ГЕОЛОГ АЛЕКСАНДР ФЕРСМАН

 

Поездка Ферсмана в Германию, Францию, Италию 1907-1909. Кристаллограф В. М. Гольдшмидт. Материалы к минералогии острова Эльба

 

 

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:

 

Ферсман. занимательная минералогия.

 

Академик Александр Ферсман. Рассказы о самоцветах

 

Академик Ферсман. Путешествия за камнем

 

Занимательная геохимия академика Александр Евгеньевича Ферсмана

 

 

И много лет алмаз в тысячах, десятках тысяч каратов проходил перед моими глазами, заворожив меня своим сверкающим блеском, и законы его рождения казались мне величайшими тайнами мира.

А. Е. Ферсман

 

Способности А. Е. Ферсмана, его интерес к науке, умение трудиться до самозабвения не прошли мимо внимания В. И. Вернадского. По его рекомендации А. Е. Ферсмана оставили при университете для подготовки к профессорскому званию. Вскоре он направляется за границу для повышения квалификации. Позднее А. Е. Ферсман писал, что в Московском университете получил хорошие знания в области химического анализа, но недостаточно владел методами оптики и кристаллографии. С ними молодой ученый предполагал ознакомиться в лабораториях Франции и Германии.

 

Сначала он едет в крупный научный центр Гейдельберг, где в местном университете преподавали кристаллограф В. М. Гольдшмидт, петрограф Г. Розенбуш и другие известные ученые. А. Е. Ферсман посещает их лекции, но большую часть времени проводит в «крохотных комнатках» лаборатории В. М. Гольдшмидта, где под его руководством изучает кристаллографию алмаза на теодолитном гониометре новой системы, сконструированном В.М. Гольдшмидтом. «Упорная работа по алмазу отнимала у меня до пятнадцати часов в сутки <...)

 

 Во Франкфурте, Идаре, Ганау, Берлине на особых столах передо мной рассыпали десятки тысяч каратов природного алмаза. Целыми часами я отбирал наилучшие кристаллы этого диковинного минерала, не замечая, что при помощи системы зеркал за моими руками наблюдали из другой комнаты, учитывая каждое мое движение. Отобранные камни через банк отправляли в Гейдельбергский университет, где они и поступали на исследование»,— вспоминал А. Е. Ферсман много лет спустя4. И хотя алмаз был главным объектом исследования Александра Евгеньевича, он все же находил время, чтобы посетить каменоломни, рудники, фабрики, музеи.

 

Работая с алмазом, ученый обращает внимание на кристаллизацию минералов вообще. В начале 1908 г. он писал В. И. Вернадскому из Гейдельберга, что очень увлекается кристаллографической работой, которую вместе с В. М. Гольдшмидтом предпринял для выяснения явлений кристаллизации алмаза. А. Е. Ферсман считал, что в форме и поверхности кристаллов отражаются условия их образования. Результаты этих исследований изложены в классической двухтомной монографии «Der Diamant», опубликованной А. Е. Ферсманом совместно с В. М. Гольдшмидтом в 1911 г. (русский перевод этой книги сделан в 1955 г.). Александр Евгеньевич сделал для монографии художественные зарисовки кристаллов алмаза и световые картины, наблюдавшиеся на гониометре.

 

Авторы пришли к выводу, что округлые кристаллы алмаза — продукты частичного растворения, в то время как плоскогранные кристаллы образовались только в процессе кристаллизации. А. Е. Ферсман сформулировал закон роста и растворения кристаллов, согласно которому тела растворения (ра) являются противоположностью тел роста (ро). По его мнению, в кимберлитовых трубках Южной Африки происходила не только кристаллизация алмаза, но и его растворение, часто менялись физико-химические условия и давление. Это, в свою очередь, оказывало большое влияние на кристаллизацию из магниевой силикатной магмы. Подъем магмы к поверхности сопровождался уменьшением давления, что благоприятствовало растворению алмаза. В результате и появились округлые формы кристаллов. Когда верхняя часть трубки закупоривалась застывшей магмой, в ее нижней части повышалось давление и кристаллы начинали снова нарастать.

 

В.М. Гольдшмидт и А. Е. Ферсман полагали, что изучение процессов кристаллизации алмаза позволит начать синтез этого минерала. Они даже приступили к экспериментам по его искусственному росту, были получены первые интересные результаты, но необходимость возвращения Александра Евгеньевича в Россию прервала исследования.

Летом 1908 г. А. Е. Ферсман посетил Париж, где работал в лаборатории А. Лакруа. В окрестностях города он знакомился с гипсами Монмартра, песчаниками Фонтенбло, побывал также на знаменитом плато Оверни, изучал альпийские жилы в Швейцарии.

 

Но больше всего Александр Евгеньевич стремился на юг. Так, он решил поехать в Италию, но не в города этой страны, «даже не на знаменитое кладбище Кампо-Санто в городе Пизе, где искусство ваятеля подчеркивается красотой самого камня — каррарского мрамора, красного и зеленого порфира, мрачного, темного нефрита и мраморов Сиены веселых желтых тонов. Я задумал поехать посмотреть мало кем посещаемые рудники Вольтерры, соффионы Тосканы, подняться на вершины Каррарских Альп. Но главной целью своего путешествия я наметил остров Эльбу <...> минералы с которого сверкали всеми красками во всех музеях мира» 2.

 

В течение трех летних месяцев А. Е. Ферсман знакомился с геологическими достопримечательностями Италии, много работал. Посещение Вольтерры он позднее красочно описал в книге «Воспоминания о камне»: «Белый-белый, как ваш сибирский хлеб, чистый, как сахар или лучшая мука для макарон,— таким должен быть алебастр,— говорил мне маленький быстрый итальянец, показывая бесформенные куски белого камня в своей художественной мастерской.

 

Мы — в Вольтерре, угрюмой, нависшей на скалах крепости старой Этрурии, в центре художественной обработки алебастра. Этот камень находят глыбами неправильной формы, величиною с голову человека среди серозеленых глин безводной итальянской Мареммы, очищают от породы, и чистые куски, без трещинок и жилок, целыми возами, запряженными мулами, отправляют по пыльной дороге наверх, в Вольтерру.

 

Здесь больше 2 тысяч лет тому назад зародилось замечательное искусство обработки этого мягкого белого камня. Ножом, скребком, сверлом, пилочкой, мягкими деревянными палочками быстро и верно обрабатывается алебастр, и на ваших глазах из бесформенного желвака вырастает каррарский бык, задумчивый ослик или фигурка девочки.

 

Тихо поют мастера, что-то приговаривают другие, то вдруг раздается веселая общая песнь, подхватываемая десятками молодых голосов. Яркое южное небо, ослепительное солнце, -вдали сверкает полоска Средиземного моря, где-то в дымке тумана, на севере, лежит Пиза, на востоке, за голыми безжизненными хребтами,— Сиенна с ее желтыми солнечными мраморами».

 

Большое впечатление на А. Е. Ферсмана произвели и ломки каррарского мрамора, и соффионы Тосканы, где из земли вырывались массы пара и перегретой воды, содержащей борную кислоту и ее соли.

 

Остров Эльба известен главным образом как место первой ссылки Наполеона, но минералогов здесь в первую очередь привлекает гранитный массив Монте-Капана, расположенный в западной части. Граниты здесь пронизаны многочисленными пегматитовыми жилами с крупными, хорошо ограненными кристаллами. Целые дни изучал Александр Евгеньевич многоцветные турмалины, полевые шпаты, бериллы, цеолиты, очень редкий цезиевый минерал поллукс.

 

На Эльбе зародился его интерес к пегматитам. Со временем работы, им посвященные, приобрели большое практическое значение. Но тогда на Эльбе А. Е. Ферсмана скорее занимали сложность и неизученность самого природного процесса и, конечно, красота минералов, которые он позднее описал в новелле «Testa пега» [1940].

 

Результаты своих наблюдений А. Е. Ферсман изложил в обстоятельной статье «Материалы к минералогии острова Эльба», опубликованной в 1909 г.

 

Во время экскурсий по Италии А. Е. Ферсман познакомился с А. М. Горьким, жил в его семье.

 

 

 

К содержанию книги: Академик Ферсман

 

 

Последние добавления:

 

ИСТОРИЯ АТОМОВ  ГЕОХИМИЯ ВОДЫ  ГЕОЛОГИЧЕСКОЕ ПРОШЛОЕ ПОДМОСКОВЬЯ 

 

  КАЛЕДОНСКАЯ СКЛАДЧАТОСТЬ     Поиск и добыча золота из россыпей    ГЕОЛОГИЯ КАВКАЗА    Камни самоцветы