Геология Ленинградской, Псковской и Новгородской областей

 

 

ЧЕТВЕРТИЧНАЯ СИСТЕМА. Четвертичные отложения. Геологическая история четвертичного периода от неогена

 

История изучения четвертичных отложений рассматриваемого ре­гиона имеет почти двухсотлетнюю давность и достаточно описана во вводной главе монографии. Здесь следует подробнее осветить лишь по­слереволюционный период изучения четвертичной толщи, когда нача­лось ее планомерное и систематическое изучение.

 

В этот период наме­тились также и основные разногласия по вопросам расчленения отло­жений позднего плейстоцена. Ряд исследователей (С. А. Яковлев, С. В. Яковлева, Н. И. Апухтин, И. М. Покровская и др.) выделили не­сколько оледенений в позднечетвертичное время. Другие же признавали лишь одно оледенение, а разновозрастные морены к северу от Валдайской гряды считали стадиальными (Н. Н. Соколов, А. А. Алейников, К. К. Марков, О. Ml. Знаменская и др.).

 

Крупнейшими работами этого периода являются исследования С. А. Яковлева на юге Карельского перешейка и в Приневской низменности, в результате которых было установлено существование здесь трех разновозрастных морен (1926), а также Б. Ф. Землякова (1933), наметившего границы ледникового надвига, с которым связана так называемая третья морена.

 

Н. В. Потуловой (1924) в разрезах на р. Мге установлены межлед­никовые слои, Н. Н. Соколовым (1936), И. М. Покровской (1936) опи­саны континентальные межледниковые отложения на р. Поломети, И. В. Даниловским (1931) —межморенные слои на р. Ловати н А. А. Алейниковым (1939)—погребенный торфяник под г, Великие Луки.

 

В связи с составлением Международной четвертичной карты Евро­пы в 1933 г. проводились съемки на отдельных площадях описываемой территории (С. В. Яковлева, А. И. Яунпутнинь). К. К. Марков (1931, 1934) занимался изучением рельефа и поверхностных позднє- и послеледниковых отложений северо-западной части Ленинградской области. Кроме того, им совместно с И. И. Красновым и А. П. Пуминовым проведены геохронологические наблюдения (1929), которые позволили установить дату и длительность отступания края последнего ледника с территории Приневской низменности.

 

Из работ финских геологов следует отметить геологическую съемку северной части Карельского перешейка, проводившуюся главным образом X. Бергхелом (Berghell, 1892), а также исследования Айлио (Ailio, 1915), М. Саурамо (Sauramo, 1925), В. Рамсея (Ramsay, 1928), Э Хю- ппя (Нуурра, 1937) и Г. Брандера (Brander, 1937).

 

 

По заданию Геологического комитета М. Э. Янишевским (1931), A. И. Мордвиновым (1931) проводилась геологическая съемка между г. Павловском и р. Волховом. С. А. Яковлевым (1932), И. В. Данилов­ским (1932) , А. И. Яунпутниным (1934, 1936), С. В. Яковлевой (1937), Н. Н. Соколовым (1946) были намечены основные пояса краевых лед­никовых образований на Северо-Западе; Русской равнины. Материалы, собранные до 1950 г., были сведены С. А. Яковлевым на карте четвер­тичных отложений европейской части СССР (Яковлев, 1950).

 

Среднемасштабное картирование, начавшееся в конце тридцатых годов « в послевоенные годы, проводилось с широким применением структурно-картировочного бурения, геофизических методов исследова­ний, аэровизуальных наблюдений и дешифрирования материалов аэро­фотосъемки. Особенно большие масштабы геологосъемочные работы приняли в пятидесятых и шестидесятых годах. В этот период на севере Карельского перешейка проводят исследования Т. П. Вронко (1948 г.), Д. Ф. Агапьев (1948), Е. Н. Гошкевич (1949), а центральная и южная его части картируются Н. И. Апухтиным и 3. А. Шостак (1959, 1960 гг.).

 

Южное побережье Финского залива в районе нижних течений рек Наровы, Луги и Систы, а также г. Сланцы исследовались А. И. Шмаен- ком и Э. Ю. Самметом (1960, 1962 гг.). В районе Копорье — Красное. Село — Гатчина, побережья Финского залива, а также бассейна сред­него и нижнего течения р. Волхова и Южного Прионежья четвертич­ные отложения изучались И. С. Недригайловой (В. А. Селиванова, И. С. Недригайлова и др., 1959, 1960, 1963 гг., И. С. Недригайлова и др., 1965 г.) и Н. Г. Курбатовой (В. А. Селиванова, Н. Г. Курбатова и др., 1966 г.). В эти же годы среднемасштабные съемки проводят Д. Б. Ма­лаховский (В. С. Кофман, Д. Б. Малаховский и др., 1957, 1959, 1960 гг.), М. Е. Вигдорчик (1961, 1965 гг.), И. В. Котлукова (Е. И. Хавин, И. В. Котлукова, 1958 г.; Е. Д. Остромецкая, И. В. Котлукова, 1960 г.), B. А. Соловьева и 3. А. Шостак (1965 г.), Е. М. Козлова (1956 г.), Н. М. Павлова (1956 г.), 3. К. Гутникова (1957, 1958 гг.), 3. Б. Косто- ломова (1957 г.), М. А. Солунина (1957, 1960 гг.), А. И. Зеленой (1962 г.), Г. Б. Лодин (1962 г.), В. Л. Крупко (1962 г.) на территории Псковской, Новгородской и Ленинградской областей.

 

В результате проведенных работ были уточнены границы распро­странения различных генетических типов четвертичных отложений, залегающих на поверхности, выявлены глубокие погребенные долины, в которых сохранились наиболее полные стратиграфические разрезы четвертичных отложений.

 

Много новых материалов дали инженерно-геологические исследования. Детальные работы в Гатчинском, Ломоносовском, Тосненском, Волховском, Всеволожском, Приозерском и Выборгском районах про­водили 3. М. Мокриенко (1957, 1961 и 1962 гг.), Л. Ф. Соколова (1958— 1960 гг., 1964, 1966, 1968 гг.), В. А. Соловьева (П. Ф. Семенов, В. А. Со­ловьева, 1960 г.), Г. В. Григорьев (1960—1963 гг.), Т. В. Усикова (С. Р. Шевченко, Т. В. Усикова и др., 1962, 1967 гг., Т. В. Усикова, 1964). .

 

При обработке полевых материалов средне- и крупномасштабных съемок был использован весь комплекс современных методов для уточ­нения возраста и генезиса четвертичных отложений, включая и опре­деление абсолютного возраста. Огромная работа была проделана па­леоботаниками Северо-Западного геологического управления, Ленин­градского государственного университета и других организаций по определению диатомовых, пыльцы и спор. Из числа этих исследовате­лей следует отметить Е. Н. Ананову, Н. Д. Агапову, Д. А. Агранову,

 

С. Ф. Вам, Е. М. Вишневскую, М. А. Гутман, С. С. Горшкову, Р. Н. Джи- норидзе, Г. И. Клейменову, Е. С. Малясову, Е. А. Спиридонову, М. А. Травину и Е. А. Черемиоинову. Карпологические исследования проводились Н. П. Казариновой, а определения малакофауны — М. А. Лавровой и В. Г. Легковой.

 

Исследования последнего десятилетия дали много нового о глубинном строении четвертичного покрова рассматриваемого региона. Полученный материал настолько велик и интересен, что еще потребу­ются годы для его полного научного освоения. Новые данные коренным образом изменили представление о стратиграфии четвертичных отло­жений Северо-Запада европейской части СССР. Этот регион, считав­шийся ранее классическим стратотипом лишь для позднечетвертичного времени, оказался ключевым и для понимания всей геологической истории четвертичного периода от неоген-раннечетвертичного времени до голоцена включительно.

 

Весь материал исследований последних лет был обобщен группой геологов Ленинградской комплексной геологической экспедиции СЗТГУ под руководством Д. Б. Малаховского и М. Е. Вигдорчик и др. (1966 г.) для территории Ленинградской, Псковской и Новгородской областей и другой группой геологов под руководством Н. И. Апухтина (1967) для всего района исследований Северо-Западного геологического управ­ления.

 

Несмотря на то что авторы этих работ придерживались различных стратиграфических схем, фактический материал значительно сблизил исторически сложившиеся разногласия по стратиграфии верхнего плейстоцена.

 

Было выяснено, что интерстадиалы валдайского надгоризонта имеют различные таксономические ранги. Это позволило осадки некоторых из них признать лишь межосцилляторными слоями, как, например, березайские, имеющие узколокальное распространение и не содержащие достаточно теплолюбивых остатков флоры. И наоборот, осадки сомин­ского интерстадиала, широко распространенные по всему Северо-За­паду и характеризующиеся теплолюбивой фауной и флорой, считать межледниковыми. Пока остается неясным, следует ли признать плюс- ский межстадиал третьим верхнеплейстоценовым (малым) межледни­ковьем. Но это не имеет для стратиграфии сколько-нибудь существен­ного значения.

 

До последнего времени стратиграфическое положение мгинских межледниковых слоев было темой острых дискуссий. В настоящее время установлена абсолютная геохронология времени накопления этих отло­жений — 47 400± 1400 лет по раковинам и 35 500±1000 лет по гумусу (Старик, Арсланов, Малаховский, 1964). Эта датировка отвечает не ми- кулинскому времени, а времени формирования отложений второго верх­неплейстоценового межледниковья, имеющего датировку от 48 UUU до 33 000 лет тому назад по раковинам и древесине (Korpela, іуоу; Л. Р. Пуннинг, 1969 г.; Краснов и др., 1969).

 

Н. И. Апухтин при рассмотрении стратиграфической значимости межморенных отложений относит к межледниковым образованиям осад­ки, содержащие остатки теплолюбивой фауны или флоры, которые ука­зывают на климатические условия не холоднее современных.

 

Анализ фактического материала () показал почти полное тождество двух разных стратиграфических схем и их полное соответ­ствие с унифицированной схемой европейской части СССР.

 

Настоящая глава составлена в соответствии с унифицированной схемой и принятыми в ней индексами для региональных горизонтов на карте.

 

 

К содержанию: В. А. Селиванова, В. С. Кофман "Геология СССР" 1 том

 

Смотрите также:

 

Науки о Земле  ОСНОВЫ ГЕОЛОГИИ  Геология с основами палеонтологии  ПАЛЕОНТОЛОГИЯ

 

Геохронология и стратиграфия, таблица  Геохронология   Геохронологический возраст горных пород