ХОЛОПЫ И КРЕПОСТНЫЕ

 

 

Брак как источник похолопления. Женитьба на холопке делала человека холопом

 

Говоря о категориях полных и докладных холопов, мы отмечали преемственность ст. 66 Судебника 1497 г. .со ст. 11Э Русской Правды. По существу, Судебник 1497 г. говорит о тех же трех основных источниках рабства, которые существовали еще в Древнерусском государстве, но главное внимание уделяет делопроизводственному оформлению похолопления. Так, если Русская Правда первым источником похолопления называет продажу в неволю, то кодификатор Судебника устанавливает обязательность оформления при этом полной грамоты: «по полной грамоте холоп». Сохранилась в качестве источника порабощения служба «по сельскому ключу» и «тиунству» «з докладом и без доклада». Провозгласив службу по городскому ключу вольной, Судебник 1497 г. вместе с тем зафиксировал отмену процедуры «ряда», оставлявшую поступающим кандидатам на должности тиунов и приказных людей призрачную возможность оговорить сроки службы и сохранить юридическую свободу. Теперь исполнение этих должностей автоматически превращало человека в раба.

 

Консервативный характер правительственного законодательства особенно наглядно сказался при формулировке третьего источника холопства: «по рабе холоп, по холопе раба». Вторая часть этого установления («по холопе раба») является несомненным новшеством по сравнению с Русской Правдой, где в качестве источника рабства указывалась лишь женитьба на рабе. Это новшество прошло почти не замеченным исследователями. Почему-то сложилось убеждение, что Судебник 1497 г. лишь повторил в этой части установления Русской Правды, которая будто бы уже предусматривала, что брак с холопом превращал свободную женщину в рабу.

 

Так, В. И. Сергеевич, сравнивая Русскую Правду с законами Вавилонского государства, пишет, что по Русской Правде «раб-муж делал и жену свою, дочь свободного человека, рабою», в то время как по законам Вавилона женщина сохраняла свою свободу и в браке с рабом86. Однако, основываясь на тексте Русской Правды, мы можем предполагать, что замужество свободной женщины на холопе не влекло за собой немедленного ее превращения в рабу . От конца XIV в. до нас дошла духовная Остафья Ананьевича, в которой большинство жен холопов и их дочери названы свободными: «А что моей челяди дерноватой, что досталося отцу моему у дяди у Бориса в отдел: ...Иванко Долгой с сыны, а жена его ,и дцери свободны, Съвох с сьином и з снохою, а жена его и дцери свободны, Ермак с сыном, а жена и дцери свободны, Обросимец с сыны, а жена и дцери свободны, Павлечь, брат его, с сыном, а жена и дцери свободны... А Мину з женою и з детми мать моя и аз отпустила на свободу, и Оленину с материю и с сестрою» .

 

 

В результате практики таких браков выработался своеобразный статус, согласно которому дочери от брака вольной женщины с рабом обычно считались свободными, а 'сыновья становились собственностью холоповладельцев. Следы подобной традиции встречаются еще в XVI в.  Конечно, нельзя переоценивать положение такой «вольной» жены раба: она фактически находилась в полной зависимости от холоповладельца, а ее привилегия — «свобода» — через несколько десятков лет попросту забывалась. Но нас в данном случае интересует не фактическая сторона дела, а консервативная политика правительства конца XV в., направленная на расширение источников холопства и законодательно запрещавшая женщине, вступившей в брак с холопом, сохранять свою «юридическую свободу». Сразу же после провозглашения в 1497 г. нового принципа появились грамоты, иллюстрирующие претворение норм Судебника в жизнь . В силу непривычно бескомпромиссного установления предусмотрительные землевладельцы стремились оформить факт женитьбы своих холопов на вольных женщинах специальными «доложенными» актами, в которых фиксировалось, что жена «по холопи далась в робы». Хол опов л а дел ьцы еще не успели привыкнуть к тому, что уже сам факт выхода замуж за холопа бесповоротно превращал женщину в рабу.

 

В списках XVI в. сохранилась запись «О разлучении», найденная Я- Н. Щаповым н представляющая собой перечень норм брачного права . Большая часть текста восходит к византийскому своду права. Среди новых статей выделяются нормы, предоставляющие женщине возможность расторгнуть брак, если она выйдет замуж за человека, скрывшего от нее свое холопство, или если муж без ее ведома пойдет в холопы. Не возникла ли необходимость в подобном добавлении именно благодаря тому, что безоговорочный принцип «по холопе раба» не стал привычным, обыденным?  Введение его в жизнь, без сомнения, породило ряд судебных разбирательств. Примечательно, что в записи «О разлучении» ни слова не сказано о мужчине, который также мог очутиться в подобной ситуации, женившись, например, на беглой рабе.

 

Несмотря на категорически сформулированное постановление 1497 г. «по холопе раба», есть основание предполагать, что нормы Русской Правды, оставлявшие свободу жене раба, исчезли не сразу из практики Московского государства. Отголоски этого явления мы находим еще в первой половине XVI в. От 1511/12 и 1530/31 гг. сохранились две грамоты, где оговорено, что женщины, вступив в брак с холопом, остаются свободными. Свободными будут и дочери и один из сыновей, которые родятся от этого брака . Договор сохранял свою силу на протяжении ряда десятков лет, что явствует из приписки к акту 1530/31 г., согласно которой один из сыновей действительно получил свободу и в 1585 г., выдавая свою дочь замуж, ссылался на эту грамоту как документ, подтверждающий его принадлежность к свободному сословию. Из духовных грамот также известны случаи, когда жены холопов продолжали оставаться вольными. В духовной 1539/40 г. Н. Ф. Лихарева упоминается 5 семей, в которых «жена божья и великого князя» . Из текста явствует, что завещатель под этим выражением не имел в виду отпуск на волю, для чего употребляется совсем иное сочетание слов («отпустити на свободу»), Н. Ф. Лихарев лишь констатирует, что 5 вышеназванных женщин продолжали быть вольными, несмотря на холопство их мужей. Характерно, iito после вторичного утверждения принципа «по холопе раба» Судебником 1550 г. мы уже вплоть до 80-х годов XVI в. не встречаем таких случаев. Сын Н. Ф. Лихарева Павел, перечисляя свою дворню в духовной 1557/58 г., не оговаривает фактов сохранения свободы женой холопа . Так, его отец передал ему Андрея Яковлева (Якушева) с детьми, а о жене сообщил — «жена божья и великого князя». Но через два десятилетия, к моменту составления духовной сыном, жена Якушева числится наравне со своим мужем рабой, и их обоих Павел Лихарев отпускает на свободу.

 

Установление принципа «по холопе раба» не представляет собой нечто исключительное, свойственное только Русскому государству. Эта же норма 'сформулирована в Литовском статуте 1529 г.: «...Жонка... естли бы за неволного пошла ведаючи, тогда и сама в неволю подается и дети их». Сохранились акты, указывающие, что данная норма имела широкое применение на практике еще до того, как была введена в Статут 1529 г. В 1520 г. был подан иск на Левонца, который якобы был «пароб- ком невольным». Левонец заявил: «Матка моя была вольная прихожая». Судья потребовал, чтобы истец подтвердил, что мать Левонца была замужем за холопом «и венчалася с ним». Только тогда ответчик мог быть выдан в невольные на основе принципа «по холопе раба». Истец не смог представить доказательств брака свободной с рабом, и Левонец был оправдан .

 

Но, видимо, нормы обычного права, согласно которым замужество на холопе не влекло за собой обязательной потери свободы, достаточно прочно за несколько предшествующих столетий укоренились в сознании народа и успешно конкурировали с установлением Судебника 1497 г. В 80-х годах принцип «по холопе раба» был отменен. В Судебнике 1589 г. (ст. 137) говорится: «А по государеву указу по робе холоп, а по холопе робы нет».

 

Рассмотрим теперь, какие изменения претерпел другой принцип, сформулированный Русской Правдой,— относительно женитьбы свободного человека на рабе: «... а второе холопство — поиметь рабу без ряду, поиметь ли с рядом, то како ся будеть рядил, на том же стоить». Следовательно, Русская Правда допускала возможность, что в отдельных случаях свободный человек, женившись на рабе, мог попытаться сохранить свое юридическое положение, оговорив это в условиях ряда: «како ся будеть рядил, на том же стоить». До наших дней дошла грамота XV в., иллюстрирующая такой «ряд». Новгородский «паропок» Онанья Захарков женится на дочери холопа «по своей воле», и Ушаку Елизарову дается «в холопе по его робе»97. Очевидно, могли быть акты и с другой концовкой, где женившийся человек оговаривал сохранение за собой воли. Судебник 1497 г. сделал ненужным оформление подобных грамот, уничтожив «ряд» и введя категорическое определение: «по рабе холоп». Отныне женитьба на рабе автоматически превращала человека в холопа. Перед нами еще одно свидетельство того, что в конце XV в. правительство стремилось заменить действующее обычное право более жесткими нормами. В целом же принцип «по рабе холоп» прочно вошел в быт Московского государства еще со времен Русской Правды. Он был привычным, законным поводом для обоснования владельческих прав на холопа. Если на судебном, процессе истцу удавалось доказать, что ответчик был женат на его рабе, этого было достаточно, чтобы иск был удовлетворен и подсудимый был выдан в холопы. Такие правые грамоты сохранились за 1521, 1539/40, 1541, 1555 гг.98

 

Интересно отметить, что нам неизвестна ни одна грамота XV—XVI вв., где бы нашел осуществление другой принцип Судебника 1497 г. — «по холопе раба». Не является ли это еще одним доводом в пользу того, что принцип «по холопе раба» был впервые законодательно утвержден лишь в конце XV в., поэтому не успел стать столь привычным и обиходным, как издревле существующее положение «по рабе холоп»99. Женитьба на рабе была одним из наиболее действенных доводов в пользу принадлежности холопа, перед которым иной раз отступал даже принцип «старины». Так, в 1595 г. П. И. Скобельцын подал в суд на Федора Курицына о беглом кабальном человеке, его жене и сыне. При сыске выяснилось, что первая жена беглеца умерла и Федор Курицын женил кабального на своей приданной рабе. В результате П. И. Скобельцын уступил Федору Курицыну бывшего своего кабального100.

 

Таким образом, в целом правительство стояло на позициях укрепления и расширения наследственного холопства.

 

К содержанию книги: Е. И. Колычева: "Холопство и крепостничество в 15 16 веках"

 

Смотрите также:

 

Холопство. Отличие холопов от крепостных  Кто такие холопы. Холопий суд и холопий Приказ

 

Холопы и рабство в древней Руси  холоп  Крепостное право  Открепление крестьян  Крепостное право