ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ. Вульгарная буржуазная политическая экономия

 

 

Демография. Теории народонаселения Мальтуса. Концепция сознательного ограничения рождаемости. Гийяр. Садлер. Даблдей

 

Становление и развитие демографии как самостоятельной общественной науки тесно связано с именем видного французского математика А. Гийяра (1799— 1876), впервые употребившего термин «демография» в своем труде «Элементы человеческой статистики, или Сравнительная демография» (1855). А. Гийяр определил демографию как науку, изучающую «естественную и социальную историю человеческого рода, физическое, гражданское, интеллектуальное состояние человеческих популяций и описывающую их с помощью чисел» 2 [Guillard A. Elements de statistique humaine ou demographie comparee. P., 1855].
   

   В этом определении демографии отчетливо прослеживается влияние биологических постулатов теории народонаселения Т. Р. Мальтуса. Биологический детерминизм Мальтуса в объяснении демографических процессов оказал значительное влияние на развитие буржуазной демографии. Почти на всем протяжении XIX в. мальтузианские взгляды оказывали превалирующее влияние на развитие буржуазных теорий воспроизводства населения.

 

Сторонники «органического» направления (М. Т. Садлер, Т. Даблдей, Г. Спенсер), даже критикуя отдельные положения «закона народонаселения» Мальтуса, оставались в плену мальтузианской догмы о биологической природе рождаемости. Изменения в темпах естественного прироста населения трактовались ими как следствие биологической эволюции человеческого организма, его естественной приспособляемости к изменяющимся условиям внешней среды, что и приводит к снижению плодовитости.
   

   Английский экономист М. Т. Садлер (1780—1835) был пионером критики мальтузианства подобного рода. Он противопоставил мальтузианскому закону свой «естественный закон народонаселения», который заключается в постепенном снижении уровня плодовитости человеческой расы по мере возрастания плотности расселения людских масс. Там, где еще имеются значительные резервы неосвоенных территорий, население, по мнению Садлера, растет быстро; там же, где плотность населения высока, оно увеличивается медленнее. Важнейшим фактором, ускоряющим рост населения в сравнительно малозаселенных странах, Садлер считал степень разделения труда. Он писал, что плодовитость человеческой расы обратно пропорциональна плотности населения в пределах данной территории, и приходил к выводу, что увеличение плотности населения в итоге снизит темпы его естественного прироста.
   

 

   С несколько других позиций «естественный закон народонаселения» формулирует Т. Даблдей (1790—1870). Подобно Мальтусу, он считал, что увеличение численности населения находится в зависимости от размеров сельскохозяйственного производства и потребления продовольствия на душу населения, но отмечал одновременно, что вопреки этому положению темпы естественного прироста населения с увеличением среднедушевого потребления сельскохозяйственных продуктов уменьшаются. Под влиянием теории эволюции живых организмов Ч. Дарвина Т. Даблдей полагал, что человечество, так же как и все живые организмы и растительный мир, проходит несколько стадий в своем развитии 3 [Doubleday T. The True Law of Population Shewn to be Connected with Food of the People. The 2d Ed. L., 1847. P. 5—7].
   

   Аналогичные взгляды высказывал Г. Спенсер (1820— 1903). В труде «Система синтетической философии» он утверждал, что по мере роста благосостояния, увеличения возможностей пропитания у людей, как и у других живых организмов, происходят такие изменения в биологическом механизме воспроизводства, которые снижают их потенциальную способность к деторождению 4 [Spencer H. The Principle of Biology. Vol. 2. N. Y., 1867—1868. p. 485—486].
   

   Уже в середине XIX в. некоторые представители буржуазной науки высказывали неудовлетворенность мальтузианской, чисто биологической схемой воспроизводства населения. Уже тогда стало очевидным, что в большинстве государств Западной Европы, а также в Северной Америке воспроизводство населения претерпевает качественные изменения, причем замедление демографического роста не может быть объяснено кризисом средств к существованию. Причины снижения смертности были ясны. Проблема заключалась в том, как объяснить повсеместное снижение рождаемости, которое вопреки Мальтусу началось не в бедных, а в привилегированных социальных группах. Представители различных теоретических направлений буржуазной экономической и социологической мысли пытались предложить схемы, увязывающие снижение рождаемости с капиталистической трансформацией общества. Эти концепции объединяла идея сознательного ограничения рождаемости, которая является реакцией людей на социально-экономические условия и реализуется через расширение практики контрацепции.
    

  Один из видных представителей французской демографической мысли второй половины XIX в., Арсен Дюмон (1849—1902), предположил, что возрастающая социальная дифференциация различных структур населения, присущая капиталистическому обществу, и является главной причиной снижения рождаемости и замедления прироста населения 5 [Dumont A. La Morale basee sur la demographie. P., 1901. P. 33]. Этот тезис находит наиболее последовательное и четкое проявление в так называемом законе социальной капиллярности роста народонаселения. Знаменательно, что сходные мысли по проблеме народонаселения высказывались известным представителем буржуазной экономической мысли Дж. С. Миллем.
 

    На первый взгляд кажется, что концепция сознательного ограничения рождаемости прямо противостоит мальтузианству. На деле же она является не более чем попыткой примирить с действительностью мальтузианский тезис об «инстинктивном стремлении к размножению». Обе концепции исходят из предположения, что людям инстинктивно присуще стремление к многочисленному потомству, но внешние условия заставляют их умерить свои инстинкты.
     

 Метафизичность и внутренняя противоречивость концепции сознательного ограничения рождаемости предопределила возможность ее толкования в двух направлениях. Одно направление настаивало на прямой связи между уровнем жизни (доходами) и рождаемостью: рост доходов якобы снимает социально-экономические ограничения врожденного стремления к многодетности. Другое направление утверждало прямо противоположное: рост доходов приводит к росту потребностей, конкурирующих с потребностью в детях, и снижению рождаемости. Но оба направления рассматривали потребность в детях как статичную, раз и навсегда данную величину, не подверженную историческим изменениям.
    

  Вместе с тем нельзя не признать, что сформулированное в XIX в. предположение о существовании биологических законов, управляющих воспроизводством населения, неверное в целом, на определенном этапе оказалось весьма полезным для разработки математического и статистического аппарата, в особенности математических моделей воспроизводства населения.

Томас Мальтус

Томас Мальтус

 

К содержанию: Буржуазная политэкономия. От Смита и Рикардо до Маркса и Энгельса

  

 Смотрите также:

 

Теоретические системы политической экономии 

 

 История государства и права    Римское право   Правовые системы современности