Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

Глава седьмая

 

Арсений Насонов 

А. Насонов

 

Смотрите также:

 

Русские летописи, сказания, жития святых, древнерусская литература

 

Повести временных лет

 

летописи и книги

 

 

Карамзин: История государства Российского

 

Владимирские летописи в составе Радзивиловской летописи ...

 

летописи - ипатьевская лаврентьевская новгородская ...

 

Древнерусские Летописи. Ипатьевская летопись

 

Древнерусские книги и летописи

 

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

Любавский. Древняя русская история

 

НАЗВАНИЯ ДРЕВНЕРУССКИХ ГОРОДОВ

 

Татищев: История Российская

 

 

Русские княжества

 

Покровский. Русская история с древнейших времён

 

Иловайский.

Древняя история. Средние века. Новая история

 

Эпоха Петра 1

 

 

 

Соловьёв. Учебная книга по Русской истории

 

История государства и права России

 

Правители Руси-России (таблица)

 

Герберштейн: Записки о Московитских делах

 

Олеарий: Описание путешествия в Московию

 

Настоящая глава посвящена реконструкции киевского источника общерусских сводов второй половины XV в.

 

Мы говорили, что громадная территория, значительная часть «Русской земли», еще в XIV в. рышла из-под власти великого княжения Владимирского, захваченная Литвою; взят был и Киев. Но если «великое княжение Владимирское» не распространяло свою власть на эги области, то русский митрополит, носивший титул митрополита «Киевского и всея Руси», был им не только формально, но и фактически, хотя и с большими перерывами. Митрополия «всея Руси» должна была объединять как территории Северо-Восточной и Северной Руси, так и Юго-Западной и Западной, находившиеся в пределах владений литовских или литовско-польских.

 

Памятники древнерусского канонического права свидетельствуют о том, что в первой четверти XV в. и позднее, в церковных кругах во всяком случае, сохранялось представление о «единой» митрополии «всея Руси» и единой Руси, «всей Русской земле», как территории, населенной русским православным населением и сложившейся в первые времена христианизации, т. е. в эпоху Киевской Руси

 

Так смотрели у нас в церковных кругах. Но Витовт й при Фотии провел на киевский «столец» своего ставленника (Григория Цамблака) как митрополита не только «Киевского», но и «всея Руси» (1415 г.) .

 

Равным образом позднее и Исидор, и ученик его Григорий были поставлены на митрополию «Киевскую и всея Руси» . В Литве не теряли надежды видеть своего ставленника принятым в восточнорусских землях. А в Москве вели борьбу против фактического раздела единой митрополии «всей Русской земли», добиваясь распространения власти московского митрополита на территорию Юго-Западной и Западной Руси.

 

В свете этих отношений становится яснее происхождение списка «всем градом руским, дальним и ближним», оформившегося в конце XIV или в начале XV в. В нем также по существу выражена идея единства Юго-Западной и Западной Руси и Руси Северной и Северо-Восточной, собраны «русские» города «дальние» и «ближние». Древние списки этого памятника ведут нас скорее всего к церковной среде. Они имеются в сборниках, содержащих свод 1518 г., а также в сборниках церковного происхождения, судя по их составу (Синодальный № 645, принадлежавший Троице-Сергиеву монастырю; Уваровский № 188), и сохранились в сборнике, содержащем Комиссионный список Новгородской I летописи, где интересующий нас источник помещен после списков русских митрополитов и новгородских епископов, архиепископов и архимандритов. Перед списком митрополитов и поучением митрополита Петра список «градомъ рускимь» помещен в рукописи Новороссийского университета № 81, содержащей также Новгородскую IV летопись.

 

Опыт локализации «градов» произведен акад. М. Н. Тихомировым  . Составитель списка, как выяснено в работе А. Поппэ на материале волынских «градов», пользовался разновременными источниками . При объяснении, почему в число «русских» попали волошские и болгарские города, надо иметь в виду следующее. Болгарские и волошские (молдавские) города молдавский господарь считал своими в начале 90-х годов XIV и в начале XV в. (1406—1415 гг.) 6. В начале XV в. молдавский господарь признавал церковную зависимость от польско-русского Галича, который с 1401 г. находился в церковном отношении ,в ведении Киприана, как киевского, галичского и всероссийского митрополита (так, в грамоте, писанной около 1405 г.: «... Kyprziano metropolitani Kioviensis et Haliciensis totiusque Russiae» 1. Галич был в составе митрополии «всея Руси» и при Фотии, который ездил в Галич в 1412 и в 1420 гг.) 8.

 

Понятно, что именно в церковных кругах и в плане церковных связей ставились подобного рода «общерусские» вопросы.

 

В церковных кругах интерес к Южной Руси, к ее истории не затухал в первой половине XV в., хотя Южная (точнее, Южная и Западная) Русь находилась под властью Литвы и Польши. Отсюда желание в церковной среде привезти на Северо-Восток рукописи с киевскими «летописцами».

 

Мы не располагаем прямыми указаниями, когда и кем был привезен в Москву новый южнорусский летописный свод или своды 9. В период господства татаро-монголов рукопись с текстом киевского свода могла храниться и в Вы- дубицком монастыре, и в Киево-Печерском. В Киев ездили и Киприан, и Фотий. Последний посетил Киев трижды: в 1409, 1412 и 1420 гг. О близости Фотия к Киево-Печерскому монастырю, где он останавливался, свидетельствуют три поучения, адресованные киево-печерским монахам . Собирая летописный материал, Фотий был заинтересован в том, чтобы южнорусский киевский летописный свод имелся в Москве. Как устанавливается сравнением Софийской I летописи с Новгородской IV, южнорусский летописный источник находился у составителя Фотиева По- лихрона. Каким-то киевским летописцем пользовался составитель Софийской I летописи старшего извода, что видно из содержания статей под 6655 г., которые сближают текст Софийской I с Ипатьевской, а также из ссылок составителя на киевский летописец под 6585—6598 гг. Софийская I летопись старшего извода кончалась не на 1418 г., но на известии о событии 1422 г.

 

Сравнивая Московский свод 1479 г. с Софийской I и Новгородской IV летописями, можно убедиться в том, что специфический южнорусский материал XII в., который сближает свод 1479 г. с Ипатьевской летописью, нет оснований считать заимствованным из этого общерусского текста, так как в нем южнорусский материал отразился значительно слабее. Следов детального изложения здесь — в общем источнике Софийской I и Новгородской IV летописей— не видно. Нет южных известий 6630, 6631, 6632 гг. (а краткое сообщение о митрополите Никите дано в другой редакции), 6637, 6652 гг.; нет длиннейшего рассказа 6654 г. Известия 6646 г. изложены в другой редакции. Отсутствуют пространные повествования о южнорусских событиях 6655, 6657, 6658, 6659 гг. и т. д.

 

Если под «Фотиевым Полихроном» разуметь общерусский свод, отразившийся в соединении с новгородской летописью в Софийской I и Новгородской IV летописях, то следует признать, что в «Фотиевом Полихроне» южнорусский материал был использован значительно слабее, чем в Московском своде 1479 г.„ и в ином тексте: общий источник Софийской I и Новгородской IV летописи был также одним из первоисточников Московского свода 1479 г.

 

Следов подробного изложения южнорусских событий XII в., аналогичного тексту свода 1479 г., нет и в тех сводах, ,в которых частью отражается предшествующий московский свод 1471 г., т. е. в Никаноровской летописи и близких к ней летописях (ср. текст свода 1479 г. под 6630, 6646, 6652, 6654—6664 гг. и т. д. с Никаноровской, Вологодско-Пермской и, в частности, с Лондонским списком последней).

 

Таким образом, в общерусском летописном тексте, который послужил общим источником Ермолинской летописи и Московского свода 1479 г., был обильно использован материал киевского источника, замеченного еще А. А. Шахматовым. Чтобы получить правильное представление о нем, высказать правильные о нем суждения, необходимо было выделить его из дошедших до нас текстов, пользуясь точной методикой. Предложенное выше исследование о происхождении общерусского текста — общего источника Ермолинской летописи и Московского свода 1479 г. — позволяет построить научную гипотезу, а приведенная ниже работа по восстановлению текста киевского источника дает уже конкретные, документально проверенные выводы.

 

 

 

К содержанию книги: Арсений Николаевич Насонов. ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛЕТОПИСАНИЯ 11- начала 18 века

 

 

 

Последние добавления:

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков

 

Витамины и антивитамины

 

очерки о цыганах

 

Плейстоцен - четвертичный период

 

Давиташвили. Причины вымирания организмов

 

Лео Габуния. Вымирание древних рептилий и млекопитающих

 

ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА

 

Николай Михайлович Сибирцев

 

История почвоведения