ИСТОРИЯ ЭКОНОМИКИ. Эпоха домонополистического капитализма

 

 

Определение величины стоимости денег. Трудовая теория стоимости Давида Риккардо

 

То новое, что внесено Д. Рикардо в трудовую теорию стоимости, обусловлено прежде всего изменением исторической обстановки, переходом мануфактурного капитализма к капитализму машинной ступени развития. Будучи современником промышленного переворота, Д. Рикардо значительно более последовательно, чем его непосредственный предшественник — А. Смит, разработал положение о труде как единственном источнике стоимости. При этом Рикардо критически рассмотрел целый ряд вульгарных трактовок стоимости и отверг их одну за другой.

   

  Прежде всего Д._Рикардо показал несостоятельность утверждения А. Смита о том, что стоимость товаров определяется трудом, покупаемым на эти товары, а также доходами различных классов общества. Преодолев наиболее вульгарную сторону догмы А. Смита, Д. Рикардо не сумел увидеть ошибочности ее другой стороны — утверждения о том, что стоимость товаров распадается на доходы. В основе этой позиции Рикардо лежало недостаточно четкое представление о структуре стоимости товара, непонимание им процесса перенесения стоимости.

  

   Критикуя концепцию Ж. Б. Сэя о полезности товаров как регуляторе их стоимости, Д. Рикардо писал: «Это было бы верно, если бы стоимость товаров регулировалась только покупателями». Д. Рикардо отмечал, что полезность товаров, т. е. их потребительная стоимость, необходима для того, чтобы товар обладал стоимостью, однако она не является источником стоимости. «Полезность вещей,— писал он,— представляет, бесспорно, основу стоимости, но степень полезности не может быть мерой стоимости. Товар, производимый с большей трудностью, будет всегда дороже, чем товар, производимый с большей легкостью, даже если бы все люди единодушно считали, что последний более полезен, чем первый». Еще более рельефно данная мысль представлена в его главном труде: «...полезность не является мерой меновой стоимости, хотя она существенно необходима для этой последней» 13 [Рикардо Д. Соч. Т. V. С. 263; Т. I. С. 33].

 

    Однако неразвитость трудовой теории стоимости Рикардо, отсутствие у него ясного представления о двойственной природе труда не позволили ему до конца научно решить проблему соотношения стоимости и потребительной стоимости, раскрыть причину их противоположного движения в условиях роста производительной силы труда, хотя он и фиксирует это явление. Трактуя богатство в данном случае лишь с его натурально-вещественной стороны, как сумму потребительных стоимостей, Рикардо писал: «Стоимость существенно отличается... от богатства, ибо она зависит не от изобилия, а от трудности или легкости производства. Труд 1 млн человек на фабриках всегда произведет одну и ту же стоимость, но он не произведет всегда одно и то же богатство» 14 [Там же. Т. 1. С. 226]. Весьма актуально звучит положение Д. Рикардо о том, что многие ошибки в политической экономии объясняются смешением двух сторон товара — стоимости и потребительной стоимости 15 [См. там же. С. 227].

 

 

    Такой подход при всей его ограниченности позволил Д. Рикардо выявить и несостоятельность концепции «субъективной ценности». «Когда мы говорим,— писал он,— что ценность должна измеряться удовольствием, доставляемым пользованием товаров его собственнику, то мы более, чем когда-либо, далеки от того, чтобы иметь мерилом ценности, ибо два человека от пользования одним и тем же предметом могут получить в высокой степени различное удовольствие» 16[Цит. по: Чернышев В. Р. Рикардо и Маркс. Л., 1925. С. 37].

  

   Особый интерес представляет точка зрения Д. Рикардо относительно той роли, которую играет редкость товаров в процессе определения их стоимости. По-видимому, Рикардо относит редкость к факторам, образующим стоимость. Он, например, отмечал, что «стоимость товаров возрастает вследствие их редкости». В самом начале его главного труда эта мысль выражена еще более определенно: «Товары, обладающие полезностью, черпают свою меновую стоимость из двух источников: своей редкости и количества труда, требующегося для их производства».

  

   В действительности же стоимостеобразующую роль редкости Д. Рикардо рассматривает как исключение, относящееся лишь к небольшой группе товаров, являющихся невоспроизводимыми (шедевры искусства, редкие книги, монеты и т. п.). «...В массе товаров, ежедневно обменивающихся на рынке,— отмечал он,— такие товары составляют очень незначительную долю. Подавляющее же большинство всех товаров измеряется трудом... Вот почему, говоря о товарах, их меновой стоимости и законах, регулирующих их относительные цены, мы всегда имеем в виду только такие товары, количество которых может быть увеличено человеческим трудом и в производстве которых действие конкуренции не подвергается никаким ограничениям» 17 [Рикардо Д. Соч. Т. I. С. 228, 33, 34].

   

  В отношении редких товаров Д. Рикардо допускает по крайней мере две ошибки. Во-первых, полагая, что их стоимость обусловлена (измеряется) редкостью, он фактически в роли факторов, определяющих стоимость, выдвигает соотношение спроса и предложения. Ведь редкость — это не что иное, как превышение спроса над предложением. Во-вторых, он смешивает стоимость товаров и их цену и соответственно факторы, их определяющие. Дело в том, что невоспроизводимые товары не обладают стоимостью. Они представляют собой единичные товары, неповторимые творения выдающихся мастеров. В силу этого индивидуальный труд, затраченный на их изготовление, не превращается в общественно необходимый, не становится стоимостью. Затраты труда на производство таких товаров не регулируют их обмена на другие товары. Этот обмен регулируется многообразными, в том числе случайными, обстоятельствами.

 

    Говоря о том, что стоимость невоспроизводимых товаров определяется редкостью, Рикардо фактически ведет речь об их цене, которая действительно во многом зависит от спроса на такие товары и является монопольной ценой. Дело осложняется еще и тем, что невоспроизводимые шедевры искусства при жизни их творцов нередко выступают как воспроизводимые товары, цены на которые регулируются их стоимостью. Однако со смертью художника такие товары превращаются в невоспроизводимые блага, закономерности ценообразования на которые существенно изменяются. В этих новых условиях цена на художественное произведение регулируется уже не стоимостью, а соотношением спроса и предложения, «редкостью» данного ставшего невоспроизводимым шедевра искусства.

  

   Заслугой Д. Рикардо является то, что он провел важное различие между трудом как субстанцией стоимости и трудом как внутренней мерой стоимости. Он подчеркивал: «...труд является основой всякой стоимости и... относительное количество его определяет почти исключительно относительную стоимость товаров...» 18 [Там же. С. 40]. Это разграничение вело к открытию категории абстрактного труда. К тому же следует иметь в виду, что Д. Рикардо, хотя и он не раскрыл двойственной природы труда, производящего товар, все же более полно, нежели А. Смит, абстрагируется от отраслевой специфики труда. По Рикардо, труд в равной мере во всех отраслях производства выступает в качестве источника стоимости. Различия в отраслевой специфике труда не являются, следовательно, препятствием к определению стоимости трудом.

  

   Определяя величину стоимости товара количеством труда, затраченным на его производство, Рикардо улавливает общую зависимость этой величины от уровня развития производительности труда. «Если меновая стоимость товаров определяется количеством, труда, воплощенного в них, то всякое возрастание этого количества должно увеличивать стоимость того товара, на который затрачивается труд, а всякое уменьшение — понижать ее» 19[Там же. С. 35].

  

   Давиду Рикардо принадлежит заслуга постановки проблемы общественно необходимого труда. Определив стоимость товара трудом, затраченным на его производство, он столкнулся с вопросом о том, каким, собственно, трудом регулируется стоимость. Ведь затраты труда мелкого ремесленника, рабочего мануфактуры и рабочего машинной фабрики при производстве товаров одного и того же вида существенно различны. И Рикардо пришел к выводу, что различие в производительности труда не отменяет определения стоимости трудом, поскольку величина стоимости регулируется не тем трудом, который фактически пошел на изготовление данного товара, а тем трудом, который необходим для его производства при худших условиях. Он писал: «Меновая стоимость всех товаров — будут ли то промышленные изделия или продукты рудников, или земледельческие продукты... регулируется наибольшим количеством труда, по необходимости затрачиваемым на производство товаров теми, кто... продолжает производить при самых неблагоприятных условиях; под последними понимаются такие, при каких необходимо вести производство, чтобы было произведено требуемое количество продуктов» 20 [Там же. С. 69].

  

   Здесь Рикардо делает важный шаг вперед в решении проблемы, над которой билась экономическая мысль на протяжении целых веков. Он фактически проводит разграничение между индивидуальным и общественно необходимым трудом, затрагивавшее самую сущность механизма закона стоимости и сыгравшее значительную роль в развитии экономической науки. Однако решение, предложенное Рикардо, является далеко не полным и не точным. В качестве регулятора величины стоимости им изображаются индивидуальные затраты труда производителя, создающего стоимость товаров при худших условиях. К тому же неверно решена количественная сторона проблемы в отношении промышленных товаров. Тот процесс ценообразования, который типичен для сельского хозяйства, добывающей промышленности и лишь в виде редкого исключения имеет место в обрабатывающей промышленности капитализма свободной конкуренции (в редких случаях монополии), Рикардо распространяет на все отрасли экономики. Тем самым он затрудняет для себя понимание действительной зависимости величины стоимости товаров от уровня развития производительных сил.

   

  Важную роль в постановке Рикардо проблемы перенесения стоимости израсходованных средств производства на производимый товар сыграл промышленный переворот, приведший к значительному накоплению капиталов в производительной форме. К этой проблеме в той или иной форме подходили и некоторые предшественники Д. Рикардо. К ним относится и Ф. Кенэ, который в своей «Экономической таблице» фактически исходил из того, что стоимость израсходованных средств не утрачивается, а переносится на новый товар. Однако Рикардо первым конкретизирует такую постановку проблемы. В третьем отделе главы I своего основного труда Д. Рикардо формулирует ее следующим образом: «На стоимость товаров влияет не только труд, применяемый непосредственно к ним, но и труд, затраченный на орудия, инструменты и здания, способствующие этому труду» 21 [Там же. С. 42]. Такая позиция означала, что средства производства не создают новой стоимости, что теория «производительности капитала» не имеет под собой оснований, что наносило несомненно удар по вульгарной апологетике капитализма.

   

  Вместе с тем данная точка зрения Д. Рикардо представляла собой существенный вклад в обоснование научной трудовой теории стоимости. Рикардо приходил к заключению, что и в условиях капитализма, а не только при простом товарном хозяйстве, как полагал Смит, стоимость товаров определяется трудом, затраченным на их производство, а вовсе не доходами, что накопление капитала не отменяет закона стоимости, а лишь усложняет процесс формирования стоимости. В то же время Рикардо показал, что и земля как фактор производства не создает стоимость товаров, что приносимый ею доход — земельная рента — плод труда наемных рабочих и обусловлен действием закона стоимости. Отсюда следовал весьма важный вывод: единственным источником стоимости выступает лишь труд, затраченный на изготовление товаров,— вывод, означавший для политической экономии ту грань, за пределами которой научная истина становилась несовместимой с буржуазной формой мышления.

  

   Однако Д. Рикардо, не знавший двойственной природы труда, не сумел раскрыть механизм перенесения стоимости, выявить двойственность процесса формирования стоимости товара, а вместе с тем и двойственность его результата: перенесенной стоимости (как результата конкретного труда) и вновь созданной стоимости (как результата функционирования абстрактного труда). Именно по этой причине Рикардо занимал весьма противоречивую позицию в отношении догмы Смита: отвергая ее тезис о доходах как источнике стоимости, он соглашался с другим ее тезисом — о том, что стоимость распадается на доходы.

   

  Недостатком теории Д. Рикардо явилось также то, что н не сумел выявить роль оборотной части постоянного капитала, вещественно представленной сырьем, материалами и т. п. (Он говорил лишь об «орудиях, инструментах и зданиях, способствующих труду».) Это было обусловлено тем, что Рикардо смешивал деление капитала на постоянный и переменный, с одной стороны, и на основной и оборотный — с другой. С точки зрения первого деления сырье вместе со средствами труда противостоит труду, в то время как с точки зрения второго деления — сырье вместе с трудом противостоит средствам труда. При общетеоретической постановке вопроса Д. Рикардо исключает сырье из тех элементов капитала, которые переносят свою стоимость на производимый товар, при рассмотрении же частных случаев процесса производства он включает сырье в состав этих элементов капитала.

   

  Д. Рикардо не приходит к мысли о делении капитала на его постоянную и переменную части в силу буржуазной ограниченности своей позиции. Теория прибавочной стоимости не стала основой его анализа. А ведь именно с этой точки зрения становится понятной различная роль составных частей капитала в процессе производства прибавочной стоимости. Вместе с тем над Рикардо довлеют те формы капитала, которые проистекают из процесса обращения,— категории основного и оборотного капитала. Рикардо мешает прийти к категории постоянного капитала то обстоятельство, что одна его часть входит в основной капитал, другая — в оборотный. В свою очередь оборотный капитал включает в себя как весь переменный, так и оборотную часть постоянного капитала.

 

     Смешение двух частей капитала исключает для Рикардо возможность подойти к категории органического строения капитала, что в свою очередь затрудняет для него решение целого ряда сложнейших проблем капиталистической экономики (цены производства, абсолютной ренты, законов конкретных форм прибавочной стоимости, в том числе закона тенденции нормы прибыли к понижению, и т. п.). Отсутствие категории органического строения капитала, в самом общем виде отражающей уровень развития производительных сил общества, закрывает для Рикардо дорогу к пониманию количественных зависимостей явлений капиталистических производственных отношений от развития производительных сил. В соответствии с принятой методологией Рикардо удовлетворяется выводом о том, что накопление капитала не отменяет определения стоимости товара трудом.

   

  Д. Рикардо ставит и в целом правильно решает вопрос об отношении различного труда (простого и сложного) к определению стоимости трудом. Во-первых, он устанавливает, что такого рода различия не являются препятствием к тому, чтобы рассматривать труд в качестве источника стоимости. «Оценка труда различных качеств скоро устанавливается на рынке с достаточной для всех практических целей точностью...» Тем самым Рикардо фактически понимал, что на рынке труд различного качества сводится к определенному количеству простого труда. Во-вторых, он приходит к выводу о том, что различное вознаграждение труда разного качества не вносит каких-либо существенных изменений в определение стоимости товаров трудом, затраченным на их производство. Он отмечал, что «труд различного качества вознаграждается различно. Это обстоятельство не служит причиной изменения относительной стоимости товаров», поскольку заработная плата не определяет стоимости товаров 22 [Там же. С. 40].

 

    Вместе с тем Д. Рикардо обнаруживает, что разделение общества на классы и распределение национального дохода между классами не отменяют трудового принципа определения стоимости товаров. Равным образом определение стоимости товаров трудом, затраченным на их производство, сохраняется и с развитием разделения труда. Согласно Рикардо, этот принцип сохраняется при переходе от докапиталистических обществ к капиталистическому, действует он и при «первобытном состоянии общества», и в обществе «с процветающей промышленностью и торговлей».

  

   Д. Рикардо пытается применить трудовую теорию стоимости к своему анализу денег. Однако его позиции здесь весьма противоречивы, и создать научную теорию денег он оказался не в состоянии. Главная причина коренится в классовой ограниченности воззрений Рикардо. Как буржуазный экономист, рассматривающий капиталистическую форму производства в качестве вечной и единственно возможной, Рикардо не исследует тех специфических общественных форм, которые приобретает труд, производящий товар. Он не проводит различия между трудом как необходимым условием всякого производства вообще (полезной формой труда) и той особой общественной формой, которую труд приобретает, выступая в качестве источника стоимости товаров (абстрактный труд). Указывая на то, что Д. Рикардо концентрировал свое внимание на проблеме величины стоимости товаров, К. Маркс писал: «Форма же — особое определение труда, как создающего меновую стоимость, или выражающегося в меновых стоимостях,— характер этого труда, у Рикардо не исследуется. Рикардо поэтому не понимает связи этого труда с деньгами...» Между тем деньги — это самостоятельная форма бытия стоимости, материализация абстрактного труда. Естественно, что невозможность для Д. Рикардо провести разграничение между конкретным и абстрактным трудом явилась непреодолимым для него препятствием на пути раскрытия природы денег. К. Маркс отмечал: «В своем труде по политической экономии Рикардо... нигде не исследовал денег самих по себе, как он исследовал меновую стоимость, прибыль, ренту и т. д.»23 [Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 26. Ч. II. С. 176; Т. 13. С. 151].

 

    Фактически Рикардо придерживался двух противоположных точек зрения относительно определения величины стоимости денег. С одной стороны, он стремился подойти к данной проблеме с позиции разработанной им трудовой теории стоимости. Как и стоимости всех других товаров, Рикардо определяет стоимость денег (золота и серебра) количеством труда, затраченным на их производство. Такой подход позволяет ему сделать вывод о том, что именно стоимость денег — при неизменной величине цен обращающихся товаров — выступает решающим фактором, который определяет количество требующихся для обращения денег. С другой стороны, находясь под впечатлением обесценения бумажных денег в Англии в конце XVIII — начале XIX в. и смешивая закономерности обращения бумажных и золотых денег, Рикардо приходит к прямо противоположному выводу; стоимость денег определяется их количеством, находящимся в обращении. При этом он игнорирует функцию денег как средства образования сокровищ, которую полноценно могут выполнять только золотые и серебряные деньги. Д. Рикардо, таким образом, развивает один из вариантов количественной теории денег, одно из конкретных воплощений меновой концепции. В соответствии с количественной теорией стоимость денег определяется процессом обращения, в который деньги вступают без стоимости, а товары — без цены. Не понимая природы денег, фактически отождествляя их с обычными товарами, Д. Рикардо в количественной теории отходит от своего главного методологического принципа — трудовой теории стоимости.

   

  Несмотря на некоторую непоследовательность Д. Рикардо, ограниченность воззрений, неразработанность ряда ключевых проблем теории товарного производства, развитая им трудовая теория стоимости явилась выдающимся событием в истории политической экономии, высшим этапом развития этой теории в домарксистский период.

 

Трудовая теория стоимости в работах Д. Рикардо представляет собой, с одной стороны, исследование самых общих экономических отношений и закономерностей, лежащих в основе капиталистического способа производства, с другой — разработку важнейшего методологического принципа анализа более конкретных и сложных сущностных отношений капиталистической экономики. Именно по этой причине трудовая теория стоимости Д. Рикардо, обосновывающая положение о труде как единственном источнике стоимости, подводила буржуазную политическую экономию к той грани, за пределами которой научная истина вступала в противоречие с интересами класса капиталистов.

 

К содержанию: Буржуазная политэкономия. От Смита и Рикарда до Маркса и Энгельса

  

 Смотрите также:

 

Теоретические системы политической экономии 

 

 История государства и права    Римское право. Законы 12 таблиц   Правовые системы современности