Вся электронная библиотека      Поиск по сайту

 

Летописи Древней и Средневековой Руси

Глава первая. Историография русского летописания

 

Арсений Насонов

А. Насонов

 

Смотрите также:

 

Русские летописи, сказания, жития святых, древнерусская литература

 

Повести временных лет

 

летописи и книги

 

 

Карамзин: История государства Российского

 

Владимирские летописи в составе Радзивиловской летописи ...

 

летописи - ипатьевская лаврентьевская новгородская ...

 

Древнерусские Летописи. Ипатьевская летопись

 

Древнерусские книги и летописи

 

 

Ключевский: Полный курс лекций по истории России

 

Любавский. Древняя русская история

 

НАЗВАНИЯ ДРЕВНЕРУССКИХ ГОРОДОВ

 

Татищев: История Российская

 

 

Русские княжества

 

Покровский. Русская история с древнейших времён

 

Иловайский.

Древняя история. Средние века. Новая история

 

Эпоха Петра 1

 

 

 

Соловьёв. Учебная книга по Русской истории

 

История государства и права России

 

Правители Руси-России (таблица)

 

Герберштейн: Записки о Московитских делах

 

Олеарий: Описание путешествия в Московию

 

Наконец, чтобы понять подбор материала в изложении событий X в., всю структуру летописного текста, нам необходимо остановиться на том переломе, на том кризисе, который переживало Древнерусское государство в XI в.

 

Процесс образования «земель»-«областей», «земель»- княжений означал в сущности переход к новым формам государственной жизни, с более развитым административным и финансовым аппаратом, с новой системой организации дани и суда, в известном смысле —более оседлым. Образование «земель»-«областей» протекало на широком пространстве Восточно-Европейской равнины, но ранее всего оно началось на юге, где складывалась территория Киевской земли и Черниговской. Начальной вехой длительного процесса образования Киевской «земли»-«области» была та финансово-административная реформа, которую киевский летописец относил к княжению княгини Ольги, к 40-м годам X в.: установление «становищ» в земле древлян (в «Деревской земле»), определение «уставов и уроков».

 

Постепенное присоединение к киево-полянской территории земли древлян было в сущности основным фактом образования «областной» киевской территории. Процесс территориального сложения завершился при Ярославе с присоединением к Киеву Берестья на западной окраине. Политическое выделение «земель»-«областей» на Юге совершилось со смертью Ярослава, с выделением трех княжеств — Киевского, Черниговского и Переяславского.

 

Таким образом, территориальное образование, завершившееся политическим выделением в виде княжества Киевской « земли »-« о б л аст и », происходило постепенно. Это была территория, в планомерной и систематической эксплуатации которой с помощью формировавшегося государственного аппарата была заинтересована не черниговская и не переяславская, а именно киевская знать. В период образования «земель»-«областей» киевская правящая среда не могла не оказывать воздействия на подбор материала в летописных сводах, составлявшихся в Киеве, не могла не оставить печати известной ограниченности интересов и кругозора на киевских летописных сводах XI в.

 

И, действительно, если признать, что Новгородская I летопись младшего извода в своей начальной части отражает летописание XI в., предшествовавшее По,вести временных лет, что договоры с греками были включены в летопись впервые в начале XII в., то следует обратить внимание, во-первых, на отсутствие в летописном тексте (предшествующем Повести временных лет) известий о древнейших судьбах Чернигова и Переяславля-Русского, хотя города эти были уже в первой половине X в. важнейшими городами «Русской земли», и, во-вторых, на исключительный интерес составителя летописного текста к судьбам Древлянской земли в X в., вернее, к истории освоения Древлянской земли киевским столом, т. е. к тому, что должно было преимущественно интересовать именно киевскую знать.

 

Возможно, одностороннюю «областную» киевскую окраску дошедший до нас древний летописный текст приобрел в результате всей работы над ним на протяжении XI в. Но приписывать всецело руке Никона отмеченные особенности летописного текста едва ли возможно. Никон не был чужд интересов Черниговской «области»-княжения. С помощью Святослава Черниговского в Чернигов бежал, сцасаясь от гнева киевского князя Изяслава (в конце 60-х годов) Антоний Печерский (разрыв между Печерским монастырем и Святославом произошел позднее, когда Святослав стал киевским князем, изгнав старшего брата из Киева). Под Черниговом на Болдиных горах Антоний основал монастырь, а потом вернулся в Печеры. Никон взял сторону Антония, как видно из летописного текста под 1068 г. Сам Никон еще ранее удалился в Тму- торокань; тогда Изяслав грозил послать его «на заточение», а пещеру их «раскопать». По просьбе населения Тмуторокани он ездил оттуда после смерти Ростислава в Чернигов и посадил в Тмуторокани Глеба Святославича . Мог ли Никон в Печерском монастыре оказаться автором истории «Русской земли», в которой Чернигов до 1024 г. даже не упоминался; мог ли он быть составителем летописного текста, из которого нельзя было ничего узнать о судьбе Переяславля-Русского до кончины Ярослава Мудрого, или в котором сообщалось только, что этот древний город был построен на исходе X в.? Ведь при Никоне в 70-х годах существовала переяславская епископия, а в 1072 г. на перенесение «мощей» Бориса и Глеба в Киев приезжали епископ Петр Переяславский и игумен Николай «Переяславский» (игумен одного из переяславских монастырей), который, судя по данным Киево- Печерского патерика, был из киево-печерских монахов. И мог ли этот же Никон одновременно проявить такой исключительный интерес к Древлянской земле, где не только не было епископии, но где, насколько нам известно, не было (в XI в.) ни одного монастыря?

 

Рассказы о Древлянской земле X в. почерпнуты не из героических песен, не из родовых преданий и, следовательно, едва ли они были сообщены летописцу Яном Вы- шатичем. В эти рассказы сделаны вставки, прославляющие Свенельда, предка Яна Вышатича. К числу вставок относится прибавление под 6453 г. к словам «и кормилець его Асмуд», который и был «воеводой», слов «воевода 6t Св'Ьнелдъ, то же отець Мистишинъ»; а под 6454 г. — прибавление имени Свенельда, что изобличает форма единственного числа «рече» («и рече Свенельд и Асмуд»).

 

Когда была произведена эта обработка текста в Печорском монастыре, мы точно не знаем. По прямому свидетельству составителя Повести временных лет, им было много вписано со слов Яна Вышатича в летопись. Обработка летописного текста с целью прославления Свенельда была сделана ранее. Вставки эти имеются в Новгородской I летописи и были, видимо, в Начальном своде, как правильно заключал А. А. Шахматов. Ян Вышатич в конце 60-х или в начале 70-х годов служил Святославу Черниговскому, к которому, как полагают, мог попасть из Тмуторокани, где был его отец. Неизвестно, когда он оказался в Киеве, но известно, что еще при Феодосии (ум. в 1074 г.) Ян и его жена были близки к Печерскому монастырю. Допустив, что вставки о Свенельде сделаны при Никоне под влиянием Яна (в чем нельзя быть уверенным), мы должны принять, что тексты о древлянах были включены в летопись до Никона.

 

 

 

К содержанию книги: Арсений Николаевич Насонов. ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛЕТОПИСАНИЯ 11- начала 18 века

 

 

 

Последние добавления:

 

Бояре и служилые люди Московской Руси 14—17 веков

 

Витамины и антивитамины

 

очерки о цыганах

 

Плейстоцен - четвертичный период

 

Давиташвили. Причины вымирания организмов

 

Лео Габуния. Вымирание древних рептилий и млекопитающих

 

ИСТОРИЯ РУССКОГО ЛИТЕРАТУРНОГО ЯЗЫКА

 

Николай Михайлович Сибирцев

 

История почвоведения