ИСТОРИЯ РУССКОГО ПРАВА. ОТ ИЗДАНИЯ СУДЕБНИКОВ ДО ИЗДАНИЯ УЛОЖЕНИЯ 1497-1649

 

 

История Москвы во время князя Василия Васильевича. Поход на Новгород. Взимание дани чёрного бора

  

Несмотря на продолжительное междоусобие, московское правительство не упускало своих видов на Новгород Великий и постоянно шло вперед в подчинении Новгорода.

 

Великий князь Василий Васильевич только что утвердился в Москве по смерти дяди своего Юрия Дмитриевича, как в 1435 году вступил в переговоры с новгородцами и на первый раз, чтобы получить право быть Новгородским князем, целовал к Новгороду крест на том, что отступается от новгородских отчин: Бежецкого Верха, Волока-Ламского и Вологды и дал слово выслать своих бояр на развод новгородских и московских пограничных владений, но не только не выслал и отвода нигде не сделал, напротив'того, в 1437 году принудил новгородцев дать ему черный бор. Потом в 1441 году, узнав о сношениях новгородцев с литовским великим князем Казимиром, Московский князь объявил свой гнев Новгороду, а вслед за тем сам с большим войском вступил в новгородские владения, имея при себе помощные войска из Пскова и Твери, остановился сперва Торжке, а потом передвинулся в Деман, опустошая все по дороге, и принудил новгородцев заплатитьему 8000 рублей, обязав их не мстить своим союзникам Пскову и Твери.

 

Борьба с Шемякой на некоторое время остановила притязания великого князя на Новгород. Но по смерти Шемяки, управившись с князьями Можайским и Серпуховским, зимой 1456 года великий князь Василий Васильевич открыл свой поход на Новгород занятием Волока, потом вступил в новгородские владения и, опустошая все по дороге, дошел до Яжелбиц, здесь он остановился, а воевод своих послал к Русе, где они наголову разбили новгородскую рать. Новгородцы отправили посольство в великокняжеский стол, в Яжелбиц и заключили там мир, по которому обязались: 1) заплатить 8500 рублей новгородских; 2) в судных делах новгородскую печать заменить великокняжеской печатью; 3) не давать судебных вечевых грамот; 4) безотговорочно платить черный бор, когда потребует князь и, наконец, 5) не давать у себя убежища лиходеям великого князя и ни с кем не заключать договоров без дозволения из Москвы. Таким образом, великий князь Василий Васильевич в отношении к Новгороду поставил себя и свою власть в такое выгодное положение, что немного оставалось, чтобы окончательно подчинить Новгород Москве.

 

Относительно Пскова Василий Васильевич также успел увеличить свою власть сравнительно со своими предшественниками. Он в 1443 году ввел во Пскове новость, состоявшую в том, что Псковский князь стал называться наместником великого князя Московского и при вступлении на престол должен был присягать как Пскову, так и великому князю Московскому; потом стал отзывать своих наместников и присылать новых, не спрашивая согласия псковского веча, что, впрочем, не всегда удавалось.

Отношения Москвы к татарам. Хотя в начале княжения великий князь Василий Васильевич искал суда перед ханом в споре с дядей своим Юрием Дмитриевичем, но тем не менее Орда почти не имела прямого влияния на дела московские и Василий Васильевич почти не платил дани татарам.

 

 

Напротив того, татарские князья и царевичи поступали в службу к Московскому князю и даже иные ханы татарские искали его дружбы и покровительства. Правду сказать, те или другие татарские князья продолжали делать набеги во все княжение Василия Васильевича, но набеги сии большей частью были незиачительны и ограничивались грабежом, причем Московский князь почти всегда успевал посылать свои отряды, если не для вторжения, то для преследования татарских грабителей. Так в 1429 году какой-то татарский царевич сделал набег на Галич и Кострому; Московский князь, узнав об этом, немедленно послал своих воевод для преследования и те, хотя не догнали самого царевича, тем не менее побили следовавшие за ним толпы грабителей. Или в 1431 году татары ограбили Мценск и великий князь Московский послал своего воеводу грабить камских и волжских болгар, подчиненных татарам. Или в 1444 году татарский царевич Мустава со своей ордой только что остановился у московских границ, как Московский князь, узнав об этом, послал туда своих воевод, которые разбили татар наголову, убили самого царевича и многих его князей, и других татарских князей привели пленниками в Москву. Поход казанского хана Ул у-Ах мета в 1445 году к Нижнему Новгороду дорого стоил москвичам, сам князь Василий Васильевич в бою под Суздалем попался в плен к татарам; но тем не менее хан Улу-Ахмет не мог продолжать своего похода и был вынужден выпустить из плена Московского князя, взяв хороший выкуп, даже не дождавшись ответа от Дмитрия Юрьевича Шемяки, к которому послал своего гонца для переговоров.

 

Московский князь даже стал посылать татар же на татарских грабителей; так в 1449 и 1450 годах татарские царевичи Кайсым и Ягуп, состоящие на службе у Московского князя, били по его приказанию татар на Похре и под Коломной. В 1451 году царевичу Ма-зовще из Седи-Ахматовы орды удалось подойти к самой Москве к пожечь ее посады; но и на этот раз, несмотря на временный успех, татары, боясь за собой погони, бежали не взяв города и в своем бегстве побросали большую часть добычи, которую успели было награбить. Потом, в 1455 и 1459 годах татары Седи-Ахматовы орды приступили к Оке около Коломны, но в оба раза были отражены полками, высылаемыми Московским князем, а в последний раз старший сын великого князя, Иван Васильевич, даже не допустил их перебраться через Оку. Таким образом, татарская Орда, раздираемая междоусобиями, потеряла всякое значение для Москвы; на татар смотрели в Москве уже не как на прежних повелителей, а как на разбойников, дерзких, но уже вовсе не страшных, так что во время московских междоусобий, после первого ханского суда ни один из московских князей не бегал в Орду и не искал покровительства у хана, о ханских ярлыках не было и помину, по крайней мере в Москве и между московскими князьями.

 

История Москвы за все время княжения великого князя Василия Васильевича, скончавшегося в 1462 году, представляет явление удивительное, выходящее из ряда обыкновенных, свидетельствующее об изумительной прочности й тягучести общественного строя в Москве. В продолжение почти тридцати лет Московское княжение было раздираемо ужасными княжескими междоусобиями и народными крамолами; Москва восемь раз переходила от одного князя к другому, из четверых князей, попеременно занимавших московский престол, двое были ослеплены, один отравлен; тот из князей, за которым наконец осталась Москва, был три раза изгоняем, три раза был в плену и один раз уже приготовился бежать в Орду; в это страшное и темное время было заключено до двадцати договоров между князьями, и все они были нарушены самым вероломным и постыдным образам. Все казалась разрушенным, расстроенным, все общественные связи разорванными, а на самом деле, в конце концов, Москва еще никогда не была так сильна, как в это злополучное время.

 

 Из соседних княжеств, постоянно соперничествовавших с Москвой и тогда наслаждавшихся внутренним покоем, ни одно не осмелилось воспользоваться московскими смутами и крамолами, а такие сильные враги как Литва и татары, хотя и пытались делать нападения, а татары даже раз подходили к самой Москве, но всегда встречали сильный отпор, да и москвичи не оставались в долгу и также врывались в их владения; мало этого, Московский князь среди междоусобий успел сделать несколько походов в новгородские владения и поставил Новгород в такую зависимость от себя, в какой он не находился еще ни от одного князя. Но что всего важнее для последующей истории Москвы, в москвичах, как В боярах, так и гражданах, патриотизм и полная неоглядная преданность общественным пользам и готовность на все пожертвования еще никогда не являлись в таком свете, как в смутное и темное время княжения Василия Васильевича. Москвичи, так сказать, на своих плечах вынесли Москву из омута междоусобий и сами поставили княжескую власть на такую высоту, на какой она еще никогда не бывала в Русской земле; они в это время так плотно слили свою власть и волю в общем благе с волей и властью князя, что сии две власти и воли составили одну волю и власть великого князя Московского, которая уже ни перед чем не уступала, так что с этого времени значение Москвы слилось с значением княжеской власти, к истории которой мы теперь и перейдем.

 

 

К содержанию: Профессор Беляев. Курс лекций по истории русского законодательства

 

Смотрите также:

 

История российского права  ЗАКОНЫ. История русского права   ИСТОРИЯ РОССИИ   Особенности русской правды