ФЕОДАЛЬНО-ЗАВИСИМЫЕ ЛЮДИ КРЕСТЬЯНЕ

 

 

Подсудность частновладельческих крестьян

 

Ролью крестьянина в сельскохозяйственном производстве п заинтересованностью феодалов в этом объясняется стремление законодателя сохранить крестьянскую семью как производственную ячейку. Все зоконоположения относительно возврата крестьян и крестьянок, вступивших в брак в бегах, предусматривали возврат или (по отсутствии законных для него оснований — записей в писцовых и переписных книгах самих беглых или их отцов) оставление на новом месте всей семьи (мужа, жены, детей) (XI, 3, 12, 15, 18).

 

Что материальная санкция за прием беглого в данном случае не была определяющей, видно из того казуса, что выход беглой крестьянки замуж за вдовца, имевшего детей от первого брака, пе влек возврата последних вместе с их отцом и мачехой ее хозяину (XI, 13). А при возврате беглых, вступивших в брак за рубежом, в целях сохранения семьи применялась жеребьевка между владельцами мужа и жены (XI, 34). Закон не ограничивал вступление крестыщ^&^рак. Практически этот~процесс мог целиком зависеть от воли феодала. Однако при выдаче девок или вдов замуж в другое имение обязательно было оформление отпускной и выплаты вывода «по договору» (XI, 19).  Принадлежность крестьянки помещику определялась по отцу или по мужу, поскольку только мужчины вносились в писцовые и переписные книги и другпе акты крепостной зависимости.

 

Подсудность крестьян вне компетенции поместпо-вотчипной юрисдикции осуществлялась по гражданским искам посторонних лиц и по уголовным делам в тех приказах, «где кто судим». Уложение внесло еще большую дробность в состав судебных инстанций учреждением Монастырского приказа, которому по недуховным делам были подведомственны духовепство и зависимые от церкви и монастырей люди, в том числе п крестьяне. За преступления против религии п церкви духовенство п зависимые от них люди отвечали в церковном суде.

 

Прирост количества частновладельческих крестьян происходил прежде всего путем царского пожаловаппя, о котором в разной связи и по разным поводам говорится в ряде статей и глав Уложения. Это пожалование в вотчину или поместье населенных дворцовых или государевых черносошных земель — процесс, хорошо изученный в нашей литературе.

 

В условиях, во-первых, неполного закрепощения всего крестьянства и, во-вторых, узаконенной практики отпуска препостных крестьян и кабальных холопов на волю существовала возможность пополнения феодально зависимого населения вотчин и поместий за счет гулящих «вольных» людей. Уложение вслед за писцовым наказом 1646 г. вводило в практику прием в крестьяне и бобыли пришлых людей, которые «скажутся вольными»; если у них не было отпускных, устанавливалось их свободное состояние. Запись пришлых в крестьяне осуществлялась в Москве — в Поместном приказе, в Казани — в приказе Казанского дворца, для новгородцев — в Новгороде, для псковичей — во Пскове (XI, 20). Если кто-либо, не установив свободного состояния пришлых людей, приведет к записи беглых крестьян, то за это, а в равной мере и за держание беглых, в качестве санкции назначался «за государевы подати и за вотчинниковы доходы» штраф по 10 рублей в год за каждого крестьянина (XI, 21).

 

 

Использование чужих и черносошных крестьян на работах в вотчинах и поместьях допускалось лишь в форме краткосрочного найма по записям и без них. Ставилось условием яшлых и ссудных записей и служилых кабал от наймитов пе брать и отпускать их беспрепятственно по окончании срока найма (XI, 32).

 

Законодательная регламентация путей увеличения численности феодально зависимого населения вотчин и поместий в немалой мере связана с тем, что внутриполитическое значение феодальных владений определялось не пространством их земельных площадей, а количеством крепостного населения. Улоя^епие запрещало выбирать к губным делам целовальников, сторожей и подьячих из вотчин и поместий, имевших мепее 20 крестьян (XXI, 98).

 

По Уложению частновладельческий крестьянин был прежде всего крепостным, т. е. принадлежащим землевладельцу. Ограничение прав крестьян в процессе лишало их дееспособности по значительной массе дел. Однако было бы ошибкой видеть в Уложении только эту сторону. Как следует из 7-й же статьи XIII главы, по уголовным делам крестьянин остается субьектом преступления: «за крестьян своих ищут и отвечают... дворяне во всяких делех, кроме татьбы и разбою и поличного и смертных убийств». Но и в ряде гражданско-правовых деяний оп выступал в качестве лица, обладавшего определеппой правоспособностью. Со стороны городовых людей разных чинов ему мог быть предъявлен материальный иск, как в равной мере и крестьяпип мог вчинить иск тем же лицам (XIII, 3) ,

 

В поземельных спорах — за нарушение межи между владениями или внутри волостей между наделами — крестьянин нес равное с другими лицами наказание — битье кнутом. Уложение предусматривало различнее формы участия крестьян в следственном и судебном процессах. Наряду с другими лицами крестьяне могли быть участниками «повального обыска» — массового опроса населения (X, 161). А крестьяне дворцовых или черных волостей при спорах о межах с феодалами сами могли ссылаться на показания окольных людей (X, 235). Истец или ответчик имел право ссылаться на показания крестьян (не менее чем на десять человек) в исках, не превышающих 20 рублей (X, 159). По показаниям крестьян о незаконном взимании с них мыта и мостов- щины при транспортировке ими господского имущества мытчики возмещали ущерб втрое (IX, 3).

 

Закон допускал изветы людей и .крестьян на своих господ в случаях их замыслов об измене или причинении зла государю, по требовал непреложных доказательств под угрозой наказания за ложный извет (II, 13). Широко применявшаяся в практике феодального судебного процесса система доказательства в форме крестоцелования, практиковавшаяся в отношении низших разрядов населения, была совершенно обязательной при всех свидетельских показаниях феодально зависимых людей (X, 173). Признавались достаточными показания крестьян и холопов, полученные под пыткой, если они совпадали с показаниями на предварительном допросе (XX, 25; XXV, 14).

 

Классовый характер феодального суда очевиден из способов применения средств дознания. При доносе какпх-либо лиц па дворянина и его людей и крестьян в разбое первыми подвергались пытке оговоренные люди и крестьяне, если предварительная стадия в виде очной ставки не выясняла дела. Однако показания людей и крестьян под пыткой о причастпости их господ к разбою служили основанием назначения пытки п сампм господам. С дру-г гой стороны, привод дворянином свопх людей и крестьян с обвинением их в разбое и татьбе слуяшл достаточным основаппем назначения им пытки даже при отсутствии другпх свидетельских показаний (XXI, 47, 48).

 

Судебную пошлину крестьянин платил па общих с представителями других сословий основаниях.

 

 

К содержанию книги: СОБОРНОЕ УЛОЖЕНИЕ 1649 ГОДА - КОДЕКС ФЕОДАЛЬНОГО ПРАВА РОССИИ

 

Смотрите также:

 

Крепостные крестьяне по Уложению 1649 г. - Крестьянские...  московское государство. памятники права...  Крепостное право в России