Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Великий князь Киевский Владимир Мономах

СРЕДНЕВЕКОВАЯ ИСТОРИЯ И ЛЕГЕНДА О ВЛАДИМИРЕ МОНОМАХЕ

 

Академик А.С. Орлов

Академик А.С. Орлов

 

Смотрите также:

 

Владимир 2 Мономах...

 

Устав Владимира Мономаха...

 

 

Карамзин: История государства Российского

 

Киевская Русь

 

Древняя русь

 

Рыбаков. Русская история

 

Любавский. Древняя русская история

 

Владимир Мономах, в крещении Василий

 

шапка Мономаха...

 

Древнерусские книги и летописи

 

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

поведение князя Владимира ...

 

Политические идеи Владимира Мономаха ...

 

Великий князь Владимир Мономах. Нападения половцев на Русь ... 

 

НАЗВАНИЯ ДРЕВНЕРУССКИХ ГОРОДОВ

 

Татищев: История Российская

 

 

Русские княжества

 

Покровский. Русская история с древнейших времён

 

Иловайский.

Древняя история. Средние века. Новая история

 

Соловьёв. Учебная книга по Русской истории

 

История государства и права России

 

Правители Руси-России (таблица)

 

В лето 6633, индикта третьяго лета. Преставися благоверный и великий князь Русский Володимер, сын благоверна отца Всеволода, украшенный добрыми нравы, прослувый. в победах, его имене трепетаху вся страны, и по всем землям изиде слух его: понеже убо он всею душею възлюби бога. Но и мы мнимся бога любяще; но аще потщимся заповеди его схранити, тогда явимся бога любяще (далее цитата, из Евангелия — Иоанна, гл. XIV, 23).

 

Се же чудный князь Володимер потщася божья хранити заповеди, и божьи страх присно имея в сердци, поминая слово господне (далее две цитаты о любви друг к другу и к врагам из Евангелия — Иоанна, гл. XIII, 35, и Матфея, гл. V, 44). Вся бо зломыслы его вда бог под руце его, поне не возношашеся, ни велича- шеся, но на бога възлагаше все, и бог покаряше под нозе его вся врагы; он же заповедь божью храня, добро творяше врагом своим, отпущаше я одарены. Милостив же бяше паче меры, поминая слово господне (цитата из Евангелия — Матфея, гл. V, 7) и блажен разумевая и на нища и убога, яко в день лютый избавить и господь (Пс. XL, 1). Тем и не щадяше именья своего, раздавая требующим, и церкви зижа и украшая; чтяшеть же излиха чернечьский чин и поповь- 34 скый, подавая им еже на потребу, и приимая от них молитвы.

 

 Велику же веру стяжа к богу и сродникома своима, к свя- тыма мученикома Борису и Глебу: тем и церковь прекрас- ну созда на Лте, во имя ею, идеже святого Бориса кровь прольяна бысть. Жалостив же бяше отинудь, и дар си от бога прия, да егда в церковь внидяшеть и слыша пенье, и абье слезы испущашеть, и тако молбы ко владыце Христу со слезами воспущаше: тем и бог вся прошенья его свершаше, и: исполни лета его в доброденьстве. И поседе Кыеве на отни столе 13 лет и в лето 6633 от начала миру преставися, мая месяця в 19 день, жив от рожества своего лет 73 лета, преставися на Лте у милое церкве, юже созда потщаньем мно- гым; сынове же его и боляре несоша Киеву, и положен бысть в святей Софьи у отца своего" (Лавр, сп.).

 

Умер великий князь Киевский Владимир Всеволодович Мономах. По обычаю летописи, сообщение о княжеской кончине сопровождалось характеристикой и оценкой покойного;; в отношении Мономаха эта характеристика отличается наибольшей содержательностью, и похвала ему перекрывает шаблон летописных посмертных панегириков. Видно особое внимание к этому государственному деятелю, за его труд и подвиг на благо Русской земле и за его высокое человеческое достоинство. Подмечены даже тонкие черты его душевного образа. В летописи имеются собственно две посмертные характеристики Мономаха одна в Лаврентьевском списке — подробная; другая в Ипатьевском списке—краткая. Статья Лаврентьев- ского списка насыщена церковными цитатами (из Евангелий,, из Псалтири), что неизбежно для морализации книжного средневековья. Статья Ипатьевского — сжатее, без литературных цитат, но не лишена чувства.

 

„Преставися благоверный и благородный князь христолюбивый великый князь всея Руси Володимер Мономах, иже просвети Рускую землю, акы солнце луча пущая, его же слух лроизиде по всим странам, наипаче же бе страшен поганым, братолюбець и нищелюбець и добрый страдалець за Рус- кую землю. Сего преставление бысть майя в девятый на десять (день), и спрятавше тело его положиша у святей Софье у отца Всеволода, певше обычныя песни над ним. Святители .же жалящеси плакахуся по святом и добром князи, весь народ и вси людие по нем плакахуся, яко же дети по отцю или но матери, плакахуся по нем вси людие и сынове его, Мьсти- слав, Ярополк, Вячьслав, Георгий, Андрей, и внуци его. И тако разидошася вси людие с жалостью великою, такоже и сынове его разидошася, каждо в свою волость с плачем великом, идеже бяше комуждо их раздаял волости" (Ипат. сп.).

 

Как уже отчасти показано выше, летопись благожелательна к самому племени, к которому принадлежал Владимир Мономах, начиная с его отца Всеволода Ярославича, и, как увидим ниже, кончая внуками. Уже при смертной болезни Ярослава летопись отмечает присутствие лишь Всеволода— как одного из сыновей: „Всеволоду же тогда «ущю у отця, бе бо любим отцем паче всее братьи, его же имяше присно у себе" (1054 г.). Кончина Всеволода (1093 г.) •сопровождается сочувственным отзывом о нем, правда, с указанием его слабости под старость: „Сий бо благоверный князь Всеволод бе издетьека боголюбив, любя правду, набдя убогыя, въздая честь епископом и презвутером, излиха же любяше черноризци. подаяхие требованье им; бе же и сам въздержася от пьяньства и от похоти, тем любим бе отцем своим, яко глаголати отцю к нему: «сыну мой, благо тобе, яко слышю о тобе кротость, и радуюся, яко ты покоиши старость мою; аще ти подасть бог прияти власть стола моего, по братьи своей, с правдою, а не с насильем, то егда бог отведеть тя от житья сего, да ляжеши, идеже аз лягу, у гроба моего, понеже люблю тя паче братьи твоее». Се же сбысться отца его, якоже глаголал бе" и т. д.

 

Расположение и сочувствие летописи к самому Владимиру Мономаху замечаются особенно с кончины его отца (когда Мономаху исполнилось 40 лет), будучи выражены летописцем1 то в самом поведении героя, то в оценке его деяний. Темою этих высказываний летописи является постоянная заботах Мономаха о благе русской земли и его благоразумие при достижении этой высокой цели. Так, когда умер Всеволод,, Мономах не занял Киевский стол, а добровольно уступил Святополку Изяславичу, как представителю старшего племени. В следующем году Мономах уступил Черниговский стол Олегу Святославичу, признав его право.

 

В войне с Половцами, вызванной заносчивым Святополком,. Мономах высказался за мир с ними, как и советовали „мужи смыслении", предвидевшие поражение Русских, что и случилось. Скоро и Владимиру встретился ^камень преткновения'^ он согласился на изменнический захват и убийство двух половецких ханов, пришедших в 1095 г. в стольный его город Переяславль „на мир". Но и тут летописец облегчил его проступок сторонним воздействием: „Володемиру же нехотящю сего створити, отвеща бо: «како се могу створити, роте с ними ходив?» Отвещавше же дружина, рекоша Володимеруг «княже, нету ти в том греха: да они всегда к тобе ходяче роте губять землю Русьскую и кровь хрестьяньску проливають без™ престани»! И послуша их Володимер..И далее не раз действиями Владимира руководит мысль, что „поганые губят землю Русскую", что князьям необходимо единение и мир между собою: „да быхом оборонили Русьскую землю от поганых".

 

Когда Василько Ростиславич Теребовльский был зверски ослеплен по замыслу и оговору Давида Игоревича, привлекшего к участию в преступлении и Святополка Изяславича, Владимир Мономах ужаснулся преступлению, небывалому в Русской земле среди княжеского рода, и стал звать к себе на съезд не только Святославичей, но и самого великого князя: „да, поправим сего зла, еже ся створи се в Русьскей земьли и в нас в братьи, оже вверже в ны ножь; да аще сего не правим, то большее зло встанеть в нас, и начнеть брат брата закалати, и погибнеть земля Руская, и врази наши Половцы пришедше возмут земьлю Русьскую". Святополку не удалось оправдать свое участие в преступлении, но Киевляне уговорили Владимира через его мачеху и митрополита не воевать с виновным. Здесь следует похвальная характеристика Мономаха, в которой отмечается: его взаимная любовь с отцом, соблюдение родительских заветов, отношение к вдовствующей мачехе, как к родной матери, уважение святительского сана, покровительство инокам, кормление странников, лгеосуждение спорщиков и приведение их к любви. Последнее высказано с такой простотой, что чувствуется как жизненная черта Мономаха: „аще кого видяше ли шюмна, ли в коем зазоре, не осудяше, но вся на любовь прекладаше и утешаше". Общеизвестна убедительная речь Владимира на Долобском съезде князей, полная заботы о смердах-землепашцах.

 

Ничего не могла возразить дружина Святополка, и сам великий князь принял предложение Владимира идти на Половцев. Повествовования о походах в глубь Половецкой земли, совершенных по замыслу Владимира Мономаха, отличаются церковно-книж- иым колоритом, в чем надо видеть особое уважение к предприятию князя, как к подвигу благочестия. Так, в походе 1103 г. князья и вой дают церковные обеты, Половцы затрепетали и обессилели от лица Русских, точно чудом, Владимир говорит псаломскими цитатами, которые витиевато подогнаны к фактам. Мысль о походе 1111 г. вложил Владимиру бог через ангела; перед двигавшимся войском Владимир пустил попов, поющих гимны; от божьего гневного ока враги падали, в помощь русским бог послал ангела, который невидимо бил Половцев, только головы их летели на глазах у всех, да еще пленники заметили, как над Русскими шло другое, небесное дойско. Рассказ о последней, победе летописец заключает славою на весь мир. В послесловии, сопровождающем гибель Ярослава Святополковича (1123 г.) при осаде Владимира Волынского, где сидел сын Мономаха, гордости юного Ярослава противопоставлено смирение Мономаха, которому вместе с сыновьями и помог бог „за честное его житие и за смирение его".

 

Высокая оценка Мономаха летописью не закончилась вышеприведенными его некрологами. Благодарная о нем память долго еще дает о себе знать. Приводим соответствующие места. В год смерти Мономаха сын его, Ярополк Владимирович, бесстрашно выступил против Половцев: „тогда же' благоверного князя корень и благоверная отрасль, Ярополк призва имя Божие и отца своего, с дружиною своею дерьзну". Став великим князем, он простил заратившегося в 1139 г. Черниговского Всеволода Ольговича: „Ярополк же благ сый я милостив нравом, страх божий имея в сердци, якоже и отец его имеяше страх божий, и о всем расмотрив, не восхоте створити кровопролитья, створи с ним мир..." Описывая под 1140 г. затруднение Мстислава Владимировича в пору, когда „налегли Половци на Русь", летописец замечает: „се бо" Мьстислав великый наследи отца своего пот, Володимера Мономаха великаго. Володимир сам собою постоя на Дону я много пота утер за землю Рус кую, а Мстислав мужи «свои посла, загна Половци за Дон и за Волгу и за Гиик". Новгородцы просят себе в князья именно из Владимирова рода: „Новгородци сдумавше, рекоша Всеволоду (Ольговичу, великому князю): не хочем сына твоего, ни брата, но племени Володимеря". Побуждаемые Изяславом Мстиславичем идти против Юрия Владимировича Суздальского, Киевляне отказались: „Кияне же рекоша: «княже, ты ся на нас не гневай, не можем на Володимире племя рукы възняти»" (1147 г.) „И Куряне рекоша Мьстиславу иже се: «Олгович ради ся за тя бьем, а на Володимире племя, на Гюргевич не можем рукы подъяти»". В 1149 г. Андрей Юрьевич бьется под Луцком: не величаву бо ему сущю на ратьный чин, но похвалы ищючи от единого бога, тем же пособием божием и силою хрестьною и молитвою деда своего (т. е. Мономаха), въеха переже всих в противныя".

 

 

 

К содержанию книги: Историк литературовед Александр Сергеевич Орлов. Владимир Мономах

 

 

 

Последние добавления:

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков

 

Витамины и антивитамины

 

очерки о цыганах

 

Плейстоцен - четвертичный период

 

Давиташвили. Причины вымирания организмов

 

Лео Габуния. Вымирание древних рептилий и млекопитающих

 

ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА