ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ. ВУЛЬГАРНЫЙ СОЦИАЛИЗМ

 

 

ДАЛЬНЕЙШЕЕ РАЗВИТИЕ МЕЛКОБУРЖУАЗНОЙ ПОЛИТЭКОНОМИИ. ПРУДОНИЗМ. Пьер Жозеф Прудон

 

В 40—60-е годы XIX в. во Франции победила фабричная система капиталистического производства. Развитие крупной промышленности, концентрация и централизация капитала в области торговли и кредита привели к обострению социально-экономических противоречий. Гнет капитала вызвал недовольство мелких буржуа, которые составляли во Франции большинство населения. Создались благоприятные условия для распространения мелкобуржуазного социализма реформистского толка, одним из ведущих теоретиков которого явился Пьер Жозеф Прудон (1809—1865). Им написано множество работ экономического и философско-социологического характера, важнейшие из которых — «Что такое собственность?» (1840) и «Система экономических противоречий, или Философия нищеты» (1846).
    

  Идейно-теоретическое наследие Прудона весьма противоречиво. Желая улучшить положение трудящихся классов, он не пошел дальше общих философских рассуждений и реформаторских проектов. Однако яркие по форме сочинения Прудона пробуждали среди рабочих и ремесленников интерес к социалистическим идеям. Они стали необходимым этапом в развитии социалистической мысли. Во французском Учредительном собрании в 1848 г. Прудон поднял свой голос в защиту восставших рабочих. В 1849 - 1852 гг. он находился в тюрьме за выступления против Луи Бонапарта. В 1858 г. Прудон был вновь привлечен к суду за выступление против церкви.
  

    Для методологии экономических сочинений Прудона характерно влияние идеализма. В его предсмертном сочинении «Французская демократия» (1865) говорилось, что «всякое общество образуется, преобразуется и изменяется с помощью идеи. Так было в древности и так происходит в наше время» 1[Прудон П. Ж. Французская демократия. СПб., 1867. С. 86]. По мнению Прудона, эксплуатация человека человеком и собственность порождены «правом сильного, а негативные стороны капитализма (к которым относились прибыль, обман при торговых сделках, социальное неравенство) имеют своей причиной «право хитрости» 2[Прудон П. Ж. Что такое собственность? СПб., 1907. С. 249—250]. В качестве причины экономического неравенства назывались алчность, невежество и «самое главное — чувство... собственного достоинства и значения» 3[Прудон П. Ж. Бедность как экономический принцип. М., 1908. С. 21]. Весьма часто Прудон делал исторические экскурсы, однако объяснял важнейшие события волей провидения, «социального гения» и т. п.
  

 

    Претендуя на понимание и правильное использование диалектического метода, Прудон на самом деле вульгаризировал гегелевскую диалектику. Так, в своем сочинении «Система экономических противоречий, или Философия нищеты» он поставил перед собой задачу рассмотреть экономические категории не в их исторической последовательности, а в последовательности, соответствующей развитию мысли 4[Proudhon P. J. Systeme des contradictions economiques, ou Philosophie de la misere. Vol. 1. P., 1846. P. 145—146]. В реальных производственных отношениях Прудон видел воплощение принципов и категорий «абсолютного разума». Нередко его «диалектика» приобретала метафизический характер. Так, он заявлял, что «идея, теория, система, учреждение, договор и все, что из сферы идеи или логики перешло в состояние формы выражения, становится вещью определенной, законченной, вещью ненарушимой, не обладающей податливостью и гибкостью, вещью, которую нельзя ни в чем заменить другой, которая, оставаясь сама собой, никогда не станет чем-либо другим» 5[Прудон П. Ж. Французские конституции XIX столетия и Наполеон III. СПб., 1871. С. 7].
  

    Прудон часто игнорировал исторический характер экономических категорий, а также их генетическую взаимосвязь. Претендуя на логическое выведение последующей экономической категории из предыдущей, он постоянно нарушал этот принцип. Для Прудона категории возникают в результате движения «абсолютного разума» по гегелевскому принципу «тезис — антитезис — синтез». Но в самих экономических категориях капитализма он находил дурную и хорошую стороны.
   

   К. Маркс в работе «Нищета философии» показал несостоятельность методологии Прудона, подчеркнув, что «сосуществование двух взаимно-противоречащих сторон, их борьба и их слияние в новую категорию составляют сущность диалектического движения. Тот, кто ставит себе задачу устранения дурной стороны, уже одним этим сразу кладет конец диалектическому движению» 6[См.: Маркс нгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 136, 51—52, 61].
    

  При анализе экономических категорий Прудон большое значение придавал разделению труда. Дурной стороной разделения труда Прудон объявлял то, что оно стало «источником нищеты». По мысли Прудона, задача состоит в том, чтобы, сохранив хорошую сторону этой категории, уничтожить дурную 7[Proudhon P. J. Op. cit. P. 93, 94, 97]. Он необоснованно считал машину антитезой разделения труда, хотя в результате применения машин разделение труда получает дальнейшее развитие. Не понял он и революционизирующей роли фабрик. В этой связи К. Маркс отмечал, что Прудон «не пошел дальше идеала мелкого буржуа. И для осуществления этого идеала он не придумал ничего лучшего, как возвратить нас к состоянию средневекового подмастерья или, самое большее, средневекового мастера-ремесленника» 8[Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 160].
      Ненаучный характер методологии Прудона проявился и в его трактовке стоимости. С одной стороны, он признавал, что «труд, и только один он, создает все элементы богатства», что всякий продукт есть «некоторое количество труда» 9[Proudhon P. J. Op. cit. P. 55, 68]. С другой стороны, важнейшую роль в образовании стоимости он отводил обмену. Это особенно хорошо видно из его анализа меновой стоимости и так называемой конституированной стоимости.
    

  Прудон полагал, что происхождение меновой стоимости связано с многообразием потребностей одного человека, которое порождает обмен. Однако, как показал К. Маркс, это означает, что с самого начала предполагается существование меновой стоимости, происхождение которой хотел объяснить Прудон 10[См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 72]. Он абстрагировался от спроса, фактически отождествлял меновую стоимость с редкостью, а потребительную стоимость — с изобилием. Поскольку изобилие и редкость находятся друг к другу в обратном отношении, Прудон уверял, будто в таком же отношении находятся потребительная и меновая стоимости. Причиной такой антитезы он считал «свободную волю человека» 11[Proudhon P. 3. Op. cit. P. 39, 41].
   

   В качестве средства разрешения данного противоречия Прудон называл «конституированную стоимость» («синтетическую», или «пропорциональную», стоимость). Она определялась им как синтез потребительной и меновой стоимости и выражалась непосредственно в часах рабочего времени. Указывая на роль обмена в создании стоимости, Прудон писал, что обмен соединяет элементы общественного богатства в единое целое в известной пропорции, превращая их в «конституированные стоимости» и «отталкивая» определенную часть материальных благ. В этом смысле «конституированная стоимость», будучи стоимостью, санкционированной обменом, выступает как «пропорциональная стоимость».
   

   Таким образом, по мысли Прудона, «конституированная», или «пропорциональная», стоимость возникает в процессе товарного обмена на рынке. Абстрагируясь от конкуренции и от того факта, что величина стоимости определяется общественно необходимым рабочим временем, он считал, что час труда любого производителя стоит столько же, сколько час труда другого. Утверждалось, что если продукты будут продаваться по ценам, соответствующим их «конституированной стоимости», то будет обеспечено равновесие спроса и предложения, любой товар найдет покупателя и производство будет соответствовать потреблению. Прудон не понимал, что характер обмена определяется характером производства, что противоречия товарного хозяйства неизбежны, а перестроить буржуазное общество на его же собственной основе невозможно.
   

   Прудон не видел принципиальных различий между деньгами и другими товарами, считал свойство благородных металлов служить в качестве всеобщего эквивалента чисто условной функцией. По его мнению, золото и серебро стали «конституированной стоимостью», деньгами благодаря своим физическим свойствам, большим затратам труда на их добычу и вмешательству государственной власти. Прудон пытался доказать, что все товары с «конституированной стоимостью» обладают непосредственной обмениваемостью.
  

    Прудон не сумел отразить социально-экономическую природу капитала и сводил его к деньгам, объявляя прибыль промышленных капиталистов разновидностью заработной платы. Он разделял ошибочное положение Сисмонди о невозможности реализации «сверхстоимости» без использования «третьих лиц». Главная причина этого усматривалась в том, что капиталисты к издержкам прибавляют процент, вследствие чего рабочие не могут выкупить свой собственный продукт. Поэтому Прудон резко выступал против процента, считая его основной формой эксплуататорского дохода. Необходимость снижения ссудного процента пропагандировалась, например, в сочинении «Организация кредита и обращения» (1848). Прудон резко осуждал взимание ренты, арендной платы и торговые операции, в которых прибыль торговца превышала «законное вознаграждение за его услуги» 12[См.: Прудон П. Ж. Что такое собственность? С. 245, 247, 248].
      Вместе с тем он превратно истолковывал соотношение между прибылью и заработной платой, уверяя, что повышение заработной платы неизбежно приведет к росту цен. Однако, как уже было доказано Д. Рикардо, рост заработной платы может вызвать уменьшение прибыли, а не рост стоимости товаров.
    

  Как идеолог мелкой буржуазии, Прудон выступал против стачек и коалиций рабочих, считая их противозаконными и бесполезными, поскольку они якобы могут лишь ухудшить экономическое положение рабочих. Важнейшим законом политической экономии, по его мнению, является закон бедности, и никакой прогресс промышленности и совершенствование производственных отношений здесь не помогут 13[См.: Прудон П. Ж. Бедность как экономический принцип. С. 3—6, 8—10, 13—14, 16—17, 29].
   

   Прудон утверждал, что конкуренция, как и все остальные экономические категории, имеет дурную и хорошую стороны. Хорошая сторона якобы заключается в том, что обеспечивается равенство, в то время как дурная ведет к разорению некоторых производителей. Задача усматривалась в том, чтобы обуздать конкуренцию, найти для нее «полицию». Он правильно считал, что конкуренция порождает монополию, но не отразил характера последней. При объяснении происхождения земельной ренты Прудон апеллировал к психологическим и моральным факторам, связывал ренту с вмешательством земельного собственника, который присваивает доход, имеющий своим источником различия в плодородии земли. Положительной стороной ренты объявлялось то, что она будто бы способствует установлению равенства во владении и пользовании землей между сельскохозяйственными предпринимателями и промышленниками 14[Proudhon Р. 1. Systeme des contradictions economiques, ou Philosophie de la misere. Vol. 2. P. 265—269]. К. Маркс, критикуя Прудона, доказал несостоятельность этого утверждения, поскольку в арендную плату, которую реально уплачивает землепользователь, входит и процент на капитал, вложенный в землю. Кроме того, на величину ренты влияет местонахождение земель, а плодородие почвы не является неизменным 15[См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 4. С. 174—175].
    

  Обосновывая необходимость преобразования существующего строя, Прудон в книге «Что такое собственность?» выдвинул знаменитый, сыгравший выдающуюся роль в пропаганде социального радикализма тезис: собственность — это кража. Данное положение, привлекшее к Прудону общественное внимание, было заимствовано у крупного деятеля Великой французской революции Бриссо. Роль Прудона свелась к формулировке ряда логических возражений (нередко весьма парадоксальных) против крупной собственности. Так, он подчеркивал, что «ни труд, ни владение, ни закон не могут создать собственность» 16[См.: Прудон П. Ж. Что такое собственность? С. 12, 97, 15]. Прудон хотел показать, что неравенство способностей и талантов не дает оснований для получения дохода, большего по величине, чем доход, получаемый другими лицами, поскольку «талант в большей степени является продуктом общества, нежели даром природы».
    

  Прудон отмечал, что собственность обречена на гибель, поскольку она «не производит ничего», но требует, чтобы доход соответствовал капиталу. Поэтому собственность, по мысли Прудона, есть «право, противоречащее природе и разуму». Однако далее он выдвинул ошибочный тезис, будто сама по себе собственность не может воспроизводиться и существует лишь благодаря насилию и обману. Окончательный вывод гласил, что «индивидуальное владение является необходимым условием социальной жизни», в то время как «собственность убивает жизнь». Поэтому надо уничтожить собственность и сохранить владение, тогда исчезнет «зло на земле». Прудон считал, что владение, основанное на индивидуальном труде, не может привести к возникновению собственности, так как правом владения наделены все 17[См. там же. С. 137—138, 184, 185, 265; Proudhon P. 1. Banque du peuple, suivie du rapport de la comission des delegues du Luxembourg. P., 1849. P. 34].
   

   Осуждая собственность и защищая владение, Прудон выступал как идеолог мелкого буржуа. Под «собственностью» он фактически имел в виду крупную буржуазную собственность. Излагая проект «прогрессивной ассоциации», основанной на взаимопомощи, Прудон допускал переход крупной промышленности и железных дорог в руки рабочих, но ратовал за сохранение частной собственности в мелком производстве. Более того, ликвидировать собственность предлагалось путем уничтожения процента и прибыли, причем все надежды в осуществлении этого акта возлагались на правительство. Не случайно в политике Луи Филиппа, предполагавшей ограничение дворянского землевладения, снижение процента, он усмотрел ликвидацию собственности 18[См.: Прудон П. Ж. Что такое собственность? С. 206, 207, 265]. Прудон идеализировал мелкую собственность, считая ее основой безбедного существования и доказывая, что индивидуальное владение вовсе не препятствует интенсивной агрикультуре. Он отрицал как формулу распределения Фурье («каждому по его капиталу и таланту»), так и принцип Сен-Симона («от каждого по способностям, каждой способности по ее делам»). Дурной стороной собственности Прудон считал нарушение равенства, но в коммунизме усматривал покушение на независимость индивида.
    

  Критикуя капитализм, Прудон объявлял главной причиной пауперизма «несправедливость в обмене» 19[Proudhon P. J. Systeme des contradictions... Vol. 1. P. 83]. Он сетовал также на дух роскоши, развитие тунеядства, «размножение должностей» и «непроизводительных предприятий», «излишек правительственного элемента» 20[См.: Прудон П. Ж. Бедность как экономический принцип. С. 23—25]. Противоречие между бедностью (дурной стороной) и богатством (хорошей стороной) Прудон считал основным противоречием капитализма, не понимая, что эти явления взаимно обусловлены.
     

 В сочинении «Французская демократия» ошибочность концепции коммунистов усматривалась Прудоном в том, что после революции бедняки якобы окажутся на иждивении у государства, все собственники будут разорены, община «будет получать меньше того, что истребила», и это приведет ко всеобщей нищете и в конечном счете к реставрации прежнего строя. К коммунистам Прудон причислял Миноса, Ликурга, Пифагора, Платона, Мора, Кампанеллу, Бабефа, Оуэна и т. д. и спешил объявить все их взгляды «допотопной нелепостью» 21[См.: Прудон П. Ж. Французская демократия. С. 69—75]. Изобразив с подобных позиций коммунистическую ассоциацию будущего, Прудон не желал признавать, что целью социалистического переустройства является отнюдь не расточительство материального богатства, созданного до революции, а развитие мощных производительных сил и соответствующих им производственных отношений, способных обеспечить удовлетворение материальных и духовных потребностей членов общества.
     

 Оставаясь на мелкобуржуазных позициях, Прудон полагал, что идеальный тип общественного устройства должен представлять синтез общности и собственности. Идеалом общества в книге «Что такое собственность?» Прудон называл свободу, поскольку она предполагает существование равенства, анархии, «бесконечного разнообразия». Поэтому «свободная ассоциация, свобода, довольствующаяся охраной равенства средств производства и равноценности обмениваемых продуктов, есть единственно справедливая, истинная и возможная форма общества» 22[См.: Прудон П. Ж. Что такое собственность? С. 266, 239, 240, 256, 257, 260, 261]. В работе «О федеративном принципе» (1863) Прудон проповедовал идею разделения государства на автономные единицы 23[Proudhon P. J. Du principe federatif et de la necessite de reconstitue le parti de la revolution. P., 1863. P. 67]. В сочинении «Французская демократия» в качестве идеального типа называлась ассоциация, которая предполагает «раздел земли, разграничение собственностей, независимость труда», разделение труда в промышленности, снижение общих расходов, ликвидацию тунеядства и нищеты. В такой ассоциации должны выдерживаться следующие принципы: «польза стоит пользы», «должность стоит должности», «услуга оплачивает услугу», «рабочий день равняется другому рабочему дню», «всякое произведение должно оплачиваться произведением, на которое потрачена такая же сумма труда и издержек» 24[См.: Прудон П. Ж. Французская демократия. С. 85—87, 89, 98, 100, 104, 111, 170].
    

  Мелкобуржуазный реформизм Прудона сказывался в отрицании необходимости и правомерности революции и политической борьбы. Он заявлял, что преобразование общества должно произойти мирным путем, в ходе уничтожения государства и при сотрудничестве классов, в том числе пролетариата и буржуазии. Прудон формулировал утопическую идею, что оба этих антагонистических класса «должны слиться и поглотить друг друга в высшем сознании», что «возвышение рабочего класса не поведет за собой устранения буржуазии». Он писал, что в интересах спокойствия «достаточно всеобщего преобразования нравов» и что необходимо развивать экономический индивидуализм, союз между буржуазией и трудящимися классами. «Организуем право, и пусть лавка делает свое дело» 25[См. там же. С. 63, 168, 169; Proudhon P. I. Idee general de la revolution du XIX siecle (Choix d'etudes sur la pratique revolutionnaire et industrielle). P., 1985. P. 196—197],— говорил Прудон.
     

 По его мнению, для ликвидации нетрудовых доходов и установления справедливости, основанной на эквивалентном обмене, необходимо деньги заменить рабочими квитанциями. Так, критикуя попытки Анфантена и сенсимонистов использовать кредит для улучшения условий жизни народа, Прудон заявлял, что «даровой обмен услуг составляет единственное средство восстановить во Франции благосостояние, свободу и равенство» 26[Прудон П. Ж. Порнократия, или Женщина в настоящее время. М., 1876. С. 141 — 142]. Поэтому решить социальные проблемы Прудон предлагал путем упорядочения обмена. Основная роль в организации «справедливого обмена» отводилась народному банку. По замыслу Прудона, этот банк должен был стать «примером самостоятельного выступления народа», а также «принципом и орудием освобождения» пролетариата. Однако попытка Прудона реализовать этот проект потерпела крах (как и все меновые базары в Англии), что свидетельствовало об утопичности и теоретической несостоятельности мелкобуржуазного социализма.
      Давая оценку места П. Ж. Прудона в истории общественно-экономической мысли, К. Маркс в письме П. В. Анненкову от 28 декабря 1846 г. отмечал, что «г-ну Прудону принадлежит заслуга быть научным выразителем французской мелкой буржуазии; это — действительная заслуга, потому что мелкая буржуазия явится составной частью всех грядущих социальных революций» 27[Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 27. С. 412]. Но социальные идеалы Прудона были утопичными и даже отчасти реакционными, так как он призывал вернуться к патриархальным формам производства в то время, когда капитализм находился уже на фабричной стадии своего развития.
   

   Утопический мелкобуржуазный социализм Прудона первоначально оказал немалое влияние на рабочее движение в Западной Европе, и прежде всего во Франции. Этому способствовали наличие мелкобуржуазных элементов в среде пролетариата, а также литературный талант Прудона, его выдающиеся способности как пропагандиста. Идеи Прудона восприняли многие руководители Парижской коммуны (О. Авриаль, А. Арну, Ш. Лонге, Л. Франкель и др.), бакунисты, а впоследствии и анархо-синдикалисты. Поэтому К. Марксу и Ф. Энгельсу пришлось вести длительную и упорную борьбу против экономической концепции прудонизма. Основоположники марксизма доказали иллюзорность надежд Прудона и его последователей на установление справедливого общественного строя путем реформ в сфере обращения при сохранении частной собственности на средства производства. Победа марксизма в рабочем движении означала окончательное поражение прудонизма. Вместе с тем, оценивая значение Прудона, Ф. Энгельс писал, что он «играл в истории европейского рабочего движения слишком значительную роль, чтобы можно было так просто предать его забвению. Опровергнутый в теории, оттесненный в сторону на практике, он продолжает сохранять исторический интерес. Кто сколько-нибудь обстоятельно изучает современный социализм, тот должен изучить также и «преодоленные точки зрения» в рабочем движении» 28[См. там же. Т. 21. С. 337].
     

 Как свидетельствует история, прудонизм не умер вместе с его автором. Он напомнил о себе еще при жизни Ф. Энгельса в идеях Е. Дюринга. Современный правый оппортунизм в рабочем движении, ревизионизм в современных формах кооперативного и рыночного социализма, в мировом коммунистическом движении продолжают говорить голосом талантливого мелкобуржуазного идеолога прошлого века — Прудона.

 

К содержанию: Буржуазная политэкономия. От Смита и Рикардо до Маркса и Энгельса

  

 Смотрите также:

 

Теоретические системы политической экономии 

 

 История государства и права    Римское право   Правовые системы современности