Крым

 

 

Священный мыс Феолент и Георгиевский монастырь

 

 

 

Георгиевский монастырь и мыс Феолент, мало известные и вместе с тем интересные памятники геологии и истории Крыма, находятся на побережье Черного моря между Севастополем и Балаклавой.

 

Огромная каменная пирамида мыса Феолент над бескрайней морской равниной, плавно очерченные живописные бухты с великолепными пляжами и романтичные руины знаменитого Георгиевского монастыря на кромке двухсотметрового обрыва Гераклейского плато необыкновенно привлекательны. В советское время мыс и окрестные места были закрытой территорией и сведений о них в путеводителях и прессе просто не было. Но в 90-е годы монастырь и окрестности мыса были открыты для осмотра, и автомобильная стоянка близ обители заполнилась десятками автомобилей и туристских автобусов.

 

Дорога от Севастополя до монастыря длиной около 13 км проходит по однообразной каменистой равнине Гераклейского полуострова, прорезанной неглубокими, с плоским дном, сухими балками. В старину бытовало и другое название местности — Трахейский полуостров, обязанное, возможно, неровной поверхности каменистой равнины (греческое слово «трахюс» обозначает поверхность, шероховатость). Еще в конце XIX века каменистую равнину Гераклейского плато называли «мертвой, безобразной пустыней». Теперь местность обжитая, на всем пути радуют глаз дачные поселки и ухоженные сады.

 

Дорога заканчивается вблизи обрыва Гераклейского плато. От автомобильной стоянки рукой подать до старинных построек Георгиевского монастыря, примостившегося у обрыва над морем, словно на карнизе пропасти.

 

По легенде история монастыря начинается с 891 года, когда византийцев-мореплавателей застигла страшная буря под Балаклавой. Погибая, они обратились с молитвой о помощи к святому Георгию. Тотчас на скале-островке близ берега появился Святой и сказал, что моряки спасутся. И правда, греки на обломках судна добрались до островка и увидели на скале икону с ликом Святого Георгия. Византийцы перенесли реликвию в пещеру у края обрыва и стали иноками новой обители, названной Георгиевской. С того времени местность стала называться Феолент (Божья страна).

 

В 1891 г. торжественно отметили тысячелетний юбилей монастыря. К тому времени он включал пещерную церковь, величественный храм Святой Богородицы в виде базилики1 с колоннадой, церковь Святого Георгия, колокольню, братский корпус, дом настоятеля, гостиницу, хутор, земельные, лесные и рыбные угодья. Тогда же улучшили лестницу с более чем восемьюстами ступеней, зигзагами проложенную к морю. В верхней части крутого морского склона на высоких подпорных стенах были заложены персиковые и миндальные сады, виноградники.

 

Печальные события развернулись в советское время. В 1929 г. ликвидирован Георгиевский монастырь. За несколько лет была сведена на нет обитель, создававшаяся веками. Разрушили храм Святого Георгия, в руины превратили трапезную, братский корпус и гостиницу. В аварийном состоянии оказались колокольня и храм Святой Богородицы, заброшены церковные сады.

 

И все-таки в последнее время началось улучшение. В 1991 г. в 1100- летниий юбилей основания монастыря на легендарном островке водрузили семиметровый крест. В 1993 г. зарегистрирован Свято-Георгиевский мужской монастырь. Появились первые послушники, восстановлена и действует пещерная церковь, начались строительные работы.

 

Мыс Феолент овеян древнегреческим мифом об Ифигении.

 

Юная дочь эллинского царя Агамемнона была унесена но облаке богиней-охотницей Артемидой (у древних римлян Диана) на юг Тавриды, чтобы в храме Девы над морем стать жрицей. В святилище пленников приносили в жертву богине Деве, а потом тела убитых сбрасывали со скалы в море. Не от того ли в окрестностях мыса немало мест с названиями, навеянными мифом: площадка Дианы, роща Дианы, скалы- островки Орест (брат Ифигении) и Пилад (неразлучный друг Ореста)?

 

Не потому ли Пушкин, осмотрев в 1820 г. окрестности мыса Феолент, написал:

К чему холодное сомненье? Я вижу, здесь был грозный храм, Где крови жаждущим богам Дымились жертвоприношенья...

 

Романтический миф об Ифигении вдохновлял Еврипида, Эсхила, Гете, Лесю Украинку и других писателей и поэтов, композитора Глюка, художников Айвазовского, Серова и др.

 

Под стать истории и природа окрестностей мыса. Сочетание моря и гор таит непредсказуемое очарование и неожиданность. Спуск от монастыря по крутой и необыкновенно длинной лестнице (напомним — более 800 ступеней!) оставляет неизгладимое впечателение. Кое-где на сохранившихся участках террасового сада встречаются похожие на огурцы плети каперсов с крупными белыми душистыми цветами.

 

Но мало кто знает, что маринованные нераспустившиеся бутоны каперсов ценились гурманами как великолепная деликатесная закуска. В просветах темных утесов и вековых деревьев время от времени показывается сверкающее и переливающееся серебром море с белыми гребешками волн. Иной раз слышно, как оно ласково плещет и дышит. А по сторонам возносятся к небу остроконечные пики, на которые будто невозможно взобраться, а оказавшись наверху, еще труднее спуститься.

 

В светлом лесу много дикой фисташки и древовидного можжевельника, в подлеске больше всего держидерева. Невысокая, до 6 — 8 м, кряжистая фисташка (она же скипидарное, терпентинное и кевовое дерево) с приземистой кроной и кожистыми листьями с бальзамическим запахом великолепно себя чувствует на сухом каменистом склоне; это и понятно: ведь ее многоярусные горизонтальные корни уходят в стороны на 15 — 20 м и глубину до 10 — 12 м. Поэтому дикая фисташка надежно защищает морской склон от размыва и разрушения. Дерево особенно привлекательно осенью, когда листья становятся оранжевыми, а собранные в кисти плоды-костянки окрашиваются в красный, розовый, синий и синевато-зеленый цвет.

 

Спуск к морю закончился, и мы оказались в «мастерской Вулкана». По обе стороны мыса в береговом обрыве на протяжении нескольких километров только и видны застывшие потоки лавы и пласты туфов. Подушечные потоки состоят из нагромождения сплющенных шаров лавы — «подушек», излившейся на морское дно (такие потоки лавы мы видели у села Петропавловка близ Симферополя). Реже встречаются потоки глыбового строения, распавшиеся на глыбы при застывании движущейся лавы.

 

Вулкан Феолент изливал лаву основного и среднего состава. В лаве основного состава мало кремнезема (45 — 52%), и потому она была подвижной и легко растекалась. Затвердев, превратилась в спилиты — довольно тяжелые буро-зеленые вулканические породы с выделениями минералов в виде мелких шариков. Лава с умеренным содержанием кремнезема (52 — 65%) не столь подвижная, как основного состава, застыла в виде глыбовых потоков. Они сложены светло-бурыми с зеленым оттенком кератофирами и кератоспилитами или порфиритами серого цвета.

 

По другую сторону мыса Феолент в сторону Севастополя протянулась полоса привлекательного пляжа, разделенного поперечными скалистыми стенами на несколько бухт ( 32). Каменные стены — любопытные геологические образования, называемые дайками. Это плитообразнои формы внедрения магмы в ослабленные разломами участки вулканической постройки.

 

На склоне крупной вулканической постройки были и небольшие «паразитные» вулканы, которые можно легко опознать по лучист9Й столбчатой отдельности1. Такова, например, Крестовая скала над бухтой невдалеке от монастырской лестницы. Скалистый пик, сложенный кератофирами, разделен сомкнутыми трещинами на шестиугольные призматические столбы.

 

Потоки лавы и пласты туфов крупного вулкана мыса Феолент протягиваются в береговом обрыве примерно на 6 — 6,5 километров. К северу в сторону суши они прослежены на несколько километров, но с поверхности перекрыты мощной толщей неогеновых известняков Гераклейского полуострова. Восточная часть вулкана обрезана, словно гигантским ножом, крупнейшим Предгорным Крымско-Кавказским глубинным разломом (рассекает земную кору на всю ее мощность), и поэтому вулканические породы в Мраморной балке внезапно сменяются верхнеюрскими мраморизованными известняками Главной гряды. Не сохранилась южная часть вулканической постройки, разрушенная морем и, возможно, опустившаяся по разлому.

 

Хотя палеовулкан изрядно разрушен морем, а сверху «бронирован» известняками Гераклейского полуострова, но и в сохранившейся части встречаются минералы, связанные с его затухающей деятельностью. В лаве и туфах попадаются жилы и гнезда просвечивающегося розового сердолика1, молочного халцедона, сургучно-красной яшмы2 и другие минералы. Но до коренных выходов минералов в обрывах и скальных выходах не всегда можно добраться. Но и тогда еще не все потеряно. На пляже можно найти окатанные морем обломки вулканических минералов. Так что не огорчайтесь их недоступностью в отвесных скалах и, ступая по пляжу, внимательно смотрите под ноги!

 

 

К содержанию книги: Крым

 

 Смотрите также:

 

Мыс Фиолент. Святилище Богини тавров в Крыму Пещерный Георгиевский монастырь

 

Горный Крым. Крымские пещеры и пещерные города, засыпанные...

Мыс Фиолент. Святилище Богини тавров. Пещерный Георгиевский монастырь. ПОСЛЕСЛОВИЕ.

Святилища в Крыму

Мыс Фиолент. Святилище Богини тавров в Крыму.
Многие места в Крыму овеяны легендами о святилищах богини тавров Девы, расположенных среди скал над морем, о каменных лестницах и священных оградах... Пещерный Георгиевский монастырь в Крыму.

 

Чилтер-Коба - пещерный монастырь на мысе Ай-Тодор

- средневековый пещерный монастырь в 0,6 км к югу от с. Большое Садовое Бахчисарайского района.
Мыс Фиолент. Святилище Богини тавров. Пещерный Георгиевский монастырь.

 

горный Крым, степной Крым с Тарханкутским полуостровом...

Около бывшего Георгиевского монастыря обрывистые берега еще свидетельствуют о том, что они составляют горную часть Крыма. Здесь замечателен мыс Фиолент,

 

Уч-Баш - поселение кизил-кобинской культуры около Инкермана

Мыс Фиолент.