральи, хамовники (см. Приложение, № 31, 33, 34). Эти мастера высоко ценились в хозяйстве феодала. Они имели учениц , их удостаивали «чести» обедать за одним столом с «гос- пожей»  .

 

Такое отношение к бральям и тонкопряхам вполне понятно: продукция вотчинных мастерских шла не только на покрытие личных нужд землевладельца, но и на рынок, принося определенный денежный доход хозяйству феодала. Домострой прямо советует: «А будет слишком за обиходом наделано полотен или усчин или холстов или скатертей или убрусов или ширинок или иного чего,— ино и продаст» . В другом месте читаем: «А пла- fbe всякое и Товар... и верхьнее и нижнее, И новое И ветЧаное, дорогое и дешевое, и усчины и полотна — того всего лете пере- сматривати и розвешивати, и пересушивати и перетрясывати»  . Бели, говоря о платье, автор перечисляет его качества и свойства (верхнее и нижнее, новое и ветчаное), то под товаром явно подразумеваются усчины и полотна, а также другие изделия ткацкого производства, которые наравне с платьем нужно было сушить и перетряхивать. Если исходить из сведений, почерпнутых из Домостроя, то полотна, усчины и т. п. являются единственной массовой продукцией вотчинных ремесленников, поступавшей на рынок. В остальных случаях под товарами подразумеваются или излишки продовольствия, запасенного на несколько лет вперед и проданного в период высоких цен  °, или же приплод и продукты, полученные от домашнего скота и птицы  . А между тем в Домострое много говорится о торговых людях, находящихся в полной зависимости у землевладельца, которые обязаны «с товаром ходить к гостям», торговать круглогодично в лавках  .

 

Все это свидетельствует о довольно значительном объеме продукции вотчинных ткацких мастерских. Конечно, далеко не все землевладельцы имели столь большие ткацкие мастерские. Судя по Домострою, существовали хозяйства с одной-двумя ткачихами, откуда полотна и холсты попадали на рынок лишь эпизодически и давали очень незначительную выручку, шедшую почти целиком на мелкие расходы жены землевладельца  . Однако для нас в данном случае важно то, что среди холопьей дворни могли существовать ремесленники-ткачи, продукция которых шла на рынок. Поэтому мы не можем согласиться с выводом Г. Е. Кочина, что «прядение и ткачество с начала до конца во всех своих формах было крестьянским делом»  . Вотчинные мастерские со штатом искусных рукодельниц, со сложной техникой прядения, с применением шерстяных, шелковых нитей для создания узорчатых тканей давали бесспорно более высокую по качеству продукцию, шедшую на рынок, чем разрозненные крестьянские хозяйства.

 

Шитье одежды

 

Автор Домостроя ставит благосостояние дома в прямую зависимость от наличия в хозяйстве ряда ремесленников, в том числе и портного мастера: «Да толко лучитцамастерок свои портной и сапожьной, и плотник, инб во всяком запасе и в остатках и в обресках прибыль будет...»  . Портновское ремесло носит в основном домашний характер. Количество швей, портных, встречающихся среди свободных ремесленников, явно мало. Так, в Серпухове на 796 посадских людей приходится всего 8 портных . Не слишком велико число мастеров шитья и для Новгорода второй половины XVI в. Причем интересна дифференциация ремесленников, занятых пошивом одежды: если сарафанников насчитывалось 77, кафтанников — 50, то рубашеч- ников было всего 3, душегрейников I . Простую одежду (рубашки, душегрейки) шили повсюду дома, будь то изба крестьянина, посадского человека или же усадьба феодала. Так, в Домострое читаем: «А которая женщина или девка рукодельна, и той дело указати: рубашка делати...» 17S. Но ассортимент вотчинных мастериц, занятых изготовлением одежды, был значительно богаче. Они шили опашни, летники, кафтаны, сарафаны, однорядки, терлики, шубы, шапки, рукавицы .

 

 На изготовление этих предметов, помимо крашеного холста, шли дорогие покун- ные ткани (тафта, камка, сукна), расход которых строго конт- 1 ролировался самой хозяйкой дома 18°. Шитье богатых одежд предполагало наличие в вотчинном хозяйстве настоящих мастеров своего дела. Верхнюю выходную одежду, сшитую из привозных тканей, отороченную мехом, украшенную золотыми и серебряными узорами, высоко ценили и берегли. Она поштучно перечислялась в духовных и данных грамотах, ее дарили, давали в приданое, передавали по наследству ш. Следовательно, шили ее редко. При этом далеко не каждый землевладелец мог удовлетвориться мастерством доморощенных швей и вынужден был прибегать к услугам свободных ремесленников. Существуют свидетельства о покупке феодалами готовой одежды: «Да што платье купил яз жене своей... шубка рудожолта брюкишна, да другая шубка мурано зелена, да каптур..., да шуба кунья нова...», «Дати мне... чулочнику за однорядку 25 алтын»  .

 

Вотчинные мастера по пошиву одежды, помимо изготовления платья для своих «господ», должны были также обшивать дворовую челядь: «Коли лучится какое платья кроити себе или жене или детем или людем»  . Это же подтверждается данными из

духойНых грамот. Так, в 1565 г. А. Б. Скрябин упоминает Холопов, «на которых яз рубашки клал» . Князья Звенигородские жалуют деловых людей шубами и сермягами. Шубы и сермяги для холопов упоминаются также в духовной 1550/51 г. П. И. Внукова-Пушкина . Об обязанности феодала не только кормить, но и одевать своих слуг многократно говорилось в церковно-канонической литературе того времени. Портной мастер — наиболее часто встречающаяся фигура среди холопов-ремесленников (см. Приложение, № 36).

 

В вотчинном хозяйстве большое значение имело прикладное шитье цветным шелком, имитирующее узоры дорогих парчевых тканей. Такими узорами расшивался или весь предмет — убрусы, ширинки, или же отдельные элементы одежды — оплечья, во- швы. Вышивкой украшались и изделия из кожи.

 

Домострой, говоря о рукодельницах, работавших в домашней мастерской, помимо портных и ткачих, называет также женщин, делавших «золотное и шелковое пяличное дело». Давая наказ о покупке товаров на рынке, автор Домостроя советует наряду с сукном и тафтой приобрести «шелку цветного литра или больши, золота и серебра по тому ж».

 

Обработка кожи и выделка изделий из нее

 

Обработка кожи всегда была довольно трудоемким процессом, требовала специальных помещений, чанов для закваски и дубления, знания разных рецептов «кваса» для размягчения кожи, а также большого опыта для производства дорогих сортов кожи, например, юфти, сафьяна  . С. А. Изюмова на основе археологического материала пришла к выводу, что уже в XIII в. в Новгороде кожевенное производство отделилось от сапожного . В XV—XVI вв. происходит дальнейшая дифференциация кожевенного ремесла, когда появляются мастера, специализирующиеся только на выработке подошвенной кожи или сыромятной . То же подтверждают письменные источники второй половины XVI в.: среди ремесленников Новгорода, занимавшихся выработкой кожи, помимо кожевников, существовали сыромятники, ти- мовники, ирешники, подошвенники, гладильники  . Выделка кожи достигла высокого уровня. В XVI в. кожа являлась одной из главных статей вывоза за границу .

 

Принимая во внимание известную дешевизну   и разнообразие сортов кожи, с одной стороны, а также трудоемкость ее изготовления — с другой, мы предполагаем, что к началу XVI в. кожевенное производство в качестве вотчинного ремесла если и существовало, то в незначительных размерах, скорее всего для выделки сыромятной и низкосортной кожи. В Домострое мы не находим упоминаний о зависимых кожевниках. В актовых источниках указания на холопов-кожевников встречаются редко, притом мы не всегда уверены, что речь идет о специальности холопа, а не о его имени, прозвище  . Исключением является хозяйство Строгановых, где было широко развито кожевенное дело.

 

Большее развитие в вотчинном хозяйстве получила выделка изделий из кожи. Особенно часто среди холопов, начиная с середины XV в. и вплоть до конца XVI в., упоминаются чеботники, сапожники (см. Приложение, № 41, 42). С. А. Изюмова, по материалам раскопок, пришла к выводу, что в Новгороде XVI в. основным видом обуви являлись сапоги  . Возможно, что это было характерно и для других городов Русского государства. По крайней мере, судя по Домострою, даже слуги имели по паре сапог  , причем обязанность обувать челядь лежала на их господине. В сборнике XVI в. «Цветник», содержащем статьи цер- ковно-юридического характера, от землевладельца по отношению к его слугам требовалось: «кормити их, одевати их, о б у в а- т и их, яко же им довольно»  . Поэтому понятно, что сапожник был необходимой фигурой в усадьбе феодала. Об этом же сообщал и автор Домостроя 19S. В крупных хозяйствах землевладелец не мог обойтись услугами одного сапожника и был вынужден иметь двух-трех мастеров.

 

Более дробная дифференциация среди мастеров кожевенного дела (кнутники, уздники, седельники, сагайдачники) встречается только в княжеских хозяйствах и в имении прославленных предпринимателей Строгановых (см. Приложение, № 45—48). Их деятельность была обусловлена, по всей вероятности, существованием княжеских воинских дружин, экипировка которых, в том числе и саадаками, седлами и прочей сбруей, лежала на обязанности их владельца. Так, В. П. Кутузов писал в 1560/61 г. о своих холопах: «А что у них моего данья... и саадаки и сабли и седла, то у них готово»  . Рядовому землевладельцу при довольно ограниченной потребности в седлах, саадаках, сумках  и при наличии достаточного предложения со стороны рынка   не было нужды держать в своем хозяйстве ремесленника-холопа, специализирующегося на пошивке изделий из кожи, эту работу при случае мог выполнить сапожник или даже портной. Домострой, не упоминая, помимо сапожного мастера, специалистов кожевенного дела, тем не менее свидетельствует о широкой практике производства в домашних условиях сапог, саадаков, седел, ометюка, сумы  . Думается, что при отсутствии узкой специализации степень достоинства такой продукции была чаще всего ниже качества предметов, изготовляемых свободными ремесленниками на рынок.

 

То же можно сказать и об изготовлении меховых изделий. Эта работа могла осуществляться руками портных мастеров. Домострой упоминает о домашней выделке овчины  , о покупке шкурок белок, бобров  , из которых впоследствии вотчинными рукодельниками могли изготовляться одежды на меху: шубы кортель, терлики  . Специалисты-холопы скорняки, овчинники встречаются сравнительно редко и преимущественно в крупных имениях (см. Приложение, № 43, 44).

 

Деревообрабатывающее производство

 

Древесина, изделия из нее играли большую роль в хозяйстве Древней Руси. Автор Домостроя считает само собой разумеющимся, что хозяева каждой усадьбы должны покупать большие партии леса—«лесового запаса». Он советует ежегодно приобретать «лес й дрова... и липняг, и доски, и драницы, и желобы, коли тому навоз в зиме на возех, а летом на шютех и в лодьях»  . В больших количествах заготовляли лыко, шедшее на различные поделки (лапти, веревки, плетенки и т. д.), много леса шло на изготовление дегтя, необходимого в хозяйстве. Среди вотчинных ремесленников иногда встречаются лычники, дехтяри (см. Приложение, № 50, 51). Но наиболее часто среди зависимых ремесленников упоминаются плотники (см. Приложение, № 49). Это одна из популярнейших специальностей в вотчинном хозяйстве. Домострой считает плотника желательным и необходимым элементом для усадьбы  . Отсутствие в XVI в. термина «столяр» заставляет предполагать, что под плотницкой работой подразумевалась как грубая обработка дерева, так и столярное ремесло. Если это предположение правильно, то ассортимент изделий плотника в XVI в. был крайне разнообразен: от починки изгородей, жилых помещений до изготовления мебели, сельскохозяйственных орудий и всевозможных поделок.

 

Судя по Домострою, лишь деревянная посуда (бочки, кадушки, мерники и т. д.) покупалась вотчинником на рынке  . Плотник-холоп играл известную роль в осуществлении крепостнических функций феодала. Пока существовал юридически свободный переход крестьян, вотчинник, заинтересованный в привлечении на свои земли «но- воприходцев», мог возводить руками холопов новые избы в починках или деревнях, чинить старые дворы, покинутые крестьянами. В пользу этого предположения свидетельствует обычай при уходе от данного землевладельца платить пожилое — «за двор рубль да два алтына». В литературе существуют различные точки зрения относительно пожилого. Большинство исследователей склоняется к мысли, что пожилое с крестьян взималось за пользование уже построенными для них дворами. Наиболее ярко эту мысль выразил М. А. Дьяконов, который считал, что крестьянин платит пожилое, если двор был уже готов; если же строил сам, то пожилое при уходе не взималось . Источники подтверждают, что в XV—XVI вв. существовала практика селить крестьян в готовые избы. Так, в 1504 г. крестьяне на суде показали, что «их порядил дворский», «а хоромы поставлены» . В Судебнике 1589 г. статья о пожилом претерпела значительные изменения. Она была частично приспособлена для подворников, живущих в чужих дворах. М. М. Богословский считал, что по- дворник — это съемщик жилого помещения . А. И. Копанев, возражая ему, пишет, что подворник — это не просто съемщик помещения, а крестьянин, лишившийся своего двора . Но опять-таки оба сходятся в том, что подворник живет на чужом дворе, построенном не его руками. Следовательно, для составителя Судебника 1589 г., пытавшегося приспособить статью о пожилом для подворников, было ясно, что пожилое надо платить лишь в тех случаях, когда двор был построен не силами самого крестьянина.

 

С ростом процесса закрепощения крестьян, с введением заповедных лет потребность феодала в плотниках начинает падать.

 

Металлообрабатывающее производство

 

Исследователи уже давно склоняются к мысли, что ковка и литье металлов были в основном делом городских и деревенских ремесленников. Так, Б. А. Рыбаков пишет, что в деревне больше всего было развито гончарное и кузнечное дело, однако к XV в. литейное и ювелирное мастерство, которым ранее занимались кузнецы, в деревне затухает, так как деревня начинает пользоваться продукцией городских серебряников . Анализ писцовых и лавочных книг XVI в. показывает, что в Новгороде насчитывалось 34 специальности, связанные с обработкой металлов. Из общего числа 395 мастеров  примерно 40% составляли ювелирные мастера. Такая высокая концентрация в городе ремесленников по художественной обработке благородных металлов является ярким свидетельством того, что в XVI в. ювелирное дело в качестве вотчинного ремесла почти совсем перестает существовать. И действительно, серебряный мастер из числа холопов встречается нам лишь в княжеском хозяйстве И. Ю. Патрикеева и в имении знаменитых Строгановых (см. Приложение, № 57).

 

Значительно чаще среди несвободного населения вотчин упоминаются кузнецы (см. Приложение, № 53). Ассортимент их продукции был крайне обширен и требовал различной степени , квалификации. Основываясь на археологических данных, ; Б. А. Колчин и А. Ф. Медведев дали подробный перечень пред- \ метов, изготовляемых ремесленниками из железа : дерево- ;! обделочный инструмент (топоры, пилы, долота, скобели для строгания бревен, стамески), металлообрабатывающий инструмент (клещи, молотки, напильники, гвоздильни), сельскохо- ' зяйственные и промысловые орудия труда, оружие, посуда, ряд универсальных и бытовых вещей (ножи, замки и т. п.).

 

Из всех вышеперечисленных изделий лишь относительно посуды можно почти с уверенностью утверждать, что она не производилась в вотчинном хозяйстве, а покупалась. «Порядна поваренная и хлебная: медяная, оловяная, железная, деревянная»— была предметом неусыпных забот. Домострой неоднократно советует все предметы поваренного обихода сосчитать и переписать, а оловянные и медные горшки, котлы взвесить, после ухода гостей тщательно проверить их сохранность и запереть на замок . Касаясь подготовки приданого для подрастающей дочери, Домострой среди вещей, покупаемых на рынке, упоминает «суды оловяные, медяные, деревянные» . Факт покупки землевладельцем посуды также подтверждается наличием среди свободных ремесленников большого числа мастеров, занятых производством котлов, кружек, оловянников . То же можно сказать по поводу ряда универсальных и бытовых вещей, как-то замков, ножей, цепей, игл и т. д. При богатом ассортименте на рынке   и сравнительной их дешевизне землевладельцу было выгоднее купить эти предметы, чем пользоваться услугами вотчинных мастеров.

 

Что же касается сельскохозяйственных орудий, деревообделочного инструмента, подковки лошадей и т. д., то землевладелец не мог обойтись без кузнеца, который был нужен буквально в каждой вотчине, в каждом поместье. ;В числе вещей, хранящихся в амбарах, клетях усадьбы, Домострой называет «железные обломки всякие» «и всякий железной запас» , которые впоследствии шли на переплавку или перековку. Тут же упомянуты «меха дымчатые... и мехи холщовые». Не подразумевались ли под первыми меха для кузнечных горнов? Но о самой кузнице в Домострое ничего не говорится, возможно, потому, что в его основу было положено описание городской усадьбы, а кузнец был необходимой фигурой прежде всего в сельской местности. Кроме того, в городах из противопожарных соображений кузнецов селили несколько в стороне от основного массива посада. Наличие холопов-кузнецов в имениях феодалов зафиксировано как в писцовых книгах, так и в частноправовой документации. Однако, наряду с зависимыми ремесленниками, большое распространение в XVI в. имели деревенские кузнецы из числа крестьян, проживавших на территории вотчины или поместья. Они являлись достойными соперниками кузнецам-холопам и наряду с ними занимались ковкой и починкой сельскохозяйственных орудий, правкой плотницкого инструмента, выделкой гвоздей, обручей для бочек и другой не очень сложной работой. Специализация среди вотчинных кузнецов XV—XVI вв. была низкая. Лишь в крупнейших хозяйствах встречаем мы полоз- ника, плужника (см. Приложение, №55, 56).

 

Рассмотрим теперь вопрос об изготовлении оружия, которое необходимо было не только феодалу, но и его дружине. Согласно Боярской книге 1556 г., вотчинник, являясь на службу, должен был выставить с каждых 100 четей земли одного человека «в доспехах с сайдаки и с сабли»  . В духовных грамотах мы находим упоминания о холопах, у которых «данье государево»: «саадаки и сабли и седла», «у людей моих саадаков, сабель и седел»  . Домострой дает типичный перечень оружия, которым обычно располагал землевладелец: «луки и с стрелами, и сабли, и топорки, и рогатины, и пищали»  . О том же свидетельствуют иностранные источники. Так, Гваньини писал, что главными видами оружия, употребляемыми москвитянами на войне, были колчан со стрелами, лук, топор, копье, ножи  . Следовательно, наиболее распространенными видами оружия в первой половине XVI в. были: лук со стрелами и сабли, затем копья, топоры, рогатины. Изготовление такого снаряжения было под силу кузнецам, которые уже при выделке сельскохозяйственного инвентаря получали достаточный навык в деле наварки стали на железо и его термической обработки  . В вотчинном хозяйстве нам ни разу не встретился специалист-холоп по выделке оружия: сабельник, оружейник. Потребность феодала в холодном оружии покрывалась деятельностью зависимых и свободных кузнецов.

 

Дорогое оружие, чаще всего привозное, покупалось на рынке. Так, в духовной князя Ю. А. Оболенского упомянута «сабля тур- ская, долы резаны, наложены золотом, ножны у нее окованы серебром, оковы резаны золочены»  . Следовательно, в первой половине XVI в. оружейное производство не выделялось в самостоятельную отрасль из вотчинного железоделательного ремесла.

 

Главным средством защиты на полях сражений XVI в. являлась броня дощатая и кольчатая  , шлем, щиты. Все эти предметы требовали при своем изготовлении большого искусства от мастера-ремесленника, поэтому стоили дорого и ценились очень высоко  . Их передавали по наследству, давали вкладом в монастыри, продавали.

Для приобретения доспехов землевладелец вынужден был обращаться на рынок, куда поступали как привозные изделия, так и броня работы русских мастеров. В источниках встречаются: шеломы шамохейские, шумарские и черкесские, пансыри меделенские и немецкие, щиты турские  . Не меньшей известностью пользовались доспехи, изготовленные московскими мастерами: «Шелом московское дело грановит, грани широкие, прямые, наложен серебром, цена шелому 5 рублей». Встречаются московской работы «пансыри и зерцала» . Лучшим свидетельством высокого качества работы московских ремесленников является то, что крымский хан неоднократно обращался в Москву с просьбой о присылке ему панцирей и других доспехов  . За московским доспехом приезжали купцы даже из Бухары  .

 

Бронники издавна принадлежали к наиболее зажиточной верхушке ремесленников  . Иметь такого мастера среди своих холопов могли позволить себе лишь такие крупные феодалы, какими были князья И. Ю. Патрикеев и И. И. Кривоборский (см. Приложение, № 54). Рядовые землевладельцы испытывали постоянную острую нужду в защитном доспехе. Красочной иллюстрацией является Боярская книга 1556 г., где мы находим многочисленные примеры того, как помещики приводили на государев смотр своих военных слуг без панцирей и шеломов. Даже сыновья феодалов иногда были вынуждены вместо доспеха наряжаться в толстые тегиляи: «Федор Левонтьев сын Соловцова... да с Федором же 2 сына его: Иванко в доспесе да Данилко в тегнляе»  , Р. Д. Игнатьев «передал 2 ч[еловек] в тегиляех, а не додал на них 2 шеломов», П. Г. Кобяков «не додал на 4-х человек] доспехов да на тегиляйного ч[еловека] шелома», князь В. И. Телятевский-Микулинский «не додал человека] в доспесе да на ч[еловеке] доспеху»  .

 

Сказанное о вотчинном ремесле не является трафаретом, обязательным для всех категорий феодалов во всех областях Русского государства. Возможны были самые неожиданные отклонения, вызванные рядом субъективных и объективных причин. 1 Тут могли сыграть роль: удаленность (или, напротив, близость) усадьбы от крупных городских центров; стихийные бедствия, в результате которых свободный ремесленник, разорившись, попадал в рабство к феодалу; войны, приводившие к пленению иноверных ремесленников; богатство, знатность самого феодала. Так, например, мелкие землевладельцы, как правило, не имели холопов-ремесленников. Все эти причины вызывали разнообразные сочетания свободного и рабского труда в вотчинном ремесле, оказывали влияние на его эволюцию, на степень его втяну- тости в товарно-денежные отношения. Мы попытались дать лишь общую характеристику тех отраслей вотчинного хозяйства, где наиболее часто в конце XV—XVI в. употреблялся труд холопов. Но труд порабощенных людей мог использоваться и в других областях. Так, например, в имениях Строгановых были развиты промыслы: солеварение, иконописание. Помимо свободных ремесленников здесь работали и холопы.

 

Подведем некоторые итоги развития зависимого ремесла в имениях феодалов.

Количество холопов-ремесленников в усадьбе землевладельца было сравнительно невелико. Лишь в очень крупных хозяйствах мы находим одновременно специалистов почти всех профилей. Наиболее распространенными специальностями среди холопов-ремесленников являются прядильщицы, ткачи, вышивальщицы, портные, сапожники, плотники, кузнецы. Некоторые отрасли производства в вотчинном ремесле XVI в. почти полностью отсутствуют. Сюда относятся: ювелирное дело, выделка дорогих тонкошерстяных тканей, изготовление доспехов, посуды.

 

Продукция вотчинных мастеров шла, в первую очередь, на удовлетворение нужд натурального хозяйства и, за редким исключением, на рынок не попадала. Лишь относительно изделий зависимых ткачих и вышивальщиц можно с известной долей уверенности говорить о производстве на продажу. Ремесленники остальных специальностей своим трудом удовлетворяли личные потребности феодала и частично его челяди. Несколько особняком стоит профессия плотника, который использовался вотчинником для привлечения на свои земли крестьян, для их экономического закрепощения.

 

Характерной чертой зависимого вотчинного ремесла являлась слабая степень его дифференциации, что не могло не сказаться на качестве готовой продукции. Например, тот же кузнец в усадьбе феодала был универсальным мастером, которому приходилось изготовлять разнообразнейший ассортимент предметов из металла. В это же время среди городских ремесленников существовали всевозможные мастера: гвоздочники, игольники, ножевники, замочники, секирники, сабельники и т. п., каждый из которых в своей отрасли достиг высокой степени мастерства. Отсутствие дифференциации труда и как следствие этого низкая квалификация мастеров-холопов становятся тормозом на пути развития вотчинного ремесла. Продукция свободных мастеров все больше вытесняет изделия вотчинного производства.

 

В конце XV—начале XVI в. землевладелец уже не мог обойтись без услуг рынка, приобретая там не только сырье, но и высокохудожественные изделия из металла, доспехи, посуду, дорогую одежду и другую продукцию свободных мастеров.

 

К содержанию книги: Е. И. Колычева: "Холопство и крепостничество в 15 16 веках"

 

Смотрите также:

 

Холопство. Отличие холопов от крепостных  Кто такие холопы. Холопий суд и холопий Приказ

 

Холопы и рабство в древней Руси  холоп  Крепостное право  Открепление крестьян  Крепостное право