Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Гипотезы о расширении Земли

ПРИЗНАКИ СОВРЕМЕННОГО ГЛОБАЛЬНОГО РАСШИРЕНИЯ ЗЕМНОЙ КОРЫ

 

Смотрите также:

 

Гипотеза расширяющейся Земли...

 

науки о земле 

НАУКИ О ЗЕМЛЕ

 

ГЕОЛОГИЯ

 

Палеонтология

 

Палеогеография 

 

космический вулканизм планет

 

Вегенер. Происхождение континентов и океанов

 

Океан Тетис и гипотеза дрейфа материков

 

метеориты и кометы

 

СЛЕДЫ КОСМИЧЕСКИХ ВОЗДЕЙСТВИЙ НА ЗЕМЛЮ

 

Камни и геология

 

ПРИЧИНЫ ГОРО-ОБРАЗОВАНИЯ. Гипотеза Вегенера

 

Плейт-тектоника - новая глобальная тектоника

 

Причины вымирания организмов

 

Метеоритная и вулканическая гипотезы вымирания организмов ...

 

 

 

  Е.С. Штенгелов

 

1. Результаты изучения зон открытой трещиноватости горных пород. Известно, что в земной коре, иногда на значительных глубинах, фиксируются определенные зоны, в которых имеются зияющие трещины горных пород, проницаемые для жидкостей и газов. Данные об их положении и строении касаются, как правило, ограниченных по площади участков: отдельных месторождений полезных ископаемых, шахтных полей, водозаборов. Общие закономерности расположения и строения зон развития открытой трещиноватости горных пород изучены недостаточно, что в значительной степени объясняется неразработанностью методики регионального картирования таких зон.

 

В 1972 г. нами начаты специальные исследования по проблеме выявления и изучения зон флюидопроницаемой трещиноватости горных пород. Не останавливаясь на методических аспектах этой проблемы, рассмотренных в ряде работ (Штенгелов, 1976, 1977, 1980), отметим, что полученные данные показывают весьма низкую эффективность решения рассматриваемой задача с помощью прямого, визуального изучения трещин в обнажениях и образцах (керне, шлифах) горных пород. Значительно более эффективны косвенные — геофизические, гидрогеологические, геохимические методы в частности, неоднократно описанный гамма-метрический метод (Штенгелов, 1976, 1977, 1980; Штенгелов, Комарова, 1977]. Последний в благоприятных условиях обеспечивает особенно высокую, не достижимую никакими другими методами, точность картирования территорий, сложенных выдержанными литофациальными комплексами, по степени развития открытой, водофильтрующей трещиноватости. Например, для пород карбонатно-глинистого ряда он позволяет достаточно уверенно разделять участки, которые по объемному коэффициенту открытой трещиноватости отличаются друг от друга на десятые доли процента.

 

Работы по картированию зон открытой трещиноватости выполнены нами во многих районах СССР. Их результаты, которые частично опубликованы (Штенгелов, 1976, 1977, 1980, 1981; Штенгелов, Комарова, 1977], состоят в следующем. Зоны развития открытой трещиноватости наблюдаются повсеместно и всюду характеризуются единообразием строения и взаимоположения, независимо от геологических и других особенностей района. При этом очень важно отметить, что ориентировка, густота, протяженность, типы конкретных трещин в пределах рассматриваемых зон и за их пределами во всех районах практически одинаковы, единственное отличие состоит в том, что в рассматриваемых зонах большинство трещин характеризуется зиянием, тогда как за пределами этих зон зияющие трещины практически отсутствуют.

 

Зоны открытой трещиноватости всюду имеют вид полос с шириной обычно от нескольких сотен метров до нескольких километров. Ширина разделяющих их полей практически полного отсутствия зияющих трещин на порядок больше: от нескольких километров до нескольких десятков километров, но не более 35—40 км. Исследования в районах с густой сетью буровых скважин показывают, что зоны открытой трещиноватости вертикальны и затрагивают весь вскрытый бурением геологический разрез. В связи с этим интересно отметить, что данные по гелиевой съемке свидетельствуют о наличии в земной коре сети зон трещинной проницаемости пород, обеспечивающих транзитные потоки гелия из глубин на земную поверхность и затрагивающих земную кору на всю ее мощность [Яницкий и др., 1975).

 

Следует подчеркнуть, что изучаемые нами зоны открытой трещиноватости четко проявляются в верхнеплейстоценовых и голоценовых отложениях, современных почвах, культурных слоях античных и средневековых археологических памятников [Штен- гелов, Комарова, 1977).

 

Показательно, что подавляющее большинство откартированных нами зон открытой трещиноватости, независимо от положения и геотектонических особенностей района, ориентировано в основном на северо-запад (особенно 320—340°) и северо-восток (особенно 50—60 ). Во всех районах наблюдается приблизительно решеткообразная сеть зон открытой трещиноватости. Она отчетливо проявляется, например, в Джан- койском районе (Равнинный Крым) — по известнякам понтического яруса (1) и по четвертичным суглинкам, верхнему, среднему и нижнему сармату, тортону, Майкопу, эоцену, палеоцену, верхнему мелу, альбу и неокому.

 

Необходимо отметить, что результаты гелиевой съемки также свидетельствуют о решеткообразном характере взаимоположения зон трещинной проницаемости земной коры, придающем ей "структуру колотого льда" (Яницкий и др., 1975). Совместные работы, выполнявшиеся .нами со специалистами по гелиевой съемки в Крыму и Се веро-Западном Причерноморье, показывают, что гелиепроницаемые зоны представляют собой наиболее крупные из картируемых зон открытой трещиноватости.

 

По некоторым из изученных нами крупных зон открытой трещиноватости имеется материал повторных геодезических измерений, свидетельствующий об их современном расширении. Такие данные имеются, например, по Закарпатью, Армении, Газлийскому и Тамдыбулакскому районам в Узбекистане, Сахалину и Камчатке (Штенгелов, 1980, 1982]. Некоторые из имеющихся по этому вопросу данных (Южный берег Крыма, Гар- мский район, Ходуткинский район на Камчатке) будут приведены ниже.

 

2. Зоны открытой трещиноватости и результаты натурных измерений напряженного состояния горных пород. Как известно, имерения естественных напряжений в горных породах широко выполняются в последнее время в горных выработках (главным образом методом разгрузки) и в скважинах (главным образом методом гидроразрыва) . Выяснено, что в большинстве случаев в породах наряду с гравитационными напряжениями существуют также горизонтально направленные, явно тектонические сжимающие напряжения (Напряженное состояние ..., 1973]. Эти данные широко используются как доказательство процессов современного тектонического сжатия земной коры континентов [Кропоткин, 1977]. В самом деле, если бы было доказано что эти сжимающие тектонические напряжения являются современными, предположение о современном расширении литосферы континентов оказалось бы в противоречии с фактическим материалом. Однако известно, что имеется широко распространенная точка зрения, что фиксируемые сжимающие напряжения являются остаточными, сохранившимися от альпийского орогенеза или еще более ранних фаз складчатости [Напряженное состояние ..., 1973; Denham et al., 1980; Ranalli, Chandler, 1975]. Данное предположение основывается, во-первых, на том, что эти напряжения всегда ориентированы перпендикулярно осям уже существующих горнбскладчатых сооружений, а во-вторых, на том, что эти напряжения, отличаясь очень большой выдержанностью ориентировки на огромных территориях, резко варьируют по величине и в некоторых случаях (примерно 25—30%) вообще отсутствуют. Единственное возражение против идеи об остаточном характере фиксируемых сжимающих тектонических напряжений состоит в том, что, как принято считать, любые механические напряжения, как бы велики они ни были, за сотни тысяч и миллионы лет должны полностью релаксировать. М.В. Гзовский определил максимальное время полной релаксации тектонических напряжений в 30 тыс. лет. Однако в последнее время показано, что в массивах горных пород действует принцип зонной релаксации, время которой измеряется миллионами и десятками миллионов лет [Пономарев, 1981].

 

Проведенное нами сопоставление результатов измерения напряженности горных пород с положением зон открытой трещиноватости полностью подтверждает предположение об остаточном характере тектонических напряжений, фиксируемых в выработках и скважинах. В районах, которые мы изучали, все пункты, где инструментально зафиксировано горизонтальное сжатие или имеются его косвенные признаки (горные удары, углегазовые выбросы, аномально высокое давление газа, нефти или подземных вод), относятся к олокам отсутствия открытой трещиноватости, разделяемым трещинными зонами, в пределах которых сжимающие тектонические напряжения и их проявления отсутствуют. Можно в связи с этим предполагать, что блоки отсутствия открытой трещиноватости представляют собой фрагменты ранее единых огромных полей однонаправленного бокового тектонического сжатия (орогенного стресса). Например, почти во всей Европе ориентировка горизонтального сжатия, фиксируемого натурными измерениями, приблизительно одинакова: северо-северо-запад—юго-юго-восток 310— 340'. Однако это единое в прошлом поле раздроблено и в настоящее время состоит из фрагментов, разделенных зонами, в которых тектонические напряжения разгружены и наблюдается нормальный геостатический и гидростатический тензор напряжений.

 

3. Результаты изучения зон открытой трещиноватости горных пород в сейсмоактивных районах. Важнейшим признаком связи сейсмичности с процессами, вызывающими образование зон открытой трещиноватости горных пород, является совпадение полей концентрации эпицентров землетрясений с зонами развития открытой трещиноватости или их продолжениями. Оно проявляется во всех сейсмоактивных районах, в которых выполнялось картирование по интенсивности развития зияющей трещиноватости [Штенгелов, 1980, 1982], в частности в Горном Крыму (2). Здесь показаны крупнейшие и наиболее отчетливо выраженные зоны открытой трещиноватости южной части полуострова. Они расположены веерообразно, и хорошо видно, что все сейсмогенные поля на шельфе являются продолжениями трещинных зон, выявленных и закартиро- ванных на суше. В более крупном масштабе показана Карабийско-Ялтинская зона. Она, как и другие крупные трещинные зоны Крыма, расширяется к югу и построена кули- совидно. После эпицентров землетрясений, продолжающее ее на шельфе и континентальном склоне, построено аналогично — тот же левый ряд постепенно удлиняющихся к югу кулис. Стрелками показана ориентировка близ горизонтально го растяжения в суммарном механизме очагов землетрясений этой зоны. Приблизительная перпендикулярность растягивающих напряжений в очагах большинства землетрясений ориентировкам зон открытой трещиноватости, с которыми они связаны, отмечается и в других районах.

 

Геодезические данные по эпицентральным районам землетрясений также подтверждают обоснованность предположения о связи сейсмичности с процессами горизонтального расширения зон открытой трещиноватости [Штенгелов, 1980, 1982]. На 3 представлены геодезические и сейсмологические данные по Гармскому району. Известно, что инструментальные измерения плановых деформаций земной поверхности, развернутые в этом районе в 1950 г., первоначально проводились на ограниченных участках в долине р. Сурхоб и фиксировали устойчивое горизонтальное сжатие в субмеридиональном направлении. Результаты этих измерений широко освещались в печати. Однако после того, как в семидесятых годах сеть инструментальных наблюдений в этом районе была значительно расширена, выяснилось, что в целом земная поверхность в зоне перехода от Памира к Тянь-Шаню находится в состоянии горизонтального расширения в широтном и юго-западном направлениях [Буланже и др., 1980; Певнев и др., 1980], а сжатие имеет локальный характер и ограничивается долиной реки Сурхоб. Ориентировка максимального расширения земной поверхности Гармского района определена нами (3,6, в) по данным дальномерных измерений, приведенных А.К. Пев- невым и др. [1980]. Она совпадает с направлением растяжения в суммарном среднем механизме землетрясений Гармского района: азимут 226°, угол с горизонтальной плоскостью 9° [Юнга, 1979]. В перпендикулярном направлении наблюдается горизонтальное сжатие земной поверхности, но его интенсивность значительно меньше, чем интенсивность растяжения (3,6). Учитывая приведенные данные и ориентировку сейсмических зон, расположенных в Гармском районе решеткообразно (3,а), можно предполагать, что современная сейсмичность этого района обусловлена главным образом расширением трещинных зон, ориентированных субмеридионально и на северо-северо-запад, при некотором сужении перпендикулярных зон.

 

Имеются и некоторые другие данные, частично рассмотренные нами [Штенгелов, 1980, 1982], позволяющие предположить, что землетрясения являются результатом формирования и роста зон трещинного разуплотнения литосферы, т.е. растяжения, отрыва, а не скола в условиях сжатия, как это в настоящее время принимается для большинства сейсмоактивных районов. Что касается фиксируемого в очагах землетрясений сжатия, то его следует рассматривать как результат разгрузки в образующиеся зияющие трещины отрыва остаточных сжимающих тектонических напряжений. По всем сейсмичным районам, по которым имеются данные натурных измерений напряженности горных пород, установлено совпадение ориентировки сжатия в очагах землетрясений и инструментально фиксируемых сжимающих напряжений [Denham et al., 1980]. Такое совпадение отмечается, в частности, в Гармском районе (3,в).

 

Сколовая модель сейсмичности является важным аргументом против представления о современном глобальном расширении земной коры, так как скол возможен только в условиях современного накопления упругих сжимающих напряжений и их последующей мгновенной разгрузки в момент механического разрушения массива горных пород или мантийного вещества.

 

Помимо уже приведенных факторов, можно назвать еще несколько, противоречащих сколовой модели сейсмичности. Имеется определенный процент землетрясений, из очагов которых во все направления первыми излучаются только (или преимущественно) волны сжатия, отражающие расширение в очаге. Такая картина наблюдалась, например, при Газлийских землетрясениях 1976 г. По данным Е.И. Широковой [1979], число таких землетрясений в Средней Азии составляет 15-20% от общего количества толчков. Раздвиговая модель сейсмичности более просто и логично, чем сколовая, объясняет гидрогеологические и геохимические эффекты, сопутствующие землетрясениям, явление возбужденной сейсмичности и наблюдаемую связь между режимом сейсмической активности и режимом грунтовых и поверхностных вод [Штенгелов, 1980].

 

Выполненное нами в ряде районов СССР сопоставление положения зон открытой трещиноватости с проявлениями современной геотектонической активности показывает, что формирование этих зон является важнейшим современным геотектоническим процессом. Эти зоны являются границами дифференцированных вертикальных движений земной коры. С ними связаны выходы глубинных, в частности термальных, вод, а также грязевые вулканы. Исследования на Камчатке показывают, что магматические вулканы также приурочены к таким зонам, особенно к местам пересечения крупных разнонаправленных зон.

 

4. Особенности положения и строения зон открытой трещиноватости на периферии горноскладчатых сооружений и континентальных окраинах. При изучении положения зон открытой трещиноватости в Горном Крыму было отмечено, что наиболее крупные из них, во-первых, расширяются на юг, в сторону глубоководной впадины Черного моря, а во-вторых, веерообразно расходятся в этом направлении (см. 2). Впоследствии выяснилось, что веерообразный характер расположения зон открытой трещиноватости наблюдается во всех районах, где имеет место направленное изменение мощности земной коры. При этом зоны, ориентированные в направлении уменьшения толщины коры, расширяются в эту сторону, а перпендикулярные им зоны имеют форму дуг, обращенных выпуклостью в ту же сторону. На 4 показано несколько районов веерообразного расположения разломов (предположительно зон открытой трещиноватости) на территориях с направленным изменением мощности земной коры: на северном и южном бортах Терско-Кумской впадины, вблизи Ташкента и Чимкента.

 

Такой характер расположения зон открытой трещиноватости позволяет предположить, что его причиной является деформация первоначально решеткообразной сети трещинных зон в условиях направленного изменения толщины наиболее жесткой оболочки Земли — земной коры. Там, где эта толщина меньше, трещинные зоны растяжения формируются быстрее и их решеткообразная сеть деформируется в вееро-дугообразную (Штенгелов, 1980]. В раздвижении земной коры появляется вращательный момент, который наиболее интенсивен в крайней дугообразной зоне, отделяющей веерообразно расширяющийся сектор толстой земной коры от тонкой коры за его пределами. Одновременно по этой же внешней дугообразной зоне происходит, рсобенно в центральной части веера, надвигание интенсивно раздвигающейся толстой коры на тонкую кору.

 

Изучение расположения зон открытой трещиноватости показывает, что их веерооб- разность наблюдается практически на всех перифериях горноскладчатых сооружений и континентальных окраинах. Она отчетливо проявляется, в частности, в секторе земной коры, оконтуренном Курило-Камчатской дугой (5). Ориентировка всех выявленных и закартированных крупных трещинных зон меняется здесь от субширотной на севере Камчатки до субмеридиональной на Сахалине. Такая же ориентировка характерна и для большинства рифтообразных структур дна Охотского моря (Гнибиденко, 1977], а также дислокаций верхней мантии [Беляевский и др., 1977]. Большинство рифтообразных структур, как и радиальные зоны открытой трещиноватости, расширяется в сторону глубоководного желоба.

 

Вышесказанное дает основания считать, что сейсмовулканические (островные) дуги и активные континентальные окраины, рассматриваемые в гипотезе тектоники плит как зоны сжатия и сокращения литосферы, в действительности являются районами особенно быстрого расширения земной коры, происходящего в условиях резкого изменения ее мощности и в связи с этим приобретающего вееро-дугообразный характер. При этом глубоководные желоба представляют собой внешние дугообразные зоны раздвижения литосферы с максимальными скоростями вращательного сдвига и надвигания более толстой коры на более тонкую. Сейсмофокальная поверхность (зона Беньофа), наклоненная под континент, очевидно, является нижней границей интенсивно раздвигающейся, выдвигающейся вверх и надвигающейся на океан литосферы. Горные породы и мантийное вещество, находящиеся ниже сейсмофокальной поверхности, отличаются, как известно, повышенной добротностью (низкой интенсивностью затухания сейсмических колебаний). Такая схема объясняет имеющиеся факты горизонтального расширения литосферы как в тылу островных дуг (так называемый тылодужный спрединг, которому в настоящее время уделяется повышенное внимание), так и в самих глубоководных желобах (например, нормальные сбросы на их бортах).

 

Приведенная схема веерообразного раздвижения земной коры подтверждается некоторыми геодезическими данными. Часть их приведена ранее (Штенгелов, 1980]. На 6 показаны результаты обработки данных дальномерных измерений в Ходуткинском районе Камчатки (район кальдеры Ксудач) и данных повторных триангуляций по островам Хонсю, Сикоку и Кюсю. В обоих случаях максимальная скорость горизонтального расширения земной поверхности наблюдается вдоль дугообразных зон, что свидетельствует о современном расширении Курило-Камчатского и Японского вееров трещинных зон. Как показывают данные деформографических измерений в Ялте (к сожалению, весьма кратковременных), расширение веера трещинных зон наблюдается и в Крыму (6,в).

 

5. Результаты обобщения данных о современных горизонтальных движениях земной коры. В настоящее время в мире насчитывается несколько десятков районов, для которых имеются данные о современных горизонтальных тектонических движениях земной поверхности. Однако они расположены крайне неравномерно, имеют в большинстве случаев короткие периоды наблюдений и небольшие площади, что не позволяет выполнить корректное статистическое осреднение полученных данных о скоростях современных горизонтальных движений земной коры. Тем не менее представляется, что предварительное обобщение уже имеющихся результатов представляет интерес.

 

Нами обобщен весь опубликованный к середине 1981 г. материал повторных триангу- ляций, трилатераций и дальномерных измерений (таблица). При этом для районов, где геодезический материал особенно обилен (США, Япония) .использовались только данные по отдельным крупным районам. Для Камчатки и Сахалина было произведено осреднение данных по отдельным геодинамическим полигонам. Для Гармского района использовались только результаты измерений по так называемой Центральной системе.

 

Для всех районов была подсчитана средняя для площади величина скорости дилата- ции, т.е. относительного приращения или уменьшения, длин линий. Последующее осреднение всех полученных данных показало, что в целом в мире преобладает положительная дилатация (расширение приповерхностной части земной коры в горизонтальной плоскости) со скоростью (2,3±2,1) -10~7/год (Штенгелов, 1982]. При исключении из числа рассматриваемых районов эпицентральных территорий сильных землетрясений и зон современного активного рифтогенеза (Исландия, Рейнский грабен, Эфиопия), в которых скорость современного расширения земной поверхности особенно велика, средняя для геодинамических полигонов мира скорость горизонтальной дилата- ции составляет +1,5 • 10"7/год, а при исключении также районов активного вулканизма — +0,4* 10"7/год. Исходные данные для двух последних расчетов приведены в таблице. Как следует из таблицы, преобладающая ориентировка расширения земной поверхности составляет СВ 45—90 (средняя величина 69,5 ).

 

Анализ результатов инструментального измерения современных горизонтальных движений земной коры в сопоставлении с данными о положении зон открытой трещиноватости позволяет высказать предположение, что фиксируемое местами современное горизонтальное сжатие земной поверхности вызвано временным сужением отдельных зон открытой трещиноватости за счет более интенсивного расширения соседних зон или за счет надвигания более быстро раздвигающихся областей на медленно раздвигающиеся области. В последнем случае современное горизонтальное сжатие должно проявляться, в частности, исходя из схемы веерообразного раздвижения земной коры, на периферии горно-складчатых сооружений. Действительно, большинство участков современного горизонтального сжатия находится в предгорьях. Следует также подчеркнуть, что площади современного сжатия обычно более локальны по сравнению с площадями горизонтального расширения, о чем свидетельствует, например, вышерассмотренный материал по Гармскому району.

 

Следует отметить, что подавляющее большинство геодезических данных о горизонтальных движениях земной коры относится к континентам. Учитывая также уже приводившиеся данные о возможности современного надвигания районов с утолщенной корой на районы с более тонкой корой, можно считать, что наблюдаемое расширение континентальной коры в значительной степени компенсируется надвиганием континентальной коры на асейсмичные районы океанических впадин.

 

Вместе с тем имеются факты, которые свидетельствуют о глобальном характере современного раздвижения земной коры.

 

6. Связь современной активности земной коры с формой поверхности геоида. Как известно, геоид — эквипотенциальная поверхность поля силы тяжести, совпадающая с уровнем Мирового океана, - отличается от правильного эллипсоида вращения. В последнее время, благодаря спутниковым исследованиям, конфигурация поверхности геоида изучена с достаточно высокой степенью точности [Грушинский, 1976]. Наблюдается отчетливая связь между проявлениями современной геотектонической активности земной коры и формой геоида. 83% активных вулканов мира, 82% эпицентров землетрясений (7), большинство грязевых вулканов и выходов термальных глубинных вод, почти все (за исключением Карибских) островные дуги и все активные континентальные окраины находятся на выступах геоида, т.е. в областях, где его поверхность находится выше эллипсоида вращения со сжатием 1 :298,256, который лучше других симметричных фигур аппроксимирует форму Земли. Связь расположения проявлений геотектонической активности с формой геоида особенно отчетлива, если использовать данные об их густоте - количестве на единицу площади (см. 7).

 

Сопоставление значений скорости горизонтальной дилатации земной поверхности (см. таблицу) с высотами геоида в пунктах измерения показывает, что с увеличением высоты геоида скорость дилатации увеличивается (7,д).

 

Приведенные данные позволяют предположить, что неправильность формы геоида отражает крупномасштабные площадные вариации скорости горизонтального трещинного раздвижения литосферы. В областях, где эта скорость выше, толщина верхних оболочек Земли, сложенных малоплотным материалом (земная кора, верхняя и, возможно, нижняя мантия), уменьшена, плотные глубинные массы приближены к земной поверхности, что и вызывает увеличение в таких районах потенциала силы тяжести (выступы геоида). Форма поверхности геоида, таким образом, может рассматриваться в определенной степени как обобщенная карта интенсивности современного горизонтального растяжения земной коры и мантии.

 

Следует отметить, что форма поверхности геоида в общем мало зависит от рельефа земной поверхности (в связи с явлением изостазии), в частности от распределения континентов и океанов. Таким образом, приведенные данные о связи скорости горизонтального раздвижения земной коры с формой геоида является признаком глобального характера современного раздвижения литосферы.

 

7. Причины различий в результатах измерения размеров земного эллипсоида в XIX в. и первой половине XX в. Анализ результатов этих измерений выполнен нами ранее [Штенгелов, 1982]. Не вызывает сомнения, что в общем наблюдаемое пульсационное увеличение значений размеров земного эллипсоида по измерениям XIX в. и первой половины XX в. обусловлено главным образом ошибками старых измерений. Однако показательно, что в этих значениях отчетливо проявляется 50-60-летняя периодичность. Особенно хорошо выражены два периода: высокие значения в 50—70-х годах XIX в. и в первом—третьем десятилетиях XX в. с предшествующими им минимумами в 40-х и 90-х годах XIX в. Хорошо известно, что 50— 60-летняя периодичность характерна для режима многих природных процессов: скорости вращения Земли, вариаций параметров геомагнитного поля (напряженности, момента, скорости западного дрейфа эксцентричного диполя), климата, уровня Мирового океана. Периодичность в режимах этих процессов обнаруживает отчетливую связь с различиями результатов измерения размеров земного эллипсоида [Штенгелов, 1982]. Предположение о том, что различия размеров земного эллипсоида по измерениям XIX в. и первой половины XX в. (их пульсационное увеличение) является совокупным результатом ошибок и действительного изменения размеров Земли, нуждается во внимательном изучении.

 

Приведенные в статье данные свидетельствуют об обоснованности сделанного Е.Е. Милановским на основании геологических данных предположения о пульсационном расширении Земли [Милановский, 1978]. Современный этап геотектонической истории является этапом увеличения объема Земли и обусловленного им расширения земной коры. Это расширение отличается сложной пространственно-временной неоднородностью, определяемой как неоднородностью литосферы, так и характером процессов во внутренних сферах Земли.

 

 

ЛИТЕРАТУРА

 

Адамия Ш.А. Геолого-геофизические особенности строения коры и верхней мантии Черноморского сегмента Средиземноморского складчатого пояса. — В кн.: Глубинное строение и геофизические особенности структур земной коры и верхней мантии. М.: Наука, 1977, с. 70-84.

Байков А.А., Голиков-Заволженский И. В., Сед- лецкий В.И. О поперечных структурах Известнякового Дагестана. — Геотектоника, 1980, № 5, с. 69-80.

Беляевский Н.А., Николаевский А.А., Ермаков Б.В. и др. Зона Заварицкого—Беньофа и сопровождающие ее разломы в северозападной части Тихого океана. — В кн.: Разломы земной коры. М.: Наука, 1977, с. 78—84.

Буланже Ю.Д., Гусева Т.В., Певнев А.К., Улаши- на С.А. Характер современных горизонтальных движений в зоне перехода от Памира к Тянь-Шаню. - Докл. АН СССР, 1980, т. 254, № 3, с. 587-589.

Гнибиденко Г.С- Рифтовая система дна Охотского моря. — В кн.: Роль рифтогенеза в геологической истории Земли. Новосибирск: Наука, 1977. с. 206-211.

Грушинский Н.П. Теория фигуры Земли. М.: Наука, 1976. 512 с.

Гущенко И.И. Извержения вулканов мира. М.: Наука, 1979. 476 с.

Землетрясения в СССР (выпуски за 1963— 1977 гг.). М.: Наука, 1965-1981.

Каменобродский А.Г. Уточнение карты сейсмической сотрясаемости Крыма. — Изв. АН СССР. Физика Земли, 1974, № 6, с. 29- 38.

Кропоткин П.Н. Напряженное состояние земной коры и тектонические разломы. — В кн.: Разломы земной коры. М.: Наука, 1977, с. 10-16.

Лук к А. А. Пространственно-временные последовательности слабых землетрясений Гарм- ского района. — Изв. АН СССР. Физика Земли. 1978. № 2. с. 25-37.

Лукк А.А.. Нерсесов И.Л., Певнев А.К., Юнга С.Л. Современные движения западной части хребта Петра Первого по геодезическим и сейсмологическим данным. — Изв. АН СССР. Физика Земли, 1980, № 5, с. 32-42.

Милановский Е.Е. Некоторые закономерности тектонического развития и вулканизма Земли в фанерозое (проблемы пульсаций и расширения Земли). — Геотектоника, 1978, № 6, с. 3-17.

Напряженное состояние земной коры/Под ред. П.Н. Кропоткина. М.: Наука, 1973. 185 с.

Никитенко Ю.П., Шульман Б.А.. Семенов В.И., Энман В.Б. Геодинамические исследования на Камчатском геодинамическом суперполигоне за 1972—1976 гг. — В кн.: Новые данные о строении коры и верхней мантии Курило- Камчатского и Японского регионов. Владивосток, 1978, с. 148-153.

Осика Д.Г. Флюидный режим сейсмически активных областей. М.: Наука. 1981. 204 с.

Певнев А.К., Одинев И.И.. Гусева Т.В. и др. О движениях земной поверхности на территории Гармского геодинамического полигона. — В кн.: Современные движения земной коры. Теория, методы, прогноз. М.; Наука, 1980, с. 179-184.

Плотникова Л.М.. Соколова И.А., Матасова П.М.. Махмудова В.И. Сейсмические предвестники и особенности проявления Тавансейского землетрясения. — В кн.: Исфара-Баткенское и Таваксайское землетрясения. Ташкент: Фан, 1981. с. 87-105.

Пономарев B.C. Зонная релаксация напряжений при разгрузке массивов горных пород. — Докл. АН СССР, 1981, т. 259, № 6, с. 1337- 1339.

Попов И.И.. Пустоеитенко Б.Г. Наклономерные исследования на Крымском геодинамическом полигоне. — Геофиз. сб. АН УССР, 1975, вып. 67. с. 16-24.

Пустовитенко Б.Г. Тектонические напряжения в земной коре Крымского региона по данным об очагах слабых землетрясений. — Геофиз. сб. АН УССР, 1977, вып. 78. с. 47-52.

Пустовитенко Б. Г., Кульчицкий В.Е. Особенности проявления сейсмических процессов в Крыму. - Геофиз. сб. АН УССР. 1975, вып. 67. с. 55-61.

Рикитаке Т. Геофизические и геологические данные о Японской островной дуге и ее обрамлении. — В кн.: Окраины континентов и островные дуги. М.: Мир, 1970, с. 128-141.

Ташкентское землетрясение 26 апреля 1966 г. Ташкент: Фан, 1971. 670 с.

Турчанинов И.А.. Козырев А.А., Марков Г.А., Панин В.И. Комплексное определение напря- жен ИИ из Душанбинском полигоне. — В кн.: Геофизические методы контроля напряжений в горных породах. Новосибирск, 1980, с. 64— 70.

Широкова Е.И. Особенности механизма очагов землетрясений Средней Азии. — Изв. АН СССР. Физика Земли. 1979, № 10, с. 44-57.

Штенгелов Е.С. Геохимические особенности водопроницаемых трещинных зон в жестких осадочных породах. — Геохимия, 1976, № 12, с. 1887-1893.

Штенгелов Е.С. Зоны современного тектонического растяжения в Крыму и юго-западной части Русской плиты. — Изв. АН СССР. Сер. геол.. 1977, № 2. с. 118-123.

Штенгелов Е.С. Зоны новейшего и современного раздвижения континентальной коры. — Изв. АН СССР. Сер. геол., 1980, № 6, с. 5-19.

Штенгелов Е.С. Современное раздвижение земной коры и гипотеза тектоники плит. — Бюл. МОИП. Отд. геол., 1982, № 2, с. 3-20.

Штенгелов Е.С.. Комарова М.В. О связи состава и свойств почв Равнинного Крыма с трещино- ватостью неогеновых известняков. — Почвоведение, 1977, № 5, с. 13-16.

Юнга С.Л. О механизме деформирования сейсмоактивного объема земной коры. — Изв. АН СССР. Физика Земли. 1979, № 10, с. 14-23.

Яницкий И.Н., Коробейник В.М.. Со з и нова Т. В. Отражение разломов земной коры в полях гелия. — Геотектоника, 1975, № 6, с. 80- 90.

Denham D., Alexander L.G., Worotnicky G. The stress field near the sites of the Meckering (19681 and Calingiri (1970) earthquakes. Western Australia. - Tectonophysics. 1980. vol. 67, N 314, p. 283-318.

Ranalli G., Chandler Т.Е. The stress field in the upper crust as determined from in situ measurements. - Geol. Rdsch., 1975, Bd. 2, S. 3-9.

 

 

 

К содержанию книги: ГЕОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПРОБЛЕМ РАСШИРЕНИЯ И ПУЛЬСАЦИЙ ЗЕМЛИ

 

 

Последние добавления:

 

ВЛАДИМИРО-СУЗДАЛЬСКАЯ РУСЬ

 

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА ДРЕВНЕЙ РУСИ

 

Владимир Мономах

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков