<<< ИСТОРИЯ РОССИИ 19 ВЕКА. Правление Александра 2 Второго

  

 

 

 

Война с Турцией в 1877 году. Шипка. Взятие Плевны. Адриано-польское перемирие

 

 

Когда уже война началась, то оказалось, что независимо от того, что приходилось делать массовые выпуски бумажных денег, которые, конечно, совершено погубили все расчеты Рейтерна на восстановление курса бумажного рубля, независимо от этого оказалось, что мы не готовы к войне и в других отношениях.

 

Оказалось, что преобразования Милютина (особенно замена рекрутчины всеобщей воинской повинностью, произведенная лишь в 1874 г., т. е. всего за два года до мобилизации 1876 г.), были настолько новы и настолько перевернули все прежнее устройство войска, что выполнить мобилизацию армии в этих условиях оказалось далеко не легким, причем те административные власти, от которых в значительной мере зависела правильность и быстрота действий при мобилизации, оказались ниже всякой критики, и вышло поэтому, что мы в течение шести месяцев могли доставить к турецким границам лишь недостаточное количество войска.

 

Тут отчасти виноват был и граф Игнатьев, русский посол в Константинополе, который утверждал, что мы очень легко победим турок, что Турция разлагается и что нужны весьма небольшие силы, чтобы нанести ей решительный удар.

 

На самом деле оказалось, что у нас было не только мало войска, но и чрезвычайно дурно был выбран штаб армии. Главнокомандующим был сделан брат императора Александра, великий князь Николай Николаевич, человек совершенно не имевший необходимых стратегических талантов. Начальником штаба он выбрал генерала Непокойчицкого, который в молодости, может быть, и был способным человеком, особенно как писатель по военным вопросам, но теперь совершенно устарел, отличался' полной нераспорядительностью и не имел никакого плана кампании.

 

Таким образом, оказалось, что непосредственно после блестяще выполненной переправы наших войск через Дунай тотчас же получился новый разброд. Начальники отдельных отрядов, ввиду отсутствия общего плана, стали предпринимать на своей страх весьма рискованные действия, и вот, весьма предприимчивый и храбрый генерал Гурко устремился прямо за Балканы и, не встречая на своем пути значительных препятствий, увлекся чуть не до Адрианополя.

 

А в это время Осман-паша, командовавший несколькими десятками тысяч турецкого войска, занял неприступную позицию при Плевне в тылу наших войск, переправившихся за Балканы. Штурм Плевны был отбит, и скоро оказалось, что это такое неприступное место, из которого выбить Осман-пашу было нельзя, и приходилось думать о долговременной осаде, причем у нас не было достаточно войска, чтобы обложить Плевну со всех сторон. Положение наше оказалось печальным, и если бы командовавший южной турецкой армией и в то время находившийся по ту сторону Балкан Сулейман-паша немедленно перешел, как ему было приказано, через Балканы и соединился с Османом, то Гурко и другие наши передовые отряды были бы отрезаны от остальной армии и неминуемо погибли бы.

 

Единственно только благодаря тому, что этот Сулейман-паша, по-видимому, соперничая с Османом, вместо того, чтобы, как было ему приказано, пойти через один из своих проходов, пошел выбивать русских из Шипкинского прохода, который был занят Радецким,—единственно благодаря этой ошибке или преступлению Сулеймана-паши передовые отряды наши были спасены. Шипку нам удалось удержать, Сулейман- паша был отбит Радецким, Гурко успел благополучно отсутпить, а вместе с тем успели подойти новые наши войска.

 

Однако Плевну пришлось осаждать в течение нескольких месяцев; первая наша попытка овладеть плевнинскими высотами была в июле 1877 г., а удалось принудить Османа-пашу к сдаче только в декабре, и то только благодаря тому, что из Петербурга была вытребована вся гвардия, которая могла быстро мобилизоваться и быть доставлена на театр войны.

 

Кроме того, пришлось обратиться за помощью к князю Карлу румынскому, который согласился дать свою, хотя небольшую, но хорошо обученную и вооруженную тридцатипятитысячную армию только под условием, чтобы сам он был назначен командующим всем осадным корпусом. Лишь с прибытием, вызванного из Петербурга инженер-генерала Тотлебена осада Плевны пошла правильно, и Осман-паша должен был, наконец, положить оружие после неудачной попытки пробиться.

 

Таким образом, кампания растянулась на весь 1877 и часть 1878 г. После взятия Плевны нам удалось перейти вновь Балканы, занять Адрианополь, который тогда не был крепостью, и подойти к Константинополю в январе 1878 г.

 

 В это время император Александр получил от королевы Виктории телеграмму, которой она его просила остановиться и заключить перемирие. Хотя император Александр еще до начала войны обещал Англии, что не будет стремиться занять Константинополь, тем не менее лорд Биконсфильд в подкрепление этой телеграммы успел уже исходатайствовать у парламента 6 млн. фунтов стерлингов на военные цели, и война с Англией, казалось, была почти неизбежна.

 

Но Турция, которая была совершенно истощена, принуждена была просить мира, не дожидаясь английской поддержки, и в середине января (по новому стилю) 1878 г. было заключено Адриано-польское перемирие, в основу которого было положено обещание султана удовлетворить требования великих держав и дать правильное устройство — частью в виде полусамостоятельных княжеств, частью в виде территорий с христианскими генерал- губернаторами — всем христианским провинциям Европейской Турции. Вскоре же после перемирия открылись дипломатические переговоры в Сан-Стефано, веденные с нашей стороны Игнатьевым с полным успехом. В марте уже был подписан мирный договор, по которому все требования России были удовлетворены. При этом было выговорено не только расширение Сербиии Черногории, но и Болгария становилась полунезависимым княжеством с территорией, доходившей до Эгейского моря.

 

Вместе с этим, так как на Кавказе мы вели войну гораздо успешнее, чем на Балканском полуострове, и успели взять Каре, Эрзерум и Батум, то по мирному договору было установлено, что взамен части выговоренной военной контрибуции, которую Турция должна была уплатить России в размере 1400 млн. рублей, она предоставит России в районе Азиатской Турции из состава занятой нами территории Каре и Батум с их округами. Вместе с тем необходимым условием мира император Александр поставил возвращение России того клочка Бессарабии, который был в 1856 г:'отделен от России и отдан Румынии, и так как Румыния, которая воевала в союзе с Россией, была очень этим обижена, то ей в виде компенсации была предоставлена Добруд- жа.

 

Однако как только в Англии узнали об этих условиях мира, то немедленно лорд Биконсфильд протестовал против всяких изменений территории Турции без участия великих держав, принимавших участие в Конгрессе 1856 г. в Париже. Поэтому император Александр должен был в конце концов под угрозой тяжелой войны с Англией и Австрией согласиться на Конгресс представителей великих держав в Берлине под председательством Бисмарка. На этом конгрессе условия мира были существенно изменены: урезаны были приобретения Сербии, Черногории и особенно Болгарии. От последней отделена была на юге от Балкан целая область, Восточная Румелия, которая осталась турецкой провинцией с христианским генерал-губернатором.

 

Против территориальных приобретений - России Биконсфильд также протестовал, и хотя ему не удалось их уничтожить, но удалось все же настоять на том, чтобы Батум из военного порта, каким был до тех пор, был превращен в мирную гавань, доступную всем государствам.

 

 

 

К содержанию раздела: Русская история с конца 18 века до конца 19 века

 

царь Александр 2

 

русский царь Александр 2

 

Смотрите также:

 

Русская история   История России учебник для вузов   РОССИЯ В XIX 19 веке

 

Реформы Александра Второго   Реформы Александра 2  Манифест Александра 2 II Отмена крепостного права