ПОЛЕСЬЕ И ЭТНОГЕНЕЗ СЛАВЯН

 

 

И. Смирнов (Москва) СОБИРАНИЕ ФОЛЬКЛОРНЫХ ТЕКСТОВ В ПОЛЕСЬЕ (1974-1980)

 

 

 

Ко времени первой поездки в Полесье мы имели определенные представления о сшетном составе эпической традиции славян, украинцев и словаков, поляков и русских. Был составлен и опубликован список схождений между эпическими песнями славян, наряду с песнями подбирались и прозаические параллели. При этом отмечалось, что наиболее всего перекликаются между собой песни южных славян я русских, а не менее половины русско-южнославянских перекличек подтверждается словацким и западноукраинским материалом.

 

Схождения дают преимущественно те районы расселения славян, где собиратели бывали сравнительно регулярно (Русский Север, Западная Украина, Западная Болгария и др.), благодаря чему даже в случайном и произвольном сборе материала, многократно повторенном во времени, отразился объективный и закономерный характер сходства между фольклорными традициями славянских народов.

 

Поэтому столь важен последовательный и целенаправленный сбор материала, проводимый как в местах, часто посещавшихся собирателями (для подтверждения и уточнения их результатов), так и в местах, плохо или совсем не обследованных (для определения отношения их традиции к известным традициям).

 

Полесье особенно привлекательно как район, где славяне поселились раньше, чем они освоили Балканы и все те места, которые потом стали называться Россией, и где неславянское влияние было явно незначительным на протяжении последних порядка полутора тысяч лет. Записанные в Полесье тексты, как правило, могут считаться общеславянскими по происхождению. И, следовательно, наоборот, записанные в других славянских районах тексты, сходные с полесскими, также можно считать общеславянскими. Полесье стало для нас контрольным полигоном для проверки природы сходства между повествовательными песснями славян.

 

Самая серьезная и непреодолимая трудность освоения такого района, как Полесье, густо заселенного, с селами обычно в 300 и более дворов, состояла в том, что нам приходилось рассчитывать главным образом на собственные силы, в лучшем случае дополняемые добровольной помощью других участников экспедиций. Коллективная работа безусловно могла бы охватить большее число пунктов и обеспечить более массовый сбор материала, что углубило бы представления о характере полесской традиции в целом и по отдельным местам, о распространении конкретных сюжетных форм.

 

Мы проводили поиск и сбор текстов в пределах упомянутого списка схождений, хотя и не придерживались его, если исполнители предлагали не отмеченные в нем, но созвучные тексты: благодаря им расширялся сам список схождений. Опрос проводился только по сюжетам. Обнаружить в каждом селе как можно больше сюжетов - вот что было главной целью. В случаях фиксации редких или чем-то интересных текстов через определенное время делались повторные записи. Перед непосредственной записью исполнителю обычно предоставлялась возможность об,Еумать и прорепетировать текст.

 

Довольно скоро было замечено, что в одном и том же селе могут бытовать разные по происхождению версии или сходные формы одного и того же сюжета (сюжеты-'йубли"). Их поиску и записи придавалось большое внимание: фиксация сюжетов-дублей означает выявление смешанности репертуара и, следовательно, неоднородного в этническом плане характера местной традиции.

 

Нас интересовало как бытование конкретных форм каждого отдельного произведения, так и определенной совокупности, набора произведений в обследуемых селах. Обнаруживая бытование каких-то текстов, можно было предполагать (и это подтверждалось), что с ними вместе бытуют и некие другие тексты, связанные с первыми тематикой, логикой творчества и, может быть, какими-то еще, пока неизвестными узами.

 

В нашем собрании около 1.500 текстов, содержащих приблизительно 200 с лишним сюжетов и их разновидностей. Среди них преобладают сюжетные песни, по функции относимые исполнителями либо к "простым", т.е. попцимся в любое время, либо к обрядовым (колядки, веснянки и др.). Имеются также духовные и исторические песни, сказки, былички, предания. Некоторые подробности о нашей работе и первые публикации текстов см. в сб. "Славянский и балканский фольклор" (М., 1978; 1981).

 

Здесь мы не стремимся опережать ход публикаций текстов и выносить конкретные суждения о характере полесской эпической традиции. Скажем пока лишь одно: ныне Полесье дает больше параллелей в общеславянском плане, нежели Западная Украина и Словакия, и уже поэтому полесские тексты обязательно должны учитываться в сравнительных исследованиях славянских эпических традиций. Хотелось бы надеяться, что этот предварительный, но весьма существенный итог наших поездок в Полесье побудит работников местных полесских центров заняться - в координации в Институтом славяноведения и балканистики - целенаправленным сбором массового фольклорного материала.

 

 

К содержанию книги: ПОЛЕСЬЕ