ГОСУДАРСТВЕННЫЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ СТРОЙ РОССИИ 17 ВЕКА

 

 

Государственные монополии. Сбор откупов и пошлин. О печатных пошлинах

 

К государственному праву примыкают и законы, касающиеся прерогатив и регалий царской власти. К их числу относится прежде всего чеканка монеты, сосредоточенная в руках государства начиная с XVI в. В Уложении монетному делу посвящена глава, состоящая всего из двух статей, — «О денежных мастерех, которые учнут делати воровские деньги».

 

Собственно к чеканке может относиться только первая статья. Она делит состав преступлений в отношении монеты на две части: во-первых, чеканка медных, оловянных или укладных денег вместо принятых в государстве серебряных, — это в чистом виде фальшивомонетничество; и, во-вторых, примесь в серебро меди, олова или свинца, т. е. порча денег с целыо наживы. Таким образом, относить эту статью только к разряду фальшивомонетничества, как это встречается в литературе, пе основательно. И тот и другой вид преступления закон расценивал как причинение убытка казне и определял виновным квалифицированную смертную казнь — залитие в горло расплавленного металла (V, 1). Другая статья той же главы карала мастеров за подмес к драгоценным металлам простых металлов при изготовлении заказов. В таком случае назначались торговая казнь и возмещение убытка заказчикам (V, 2).

 

Государственной монополией было изготовление и продажа пива, меда и вина. Общее управление этой регалией сосредоточивалось в приказе Новая четверть.  На местах кружечными дворами заправляли «верпые головы» и целовальппкп (IX, 6). 06- щипы отвечали за недобор и проступки выбранных пмп целовальников.

 

В XVII в. широкое распространение получили откупа на сбор казенных доходов с различных объектов, подлежавших обложению поборами: питейные сборы, сборы с кабаков, таможенные (мыты, перевозы, мостовщина), тамга, городские бани, мельницы, рыбные ловли и т. п. (IX, 13; XVIII, 21, 29, 30). Уложение разрешало сдачу на откуп указанных статей дохода посадским людям и крестьянам дворцовых и черносошных волостей; помещичьи и вотчинные крестьяне к откупам не допускались (XVIII, 23) 

 

Откупами ведал приказ Большого дворца. Лицам, взявшим что-либо на откуп, выдавались откупные грамоты. За приложение печати к ним в Печатном приказе взималась пошлина по 7 7г денег с рубля. Если сумма откупа не превышала 6 рублей, пошлина взималась в размере 50 денег с человека (XVIII, 21, 26). Некоторым откупщикам предоставлялась привилегия — отсрочка рассмотрения жалоб на них в судебном порядке до окончания срока откупа. Но и в данном случае за оформление специальных грамот взималась пошлина по полуполтине с человека. В других случаях по жалобам на откупщиков суд рассматривал дела на следующий год после года поступления жалобы. (XVIII, 22, 23).

 

Сбор откупов и пошлин вне Москвы производился городовыми воеводами, которые высылали деньги в соответствующие приказы. Если находился откупщик, который брал тот или иной откуп с наддачей по сравнению с тем, что выплачивал его предшественник, то откуп передавался ему. Интерес казны был определяющим. В то же время закон обязывал откупщиков держать в технически пригодном состоянии мосты и перевозы через реки, дабы не причинять ущерба проезжим людям. В противном случае ущерб взыскивался с откупщиков (IX, 13).

 

 

Несомненной прерогативой правительства был сбор пошлины за оформление деловой документации путем приложения казенной печати. Регламентации этого вопроса в Уложении отведена самостоятельная XVIII глава — «О печатных пошлинах». В ней выделены определенные группы лиц и типы пошлин, взимаемых с удостоверения актов. К первой категории относились землевладельцы и соответственно документы, касающиеся поместпо- вотчинных дел. Пошлина в размере 27г деньги с четверти пашни исчислялась в следующих случаях: с жалованных грамот на поместья;  с ввозных грамот на отцовские поместья; за купчие на вотчины, приобретенные из порозжих земель;  с отказных грамот на завещанпые и взятые в заклад вотчины; за перехожие четверти при мене поместьями и вотчинами; при оформлении поместий и вотчин за родственниками с тех, кто получал землю, и, наконец, при возобновлении прав владения вотчиной и поместьем, ранее конфискованными, если новая дача будет превышать прежнюю (XVIII, 1, 14, 15, 17—20).

 

Пошлины с челобитья, а не с четвертей, в размере полуполтины с человека взимались в таких случаях: при выдаче ввозных грамот на старые поместья взавден утерянных; с оформления передачи поместий женам и детям дворян и детей боярских, убитых на государевой службе; при выдаче поместий из порозжих земель украинных городов и дикого поля; с жалованных грамот о пожаловании поместья в вотчину; с меновых при мене земельными владениями (XVIII, 3—6, 18, 19)'.

 

Освобождались от уплаты пошлин возобновленные жалованные грамоты на старые родовые и купленные вотчины; грамоты на поместья, выделенные взамен отошедших в «Литовскую сторону»; в качестве льготы освобождались от пошлин жалованные грамоты, наказные памяти в города и прочие документы, данные боярам и другим думным людям (XVIII, 7, 10, 11, 16, 56—57).

 

Освобождались от пошлин грамоты, выданные головам и сотникам стрелецких полков, стрельцам московских приказов, казакам на владение вотчинами и поместьями, а равно по делам о займах и долговых обязательствах (XVIII, 49—50).

 

Устанавливалось размежевание сбора пошлин между Москвой и Новгородом при пожаловании поместий новгородским помещикам (XVIII, 12, 13)\

 

Следующая категория лиц, платившая печатные пошлины, — гости и торговые люди. За жалованные грамоты па различного рода льготы опи платили по 2 р. 50 к., а за данные грамоты на право иметь каменные лавкп в Москве — по 1 р. 25 коп. (XVIII, 8, 9). На общем осповаппи платили печатные пошлины торговые люди и уговорщики, ведшие хлебную торговлю в Архангельске, в попизовых городах и в Сибири (XVIII, 67), Английским и голландским купцам предоставлялись различного рода льготы, в том числе освобождение от уплаты пошлин за прпложенпе печатей к грамотам. Другие жо иностранные купцы платили пошлины на общих основаниях (XVIII, 55)\

 

Детально регламептпровапы пошлипы п льготы по ним в отношении откупов.

 

Солидпым источпиком пополпепия казпы были пошлины за приложение печатей к грамотам по судным делам, Пошлипы взимались за посылку грамот в города по судным делам, за каждую грамоту по полуполтине — независимо от того, ссылались ли истец и ответчик на «общую правду» или свидетелей указывала одпа сторона, и независимо от того, какое количество грамот послано "(XVIII, 31, 32, 43, 44)\ Если дело велось не по ипицпатпве сторон, то пошлипы уплачивала сторона, прпзнанная судом виповпой '(XVIII, 31, 32, 33)'. За грамоты по челобптпьш о долговых кабалах, долгах по духовной, купчей и о бескабаль- пых исках пошлина была полполтины с грамоты и в том же размере с каждого акта (XVIII, 34—36). Грамоты по коллективным челобитьям оплачивались пошлиной в размере от 25 алтын и выше (XVIII, 37, 38). Повторные грамоты в города о вызове ответчиков в Москву — даже в том случае, если неявка ответчиков по первым грамотам вызвана их упорством или укрывательством их со стороны воевод, — оплачивались истцами, а им предлагалось сводить счеты с другой стороной (XVIII, 43, 44).

 

От уплаты пошлин по различного рода грамотам освобождались слуягалые, посадские и пашенные люди сибирских, пермских, вятских и устюжских городов, «потому что место дальнее, и сибирские служилые люди приезжают к Москве временем»; освобождались от пошлин проезяше грамоты, выданные дворянам, детям боярским, татарским и стрелецким головам при их посылке в дальние сибирские города, а также грамоты «в управ- ных делех», выданные головам, сотникам московских стрельцов и стрельцам; сюда подключались и грамоты по челобитьям стрельцов друг на друга, «потому что люди служилые, а земли за ними государевы», грамоть* о выдаче денежной и хлебной руги монастырям и слуяшлым людям по прибору о разрешении последним беспошлинно торговать в городах «пошлин для их службы и бедности не имати» (XVIII, 47—53)'.

 

Следует подчеркнуть, что освобождений от взимания пошлин за приложение печатей к грамотам встречается немного. В социальном плане освобождение касалось верхов господствующего класса: думных людей, властей высокопривилегированных монастырей — Троице-Сергиева и Спасского Нового. Крестьяне же и монастырские слуги этих монастырей от уплаты пошлин не освобождались (XVIII, 56, 59—62).

 

Пошлинами оплачивались грамоты, удостоверяющие повышение в чине: при производстве из городовых дворян или детей боярских по дворовому списку, из дворового списка — по выбору, а также при верстании жалованьем и земельным окладом; оплачивались и грамоты о назначении губными старостами, городовыми приказчиками, головами, сотниками и атаманами у казаков сибирских городов (XVIII, 65, 68—71) .

 

Сказанное выше относительно функционирования и состава государственных органов, начиная с поуездных и кончая Боярской думой и царем как главой государства, а также относительно правового обеспечения безопасности государства и неприкосновенности личности государя, позволяет заключить, что в Уложении 1649 г. получили воплощение и значительную разработку нормы феодального государственного права, достигшие к середине XVII в. относительно высокого развития.

 

 

К содержанию книги: СОБОРНОЕ УЛОЖЕНИЕ 1649 ГОДА - КОДЕКС ФЕОДАЛЬНОГО ПРАВА РОССИИ

 

Смотрите также:

 

Общественный и государственный строй русского...  XVII век в истории России  Общественный и государственный строй  Титул русского царя.  Соборное уложение 1649 года - источник права